Лекарство (#1)

Глава 9. Дом, в котором живут секреты

Поместье Ле Блана не похоже на дом. Скорее на живой, тщательно выстроенный лабиринт, где легко потеряться даже при полном свете дня. Гостиные, кабинеты, музыкальные комнаты, обеденные залы, салоны и огромный прогулочный холл – и это только первый этаж. Мне было бы сложно разобраться во всех этих змеиных закоулках самостоятельно. К счастью, есть человек, который с радостью взял на себя роль моего гида.

– Это главный зал, справа парадная, слева – гардеробная. А вон там, – палец Уилла устремляется в угол, – кухня, но раньше семи туда лучше не соваться. Повара жуткие зануды. Могут и тарелкой запустить. В конце коридора у нас игровые залы. В них есть все, чтобы не умереть со скуки. Лично я предпочитаю бильярд, хотя Марэна говорит, что игрок из меня никудышный.

Киваю и иду дальше. Кивать – это все, что я успеваю, потому как переговорить Уилла мне не по силам. Через несколько часов после моего разговора с Кристианом он постучался в дверь с обещанием небывалых впечатлений. Ну, разве можно было от такого отказаться? Вот и я не смогла. Уилл очень милый и удивительно легкий в общении. Рядом с ним у меня возникает необъяснимое чувство, будто мы давно знакомы. Словно у нас есть что-то общее, что узнается раньше мыслей и слов. Странное ощущение. Наверное, это лишь послевкусие пережитого стресса: после вчерашнего простое чувство безопасности легко принять за нечто большее.

Анфилада комнат тянется по коридору, которому, кажется, нет конца. Впрочем, как и этой экскурсии, пока Уилл наконец не выдыхает:

– Теперь, после Посвящения, ты просто обязана познакомиться со стражами. Они сейчас на арене.

– Что такое «арена»?

На лице Уилла появляется предвкушающая улыбка.

– То, что тебе точно понравится.

Не знаю, куда он меня ведет, но, думаю, это что-то впечатляющее, и не ошибаюсь. Через десять минут передо мной открывается огромное помещение, высота которого поражает своей несоразмерностью. Белый потолок и стены сливаются в цельное полотно, и только громадные арочные окна нарушают иллюзию бесконечности. По периметру расставлены мишени, маты и деревянные манекены. И повсюду бурлит движение. Тонкий рыжеволосый страж взбирается по канату. Двое фехтуют на рапирах у дальней стены. Возле мишеней мелькают метательные клинки. Рядом на ринге девушка и парень борются, стремительно меняя захваты.

Уилл называет это тренировочным центром, хотя остальные, похоже, предпочитают называть его просто «арена». Как по мне, это больше похоже на площадку для съемок фильмов. Слишком уж нереалистичными кажутся декорации. Взять, к примеру, эту стену напротив, сплошь увешанную холодным оружием: клинки, мечи, мачете, шпаги, и даже метательные звездочки, которые обычно используют ниндзя в боевиках.

Когда мы появляемся в двери, у меня дрожат колени, и не только от долгой прогулки. Знакомства с новыми лицами всегда даются мне нелегко. Остается надеяться, что все пройдет нормально.

– О, посмотрите, кто пришел! – Раздается голос откуда-то сверху. Татуированный парень спрыгивает с каната и приземляется на мат перед нами. Я сразу узнаю в нем Лима, того самого, которого сбила с ног, убегая от Тени. При хорошем освещении он кажется еще более мускулистым.

Заметив нас, несколько стражей прекращают упражнения. По залу вмиг прокатывается волна шепота.

– Та самая новенькая?

– Она правда Двенадцатая?

– Не может быть.

– Народ! – Обрывает волну всеобщего возбуждения Уилл. – Хочу вас кое с кем познакомить!

Дюжина стражей стихает и одновременно поворачивается ко мне. Установившаяся тишина сгущает и без того тяжелый воздух. Мне кажется, или в комнате вдруг стало меньше места?

– Ну привет, коридорная угроза. Многие не верили, что в наших рядах появится Двенадцатая. Приятно знать, что они ошибались.

– Вы уже встречались? – спрашивает Уилл.

– Только мельком пересеклись. – Подмигивает Лим мне, заставив неловко улыбнуться от воспоминания о нашей первой встрече. Из-за его плеча появляется девушка, только что покинувшая ринг. Кольцо в носу, такая же короткая, торчащая иголками черная шевелюра с синими кончиками. Эй, да они близнецы!

– Вы одинаковы. Невероятно. То есть… Это круто – иметь брата или сестру, похожих на тебя.

