Королевские чётки. Зерно Чужестранца

Постепенно начало доходить. Я опустила меч, хотя рука всё ещё дрожала от рвения сражаться – но не с несчастными актёрами. Я метнула на Даргана взгляд, который должен был объяснить всё без слов. В груди бурлило возмущение. Он спокойно выдержал его.

Тем временем брюнет со вздохами и демонстративным цоканьем приводил товарищей в чувства. Те стонали, ворчали и не хотели подниматься. Сердце моё заныло: я бы никогда не опустилась до насилия без причины.

Всё же, услышав звон монет, актёры повеселели, быстро выпрямились и начали отряхивать костюмы. Значит, их слабость тоже была частью представления и серьёзных травм не случилось? Надеюсь. На душе стало легче, но лишь чуть-чуть.

Я молча смотрела, как король отсчитывает серебряные, как актёры, довольно и спешно уносят ноги. Но едва за ними закрылась дверь – я снова подняла меч. Дарган покосился на лезвие:

– Кеита… – голос его был ровным, осторожным. – Давай без шуток. Я ведь только что убедился, что ты не хочешь причинить мне вред. Или?..

– Теперь хочу! – сорвалось с губ громче, чем я хотела. – Я только что избила людей, которые ничего мне не сделали – почему бы не заняться тобой?!

– Кеита, я не буду с тобой драться.

– Зато ты с радостью заставил драться меня! – обида и злость захлестнули. В груди жгло, будто наелась перца.

Я шагала вперёд, пока он не упёрся спиной в стену. Остриё меча оказалось у его груди. Конечно, я держала себя в руках и вредить ему не собиралась. Но дать понять, что подобное больше не пройдёт, была обязана. Использовать мою преданность против невиновных – это не шутка.

– Знаешь, Величество, ты побил все рекорды! Ещё никто не умудрялся меня так взбесить, – я перебрала в голове все яркие моменты своей жизни и добавила: – За два дня! А ну выкладывай, что ты здесь устроил?!

Меня трясло от ярости. Горло сипело, как сломанный рожок. Щёки горели – казалось, ещё немного, и вспыхнут волосы.

А он…

Надо отдать должное – остался непоколебим. Ни один мускул не дрогнул. Прижавшись к стене, он спокойно смотрел поверх моей головы.

– Я не собираюсь разговаривать в таком положении. Убери меч, – проговорил он холодно.

– Не пытайся мне приказывать!

– А ты – мне.

– Когда ты, наконец, поймёшь, что тут, внизу, всё устроено иначе, чем в твоём дворце? Здесь все равны, и свою правоту доказывают мечом или монетой. И никто не будет терпеть твои королевские замашки. Не веришь – проверяй это без моей помощи!

Я едва не взвыла. Но нападать на него – всё равно что бросаться на камень. Я отступила и опустила меч.

Он стоял спокойно ещё с десяток секунд, потом заговорил, глядя мне в глаза:

– Я понимаю, что ты злишься, Кеита. Но пойми и ты: я не знал о тебе ничего. И сейчас не знаю – кроме имени и того, что четыре года назад всё королевство…

– Ты в своём уме?! – я перебила, пока он не увёл разговор в сторону моих подвигов. – Это ты подошёл, попросил помощи, а теперь спрашиваешь, зачем я пошла с тобой?!

Он хмыкнул.

– Да, но ведь мы ни о чём не договорились. Ты ни разу не заговорила о цене, не спросила условий, но отправилась за мной аж на западные дороги. И, кажется, готова идти дальше – стоит только кивнуть.

Он помедлил – ждал объяснений?

– Далее, – продолжил он, – ты знаешь меня, хотя мы прежде не встречались. Сама ты не представилась. И после этого моя осторожность кажется излишней? Я должен был проверить тебя.

Он был прав. Пусть и немного.

– Но разве я дала хоть какой-то повод себе не верить?

Он покачал головой.

– Однако твоя верность не выглядит безусловной. Я вижу – тебя кто-то нанял.

Я вновь притворилась, что не заметила выжидательного взгляда. Чем дольше он не знает, что я из Армады, тем лучше. Мне и так нет спасу от его приказного тона и надменного взгляда.

