Космический Мусорщик: Беглецы

– То есть, твой наследник настолько глуп, что даже не додумался выстрелить в тебя из энергетического бластера? – и хоть в голосе капитана звучало подначивание и смех, Шейлео внимательно всматривался в лицо императора. Что-то в его языке тела, поведении, эмоциях не стыковалось для Ричарда в единую картину.

– Он не хотел меня убить, чтобы убить. – Император устало прикрыл глаза. – Это скорее был его способ протеста моему поступку. Тем не менее оба принца сегодня получили суровое наказание.

– А второй-то, за что? – Ричард совершенно ничего не понимал.

– Прикрыл брата, когда служба безопасности решила его нейтрализовать. – пожал плечами император.

– Это же хорошо? Что один твой ненаследник не желает смерти наследнику?

– В целом – да, в конкретно этом случае законодательно – соучастник. Таким образом, твоё присутствие здесь больше не нужно. Оба принца будут сосланы, пока не докажут свою полезность. Поэтому моя просьба о воспитании более не актуальна. Приношу извинения за «ложный» вызов. – пристальный взгляд императора тем не менее ни на йоту не стал менее удерживающим, и Ричард не до конца понимал, что происходит. История звучала убедительно, но в то же время и невероятно. – Ты можешь быть свободен!

– Вот так просто? – Шейлео всё ещё непонимающе смотрит на императора. – А как же обвинение в участии в заговоре? При чём тут принц?

– Все советники сейчас с этим разбираются. Думали на эмпатическое воздействие, но ты знаешь, мы ему, обычно, неподвластны. Дальнейшее расследование ни к чему не приведёт, так как я уже говорил с сыном. Он выплеснул злость не самым мирным способом, и теперь должен расплачиваться сам. Счёт за дверь казначеи пришлют в течение пары дней. – Августиар усмехнулся.

Шейлео шокированно переваривал услышанное. Поэтому ответил совсем не так, как хотел бы.

– Я не смогу улететь, пока защитный купол над дворцом не снят.

– Его снимут в ближайшее время. Уверен, к тому моменту, как ты доберёшься к ангару, всё будет чисто. Смотри только не прихвати моих идиотов. – Император как-то странно усмехнулся.

– Ты же сам сказал, что сошлёшь их. – Ричард снова ничего не понимал.

– Воля императора – вещь неабсолютная во вселенной. Если помнишь, я хотел, чтобы ты остался. – Августиар устало провёл ладонью по лицу.

Ричарду нечего было возразить. Он так и не согласился рассказать истинную причину своего желания уехать в ссылку двадцать лет назад. И напоминание об этом застаёт его врасплох, чтобы углубляться в сопереживание случившемуся и расспросы Августиара.

– Раз вам больше нечего сказать, герцог Шейлео, – Августиар отлично читал людей и увидел это оцепенение, возвращаясь к деловому тону. – Вы можете быть свободны. – Император скривил губы в подобии усмешки и качнул рукой в сторону выхода.

Короткий поклон и разворот – всё, что должен был сделать Ричард, чтобы снова убежать. Убежать от того же, что гнало его прочь из дворца чуть больше двадцати лет назад.

И только уходя, капитан частично смог сложить картину случившегося и реакций правителя в своей голове. Император не испытывал к нему ненависть, нет. Он был напряжён и сдержан, но такое уже было. Так было, когда они, наконец, победили, и когда их первоначальный взвод: Августиар, Жарги, он, Питерсон и Калеб остались одни. Август крепко обнял их всех, позволили себе выплеснуть эмоции и поделиться ими с окружающими. Его переполняли чувства тогда, но положительные.

Сейчас же император был очень расстроен. Капитан бы даже сказал, что Августиар был расстроен так сильно, что едва сдерживался, чтобы не выпустить все кипящие внутри эмоции.

Ричард остановился, сделав едва ли несколько шагов, замирая словно пойманный собственным разумом кролик и обернулся назад.

Император всё ещё стоял к нему лицом и всё также пристально смотрел вслед.

Трёх шагов хватило, чтобы сократить дистанцию и крепко обнять другого человека. Трёх шагов, которые когда-то стали огромной пропастью между ними. Возможно, тогда, много лет назад, когда Шейлео рассказал о желании уйти, сократи император эту дистанцию и не случилось бы этого долгого одиночества.

