Оберег луны. (Не) истинная волчица
Он выпустил меня из объятий и сел на край дивана, обхватив голову руками. Потом взлохматил свои волосы парой движений рук и потянулся за штанами.
Я сразу почувствовала себя неуютно, мне стало холодно без его объятий. Хотелось заплакать от обиды. Обиды на то, что он отпустил меня и больше не обнимает. О чём я только думаю? Этот человек появился в моей жизни всего несколько часов назад. Ну переспали. Чего убиваться теперь? Я была в полной прострации от таких мыслей, что не заметила, как он рассматривает меня.
— Тася, — потянулся он ко мне, сгрёб в охапку и усадил рядом с собой. — Ты замёрзнешь, надо обработать твою ногу и снова одеть на неё лангету.
Он подал мне пижаму. Я пожала плечами и облачилась в неё не без его помощи. Глеб сходил в ванную, где мы оставили мои вещи и принёс бинты и лангету. Сев на пол, он аккуратно приладил всё на место и положил мне голову на колени.
От этого его прикосновения стало жарко. Я машинально начала гладить его по волосам. Они были такие приятные на ощупь. Не жёсткие, но и не сильно мягкие.
— Так о чём ты хотел поговорить? — прервала я слишком затянувшееся молчание.
— О том, что произошло между нами, — тихо начал он. — Но сперва ответь мне, что тебе известно про Бориса Железнова?
Я задумалась. Перебрала в уме всех возможных знакомых людей, своих и родителей. И честно ответила:
— Ничего. Мне совершенно ничего не говорит это имя.
— Что ты знаешь о своих родителях? — вновь задал он вопрос, не дав мне ничего больше сказать.
— Наверное всё, — пожала я плечами. — Папа историк и археолог, они с мамой постоянно в разъездах, поэтому я большую часть жизни живу у тёти. Выезжала ненадолго в большой город, недалеко от нас, чтобы отучиться в университете. Мама работает на удалёнке, поэтому может ездить с отцом. Дни рождения перечислять? Какие-то ещё факты? Я не понимаю, к чему ты клонишь.
Я нахмурилась и поджав губы уставилась на него сверху вниз.
— Ты знаешь как познакомились твои родители? — спокойно продолжил он задавать странные вопросы.
— Конечно, они рассказывали. В турпоходе познакомились, они в студенчестве постоянно ездили куда-нибудь с палатками. Вот на одном таком сборище и познакомились. Потом мама забеременела мной и они поженились. Они изначально хотели пожениться, но позже. Но раз так сложилось они не жалеют. Глеб, это скорее мне надо задавать тебе вопросы с пристрастием. Объясни толком, что ты имел ввиду, когда сказал, что мы вляпались? В смысле - мы? В смысле - вляпались? И в смысле - куда?
— Значит ты вообще ничего не знаешь, — он поднял голову с моих колен и внимательно посмотрел мне в глаза.
— Что я должна знать? — фыркнула я. — Глеб, прекрати говорить загадками, пожалуйста. Ты меня пугаешь.
— Девочка моя, — он обнял меня за талию, утыкаясь носом в живот. — Тебе надо отдохнуть. А мне надо подумать. Пойдём, я отнесу тебя в кроватку.
Он резко встал и поднял меня на руки. Донёс до моей комнаты и ловко откинул покрывало одной рукой. Потом аккуратно положил меня на кровать. Сел рядом и принялся гладить меня по волосам.
— Ты сейчас уйдёшь? — тихо спросила я.
Мне совершенно не хотелось, чтобы он уходил. Внутри меня будто была натянута струна к нему. И мне стало холодно и тоскливо от мысли, что он исчезнет из моей жизни и мы больше никогда не увидимся. Я снова чуть не заревела. Но вовремя дала себе мысленную оплеуху.
Нашла из-за чего расстраиваться. Из-за одной ночи любви. Да, надо признать, что это была самая лучшая ночь в моей жизни. Но это не повод расстраиваться, если мужчина, который открыл мне много нового в этой стороне жизни, уйдёт. Я не вправе удерживать его. Даже если при этом он называет меня своей девочкой. Может он так со всеми своими любовницами общается. Что бы в именах не запутаться.
Я неосознанно нахмурилась и посмотрела на него.
— С чего ты взяла? — усмехнулся Глеб и взяв меня за руку, поцеловал мои пальцы.
