– До свидания, – но этого он уже не услышал, он исчез, оставив Диану наедине со своими мыслями, которые, кстати, сегодня получили неплохую дозу впечатлений. Вот уж точно, было от чего разыграться воображению.
Глава 2. Графиня Тересса-Милидия-Дарианна-Виктория-Доротея де* Шеврез.
Неизменный серебряный плащ, с приколотой к нему старинной брошью, подарком Иванджелины, обволакивал силуэт его жены. Она стояла на лестнице, положив руки на перила.
– Ты уходишь? – он уже понимал, что она уйдёт.
– Да, если хочешь, можешь пойти со мной.
– А ты сама хочешь этого?
Она чуть качнула головой:
– Нет, я хочу побыть одна.
– В таком случае, я даже не буду спрашивать, куда уходит госпожа де*Шеврез – он осёкся под её строгим взглядом – прости, я хотел сказать, что ты всегда и во всём свободна. Я верю тебе, мой маленький, благородный рыцарь.
– Спасибо, но не печалься, я скоро вернусь. До свиданья, до скорого свиданья, господин волшебник.
Тропика вела сначала к белому домику на холме. «Сад мой и домик, со старой терраской – подумала молодая женщина – ты мой вчерашний, позавчерашний, мой покой». Она беспрепятственно прошла за калитку в сад, за которым теперь никто не ухаживал, и улыбнулась увядающему розовому кусту с единственным бутом. Войдя в дом, Милидия поняла, что всё ценное, что можно было вынести уже вынесено, впрочем, чему удивляться… Хотя нет, было чему удивиться. Не тронули резное фортепьяно из орехового дерева в розовой гостиной её матери. Оно, как и было накрыто неизменным прованским кружевом, от которого тянется чудом сохранившейся аромат вербены. Милидия открыла крышку инструмента и обнаружила там старую нотную тетрадь. Самые простые, незамысловатые детские песенки, их когда-то сочиняла её мама, для неё. До чего же они были добры и светлы, её первые ноты…
И вот девушка уже сидит за инструментом и играет свои первые ноты, напевая их чистым голосом. Может, ей снова пять лет и ничего этого не было, это всё странный невероятный детский сон, игра воображения, возбуждённого какой-то красивой сказкой. Она совсем не такая, она ребёнок, склонный к детским шалостям и глупым фантазиям. Она не может совершить благородный, самоотверженный поступок, который совершил тот смелый и добрый человек, настоящий человек. Не было гордой леди, которая не побоялась пойти вразрез с общественным мнением… Не было прекрасной таинственной возлюбленной очаровательного волшебника… Не было женщины, которая приняла в сердце своё судьбу каждого человека… Не было свободолюбивого рыцаря до последнего отстаивающего справедливость… Не было безумного мечтателя, авантюриста, вечного исследователя и искателя, стремящегося к справедливости… Не было, не было, никого не было…
Её слёзы упали на клавиши инструмента.
Была графиня Тересса-Милидия-Дарианна-Виктория-Доротея де*Шеврез, ныне госпожа Милидия Фейрфак… Была, была, была… она была…
– Отчего Вы плачете, дитя моё? – Обратилась к ней незаметно вошедшая женщина, она была уже не так юна, как Милидия, и потому должно быть имела право на тот несколько покровительственный тон, но всё же она была очень красива, и главное очень счастлива.
– Ничего особенного, не больше чем воспоминание, просто воспоминание…
– Девочка, милая девочка, как хороши Вы собой, Вы похожи, Вы очень похожи – женщина вдруг побледнела, очень испугавшись.
– О ком Вы говорите?
– Я сказала глупость, забудьте.
– И всё же о ком Вы говорили?
– Мне показались, просто Вы очень похожи на людей, которые жили здесь раньше.
– А кто здесь раньше жил?
– Сначала отставной офицер, граф де*Шеврез, с молодой женой – женщина чуть вздохнула – он бы сделал блестящую военную карьеру, но любовь… Она была очень хрупкая и нежная девушка, он не хотел, чтобы она жила в гарнизоне и он подал в отставку. Они жили здесь очень уединённо, и были счастливы, я не должна забывать их, особенно её, поэтому часто прихожу в домик графини.
– Вы чем-то обязаны ей?
– Да, я помню доброту и деликатность, с которой она когда-то отнеслась ко мне, дело в том, что когда я выходила замуж, человек, который женился на мне, женился по любви, и я была ему не равна, ни по положению в обществе, ни по богатству. Графиня была так великодушна, что поддержала меня, когда от нас все отвернулись, и помогла упрочить моё положение в обществе.
Милидия очень странно посмотрела на эту женщину, теперь она чувствовала к ней не просто симпатию, нечто большее, счастье её было твореньем рук маленькой волшебницы.
– Почему Вы так смотрите на меня?
– Ничего, я просто подумала, мне кажется, я знаю кто Вы, Вы баронесса Джули де*Кверлик?
– Вы правы, но как Вы угадали?
– Я слышала Вашу историю от барона Эдварда де*Кверлик.
– Вы знаете, Эдварда, давно ли Вы виделись?
– Незадолго до моего отъезда с моим мужем.
– Вы иностранка?
– В некотором роде, лучше скажем путешественница.
– Эдварда тоже всегда тянуло к путешествиям, ещё мальчиком он грезил о морских приключениях и океанах. Но как он, здоров ли, счастлив ли? Мы знаем, что он очень далеко и его брат давно не имел от него никаких известий.
– Могу Вас успокоить, брат Вашего мужа вполне здоров, успешен, и скоро должен жениться.
– О, неужели, на ком?
– На очень хорошей и доброй девушке, её зовут Иванджелина Орнольдегольд.
– Вы хорошо знаете её?
– Да, она двоюродная сестра моего мужа и мой хороший друг, когда мы с моим мужем вернёмся, они соединят свои судьбы.
– Как же я счастлива, сама судьба посылает нам Вас.
– Я действительно хотела встретиться с Вами, мой экипаж остановлен в ближайшей деревне, я хотела осмотреть эти живописные места и старинный замок, он, кажется, принадлежит древнему дворянскому роду, ведущему свою родословную ещё от крестоносцев, не так ли?
–Да, Вы правы.
– А потом я действительно собиралась навестить Вас, но сама судьба свела нас…
– Да, редкая удача, а Вы можете осмотреть замок, мой муж сейчас как раз там, он улаживает некоторые дела с управляющим.
Милидия озадаченно посмотрела на баронессу, та продолжала.
– Граф и графиня жили здесь очень не долго, они были очень молоды, когда всё произошло. Потом, через несколько лет сюда вернулся брат графа, который ещё юношей уехал в дальние странствия и провёл в путешествиях больше пятнадцати лет. Во время путешествий он разбогател и отстроил замок заново. Он тоже жил здесь, но почти год как умер. Все его капиталы ушли на благотворительность, на них построены школы и больницы. А что касается родового поместья, то он попросил моего мужа выкупить его, чтобы оно не попало в чужие руки.
Милидия уже не могла сдержать слёз, чтобы баронесса не заметила их, она отвернулась к окну.
– Ну что Вы, милая девочка, конечно история печальная, но стоит ли принимать всё так близко к сердцу – баронесса провела ладонью по тёмным волосам маленькой графини.
– Простите, что-то сегодня со мной случилось, но это пойдёт.