– Ты всё равно не скажешь, что заставило тебя бежать без оглядки двадцать лет назад? – Император совершенно не был удивлён этим объятьям, и с той же силой и тоской сжимает давнего боевого товарища в своих руках. Ричард предпочёл просто помотать головой в ответ и сжать чуть сильнее. К чёрту этикет. К чёрту эти расшаркивания и полупоклоны. Они прошли вместе метеоритный поток, лаву Искини и лёд Хатунхайя. Они ночевали в одной палатке, прикрывали друг другу спины и поддерживали во время Жишгуновой лихорадки. Черта с два он не обнимет своего друга напоследок. И хоть он не может себе позволить больше, он не предаст собственные идеалы, не поддержав друга.

– Я правда скучал, Вашество, но так будет лучше. – Ричард не сразу опустил руки, чувствуя, что Август держал его также крепко.

– Вы все разлетелись по сотням уголков галактики, и даже не собираетесь поддерживать меня, – голос императора на мгновение дал трещину, выплёскивая усталость. – Я всё понимаю, но могли бы хоть раз в год прилетать на бал в честь Победы в той чёртовой войне.

– Я прилечу, Август. Честно, прилечу. – порывисто бросил Ричард, чьё сознание разрывается от противоречивых эмоций. – И близнецов твоих бы взял на обучение, – с промедлением добавил он. Судя по слегка сощурившимся глазам императора, эти слова тоже были для него важны. – Ты знаешь, дурь я выбивал хорошо. Но сейчас, мне пора. – он выскользнул из рук товарища и бросился прочь из комнаты не оглядываясь.

Весь тот коктейль эмоций, что сейчас крутился в его голове не понять и великим Матерям Келио, что издревле помогали келиойцам распутывать их дороги.

***

Уже на пятом повороте, когда мозг перестал кипеть, а руки дрожать, Ричард понял, что, кроме Джираила, следом шёл кто-то ещё. Самым интересным было то, что несмотря на постоянно меняющуюся ориентацию комнат дворца, Шейлео даже спустя столько лет интуитивно чувствовал конечную точку, отчего шёл ровно в направлении ангара.

– Жагри, – Ричард обернулся, узнавая сопровождающего.

– Шейлео, – Жагри сверлил капитана серьёзным взглядом. Они не останавливались, продолжая двигаться туда, куда вёл капитан. Ричард был уверен, что ошибись он с дорогой, Джираил поправил бы его. – Итак, – начал начальник службы безопасности. – после стольких лет ты всё также безрассуден? Подумать только, вломить в покои императора.

– После стольких лет я всё также прав. Ещё на приёме предупреждал – что-то грядёт. – Шейлео закатил глаза.

– Ты сам слышал, воздействия не было, принц просто вспылил. – отмахнулся Жарги. –Значит, снова Дворец?

– Дворец. – Шейлео будто бы смиренно кивнул, но они оба не обманулись ролью покладистой овечки. – Император сам вызвал меня, личным распоряжением, я видел документы. – Ричард, предполагая интерес бывшего товарища, пока был слишком загружен произошедшим и старался соблюсти хоть видимость приличий. Жарги был его преемником, был младше, и не самой лучшей кандидатурой ещё двадцать лет назад, но самой надёжной для Альянса. При этом любил его Ричард как раз за то, что тот не боялся подозревать даже родных и близких. Это отрезвляло, как и то, что делал это Жарги на полном серьёзе.

– Да, всё так. Один из тысяч приказов, подписываемых ежедневно. – Жагри услужливо обнулил весь пафос, всё также вежливо улыбаясь и не спуская взгляда с Ричарда. – Интересно, какова же реальная цель твоего визита?

– Снова допускаешь, что моё присутствие здесь есть часть гипотетического и совершенно неожиданного заговора? – Ричард не сильно любил приковровые игры у трона и оттого следовал традиции бить не в тыл, а главный очаг.

По тому, как герцог на мгновение сбился с шага, Шейлео подумал, что мог попасть в цель. Но его предположение о реальной угрозе заговора было столь случайно и невероятно, что сам капитан эту мысль тут же отмёл.

– На самом деле, ни в коем разе. – рассмеялся Жарги. Ричард в какой-то мере понимал начальника службы безопасности, и тем не менее не собирался вестись на провокации и игры, которые явно подразумевались. – Но ты был на балу, и ты келиолиец, у расы которых есть эти ваши способности.