– Спорное утверждение, – вскидывает брови девушка, протягивая мне руку с татуировкой шипастых роз. – Я Марэна. Может, этот оболтус обо мне упоминал?

– Вот еще, – фыркает Лим. – Думаешь, я при встрече сразу вываливаю девушкам свою биографию? Узнай они о тебе, бежали бы куда глаза глядят.

– Вот поэтому близнецов и нужно выдавать семьям по одному, – невозмутимо замечает Марэна. – Уверена, новенькая меня понимает. У тебя ведь тоже сложные отношения с сестрой? – При виде моего кислого лица, хлопает себя по лбу.

– Ой, прости. Я не хотела. Мы слышали, что случилось. Это ужасно. Правда, Лим?

Она незаметно (ну, или почти) пихает его локтем.

– Ах, да. Что тут скажешь, не повезло. Ты тут располагайся. Уверен, Уилл с удовольствием покажет тебе все, что здесь стоит увидеть. И даже то, что обычно не входит в экскурсию, – многозначительно подмигнув моему гиду, Лим с сестрой удаляются к рингу, оставив меня на попечение Уилла. Только теперь замечаю, как странно стражи одеты: черный комбинезон с рукавами до середины ладони и воротом до самых скул. Плотный материал больше напоминает смесь кожи и металла, чем ткань. Спрашиваю об этом Уилла, но он лишь пожимает плечами.

– Это стандартный тактический костюм. Все стражи их носят. Тебе тоже выдадут.

– А почему ворот такой высокий?

Уильям объясняет, что это для защиты, так как моровы всегда стремятся впиться в шею. Костюм изготовлен из сверхпрочного дайнема22 с внедренной нанотканью – особой разработки сиринити, которая защищает от укусов и подстраивается под освещение, помогая оставаться незаметным. Вот это я понимаю: стратегический подход.

Внезапно чувствую чужое дыхание у себя на щеке и замечаю Уилла, склонившегося к моему уху.

– Приготовься, сейчас войдет Скретч.

– Откуда ты знаешь?

Уголок губ Уилла приподнимается.

– Его лосьон с ароматом полыни можно учуять за версту. Этот запах еще полдня стоит в помещении.

В этот момент дверь открывается, и в зал входит высокий шатен в коричневом костюме. Тот самый, который отвел меня на ритуал. Он держится так, будто все обязаны перед ним расступиться, а заметив меня с Уиллом, направляется прямо к нам.

– Ah, la voilà23, наша легендарная Двенадцатая. Кто бы мог подумать, что слухи окажутся правдивы. Я полагал, что носители столь редкой группы отличаются чем‑то исключительным, но никак не растрепанным видом и растерянностью.

Стоит ему подойти, как нос ударяет запах. Резкий, горьковатый. Будто кто-то смешал церковный дым, горькие травы и дешевый одеколон. Теперь понимаю, как Уилл его учуял.

– Это Скретч – Верховный страж и глава корпуса стражей, – объясняет Уилл. – А еще человек с крайне активным мнением обо всем на свете. Не переживай, для него никто недостаточно хорош. А ты, Пендлтон, будь любезен не забывать, что она под попечительством Верховного жреца. Обидишь ее, будешь объясняться перед ним.

Мне не нравится, что Скретч здесь. Он один из немногих присутствовал на Посвящении и знает, чем оно закончилось. Остальным стражам об этом, похоже, ничего не известно. И, честно говоря, я предпочла бы, чтобы так и осталось.

– Ну что ты, Касл. – Поправляет Скретч брошь в виде когтистой лапы на лацкане. – Возможно, я выразился нетактично, но, уверяю, я вовсе не хотел никого обидеть. Лишь отметил особенности нашей новой гостьи. Впрочем, под покровительством Верховного жреца любые недостатки становятся несущественными.

– Верховный жрец? – переспрашиваю я.

– Он привез тебя в поместье. Забыла?

Я уже слышала, как Блэквуда нарекали этим титулом, хотя мне и трудно поверить, что он здесь важная птица.

– Что это значит?

Не успевает Уилл ответить, как с края арены доносится женский голос:

– Это означает, что он – глава всего воинства сиринити, а также Советник и правая рука Старейшины. Ты должна была знать это до того, как переступила порог этого здания. Или наши традиции для тебя пустой звук?

Со скамьи возле ринга поднимается девушка с волосами цвета вишни. В руках она держит непривычно тонкий клинок с чашевидной гардой, больше похожий на рапиру, чем на оружие остальных стражей. Ее вызывающая одежда, броский макияж и надменное выражение лица буквально пропитаны желанием притянуть к себе внимание.

