– Согласен. У тебя уютно.
– Спасибо.
И о чем с ним разговаривать? У нас ведь нет общих тем. Не об утках же?
– Твои подруги не сильно обиделись, что ты не приедешь? – спрашивал Павел.
– Нет, что ты. Они у меня замечательные. Завтра познакомлю.
– Они идут с нами на экскурсию? – удивился Павел.
– Да. Тем более, что мы давно договаривались прогуляться. Не беспокойся, девчонки не помешают. Да и вместе веселее.
– Это правда. Я тоже сначала собирался встретиться с друзьями, но у них уже у всех свои семьи, дети. Не знаю, сможет ли кто-то вырваться. Уже поздно. – Павел взглянул на часы. – Спасибо за приглашение, Татьяна. И за отличный ужин.
– Не за что. – Я почувствовала, как краснею. – Встретимся завтра?
– Да.
Проводила Павла до двери, напомнила, где мы встречаемся, попрощалась, а сама бросилась к окну – смотреть, как он садится в автомобиль. Вот Павел вышел из подъезда, вот подошел к авто, сел. До завтра, Паша.
Только автомобиль, похоже, не разделял наших планов и заводиться не желал. Павел выбрался, заглянул под капот, а затем с силой ударил по колесу ботинком. И зачем? Не заводится? А вечер-то праздничный, ремонтировать никто не поедет. Может, это знак? Не то, чтобы я верила в знаки судьбы, но…
Взяла мобильный и набрала номер начальника.
– Да, – донеслось отрывисто.
– Что с твоим автомобилем? Не заводится?
– Ага, как назло. Придется вызывать такси. Я без колес, как без рук, а тут выходной, чтоб ему провалиться!
– Хочешь, поднимайся обратно. Зачем ждать такси на морозе?
– Да ладно, ничего страшного. Не беспокойся. До завтра.
– До завтра.
В окно продолжала наблюдать, как Павел вызывает такси, а потом телефон чуть не постигла участь автомобиля, и только в последнюю минуту хозяин передумал швырять невинную технику об пол. Зато зазвонил мой мобильный.
– Таня, извини, это снова я.
Можно подумать, не узнала…
– Диспетчер говорит, все машины заняты, ждать придется долго. Предложение посидеть у тебя все еще в силе?
– Да, конечно, поднимайся, я открою дверь.
Говорю же, судьба! Распахнула двери и дождалась начальника.
– Они перезвонят, когда машина освободится, – недовольно буркнул Павел, снова снимая куртку и обувь. – Прости, нет от меня покоя.
– Что ты, все в порядке, – проводила его обратно в гостиную. – Давай я поставлю чай. Телевизор включить?
Паша пожал плечами. Он точно не собирался ничего смотреть и хотел только, чтобы такси наконец приехало, но, похоже, у судьбы были другие планы на вечер. Я пошла на кухню и открыла холодильник. К чаю у меня оставался кусок яблочного пирога, подойдет. Взяла заварник – терпеть не могу пакетики. Пока закипел чайник, пока заварила чай. Затем разлила по чашкам и заглянула в гостиную. Да, похоже, чай я буду пить в одиночестве. Мой грозный начальник спал, обняв диванную подушку. Видимо, действительно вымотался со всеми этими договорами, потому что я вот так ни за что бы не уснула в чужом доме. Вздохнула, принесла из спальни плед и укрыла Павла. Пусть отдыхает. Тихо завибрировал его телефон на столике. Подхватила мобильный и скрылась на кухне.
– Служба такси, – отрапортовала девушка-диспетчер. – Вы заказывали автомобиль?
– Отмените заказ, – ответила я.
– Хорошо. Всего доброго.
Обойдемся без такси. Я выпила чай, убрала пирог обратно в холодильник и заглянула в гостиную. Павел спал крепко – даже не услышал, как я выключила телевизор.
– Спокойной ночи, – сказала ему и прикрыла дверь в комнату.
Глава 7
Павел Симонов
Сколько раз зарекался засыпать на диване! Казалось бы, что может быть проще – поднять филей и донести его до кровати. Нет уж, снова уснул, не пойми где, и теперь казалось, что ночью не спал, а таскал гири. Потянулся, едва не навернулся с дивана и открыл глаза. А квартирка-то не моя…
К таким сюрпризам я не привык. Даже у Ники оставался ночевать очень редко, а когда оставался, долго ворочался и не мог уснуть. А здесь – совершенно незнакомая квартира, и только воспоминания о вкуснейшей утке помогли зацепиться за ускользающую мысль. Я поднялся к Никифоровой ждать такси. Вот, видимо, и дождался. Заботливая Танечка даже укрыла меня пледом. Хорошо, хоть раздевать не стала. Представил себе картину и развеселился.
Зато мой костюм теперь придется отглаживать час. И идти в нем на встречу с иностранными партнерами уж точно нельзя, потому что я в нем был вчера на подписании договора. Экскурсия, вроде бы, запланирована на два часа дня. Значит, у меня будет время съездить домой и переодеться.
Я встал с дивана, проклиная собственную пустоголовость, которая позволила на нем уснуть, и потащился искать санузел. Вот на выходе из него я и столкнулся с хозяйкой квартиры. Татьяна выходила из спальни, отчаянно зевая. На ней был персиковый халат с зайцем на груди. На голове у Тани царил форменный бардак, и она уж точно не ожидала, что из санузла на неё вылетит посторонний мужчина, потому что вдруг вскрикнула на высокой ноте.
– Спокойно, Татьяна, это я, – шикнул на сотрудницу. – Павел Симонов.
Если вдруг спросонья забыла, кого оставила у себя ночевать.
– Ой, Павел Константинович! – опомнилась она. – Я не думала, что вы уже проснулись.
Потом, видимо, вспомнила, что на ней надето, коротко взвизгнула и скрылась в спальне. Всегда знал, что произвожу на женщин неизгладимое впечатление. Вот и из памяти Татьяны вряд ли скоро сотрется это утро. Я решил вернуться в гостиную, чтобы не смущать хозяйку квартиры. Там витал приятный еловый запах. Так пахнет детство, когда еще нет годовых отчетов, срочных договоров, огромного штата подчиненных и груза ответственности, а есть новая машинка, мандаринки и борьба за то, кто будет смотреть телевизор.
– Завтракать будешь? – Таня заглянула в дверь.
Если продолжу в том же духе, начну проходить в дверь бочком.
– Нет, спасибо, – ответил, разглядывая в зеркало безнадежно измятый пиджак. А ведь авто так и стоит под окнами. И вот в таком виде ехать домой на такси?
– Уверен? Могу пожарить блинчики.
Она что, считает, раз я живу один, то вообще ничего не ем? Да, дома не питаюсь, но есть же кафе, рестораны. А Татьяна ждала ответа.
– Хорошо, пусть будут блинчики, – смирился с неизбежным. – Таня, у тебя машина есть?
Кстати, почему было вчера не попросить подбросить меня домой? Я бы заплатил за бензин. Увы, дельные идеи зачастую приходят слишком поздно.