– Жагри, ты серьёзно? – после стольких напряжённых дней терпение капитана оставляло желать лучшего, а желание скорее свалить из дворца снова остро кольнуло сознание. Поэтому Шейлео остановился внезапно перед очередным поворотом и, отринув официоз, пристально посмотрел на бывшего коллегу. – Ты действительно считаешь, что после того, как я сам попросился на свалку и лично отстранился от дворца, я буду плести паутину против Его Величества за сотни световых лет от дворца, с целью смены власти? И на кого? На молодняк, которому едва перевалило за первое совершеннолетие с уникальными во всей вселенной аналитическими корнями, которым практически невозможно управлять или, вашими словами, руководить?

Жагри, не ожидавший подобного выпада, уверенный, что Шейлео лишь поддержит шутку, напускано обиделся, составив приличествующее ситуации скорбное выражение лица, но Шейлео имел хорошую школу дворцового воспитания. На спектакль герцога совершенно не купился, решив отреагировать лишь скептическим прищуром. Этого прищура боялись предшествующие и текущие подчинённые, и оттого герцог Жагри также испытал некоторый небольшой дискомфорт. Несмотря на то что Жарги был опытной рыбой в болоте интриг разумных существ при дворе, его натаскивал Ричард, и превзойти товарища-наставника ему пока было сложно.

– Я не думал, что ты так близко к сердцу примешь мою шутку. Я должен был бы извиниться за твоё задержание, притом что делал всё возможное и отправил к тебе Лавира, чтобы это быстрее решить. Но ты должен помнить, что есть дворец, и кто тут есть. – Жарги поднял руки миролюбиво сдаваясь.

– Вам тут определённо всем не хватает профилактических люлей. – нейтрально ответил капитан. – А тебе стоит начать сотрудничать с начальником секретной службы. Она бы давно могла объяснить, кто для Императорской короны враг, а кто друг.

– Не считаю мадам Давуали… – Жагри замешкался, и Шейлео понятливо кивнул.

– Предрассудки, мой друг, не доведут до добра. – Ричард по-доброму покачал головой. – Не говоря уж о том, что все, кто служит единой цели – Императорскому благополучию, должны работать в тесной связке. Но то, что я смог добраться до покоев императора – на самом деле катастрофа, Жарги.

Ричард сверился с картой на портативном экране и повернул на следующей развилке сам. Хоть бывший приближённый ко двору и помнил Дворец, тот обладал способностью постоянно перестраиваться. Коридоры имели свойство возникать в совершенно непредвиденных местах. Жагри, к его чести, дабы, по разумению Ричарда, не впадать в крайне курьёзное положение, даже не пытался руководить дорогой. Лишь проверял Шейлео на вшивость, как рассчитывал Ричард, тот, отчитываясь в бумагах в дальнейшем, будет интерпретировать их разговор. Иначе это виляние интересов в их споро поддерживающейся беседе по-другому было и не назвать.

– Случайная погрешность. – отмахнулся герцог. – Кроме того, тебе, во-первых, помог всесильный Джираил, во-вторых, в итоге ты оказался у меня и ещё десяти скрытых голоэкранами стражей на мушке. У меня было всё под контролем.

– Рад, что ты признаёшь собственный рост. Ещё немного, и начнёшь признавать ошибки. – Ричард потрепал Жагри по плечу, наконец выходя к лифту и вызывая платформу на свой этаж.

– Ричард! – праведное возмущение начальника службы безопасности было абсолютно обоснованно, ведь терпеть насмешки хоть и от бывшего, но сослуживцы, который теперь стоял на пару порядков по рангу ниже…

– Не кипятись, барский хвост. – Ричард первым стал на платформу. – Я действительно думаю, что у вас тут не всё так плохо, и оттого покидаю это обитель змей и скорпионов со спокойной душой. – Ричард совершенно по-клоунски перекрестил дворец, отчего стоящий позади Джираил закатил глаза и попытался отгородиться от причастности к хозяину традиционным в галактике жестом рука-лицо.

Тем не менее Жагри зашёл вместе с ним на платформу и на недоумённый взгляд капитана лишь пожал плечами:

– Хочу лично удостовериться, что ты покидаешь дворец, поборник суеты и смуты, и что не вернёшься сюда приблизительно столько же.

– Мне кажется, тебе стоило бы лучше присматривать за принцами, нежели за простым, самым обычным галактическим мусорщиком. – невинный тон собеседника обмануть не смог.

