– Татьяна, что это было?
– Мне показалось, иностранцы не уверены, хотят ли заключать договор, – ответила я. – Решила помочь.
– Не знал, что ты свободно владеешь английским.
– Не только. Еще французским и чуть хуже немецким. По первому образованию я переводчик, так что языки всегда были моей страстью. А за небольшой спектакль извините, наверное, я перестаралась.
– Как раз наоборот, – усмехнулся Павел. – Все в точку. И экскурсия нашим гостям не повредит, только я пойду с вами.
– Уверены? Рождество ведь. Наверное, стоит провести его с родственниками.
– Они далеко, – тут же нахмурился Паук. – И мы не любим проводить время вместе. Так что я весь твой, Таня. И мы договорились, что не на работе можно на «ты».
– Да, точно. Прости, не привыкла. Мои родители тоже далеко, так что раз не вырвалась на Новый год, значит, они приедут ко мне весной.
Паук промолчал, хотя я видела – хотел что-то сказать. Может, извиниться за работу тридцать первого декабря? Но предполагать и знать – разные вещи, а мой собеседник не стал ничего говорить. Так что вопрос остался открытым, а вскоре автомобиль остановился у моего дома.
– Спокойной ночи, Татьяна. Спасибо за вечер, – сказал мой суровый начальник.
Я попрощалась с ним и поспешила домой, чтобы тут же доложить подругам обстановку и пояснить, что во вторник у них отменяются все планы, потому что мы идем гулять. Конечно же, никто не отказался, а я никак не могла отделаться от воспоминаний о минувшем вечере. Может, те девушки были и правы. Паук – человек занудный, въедливый, иногда даже слишком, но при этом – неплохой. И какая разница, что он там подарил своей бывшей? Дура она, вот и все. Ушла – значит, Павлу повезло.
Глава 5
Павел Симонов
И какая муха укусила Татьяну? Её хотелось одновременно поблагодарить и стукнуть, пока я слушал, как Танечка воркует с иностранцами. Экскурсия? Зачем этим двоим экскурсия? Но они согласились, сияя, как гирлянда на новогодней елке, а мне захотелось кого-нибудь придушить, потому что планы на рождество стремительно менялись. Хотя, какие планы? В том-то и дело, что особо никаких. Собирался позвонить друзьям, выбраться в город, где-нибудь посидеть. Меняем друзей на иностранных партнеров – и тот же план в действии. А пока что хотелось поехать домой и отдохнуть, что я и сделал, оставив Татьяну у двери её подъезда.
Дома было темно и тихо. Елку я не ставил – перед праздниками обрушилось столько работы, что было не до того. Вместо этого обернул гирляндой старый светильник, вот вам и дерево. Вместо света включил гирлянду, сел на диван и откинулся на спинку, глядя, как весело мигают лампочки. Красота!
Итак, что мы имеем. Англичане, вроде бы, согласны подписать договор, но! Теперь ждут экскурсии. Татьяна почему-то приняла удар на себя, и ей это удалось. Значит, открытие года: у Татьяны есть потенциал. Когда выйдет Инна, надо повысить Таню до замначальника какого-нибудь отдела. Или даже до начальника? Прогулка с партнерами покажет. Кроме англичан, оставалась такая прорва договоров и накопившихся проблем, что впору сменить прописку и жить в офисе.
И все-таки я устал. Стоило это признать. Может, сместить отпуск на конец зимы? Уехать в теплые края? А офис на кого? Замы у меня, конечно, толковые, но я всегда был приверженцем пословицы: «Хочешь, чтобы было сделано хорошо – сделай сам», она оправдывала себя не раз и не два. Вот и получалось: пока не разгребусь с делами, об отпуске лучше забыть. А это вряд ли когда-то случится.
Сам не заметил, как уснул. А просыпаться, скрючившись на диване – не лучший вариант. Перебрался в кровать, но сон так и не пришел, поэтому собрался и поехал на работу, несмотря на то, что часы показывали пять утра. Надо проверить документы, переслать их в главный офис, а там уже пусть убеждают англичан, что лучшего варианта сделки им нигде не предложат.
В офисе в эту пору был только сторож. Он встретил меня без удивления, только проводил безразличным взглядом. Нравится начальству просыпаться ни свет ни заря и приезжать на работу – его право.
Я включил в кабинете свет, устроился удобнее в рабочем кресле и включил ноутбук. До такой степени ушел в работу, что когда внезапно отворилась дверь, едва не заорал, а удивленная Татьяна замерла на пороге.