– Что ж… – продолжил он. – По крайней мере, этот кто-то велел меня защищать. Бог знает зачем, но уже не худший вариант.

– Почему такая осторожность? Думаешь, против тебя заговор?

– Заговоры есть против любого правителя.

– Так тебя заговорщики из окна скинули?

– Послушай, Кеита… Я, конечно, стал доверять тебе чуть больше, но – самую малость.

«Так неужели он готовит мне ещё одно испытание?..»

При этой мысли в груди снова кольнуло.

– А если бы я убила тех людей? Ты это вообще учитывал?

– Когда нанимал их – нет.

– А откуда у тебя вообще деньги? Такие представления стоят дорого. Ты и правда грабил караваны? Или разбойников?

– Я не обязан отчитываться. Ты закончила с вопросами?

Рука с мечом вновь дёрнулась.

– Я буду спрашивать, когда захочу!

Он устало вздохнул:

– Я не это имел в виду. Знаю, ты всё ещё злишься. Я вёл себя… не слишком мудро. Просто нервы сдают, – он махнул рукой. – Хотел пригласить тебя на обед. В знак извинения. Если ты не против?

Я застыла, сбитая с толку окончательно.

– Вы… все такие странные, короли?

– Поголовно! – его голос стал глубоким, почти бархатным.

Он плавно протянул мне руку ладонью вверх:

– Миледи, окажете ли вы мне честь?

В его взгляде вспыхнули огонь и смятение – словно я поймала его в тот миг, когда в глазах всплыла неконтролируемая страсть, сокровенная тайна.

Конечно, это была игра – он и сам дал понять, назвав меня «миледи», точно процитировав учебник по придворному этикету. Ну какая из меня леди, да ещё и для короля?

И всё же…

Этому человеку не нужна улыбка, чтобы очаровывать. Взгляд его сделался тяжёлым, тягучим, обволакивающим – кружил голову, уносил, будто волна.

Наверное, при дворе учат сводить с ума глупых девушек… Я должна держаться строго!

Должна. Да только не получалось.

Будто к моему лицу поднесли пылающий факел – щёки вспыхнули, во рту пересохло. Я сморгнула, попыталась нахмуриться, чтобы он ничего не заметил, хотя плечи подрагивали при каждом вдохе. Я вложила пальцы в его ладонь.

– Конечно. Для меня это честь, ми… милорд.

Вот так мы и спустились по лестнице – рука в руке, словно на какой-то церемонии. Опомнилась я только, когда услышала цоканье и поймала на себе насмешливые взгляды постояльцев.

Я поспешно отдёрнула руку – чем сильно расстроила цветочника, обедавшего у окна. Он уже было схватил с пола своё ведро, но теперь с глухим вздохом опустился обратно на стул.

На нас ещё немного посматривали, но я быстро обо всём забыла – в нос ударил аромат овощной каши с варёными яйцами. Я и не представляла, насколько проголодалась.

Минут пять в этом мире существовали только я и миска еды. Потом – я и кружка холодного сбитня. И только потом я наконец покосилась в окно. Было светло.

– Сколько я проспала?

Дарган оторвался от своей кружки:

– Полтора суток.

Я чуть не поперхнулась – думала, что провалялась всего пару часов.

– Ну что ж. Бывало и хуже.

– Верю, – он кивнул и на секунду задумался: – И где живёт прославленный герой?

– На юге, в Динки.

– А в Асилоте что делаешь?

– Не поверишь… приехала развеяться: повидаться с друзьями, поесть мороженого, – я едва не вздохнула. – На юге его не делают.

– Правда?

– Ага. Я вовсе не собиралась искать новых приключений!

– А что собиралась?

– Может, букетик для дамы? – цветочник, доев, не выдержал и решил попытать счастье.

И оказался как нельзя кстати – избавил меня от ответа. Я ненавижу такие вопросы. Ненавижу вспоминать, что потеряна в жизни.

Пока Дарган отмахивался от цветочника, я успела сменить тему:

– Когда отправимся во дворец?

– Может, для начала ты всё-таки отдохнёшь, – он обернулся ко мне… и прямо в лицо ему уткнулись две рыжие лилии.