— Не знаю, — не удержалась я от ответной улыбки. — Просто мне показалось, что тебя напрягает эта ситуация между нами.
— Тебе показалось, девочка моя, — снова улыбнулся он. — Теперь я точно от тебя никуда не денусь.
Он притянул меня к себе и обнял, нависая. Поцеловал в висок.
— Спи, тебе нужно набраться сил. Утром мы обязательно всё обсудим.
— Но как я могу уснуть, после твоих слов? — немного нервно буркнула я. — Куда мы вляпались? Что вообще происходит? Глеб, ты должен сейчас же мне всё рассказать!
— Я обязательно тебе всё объясню, но позже, спи, Тася, — он аккуратно водил рукой по моим волосам, пропуская их сквозь пальцы.
Мои глаза слипались от всего пережитого, от его нежных прикосновений. И я, сама не ожидая, немедленно провалилась в сон.
Когда я открыла глаза за окном ещё было темно. Сквозь неплотно задёрнутые шторы в комнату проникал серебристый лунный свет, освещая помещение мягким светом. Потянувшись к тумбочке, я взяла в руки телефон и посмотрела на экран. Пять утра. Получается я проспала не больше пары часов. Но ощущение было такое, будто я проспала не меньше суток и полностью выспалась.
Окно было чуть приоткрыто на проветривание, терпеть не могу спать в душном помещении. Я услышала бормотание за окном. Кто-то разговаривал по телефону. Глеб, ну конечно же это был Глеб, кто ещё может в такую рань находиться у меня во дворе?
Я аккуратно опустила ноги на пол и удивилась от того, что нога совершенно не болела. Будто я её и не подворачивала. Подвигала ступней, сделала пару шагов, и даже слегка подпрыгнула на месте. Боли не было. Мысленно удивившись таким хорошим лекарствам, что мне вкололи в больнице, я подошла к окну. Хотела открыть створку шире и позвать Глеба, но меня насторожил его разговор.
Глава десятая
Глеб стоял вполоборота к дому, мне хорошо было видно его лицо в свете луны. Он явно нервничал из-за этого разговора. Постоянно поджимал губы и хмурился. А ещё он злился, очень сильно злился на собеседника.
— Да, нашёл, — сухо сказал он в трубку.
Потом несколько минут молчания.
— Нет, я не привезу тебе, — зло рыкнул он собеседнику и, я отчётливо услышала, как несчастный телефон затрещал в его руке.
Снова он внимательно слушает того с кем разговаривает. Хмурится и зло пинает камушек на дорожке.
— Ничего не знает. — ответил он собеседнику. — И я не стану это делать!
Снова ему что-то кричат на той стороне, даже до меня долетают звуки яростных криков, хотя слов не разобрать.
— Я в курсе, с кем разговариваю, но я сказал нет!
В этот момент мне показалось, что передо мной не человек, а зверь, защищающий свою добычу. Я стояла за шторой, боясь пошевелиться и выдать своё присутствие. Черты его лица, в свете луны, заострились и он весь будто вытянулся и стал массивнее и крупнее.
— Да, я это сделал, — снова зарычал он в телефон. — Попробуй, и я за себя не ручаюсь, дядя!
Он с силой сжал руку и швырнул телефон в стену стоявшего рядом с домом гаража. Телефон, до этого уже пострадавший и раздавленный, разлетелся от этого броска на мельчайшие кусочки. Глеб достал пачку сигарет и закурил. Злость и ярость отражались на его лице.
Я, стараясь не дышать, сделала несколько шагов назад. Меня напугал его разговор с неизвестным мне дядей. Захотелось убежать далеко-далеко и спрятаться в какой-нибудь щели, что бы никогда не попадаться этому человеку на глаза. Меня, как ледяной водой окатило, как я могла пустить в свой дом непонятно кого? А если он действительно маньяк? А может это именно он на меня напал в том дворе? Я же не видела лица нападавшего. А голос он мог просто подделать, что бы я не узнала его. Липкий страх пополз по позвоночнику, растекаясь по каждой клеточке моего несчастного тела.
Я задумалась, отступая от окна и, наткнувшись на кресло на колесиках, рухнула вместе с ним с громким грохотом на пол, падая, больно стукнувшись боком об угол стола. Тихо охнув, я схватилась за бок и тихонько заскулила.
Не прошло и пяти секунд, как в комнате оказался Глеб. И как только он так быстро преодолел полдома, что бы оказаться рядом со мной? Он не тыкался, как слепой котёнок в темноте, моментально найдя меня, поднял на руки и прижав к себе, как хрустальную вазу, сел на кровать. Расположив меня у себя на коленях.