– Доброе утро, Павел Константинович, – пробормотала она. – А что это вы так рано?
– Сегодня подписываем договор с англичанами. Надо все проверить, – рыкнул в ответ, и тут же себя одернул. Таня не виновата в том, что я не выспался.
– Понимаю. – Кажется, она и не думала обижаться. – Вы завтракали?
Я уставился на Татьяну. Она таращилась на меня. А у неё красивые глаза, очень теплые. Редкость. Я больше привык к хищным, акульим взглядам.
– Нет, – ответил честно. – И не позавтракаю, потому что пора ехать.
– Если сумеете задержаться на четверть часа, я сделаю вам кофе, а из дома принесла бутерброды с ветчиной.
Я кивнул. Зачем? Наверное, от высшей степени изумления. Хотя, высшая степень была достигнута, когда передо мной оказалась тарелка с бутербродами и чашка кофе. Батон был чуть обжарен, как делала мама, когда я был маленьким, ветчина нарезана тонкими ароматными ломтями и посыпана сыром. Сразу захотелось есть.
– Приятного аппетита, – улыбнулась Таня и скрылась за дверью, а я почувствовал себя еще более странно. Неужели настолько плохо выгляжу, что хорошеньких девушек тянет меня не поцеловать, а покормить? Печально.
Но время, на самом деле, ждать не желало, поэтому я быстро позавтракал и умчался в главный офис, разрешив Татьяне сразу после обеда идти домой. Подписание договора – это достаточно стандартная, но утомительная процедура, когда нужно по сотому разу обсудить все нюансы, перечитать бумаги вкривь и вкось, убедить противную сторону, что лучших условий не бывает, и постараться, чтобы в этом же не убедили тебя. Дмитрий Андреевич казался довольным, англичане тоже. Тем не менее, разошлись мы в четвертом часу. Я поехал на работу, чтобы забрать домой некоторые документы и провести выходной с пользой. И каково же было мое удивление, когда увидел Татьяну, которая по-прежнему сидела на рабочем месте.
– Почему ты не ушла? – спросил с порога.
– Не знаю, – ответила девушка. – Пока закончила с документами, было уже два. А потом решила посмотреть в интернете парочку интересных вещиц, тут и вы приехали.
– Мы же договаривались…
– Но мы на работе, – тут же перебила Таня. – Так что, Павел Константинович, надо соблюдать субординацию, иначе неудобно выйдет.
И то верно. Хотя, как хочу, так и обращаюсь к своим подчиненным.
– Я понял вас, Татьяна, – ответил сдержанно. – А теперь можете идти. Вы говорили, что ужинаете с подругами.
– Да, как раз сразу к ним и поеду. А у вас какие планы на вечер?
– Никаких.
– Так может…
Что «может», я так и не узнал, потому что в двери постучали. Однако, ответить я не успел, потому что на пороге появилась сияющая, как новогодняя елка, Ника.
– Привет, – улыбнулась она, обнимая меня и пытаясь поцеловать. Я отвернулся, и её губы мазнули по щеке. – Паш, ты что, до сих пор злишься?
– Я? С чего бы это? – ответил устало. – Ника, я тебе говорил не приезжать ко мне на работу?
– Так ты встретиться не хочешь. Что мне оставалось? – щебетала она, увлекая меня в сторону кабинета. Я обернулся – Татьяна смотрела нам вслед как-то обиженно. Еще бы, прервали на полуслове, некрасиво вышло. Но Ника уже закрыла за нами дверь и тут же обвила руками мою шею.
– Я так соскучилась! – шептала она, прижимаясь сильнее. – Ты даже себе не представляешь.
А руки уже шарили по моей груди, стараясь справиться с пуговицами пиджака.
– Ника, – аккуратно отодвинул её от себя, – это мой офис, и здесь я работаю.
– Злишься? – она взмахнула длиннющими ресницами. – Не злись. Я не хотела тебя обидеть, дорогой. Это всего лишь случайность. Давай забудем все и начнем сначала.
Звучало привлекательно, только я не знал, хочу ли начинать нашу историю опять. Да, для меня не стало сюрпризом, что от меня Нике нужны статус и деньги, но все равно царапнуло. Таких Ник много. Надо всего лишь найти другую, у которой аппетиты будут поскромнее.
– Извини, ничего не выйдет, – ответил ей.
– Так и знала. – Её красивые глаза вдруг наполнились слезами, а я почувствовал себя последним козлом. – Девочки мне говорили, что видели тебя с другой, а я не поверила.
– С какой другой, Ника?