Рыжий клоун. Роман

— О-о-о, — закатив глаза, пропела она. — Однажды я услышала… Нет, дело было не так. Однажды я шла по улице, а мимо медленно ехал экипаж, чем-то похожий на наш, на этот экипаж. Там лошадей было меньше, поэтому он и ехал не очень быстро. А может быть не поэтому, а потому, что в экипаже сидела сахарная красавица. Нет, она не была сахарной, она была очень-очень красивой и какой-то ненастоящей. Она сидела вот так, — Лелэ приняла позу, в которой сидела сахарная красавица, прикрыла глаза, пару минут помолчала, а потом затараторила:

— Барышня была одета во что-то воздушное. Белая кружевная пена окутывала её шею и руки, возвышалась над волосами. А волосы у нее — медь, сверкающая медь начищенных труб. На висках завитки. Глаза спрятаны за чёрным бархатом ресниц. А рядом с ней — мальчик. О-о-о-о… — Лелэ закрыла глаза. — Видение этого мальчика до сих пор будоражит моё воображение. Это был не ребёнок, а трёхлетний ангелочек с пухлыми румяными щёчками и крупными, как вишни, глазами. Он тоже был одет во что-то кружевное. Увидев это сахарное семейство, я замерла, — она замолчала, показав, в какой позе она остановилась на тротуаре. Шарль с Симоной переглянулись, подумав о своём гипсовом Ангеле из пансиона.

— Я стояла и смотрела на видение сахарного семейства, а вокруг меня кричали: Бенош, Бенош, Бенош! — продолжила Лелэ восторженно таинственным голосом.

— Бенош, — повторила я, решив назвать этим именем своего малыша. — Имя досталось тебе, Шарль.

Лелэ улыбнулась, подумав о том, что впервые спокойно сказала о ребенке, которого у неё никогда не будет. Зато у неё есть взрослый Бенош и не очень взрослая Симона, которые везут их с Бебэ в гости к богатому дядюшке.

— А знаешь, Лелэ, ведь я — тот самый сахарный трёхлетний мальчик, которого ты тогда видела, — сказал Шарль.

— Ты? — она отмахнулась. — Да ну тебя.

— Лелэ, Шарль Бенош — моё настоящее имя, — улыбнулся Шарль. — Бенош — это фамилия моих родителей.

Лелэ побледнела, вдавилась в сиденье, ушла в себя.

— Мы ценим шутки, сынок, — проговорил Бебэ. — Но мы никогда никого не дурачили.

— Он вас не дурачит, — воскликнула Симона. — В нашем доме есть портрет маленького Шарля и Натали Бенош в белоснежных кружевных одеждах. Лелэ очень точно их описала. В тот день, о котором рассказывала Лелэ, семейство Бенош ехало от художника Ричарда Бодлера, который писал портрет Натали по просьбе моего отца.

— Правда? — с надеждой посмотрев на Симону, спросила Лелэ.

— Да, да, Лелэ, дав Шарлю имя — Бенош, вы вернули ему его фамилию, — сказала Симона. — Если бы вы назвали его по-другому, мы бы никогда не отыскали его. Спасибо вам, дорогая Лелэ.

Лелэ замахала на неё руками, уронила голову на колени. Бебэ погладил её по спине.

— Ну, вот, новый номер — клоунесса залилась слезами. Так дело не пойдёт. Нам ещё вечером веселить почтеннейшую публику. Соберись, возьми себя в руки.

— Сегодня вечером мы вас никуда не отпустим, — сказала Симона. — Мы вас похитили, чтобы пригласить на званый ужин с лучшими людьми.

— Нет, нет, — встрепенулась Лелэ. — Я не останусь ни на какой ужин.

— Останетесь, — с нажимом проговорила Симона, — потому что лучшие люди — это вы с Бебэ, мой дядюшка Шварц, мадам Ля Руж и мы с Шарлем. Сегодня наш день. День счастья, день исполнения желаний и надежд. Вы же давно хотели сбежать из цирка и отправиться в путешествие по миру, — Лелэ кивнула. — Так вот, Мари, считайте, что ваше путешествие уже началось.

— Ах, душа моя, ты знаешь моё имя, — прошептала Лелэ, прижав ладони к груди.

— Да, — улыбнулась Симона. — Теперь я вас всегда буду звать — Мари. А вас — Михаэлем.

Бебэ крякнул, потёр нос, улыбнулся, проговорил:

— Умеете вы растрогать даже самых бесчувственных, дорогая Симона.

— Вы не бесчувственные, — нежно посмотрев на него, сказала Симона. — Вы — самые замечательные люди, умеющие раздаривать своё душевное тепло, свою доброту и сердечность, ниспосланную нам с небес.

— «Даром получили, даром отдавайте», — проговорила Лелэ. — Дарите, даруйте, одаривайте других.

— «Кто сеет скупо, тот скупо и пожнёт; а кто сеет щедро, тот щедро пожнёт»,1 — улыбнулся Бебэ, продолжая тереть свой нос, чтобы скрыть растерянность и непрошенные слёзы. — Мы никогда не гнались за богатством, довольствовались тем, что есть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Второе Послание к Коринфянам 9:6.