– Брось, Шейло, кто из нас не знает, что, только копаясь в грязном белье, можно узнать всю самую ценную информацию. И если ты думаешь, что ни я, ни миледи Давуали не верим и не проверяем подаваемые твоей командой данные, ты ошибаешься. В защите Альянса мы не гнушаемся любых, в том числе и передаваемых вашими людьми информационных фактов. И мы действительно ценим, Ричард. – Жарги на мгновение стал собранным и серьёзным, от чего Ричарду тоже стало не по себе. – И мы действительно не понимаем, Рич. Не понимаем, но принимаем то, что произошло. И минувшие двадцать лет, ты сам знаешь, для человеческого века песчинка, при нашей продолжительности жизни. И потому и я, и она, не прекратим ждать тебя обратно. Императрицы больше нет.

– Вы ничего не знаете, – резко сменившийся тон Шейлео должен был оборвать разговор.

– Да? – Жагри придирчиво прищурился, стараясь как можно лучше запомнить реакцию бывшего товарища, который, впервые за многие года, отреагировал на выпад. – но разве не из-за неё ты открестился от императора, от собственной чести и достоинства?

– Открестился? – Шейлео вспыхнул как тлеющий уголь от внезапного дуновения ветра. – Открестился?! – ярость в голосе мужчины была внезапной и устрашающей. Предыдущая шутливая атмосфера испарилась, словно они не перешучивались мгновение назад. – Да что ты знаешь? – сквозь зубы проговорил Ричард. Мягкое прикосновение руки андроида к плечу было проигнорировано, и капитан просто замер, смотря перед собой.

– Ну, не знаю. – Жагри сделал отсутствующее и совершенно нелюбопытное выражение лица. – Ты так смотрел на них, с момента появления Императрицы. Уверил всех нас, что она стала камнем преткновения. – при всём своём безразличии, наигранном, разумеется, Жагри внимательно следил за сменой эмоции на лице бывшего товарища. Попытки понять, что же заставило Ричарда больше двадцати лет назад сверкая пятками убежать на край галактики, были немногим, что объединяло его с мадам Давуали.

– Столько лет прошло. – Шейлео внезапно успокоился, так привычно, хоть и давно забыто, надевая маску безразличия. Мгновение молчания после волны гнева неожиданно сменилось какой-то грустной ностальгией. – Она была чудесна, не правда ли? – лёгкое восхищение на лице капитана эфемерно махнуло хвостом надеждам начальника службы безопасности разгадать загадку. Сменившиеся эмоции капитана лишь сбили герцога с пути, так и не дав ответа на старый вопрос.

– Да, императрица была чудесной. – всё, что оставалось Жагри, это согласиться.

Платформа как раз остановилась на нижнем уровне.

– Знаете, герцог Шейлео, нам вас здесь не хватало, – возвращаясь к манерам, выпрямился герцог Жагри, поворачиваясь к бывшему товарищу. – Возможно, ты зря принял столь хоть и обдуманное, но опрометчивое решение отдалиться от столицы.

– Кто знает, герцог Жагри. – Ричард также выпрямился по стойке смирно, как учили их ещё в академии, собираясь и почти отсалютовал Жагри. – Я увидел, что вы тут чудесно справляетесь без меня.

В этот момент двери грузовой платформы открылись, и мужчины даже не успели сделать шага вперёд. Прямо перед ними на приличной скорости несколько роботов-слуг взрезались друг в друга устроив яркий и безвредный взрыв.

– Возможно, я поторопился с выводами, герцог. – они оба пригнулись, прячась за стенки лифта. – У вас всегда такие оживлённые понедельники? По пятницам покушения, по понедельникам катастрофы.

– Уверен, что эта нештатная ситуация связанна только с вашим прилётом. – Жагри фыркнул, но тут же обратился к коммуникатору: – Начальника Термина! Дейцойл, что у вас тут, чёрт возьми, происходит?

– Судя по всему, восстание машин! – подал голос Джираил, из своего угла оценивая ситуацию в терминал. – Ноа сет, – обратился он к Ричарду. – ещё десять роботов летят сюда, чтобы самоубиться, и десять, судя по специальному оборудованию, чтобы ликвидировать этот хаос.

– Значит, не восстание машин, а лишь сбой системы, Жагри, – Шейлео обратился к товарищу.

– Или отвлекающий манёвр, сэр. – подал голос Джираил.

– Я плохо на тебя влияю, Джи-Джи. Тебе стоит перестать слушать наши военные байки. – Ричард закатил глаза.

– Система обеспечения внутренних служб Дворца одна из лучших в Альянсе. – Жарги что-то набирал на коммуникаторе.