— Ты зачем встала, маленькая? — ласково протянул он, зарываясь носом мне в волосы. — У тебя же нога болит, тебе нельзя вставать.
— Я проснулась и… — я замялась, не зная, что ему сказать.
Ну, не говорить же ему, в самом деле, что я проснулась от ощущения, что его нет рядом. Меня вдруг пронзила эта мысль. Стала для меня самой откровением. Я широко распахнула глаза и уставилась на Глеба. Что-то происходило со мной, но я пока никак не могла уловить, что именно.
— Ты пить захотела? — подсказал он.
Я судорожно кивнула. Его запах, сандала и грейпфрута, легкий и ненавязчивый, но настолько сейчас притягательный для меня, буквально сводил с ума. Мне снова захотелось наброситься на него, содрать его одежду, прикоснуться к его разгорячённой коже, ощутить сладость его поцелуев и жар от прикосновений. В животе заполыхал огонь возбуждения. Я тихонько застонала от этой бури эмоций.
— Тася? — заглянул он мне в глаза.
И я отчётливо увидела беспокойство в его глазах. Свет луны, проникавший сквозь штору давал слишком мало света, но мне показалось, что я хорошо вижу его потемневшие серые глаза.
— Нога совсем не болит, — отводя взгляд и сбрасывая нахлынувшее наваждение, отстранённо сказала я. — Хорошие лекарства мне вчера вкололи. Я сейчас наверное даже танцевать могу.
Я слабо улыбнулась. Он нахмурился. Посадил меня на кровать, сделал пару шагов и включил свет в комнате. Сел на пол передо мной, скрестив ноги и стал аккуратно разматывать повязку на ноге. Нога была обычной. Бледная кожа, небольшая ступня. И ни следа вчерашнего отёка или даже синяка.
— Ого, круто! — выдохнула я, разглядывая свою конечность. — Точно какое-то хорошее средство. А говорят у нас медицина не очень.
Я засмеялась. Но тут же осеклась, сердце сдавило от понимания, что теперь он спокойно может уйти. Я не беспомощная и очень даже здоровая. Я перевела на него взгляд. Глеб сидел, сосредоточенно о чем-то размышляя.
— Ты теперь уедешь, да? — пыталась сказать это спокойно и даже холодно, показать, что мне всё равно. Но получился какой-то сдавленный полувсхлип.
В горле встал ком и к глазам неожиданно подступили слёзы. Я сморгнула, отгоняя их. Не дать себе расплакаться. Нельзя. Глупо. Он ничего мне не должен. Мы даже толком не знакомы.
— Собирайся, нам надо сейчас же уехать. Немедленно, — резко бросил он, поднимаясь с пола и открывая мой шкаф.
— Уехать? — недоумённо пробормотала я.
С одной стороны меня охватила невероятная эйфория, он заберёт меня с собой, мы будем рядом. Но я тут же одёрнула себя, помня о его странном разговоре с неизвестным дядей.
Глава одиннадцатая
Он будто выпал из какого-то оцепенения.
— В смысле? Глеб? Что произошло? Зачем? Куда? — посыпала я вопросами, недоуменно глядя на его метания по комнате. — Не понимаю. И никуда не поеду. Ко мне в обед Тайка приедет. Мы договорились. У неё сегодня девичник. А через неделю свадьба с её Владом. Если я пропущу эти два грандиозных события, она съест мне мозг и смертельно обидится.
— Владом? — Глеб зацепился за имя жениха подруги. — Каким Владом?
Я недоумевающие смотрела на него.
— Жених моей подруги, Влад, — пожала я плечами.
— Фамилия какая у него? — напряжённо бросил Глеб.
— Не знаю, — вновь пожала я плечами. — Не интересовалась.
Он подскочил к тумбочке и схватил мой телефон.
— Звони подруге, попроси дать трубку Владу, — протянул мне смартфон.
— Ты время видел? Половина шестого утра, нормальные люди спят ещё — округлив глаза уставилась на него.
— Звони, говорю, мне надо с ним поговорить. Срочно, — вложил мне в руку мобильный. — Мой телефон… сломался.
Я вспомнила, как он раздавил свой смартфон рукой и швырнул в стену. Ага, сломался. Но виду не подала, по крайней мере попыталась.