Дарган быстро достал два медяка и протянул назойливому продавцу. Только тогда смог договорить:

– Всё-таки ты была серьёзно ранена.

– Да брось! От чего отдыхать – от отдыха?

Он чуть наклонил голову набок и протянул мне лилии:

– Ну что ж… тогда можем хоть сейчас.

Глава 5

Когда Дарган вывел лошадь из конюшни, меня прошиб пот.

– Горлинка!

– Что?

– Моя лошадь! Что с ней случилось?

– Умчалась в лес, – король надел шлем и оседлал коня.

– Чёрт! – я вскочила ему за спину, пообещав себе, что достану для Йийи другую лошадь.

Когда мы прибыли на площадь, я уже об этом не думала – у меня открылся рот. Каждую стену украшал его портрет, а под ним изящно выведено: «50 золотых за поимку живым или мёртвым».

Я дёрнулась и набрала было дыхание, чтобы трубить отбой, но передумала. На Даргане – закрытый шлем, народа мало, стражники млеют в тени, а до дворца рукой подать.

– Боже мой… Так вот как люди меня увидели, – пробормотал Дарган. Его вздох исказился в шлеме и прозвучал как стон.

Храм запрещает рисовать настоящие лица. Всем правителям и великим людям посвящаются однотипные изображения, не похожие на них самих. А вот преступников разрешается изображать во всей красе – ведь дьявол и без того уже коснулся их.

– Какая у них память! Как бы они и тебя не запомнили.

Я только фыркнула. Служившая в Армаде, я знала:

– Для Королевской армии все чужестранцы на одно лицо. А после появления кодексов в нашу сторону и вовсе предпочитают не смотреть.

– Вот как?

«Да уж. Теперь не увидишь, как стражник избивает чужестранца – а вот серенидца – запросто…»

Мне вдруг стало стыдно, что ещё вчера я называла это нормой. Я осудила Даргана за то, что он вступился за серенидца перед стражей, хотя сама не так давно делала то же самое, только заступаясь за таприканца. Так кто из нас предубеждён?

– Дарган…

– Да?

Я сама не знала, что хотела сказать. Возвращаться к старой теме глупо, но хотелось как-то дать понять, что я уж точно теперь на его стороне. Я уставилась ему в спину, сжала пальцами выбивающееся из плетения кольцо его кольчуги и произнесла:

– Не волнуйся. Мы обязательно найдём способ поднять тебя наверх.

«Мы должны вернуть всё на круги своя. Немедленно. Здесь».

– Что ж, спасибо, – отозвался Дарган.

Мы привязали коня и пошли к распахнутым дворцовым вратам через раскалённую солнцем площадь. Снаружи было тихо, но внутри дворца жизнь кипела в любое время суток. Нижний уровень с его высоченным потолком целиком принадлежал народу. В бесконечных комнатах располагались магазины и увеселительные заведения.

Здесь шумела вечная ярмарка. Купцы выкладывали заморские товары на длинные прилавки – глаза разбегались:

Фроксийские ткани, меха, кожаные изделия – «зима рано или поздно придёт!»

Ауанские парфюмы и целебные масла – «с далёкого-далёкого континента!»

Баркийская посуда – «не такая красивая, но прослужит дольше!»

Украшения из таприканских камней – «но работы баркийских ювелиров!»

Таприканские и ретаньянские сладости – сушёные фрукты, орешки, сиропы и, конечно, шоколад.

Среди всего этого мимы звенели бубенцами, чужестранно разодетые актёры распевали песни разных народов. Художники предлагали сделать портрет в диковинном наряде.

Хихикали студенты, пожёвывая дешёвую вяленую тыкву. Звенели монетами приезжие. Нервно шипели слуги с длиннющими списками покупок. На один край такого я невзначай наступила – длинный свиток выпал из рук круглолицей девушки и укатился под лавку. Девушка с воплем всплеснула руками.

Я быстро попятилась и чуть не врезалась в огромный плакат целительского клуба: «Скидки на омолаживающие чары! Выезд на поместье!»

– Дарган, а как ты обычно поднимался наверх?