– Ну, раз у тебя всё под контролем, – Ричард пожал плечами. – Джи, спрогнозируй ущерб.

– Ещё одна волна взрывов, сэр, через три секунды. Роботы ликвидаторы избавятся от возможного пожара в следующие тридцать секунд. Если мы переждём всё здесь, то сможем попасть на корабль в течение двадцати минут.

– Спасибо, Джи. – Ричард спрятался за стеной от очередного взрыва столкнувшихся роботов. – И часто у вас такое случается? – обратился к Жагри.

– Всегда, когда ты прилетаешь. – не остался в долгу герцог. – Дейцойл, – снова обратился по внутренней связи к начальнику Терминала мужчина. – Немедленно деактивируйте ваших камикадзе!

– Не стоит отдавать подобный приказ, сэр. – обратился к Жарги Джираил. – Тогда мы никогда не покинем эту камеру. Ведь остальные роботы работают в штатном режиме и уже отправились сюда тушить пожар.

– Думаю, он прав, Жарги. Деактивация всех робот замедлит работу Терминала.

– Ладно, – нехотя согласился мужчина и обратился к коммуникатору: – Дейцойл, просто оставьте всё как есть и подготовьте отчёт.

Пожар и последствия взрывов вопреки ожиданиям были ликвидированы за пару минут. Ричард остановился около корабля, разворачиваясь к следующему за ним герцогу.

– Император сказал, что для нас купол опустят. – Шейлео кивнул на белый купол, что был виден за пределами Терминала.

– Если после этого ты также быстро уберёшься из Дворца, забрав за собой чёрную полосу, что пришла с твоим прилётом, я могу снять его в эту же секунду. –Жарги усмехнулся, но издёвка его не была злой, скорее усталой.

– Кто знает, – Ричард легкомысленно пожал плечами. – Возможно это ваша чёрная полоса зацепила и приманила меня сюда.

– Сомневаюсь. – покачал головой герцог.

– Жарги, – Ричард стал серьёзным, задавая важный вопрос. – Он действительно собирался отправить ко мне сыновей?

– Думаешь, он стал бы шутить с тобой, Шейло? – герцог покачал головой. – Император нашей, прежней закалки, – его язык не повернулся назвать это старой, потому как оба мужчины понимали, старая закалка всё ещё оставалась прерогативой поколения отца-императора. Тот хоть и почил давно, но распустил сети своего влияния так далеко, что многие вещи не успели измениться и за сорок лет с его смерти. – Да, – Жарги неюля ответил на вопрос Ричарда. – он не просто думал, а принял решения отправить детей к тебе.

– Но почему? Ведь я уезжал отсюда, будучи в его немилости не красного вещества костей.

– Шейло, мы прошли осады, полуплен, рывки наступления и сон в ледяную бурю в одном бункере. Он доверяет нам, даже через столько лет, и он не принял твоих аргументов. Если двадцати лет недостаточно для тебя, чтобы понять, что произошло, их достаточно для него, чтобы понять, что ничего не изменилось. Кстати, приказ твоим ребятам никто так и не отменил. Так что не удивляйся, если они встретят тебя с красной ковровой дорожкой и готовыми спальнями для несуществующих на корабле наследников.

– Джираил? – Ричард обернулся к роботу.

– Такой приказ действительно был отправлен, но он прошёл мимо моих деректив, и оттого я не посчитал нужным уточнять у вас его исполняемость. Уверен, леди Габриелла всё исполнила, как было предписано.

– И связи сейчас с ними нет? – Ричард устало потёр глаза.

– База находится позади спутника, и мы прибудем туда в то же время, если отправим сообщение.

– Ладно. – Ричард махнул рукой – с этим он сможет разобраться уже в Порту. – Рад был увидеться, Жарги. – Шейлео зашёл в грузовой отсек, салютуя герцогу. – Надеюсь, следующая наша встреча произойдёт через столько же.

– Мечтай. – Жарги кивнул, уходя вглубь Термина.

– Снимаешь для меня купол? – капитан окликнул уходящего герцога.

– Только потому, что ты любимчик императора, выскочка. – Жарги обернулся, поднося к лицу коммуникатор и отдавая приказ. Мужчина поднял взгляд на Ричарда, серьёзно говоря: – Но ты не расслабляйся, Шейлео. Времена не спокойные.

– Договорились, – также в ответ кивнул капитан. – Ты тоже не расслабляйся, красавчик.

– Не дождёшься. – мужчины обменялись понимающими улыбками расходясь.