– Это Пейшенс. – Отмахивается Уилл. – Можешь делать вид, что ее здесь нет. Остальные так и поступают.

Только Пейшенс, судя по взгляду, с этим явно не согласна.

– Что ж, продолжим. – Поворачивает меня к ряду стендов для метания Уильям. – Это Сэт. Он не слишком общительный, но слух у него, как у кота.

Мы подходим к углу, где высокий блондин с почти белой кожей и выцветшими глазами вытаскивает клинок из центра мишени. На соседней уже торчат три ножа, выстроенные почти по одной линии. Его привычка держаться в стороне мне по душе. Интересно, такая внешность связана с альбинизмом или с особенностями сиринити, о которых мне пока неизвестно?

– Рад знакомству, – поднимает он руку в знак приветствия. – Наверное, сложно влиться в мир, где все кажутся незнакомцами.

– Ну, с некоторыми я уже знакома. Например, с Мирилин, Уиллом и Блэквудом.

Последняя фамилия заставляет его бледно-голубые глаза округлиться.

– Лучше тебе его так не называть.

– Почему?

– Верховный жрец не терпит нарушений и любит наказывать тех, кто пренебрегает правилами.

Каких правил? Не называть его по имени? А как тогда, господин, Ваше Превосходительство? Может, еще реверанс при встрече делать? Он и половины этих почестей не заслужил. Между тем Уилл продолжает называть имена, указывая на стражей прямо во время их упражнений:

– Шрадрик, Раквелл, Личи…

Уилл вертит меня в разные стороны, как марионетку, а я не успеваю ни поздороваться, ни рассмотреть. Так много людей, лиц, имен. Не уверена, что смогу хотя бы пару вспомнить. Когда с губ Уилла срывается последнее имя, моя голова готова взорваться, как переспевший арбуз из-за избытка влаги. Он это замечает, но лишь улыбается. Мол, ничего, привыкнешь.

Сам тренировочный зал приводит меня в восторг. Оказывается, стражи тренируются постоянно, начав обучение еще в детстве. Дети изучают приемы владения мечом. Можете себе представить? Тем временем Марэна возвращается на ринг к рослому парню с волосами цвета сладкой ваты. Личи, если не ошибаюсь. Они вновь сходятся в схватке, но он ловко сбивает ее с темпа и укладывает на мат. Эффектно. Видимо, у Личи богатый опыт в боевом искусстве. Пока его поздравляют с победой, мы с Уиллом отходим к другой стороне зала. Он недоволен, что в зале так людно, и предлагает дождаться обеда, когда помещение опустеет. Я соглашаюсь. А пока можно развлечь себя глазами, наблюдая, как стражи фехтуют, метают клинки и запускают снаряды через весь зал.

Оглядевшись по сторонам, замечаю на ринге Пейшенс, борющейся с Сэтом на шпагах. В отличие от остальных, она держит оружие почти вертикально, отведя свободную руку назад, а перед первым выпадом коротко склоняет голову. Странная манера. Будто не тренируется, а соблюдает какой-то давно забытый ритуал. Чуть погодя замечаю Блэквуда, занявшего весь восточный угол. Упражняется с клинком, уродуя и без того безобразный манекен. На нас не обращает внимания, но я-то вижу, как напрягаются его плечи каждый раз, когда мы с Уиллом проходим мимо. Словно моя тень обжигает ему кожу. Мы обходим зал вдоль и поперек и даже не замечаем, как он пустеет. Как только в двери исчезает последний страж, лицо Уилла становится непривычно серьезным.

– Итак, – начинает он. – Перейдем к делу.

– Что предлагаешь?

– До отъезда к Стене остался всего день. Лучше потратить его с пользой.

Я заинтригована. Его тон предвещает что-то интересное.

– Всему я обучить тебя не смогу, но основы выживания мы освоим.

Уилл подводит меня к стенду и обводит оружие рукой.

– Начнем с азов. – Берет он с крепления гладкий прямой клинок. – Короткий кинжал, или «кортик», – основное орудие стража, простое, как удар в живот. Универсальный, удобный в ближнем бою, пригодный для защиты и быстрых атак. Его получают все новобранцы.

Уильям проводит пальцами по металлу и тянется к другому оружию.

– Этот симпатяга называется змеиным клинком. Выглядит декоративно, но при извлечении разрывает ткани, оставляя глубокую рану, которая плохо поддается заживлению.

Какая необычная форма. Два тонких, как прутья, лезвия обвивают друг друга словно змеи, образуя подобие заостренной спирали. Очень изящно. Интересно, все ли оружие сиринити такое… утонченное?

