– Так что же все-таки произошло? – не дождавшись, когда Кота пробьет на откровения, спросил Иван, отодвигая от себя чашку и закидывая ногу на ногу.
– То и произошло, – проворчал Кот, промокнув хвостом губы. – Все по новой, как видишь… Слушай, кончай на меня пялиться! – нахмурил он бровки с белыми пятнышками, поворачивая голову к Василисе. – Ну, Кот я, Кот! Говорящий, большой, как слон! Что ж теперь, дырку во мне глазами провертеть?
Василиса зашлась кашлем, подавившись бубликом, и внезапно покраснела то ли от смущения, то ли от кашля. Иван легонько похлопал жену по спине.
– Спасибо, – поблагодарила та, приходя в себя, и опять уставилась на Кота своими голубыми глазищами.
– Чего? – напряженно спросил тот.
– Я бы на тебя посмотрела, как бы ты себя вел, объявись в твоей квартире говорящий котяра, – серьезно произнесла она.
Кот только неловко плечами повел и опять макнул баранку в чай.
– Значит, вся эта история?.. – Василиса повернулась к мужу.
– Чистейшая правда! – кивнул тот.
– Все-все? – было хорошо заметно, что Василисе трудно в это поверить. Растерянность блуждала по ее лицу, отражаясь на нем то едва уловимым движением ресниц, то подергиванием уголков губ.
– От начала и до конца, – ответил за Ивана Кот и подмигнул тому. – Ты ей все рассказал?
– Ну… – Иван несколько смутился, делая Коту незаметные знаки, чтобы тот заткнулся, но Кот сделал вид, будто не заметил их.
– Что значит – все? – Василиса вопросительно взглянула сначала на Кота, затем на мужа.
– Видишь ли, дорогая, я подумал… – замялся Иван.
– А про купание в оазисе? – влез Кот.
– Какое еще купание? – Василиса опять уставилась на Кота.
– Как? Ты ей не рассказал самого главного? – выпучил глаза Кот. – М-м, такая сцена была, закачаешься! Представь себе: озеро, – простер он лапу с ложечкой, —чистейшая прозрачная водичка; вы купаетесь вдвоем. Вокруг никого, а тут эта псина, и я… – Кот остановился, заметив, как рука Василисы тянется к половнику, торчащему из кастрюли с супом за ее спиной. – Э, эй, ты чего?
– Ах ты, усатая твоя морда! Гнусный извращенец!
– Попрошу без оскорблений, – взвился безвинно оскорбленный Кот. – Как была Василисой, так и осталась!
– Это еще что за грязные намеки?
– Это не намеки. Это чистейшая правда! – Кот от греха подальше медленно сполз со стула и полез под стол.
– Ах ты, хмырь лохматый! Да я тебя… – Василиса взмахнула половником, вскидывая его над головой, словно меч разящий.
– Стоп! – Иван вовремя перехватил замахнувшуюся на Кота жену, предотвратив акт членовредительства. – Успокойся, дорогая. А ты, хамло усатое, за языком следи и вылезай уже оттуда.
– Не вылезу, – отозвался из-под стола Кот, вжимаясь в радиатор отопления.
– Вылезай, – Василиса бросила половник обратно в кастрюлю. – Думаешь, если надо будет, я тебя под столом не достану?
– Подумать только, – Кот, пыхтя, вновь взобрался на стул, – половником ни за что ни про что. За правду, можно сказать… Было же! Да и не нарочно я тогда прибежал.
– Все, сменили тему! – Иван несильно грохнул кулаком по столу, и Кот втянул короткую шею в плечи и прикусил язык.
– А знаете, – задумчиво протянула Василиса, – мне сегодня странный сон приснился, будто со мной разговаривает сам Петр!
– Ключник? – брови у Кота встали дыбом.
– Да-да. Он такой… – Василиса пощелкала пальчиками, силясь описать поточнее. – Ну, знаете, такой…
– В белом балахоне, – подсказал Кот. – Еще у него длинная белая борода и связка ключей, которой он постоянно гремит.
– Верно, – Василиса удивленно уставилась на Кота. – А ты откуда знаешь?
– Да уж пообщались, – проворчал тот, опустив глаза и поерзав задом по стулу.
Василиса подождала немного, но продолжения не последовало.
– Ну вот, – произнесла она. – Этот самый Петр сказал, что я должна помочь какому-то коту в борьбе с черным ангелом. Ничего конкретного, правда…
– Не мо-жет быть! – раздельно, по слогам произнес Кот, вытаращив зеленые глазищи на Василису.
– Что?
– Ты белый ангел?
– М-м, прости, что? – уточнила Василиса, размышляя, нужно ли опять хвататься за половник или в данный момент в этом нет необходимости.
– Он не говорил тебе, что ты, вроде как, белый ангел?
– Не помню, но… – Василиса воздела глаза к потолку. – Я, кажется, что-то такое припоминаю. Да, он называл меня ангелом… Возможно, даже белым. Погоди, а ты-то откуда знаешь?
Кот хлопнул себя по лбу лапищей.
– Дела-а, – выдохнул он.
– Вы чего? – Иван непонимающе поглядывал то на Кота, то на жену. – О чем вообще речь?
– Вот же… нехороший человек! – процедил сквозь зубы Кот. – Подсунуть такую работенку Коту и беременной женщине!
– Ты про кого? И какую такую работенку? Да объясните вы толком наконец!
– Про Петра, про кого же еще! – Кот нервно побарабанил когтями по столешнице. – Нет, ну это же надо!
В дверь позвонили.
– Это дети, наверное, – спохватилась Василиса, вскакивая со стула.
– Нет, дети на улице, – выглянул в окно Иван и положил ладонь на плечо жены. – Сиди, я сам открою, – он протиснулся между женой и газовой плитой и неторопливой походкой прошел в коридор. Остановился, ожидая, повторится ли звонок.