– Так уже не получится, – ответил он, прикрывая забрало от брызг фонтана.

– Что ты имеешь в виду? И как же ты туда попадаешь?

С ума сойти! Два дня назад я смеялась над этим вопросом.

Дарган ответить не успел – мы как раз прошли мимо Дворцовой библиотеки, и уши заложило от перепалки книголюбов с театралами. Когда начинался спектакль, в библиотеке становилось невыносимо шумно.

– Сюда, сюда! Такого вы ещё не видели! Новинки искусства и ремесла! – заголосил зазывала выставочного зала.

Только отмахнулась – уже побывала, ещё до встречи с Дарганом, осматривала последнее слово кузнечества: «сабли» из Фроксии – тонкие мечи с загнутым лезвием, якобы лёгкие и удобные. И эти модные «кирасы» – панцири из тонкого металла, что уже активно вытесняли старую добрую кольчугу. Одно разочарование.

Не верилось, что над всей этой ярмарочной пестротой где-то там, на высоте в двухстах метрах, восседает на троне великий, непостижимый монарх…

А, впрочем, нет – не восседает.

– Где-то должна быть лестница, – вдруг заявил Дарган.

Лестница? Я уже не первый год блуждаю здесь – ни разу не видела ни одной! Я стала оглядывать яркие стены, резные колонны, цветочные орнаменты – рябило в глазах.

– Туда, – шлем Даргана повернулся к прочной двери под круглой аркой.

Ах, её я и не заметила! Для простых людей она была не более проходима, чем стена. Вряд ли кто-то из посетителей когда-либо пытался её открыть. Не удалась попытка и нам: стоило лишь приблизиться, как перед нами вырос стражник.

– Куда это мы направляемся?

– Мы, – я быстро усилила акцент, – смотреть всюду. Наслаждаться…

– Кто такие?

– Странники, – я пожала плечами.

– А что за вид? – он кивнул на Даргана.

– Ой, – я захохотала, – он у меня просто восхищаться местная экзотик!

– Дьявол, вы чужестранцы какие-то ненормальные, Богом клянусь! В общем, ту-да нель-зя, понятно? – выговаривал он по слогам. – Для посетителей только э-та зо-на, – он обвёл руками помещение.

– Я так и знала. Говорила же! – хохоча, я толкнула Даргана локтем. – Ну что ж…

Я развернулась – и уткнулась прямо в стражника в позолоченном шлеме. Капитан. Тот самый или нет – кто их различит? Для меня вся Королевская армия на одно лицо.

– Что тут у тебя, боец? – спросил он у стражника.

Я быстро взяла Даргана под руку и ускорила шаг. Всё нутро подсказывало: надо срочно затеряться в толпе.

– Да вот, чужестранцы, – усмехнулся тот, – гуляют и…

Я уже не слушала. Мы отдалились, почти растворившись в очереди у лавки сладостей.

– Эй, стойте! – голос капитана стражи, как гром, перекрыл весь гомон в холле. И не было сомнений: это нам. Даже очередь это поняла – люди стали отстраняться, бросать подозрительные взгляды, пока мы не менее подозрительно пробивались вперёд.

– Вы двое, а ну подождите! – разнеслось на весь зал..

Мы ускорились, почти перешли на бег.

– Держите их!!!

Оставалось всего пару шагов – и мы уже свернули бы за угол, но не тут-то было: как из-под земли перед нами выросли двое стражников.

– В чём дело, господа? – возмутилась я.

– Стоять! Куда торопитесь?

– На обед. Мы проголодаться, а что?

– Неужели?! – взревел капитан, подоспев сбоку. – Ты, чужестранка, я тебя помню! И твоего дружка, – он оскалился, блеснув редкими зубами; глаза полыхнули. – А ну-ка, подними забрало!

– Как вы смеете?! «Мы свободные люди. Под защитой суверенного государства…» – я с ходу затараторила знакомую каждому чужестранцу тираду – начало Кодекса «О правах чужестранцев».

– Я не с тобой разговариваю, заткнись! В гробу я видел эти кодексы! – рявкнул капитан. – Я сказал: засвети рожу, хмырь! – он уставился на Даргана.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.