– Жаловидный клинок или просто «жало», – буднично продолжает мой ментор, снимая со стены очередной «экспонат». – Тонкий, почти одинаковой толщины от основания до острия. Его используют для незаметной атаки. Запомни его: это любимец Мирилин.

Я киваю, невольно улыбаясь. Его непринужденно-игривая манера обучения мне по вкусу.

– А этот, должно быть, зовется двойным? – Указываю я на нож с двумя лезвиями.

– Очень близко! На самом деле он называется зеркальным из-за симметричных обоюдоострых лезвий. Им можно атаковать в любом направлении, не меняя хвата. При точной технике владения им можно нанести до десяти ударов в секунду. И, между нами, кое-кто из верхушки предпочитает именно его.

Хотя Уилл не говорит прямо, я почти уверена, что случайно или по воле судьбы уже сталкивалась с этой темной личностью в Академии изящных искусств Фрейзера.

– А можно мне тренироваться этим? – Указываю на тонкий клинок с рукоятью из слоновой кости. Металл мерцает так, что от него невозможно отвести глаз. Будто усыпанный серебряной пыльцой. Уильям неуверенно хмурится.

– Это лунный кинжал. За него тебе браться еще рано. С ним нужен особый подход.

– Вы что, сделали его из камня, найденного на Луне?

– Нет, всего лишь из луния, – смеется он. – Хотя твоя идея мне нравится больше.

– А что в нем особенного?

– Помимо необычного материала, лунный нож славится тем, что всегда попадает в цель, независимо от расстояния и количества препятствий на пути.

– Но ведь такого не бывает.

– Разве? – Выгибает бровь Уилл. – То, что ты так считаешь, лишь доказывает, что ты к нему не готова.

– Если это так, тогда почему он здесь один? Почему не создать больше таких кинжалов и не вооружить ими всех стражей?

– Все не так просто. Луний – редкий металл, тяжело поддается обработке и добывается лишь за Стеной. А сам кинжал требует исключительной концентрации и силы воли. Среди стражей им владеет только один человек, и новобранцев он точно не обучает.

По его мрачному взгляду понимаю, что разговор снова сводится к Блэквуду. Стоило догадаться. Как ни крути, все дороги ведут к Верховному жрецу, будь он неладен.

– Что ж, раз экскурс в историю клинков окончен, – протягивает он мне кортик, – приступим к обучению. Для начала запомни главное: всегда бери нож за рукоять и не направляй лезвие на себя. Это может сыграть с тобой злую шутку. – Хват зависит от цели. Снизу, – он берет мою руку, разворачивая кинжал острием вверх, – для удара в бок или живот. Сверху, – поднимает он мою ладонь, располагая оружие острием вниз, – для удара в грудь или шею. В случае с моровами всегда целься в горло. И носи клинок всегда, куда бы ни пошла.

– Поняла.

Уилл хмурится, очевидно понимая, что короткой лекции для выживания недостаточно.

– А сейчас перейдем к практике. – Скрежет металла, и у него в ладони появляется серповидный кинжал. Можно подумать, он их из воздуха берет. – Чтобы отразить атаку сверху, перехвати запястье, затем бей в уязвимое место: шею, локтевой сгиб или колено. Главное, действуй неожиданно. Попробуем?

Идея бить Уилла мне не нравится, но он старается ради меня. Стоит и мне немного поднапрячься.

– Внимание, – оружие приближается к моему плечу, – запястье.

Обхватываю его правую руку.

– Теперь отвлекающий прием.

Пока решаю, куда ударить, клинок уже замирает у моей шеи. Начинаем сначала. Исходная, атака, удар между ребер. Неплохо, но слабовато, чтобы обезоружить противника. То же самое с ударом в живот. А вот в шею в самый раз. Правда, я начинаю переживать, что ударила слишком сильно. Уилл отрицает, но ему все равно требуется минута, чтоб перевести дыхание.

– Уже лучше. Теперь наоборот: я нападаю, ты защищаешься. Готова?

Киваю, хотя понятия не имею, как вести себя с этой острой штукой в руке.

– Когда я делаю выпад, подними кинжал, блокируя атаку.

Он шагает вперед, я выставляю лезвие, но, кажется, слишком высоко. Рука дрожит от непривычки.

– Нет, – он обхватывает мои руки и опускает их на несколько сантиметров, – вот так.

Чувствую, как неудобство разливается краской по щекам. Он так близко. Я буквально чую исходящий от его кожи аромат: сладкий, тягучий, горько-металлический. Странный аромат, который почему-то хочется запомнить.

– Еще раз.

Уилл отходит, делает выпад и… я его блокирую. Звон железа неприятно бьет в виски, но все же я это сделала!

– Молодец. Еще раз.

Он нападает еще, затем еще. И с каждым разом у меня получается все лучше, быстрее. Уверена, он мне поддается, но ощущение металла в руках вызывает истинное восхищение. В особенности когда клинок постепенно начинает подчиняться руке. Последний выпад Уилл делает снизу, чтобы застать меня врасплох. Не получается. Я блокирую и эту атаку тоже.

– А ты молодец, – выдыхает он. – Учишься на лету. Скоро будешь драться не хуже стражей.

Не могу сдержать улыбку. Знаю, он мне льстит, но все равно приятно.

– Это тебя веселит?

Голос Блэквуда за спиной заставляет меня вздрогнуть. Резкий, надтреснутый, как удар камня о камень. Я думала, он ушел вместе со всеми.

– Тренировки стражей кажутся тебе забавными?

– Нет. Вовсе нет. Я просто…

– Защищайся.

Не успеваю опомниться, как его зеркальный клинок устремляется на меня. Я едва блокирую атаку в последний миг.

– Что ты делаешь?!

Его удары не похожи на осторожные выпады Уилла. Они в разы сильнее и быстрее. Лезвие так и дрожит у меня в руках вместе с напряженными мышцами, которые вот-вот сорвутся. Теперь я точно уверена, что Уилл мне поддавался.

– Хватит!

– Почему? Ты ведь хотела быть сиринити. Давай, сражайся.

Удары становятся сильнее, пока клинок не выскальзывает из моей руки. Но Блэквуд не останавливается. Взмах, и зеркальное лезвие оставляет кровавый след на моем плече.

– Защищайся.

Очередная атака, и алое пятно на предплечье.

– Не могу!

– Что такое? Уже не весело?

Удар слева, выпад, и я уже прижата к стене. Легкие горят, сухожилия натянуты стальной леской. Не могу… дыш…

– Я не… – лезвие прижимается к моей шее, – могу…

– Моровы не ждут, пока ты будешь готова. Они атакуют сразу и продолжают, пока цель не будет устранена.

Горло сводит от паники. Чувствую, как кожа под давлением лезвия начинает гореть.

– Хватит... пожалуйста...

Шаг назад – и давление обрывается. Я валюсь на пол. Грудная клетка сжимается, горло будто стянуто тугой петлей. Кажется, я сейчас задохнусь…

– Ты идешь к Вратам только из-за своей крови. Без нее ты всего лишь закуска. Твоя задача – не путаться под ногами, а не бросаться в бой. Оставь клинок тем, кто понимает, какую цену приходится платить. Поняла?

Он устремляется к двери, оставляя меня на мраморном полу, слабую, напуганную и дезориентированную. Уилл бросается ко мне, но голос Верховного жреца заставляет его остановиться.

– Касл, – выплевывает он через плечо. – В мой кабинет.

– Но сир…

– Это приказ.

Уилл смотрит на меня, затем на Блэквуда. Хочет подойти, но приказ удерживает его на месте. Я едва заметно киваю, давая понять, что справлюсь, пока две фигуры не исчезают из поля зрения. Вот и потренировались.

Иду по неизвестному корпусу, стараясь скрыться от посторонних глаз. В коридоре меня остановила Марэна: заметила царапину на плече и предложила отвести к лекарю, но я отказалась. Последнее, чего мне хочется в день отъезда, – это оказаться под пристальным взглядом незнакомого врача. Сейчас важнее побыть наедине с собой, чтобы разложить мысли по полкам. Сворачиваю в первый попавшийся боковой проход, узкий и пустой. Холодный свет панелей делает его похожим на заброшенный медицинский блок. Здесь пахнет металлом и чем-то стерильным, словно воздух пропустили через десятки фильтров. Странно, но это успокаивает. Здесь никто не станет спрашивать, как я себя чувствую. Никто не будет смотреть на меня так, будто пытается угадать, выдержу ли я путь к Стене. Наконец-то можно просто идти наугад, позволяя ногам выбирать направление.

Коридор постепенно уходит в полумрак. Чем дальше я иду, тем яснее понимаю: это не жилой и не учебный корпус. Здесь так тихо, что собственное дыхание кажется чужим. Но внезапно он сливается со стуком каблуков. Тихим, осторожным, слишком ритмичным. Я замираю, вглядываясь в конец прохода. Кто это там, в конце? Фигура в тени в конце прохода. Она на мгновение задерживается и исчезает за углом. Мне следовало бы повернуть назад, но любопытство оказывается сильнее.