– Рад был встрече, герцог Жагри. – Джираил поклонился перед тем, как шлюз грузового отсека окончательно закрылся.

– Я тоже, – уже себе под нос закончил герцог, глядя на готовящийся к старту корабль. – Я тоже, чёртов мусорщик.

***

– Просыпайся, Красотка. – Ричард ловко взобрался на мостик и остановился в проходе, чтобы убедиться, что Джираил загерметизирует отсек. Пока робот проводит привычные манипуляции, капитан синхронизировал системы своего коммуникационного браслета с кораблём. – Хэй, Красотка? – мужчина снова отдал голосовой запрос, но система корабля остаётся без звучной, лишь выводит сообщения на голоэкран браслета, что всё в порядке.

– Джи, глянешь потом систему? – мужчина дожидался андроида на мостике, проверяя команды через ручной ввод. – Как бы эти идиоты не поджарили ей ядро со своими проверками безопасности. Не хотелось бы потерять нашу девочку.

– Ей давно пора научиться манерам. – совсем по-человечески проворчал робот, не спеша синхронизироваться с кораблём.

– Я запрограммировал бездушных машин. – капитан сокрушённо вздохнул, восклицая последнее в пустоту. Джираил на подобное внимания не обратил: комментарии капитана, в очередной раз пытавшегося взрастить в нём чувство вины, не соответствовал интересам робота. – Пойдём в рубку. Нам надо успеть проскочить в Порт до того, как все пронюхают, что барьер сняли и Дворец можно оккупировать всякими миссиями.

Они попали в рубку быстрым путём, минуя обходной коридор. Корабль готовил системы к старту. Тишина и привычный перещёлк механизмов после насыщенного дня казались Ричарду истинной благодатью. Джираил не в счёт.

– Разумнее будет унести свои кости отсюда, сэр, пока и нам не начали задавать вопросы, что мы тут забыли. – андроид ожидал команду капитана к запуску, и промедлением Ричарда был не слишком доволен. – Уверен, репортёры вас быстро вспомнят и узнают. Вы же не хотите лишнего внимания на станции сортировки?

– Император упаси! – Ричард покачал головой, улыбаясь тому, как робот ловко занял место второго пилота после разрешающего кивка. – Напомни мне подкрутить тебе страх и осторожность. Ты стал очень смел в своих действиях и прогнозах.

– Обязательно вычеркну это из вашего списка задач по обновлению, ноа сет. – голос робота был нейтральным, но ехидство, ощущаемое даже в формулировке, притупляя беспокойство капитана из-за молчания Красотки.

– В Порту выйду один, не хочу светить тобой. Попробуешь отправить Габ и ребятам сигнал, что мы возвращаемся? – капитан запустил протоколы проверки корабля перед запуском. Системы откликались без сбоя, и ошибок выявлено не было.

– Не уверен, что получиться пробиться через магнитное завихрение, ноа сет. – робот включил планетарные двигатели. – Попробую обойти частотные искривления, но вы не хуже меня знаете, что такое Схождение. Хорошо бы нам самим добраться туда без приключений, сэр.

– Доберёмся, Джи-Джи, доберёмся. – боевой настрой капитана, всегда сопутствующий отправлению корабля, и здесь поднял ему настроение. – Проверь данные Красотки по прокладыванию курса. В Порту её тишина нам пригодиться, но вот потом, нужно будет посмотреть, что тригернуло систему.

– Может, она снова обиделась, сэр? – Джираил проверял выводящиеся на графики перед ним данные, не забывая подтрунивать над системой корабля.

– Джи-Джи, я больше не пытался купить другой корабль, – а вот капитан слова робота воспринял всерьёз. – Я даже не смотрел в стороны других транспортников, хоть, видит император, было куда посмотреть в их-то космопарке.

– Даже если она вам не отвечает, ноа сет, это не значит, что она вас не слышит. – стоило Джираилу закончить фразу, как корабль согласно завибрировал.

– Я понял, Красотка. – Ричард погладил сенсорную панель. – Как только махнём маршрутные листы в Порту, посмотрю, что вырубило твой речевой модуль.

– Ноа сет, мы готовы к старту. – Джираил сверился с датчиками панели и радарными окнами.

– Защитный контур вокруг Дворца? – Ричард наклонился над приборной панелью, сверяя сводки по показателям корабля. Если бы речевой модуль корабля работал, отчёт бы уже был готов, но выводить его на голоэкран браслета ради трёх показателей не имело смысла.