— Ты его знаешь? — удивилась я.
— Возможно. Надеюсь, что мы говорим про одного и того же Влада, — задумчиво произнёс Глеб.
Я пожала плечами и набрала номер Таи. В трубке очень долго шли гудки. Разумеется она спит. Наконец сонный голос ответил:
— Да.
— Привет, это Тася, прости, что разбудила. Ты можешь дать трубку своему жениху?
— Что-то случилось? Влад спит, — прошептала она в ответ.
— Понимаешь, тут такое дело, я тебе потом расскажу подробно, но тут парень у меня, он требует поговорить с Владом.
— Ого, ну ты даёшь, подруга, — хихикнула она в трубку. — Только недавно с Серёгой рассталась и уже нового бойфренда нашла. Молодец! Хвалю! И кто он?
Я покраснела. В самом деле, веду себя совершенно не так, как всегда. Но удивиться не успела своим мыслям, Глеб взял у меня телефон.
— Здравствуйте, Тая, мы с вами встречались на днях, у Рыжовых, я Глеб, помните? Мне необходимо с Владом поговорить, прямо сейчас.
В трубке что-то восторженно пискнуло и через несколько секунд послышался хриплый голос парня подруги. Глеб вышел из комнаты, бросим мне через плечо:
— Что сидишь? Собирайся скорее.
Я встала с кровати, ещё раз подвигав ступней. Совершенно не болело. Вот ни чуточки. Снова слегка удивившись, направилась к шкафу, доставая сумку. Как заворожённая, подчиняясь приказу этого мужчины. Отобрала несколько пар сменного белья, пару любимых свитеров и теплые штаны. Куда мы поедем? Что надо брать с собой? Я стояла, размышляя, неосознанно прислушиваясь к разговору Глеба в соседней комнате.
— Да, нам нужна будет провизия. Я знаю, что там есть небольшой запас. Но нужно больше, сам знаешь, как это может надолго затянуться.
Короткое молчание.
— Давай ты не будешь мне сейчас читать нотации? Лучше потом, при встрече всё выскажешь. Я знаю, что я дурак. Но ты сам-то смог удержать это?
Опять молчание.
— То-то и оно, — нервный смешок, — Вот и я думал, что это бабкины сказки.
Снова молчание.
— Наверное лучше будет так и сделать. Встретимся на нашем месте. Жалко конечно, но придётся.
Я замерла. О чем это он? Провизия? Кого-то жалко? Он меня собрался куда-то отвезти и грохнуть? Что он должен был удержать?
Через пару минут Глеб вернулся в комнату, застав меня с трясущимися руками над полупустой сумкой.
— Тась, ты чего? — он шагнул ко мне, но я отшатнулась и забилась в угол.
— Я всё слышала, — в моём голосе зазвучали истеричные нотки. — И никуда не поеду с тобой, уходи немедленно. Я ничего не знаю, ни про тебя, ни про твои делишки. Оставь меня в покое. И дружку своему скажи отвалить от моей подруги. Иначе…
Я задохнулась, он страха, набежавших слёз, какой-то непонятной тоски внутри. Эмоции волной нахлынули на меня. Запахи показались резче, а цвета будто потускнели. Меня затапливала непередаваемая, необузданная ярость?
Глеб подскочил ко мне и прижал к себе. Нежно погладил по голове.
— Тише, тише, моя хорошая, ещё не время, — шептал он мне в макушку.
А мне хотелось завыть от всего этого. От боли внутри, от эмоций, что распинали меня. Выть, как какой-то зверь.
— Ты меня убьёшь? — отстранённо прошептала я, давя рвущийся наружу всхлип.
— С чего ты взяла, девочка моя? — напрягся он.
— Ты сказал по телефону Владу, что тебе жалко, но придётся что-то сделать. Это про меня же?
— Нет! — он отстранил меня от себя, схватив за плечи и заглянул мне в глаза. — С ума сошла? Мы говорили про мою машину. Не придется утопить в болоте. Чтобы нас не нашли. Понимаешь? Сейчас не время вести долгие разговоры. Они скоро будут здесь. В лучшем случае у нас есть часа четыре, может шесть. И…
Он насторожился, пихнул меня обратно в угол и погасив свет, прыгнул к окну. Аккуратно осмотрелся из-за занавески.
— Я становлюсь параноиком. Поехали скорее. Он подхватил мою сумку и потащил меня, в пижаме и тапках к выходу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов