Я схватил его за руки и попытался вытащить, но река была сильнее нас обоих. По его трясущимися рукам, я понял, что он захлёбывается и счёт пошёл на секунды. Решение пришло моментально. Лавируя в бурном потоке, я стал разбирать образовавшийся затор. Скинул сначала самое верхнее застрявшее бревно, потом ещё одно, затем охапку веток. Для того, чтобы сбросить следующее дерево, мне пришлось погрузиться с головой. Наконец мне удалось – я приподнял его, и уже захлебнувшийся речной пленник поплыл дальше, погружаясь в глубину. Я нырнул за ним и схватив за голову, подтянул к себе, и направился к берегу.
Выбраться из воды нам удалось аккурат в том месте, где я рыбачил. Место было обрывистое, и мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы вытащить тело на сам берег. Я изрядно вымотался и некоторое время пришлось посидеть, чтобы отдышаться, прежде чем приступить к откачке бездыханного тела. Немного отдохнув, я ринулся к утопленнику. И тут мне повезло ещё раз – мне не пришлось делать ему искусственное дыхание. Как только я положил ладони ему на грудь и надавил три раза, – изо рта его брызнула мутная жижа, тело дёрнулось и захрипело. Я повернул его на бок. Вода рывком выходила из его горла, он кашлял, хрипел, сопел, свистел, в общем издавал массу разных отвратительных звуков, которых я в жизни никогда не слышал, и надеюсь никогда больше не услышу.
После того, как он немного пришёл в себя, я помог ему дойти до машины. Пока мы шли, я успел его разглядеть. Ростом примерно с меня. А у меня метр восемьдесят. Лет сорока. Достаточно рельефное тело, видно что следит за физической формой. Короткая стрижка. Серые глаза. Он присел на заднее сиденье, а я собрал свои шмотки и оделся.
– Ну ты как? – спросил я.
– Ничего, нормально. – кивнул он. Но было видно, что он не совсем соображает.
– Ладно, я пойду, мне надо рыбы ещё наловить на вечер.
– Давай… Ты где удишь?
– Да вон там, откуда мы пришли.
– Окей…
Я вернулся к рыбалке. И где-то за пол-часа я натаскал ещё трёх окушков, шесть плотвичек и три краснопёрки. Потом я услышал, как хлопнула дверь машины и через пару минут подошёл этот мужик, уже в джинсах и футболке. Уселся сбоку от меня, на краю обрыва свесив ноги.
Немного погодя спросил.
– Тебя как звать-то?
– Паша. – отвечаю.
– Павел значит…
– Не – Паша.
– Угу… – улыбнулся он. – А я Алексей. Лёха, значит. Ну что, Паш, получается, что ты мне сегодня жизнь спас. Я твой должник.
– Да ладно, чё там… – заскромничал я.
– Ты где живёшь? Местный?
– Не, не местный, но живу пока здесь. Вон там… – махнул я в сторону дома. – В бывшем домике лесника обитаю.
– Да? – удивился он. – А я думал, что это нежилые помещения.
– Ну, в общем-то да, там всё заброшено было, никто не жил. Я просто в одном из домов устроил себе временное жилище…
Тут поплавок ушёл с поверхности, я дёрнул и вытащил очередную плотву.
– Слушай, Паш, а ты ещё долго здесь будешь?
– Ну, часик наверно ещё посижу.
– Отлично! Я сейчас отъеду ненадолго, и вернусь. Если тебя здесь не будет – могу я в дом к тебе зайти?
– Заходи, без проблем.
– Окей!
Он встал и пошёл к машине. Скоро мотор загудел и удалился.
Часа через два, когда солнце уже отошло ко сну, наша уха в большом котле вкусно дымилась набором речных и сельскохозяйственных обрубков. Недалеко от костра было раскинуто покрывало, на котором "спасённый из водного плена" накрыл поляну. Жратвы и питья было немерянно. Причём и алкоголь, и еда были в основном дорогостоящие, и потому мне незнакомые. На нашем импровизированном столе уместилась лишь десятая часть того изобилия, которым был забит под завязку багажник джипа.
Готовкой ухи занимался сам Лёха. Как он мне поведал, он был заядлым рыбаком с многолетним стажем и в приготовлении ухи в диких условиях опыт у него был тоже не малый. Я же, напротив, в энтом деле был не ахти какой мастак, поэтому отдал инициативу ему, сам в этой время пытался рассмотреть этикетки многочисленных импортных сыров и колбас. Мы уже вмазали по паре стопок коньяка "для разогреву", и настроение наше улучшилось.
Лёха зачерпнул половником из бурлящего котла, подул немного и отхлебнул.
– Ух! – бодро воскликнул он. – Пора! А теперь мы туда плеснём немного водочки…
Достав из груды бутылок водку, и с треском открыв её, он залил порцию содержимого в уху.
– Ага… так… – бормотал он, перемешивая уху половником.
– Что ты там разглядываешь? – обратился он ко мне. – Неужто что-то видишь в такой темноте?
– Ну так… от костра немного света есть…
– Бросай ты это дело. Ещё будет у тебя время всё рассмотреть и всё попробовать. Вот всё, что я привёз, и то, что в багажнике осталось, кстати, – всё это останется у тебя. Потом выгрузим тебе домой. Будешь сидеть и целыми днями разглядывать. А сейчас давай, налей-ка нам ещё по стопочке!
– Давай водки! – предложил я.
– А давай!
Пока я разливал горячительного, Лёха снял котёл с огня, отставил в сторону и накрыл крышкой.
– Вот так… пускай теперь постоит минут десять…
– Ну что, за здоровье?! – поднял я стакан.
– Да, – улыбнулся Лёха. – Сегодня очень актуально выпить за здоровье. Да и вообще – за жизнь!
И мы выпили. Закусили маринованными помидорами из распечатанной банки. Потом разложили по железным мискам уху и стали наслаждаться едой, вечером и жизнью.
– Лёха, скажи мне – а зачем ты в воду полез? Ты что – не видел что творится с рекой?
– Да, чёрт, – он почесал затылок. – Я, честно говоря, и сам толком не понимаю – зачем я туда полез? Вроде бы осознавал опасность… Да и вообще всё видел, всё понимал, но как-будто что-то меня вело туда. Я понимаю, что звучит как бред… Как-будто под гипнозом. То ли сама река, этим бешенным потоком меня заворожила, то ли Водяной какой-нибудь околдовал… Не знаю…
Посидели немного молча, глядя на костёр.
– Ты местный? – спросил он.
– Ну как сказать, родился я не здесь, в другом месте. И до четырёх лет там и жил. После смерти матери меня определили в местный детдом. Тут, недалеко. Там как бы смешанная система была: половина здания детдом – то есть сироты, кто без родителей, от кого отказались, а другая половина – это интернат для местных, там местные учились и жили в течении пяти дней, а на выходные отправлялись домой. Потом ПТУ. Затем армия. После армии пытался устроиться по специальности. Помотало меня по нашей необъятной стране. Насмотрелся всякого. Денег так и не заработал. Недвижимости не приобрёл. Машину было купил, но потом пришлось продать.
Я подбросил несколько поленьев в огонь.