Выбор сильных

Ряженые

И здесь, на Большой земле, хватает людей, которые под видом священства играют на религиозных чувствах наших сограждан. Под именем священства, играя на сострадательности и милосердии людей, они пытаются построить свой бизнес. Конечно, при этом они действуют против Церкви и хулят её пастырей.

На войне такие люди попадаются тоже. Но это очень легко проверить практически. Любой священник, который едет на войну, имеет командировочное предписание. Если ты сомневаешься в конкретном человеке, то всегда можешь позвонить в Синодальный отдел и уточнить. И если выясняется, что человек, который выдаёт себя за священника или монаха, на самом деле не является чадом Русской Православной Церкви, надо прежде всего поставить в известность священноначалие. Ещё надо потребовать от военных, чтобы те полностью перекрыли этому человеку доступ к личному составу и в воинское подразделение.

Военные в этом деле – люди неискушённые. Был в Чеченской республике «монах» босоногий, который по воинским подразделениям на велосипеде катался. Никаких свидетельств, что он является монахом Русской Православной Церкви, нет. Личностью он был довольно-таки известной. Всегда ходил босой, даже по снегу зимой.

Как-то подходит ко мне один из офицеров Главного разведывательного управления и говорит: «Батюшка, тут у нас монах босоногий ходит. Я его побью». Спрашиваю: «А что случилось?». – «А он у меня из холодильника кусок колбасы с бутылкой водки спёр!». Я объяснил офицеру, что этот деятель к Церкви никакого отношения не имеет. Пришлось через командование ОГВС положить конец его «велопробегу» по воинским подразделениям. Больше я не слышал, чтобы он в частях появлялся.

Есть известный фильм «Живи и веруй». Там выступает человек, называющий себя архимандритом. Личность очень известная, его многие знают как Киприана-Пересвета. Но он – сам по себе, самосвят. Он не был в Русской Православной Церкви рукоположен в священники, хотя носит священническое облачение и ходит с крестом на груди. Общение с ним очень вредно. А с богословской точки зрения то, что он говорит, вообще ни в какие ворота не лезет! Есть ещё другой фильм – «Софринская Богородица». Там этот же «архимандрит» тоже свои сказки рассказывает. Такие лжемонахи, или лжесвященники, – это настоящие волки в овечьей шкуре. С ними надо жёстко бороться.

Среди таких деятелей могут быть и духовно болящие люди. Кто-то из них, может быть, находится в прелести, в самообольщении, кто-то может преследовать и материальные цели. Но здесь уместно вспомнить, как Лоуренс Аравийский, знаменитый агент английской разведки, в начале XX века в лохмотьях ездил по арабским землям под видом бродячего дервиша. Тогда Ближний Восток почти весь был под властью Османской империи. Этот «дервиш» мастерски натравливал часть арабских племён на турков, лично пускал под откос турецкие военные железнодорожные составы. И при самом деятельном участии Лоуренса Аравийского англичанам удалось добиться к 1923 году окончательного падения Османской империи. В Турции Лоуренса Аравийского до сих пор считают одним из главных врагов, который своей разведывательной и диверсионной деятельностью нанёс турецкому государству непоправимый урон… Памятуя об этом, я прямо говорил командирам: вот есть тут у вас непонятный человек, путешествует по войскам, общается с офицерами, получает определённую информацию. А куда эта информация уходит? Ребята, смотрите, кого вы пускаете и чем это может закончиться!..

Цена праздношатания

Когда ты находишься в зоне ведения боевых действий, праздношатания, празднохождения нужно полностью исключить. Не надо создавать проблемы себе и военным, у которых ты находишься. Ходить можно только в те места, куда тебе сказали, что ходить именно туда можно. Не надо шастать по рынкам, не должно быть никаких самостоятельных поездок на такси. Добром это не заканчивается.

Вот трагический пример, свидетелем которого я был. Отряд спецназа закончил выполнение боевой задачи. Его выводили железнодорожным транспортом из Хасавьюрта (Дагестан). В Хасавьюрте сержант и солдат, будучи в военной форме, решили пробежаться до магазина, а их расстреляли из проезжавшей машины… Потом мне пришлось лететь в вертолёте вместе с телом одного из погибших. Глядя на чёрный мешок, который лежал у нас под ногами, я примерно представлял, как рассуждали эти ребята: командировка-то уже закончилась, можно и расслабиться! Забыли, где находятся, вышли за пределы части – и трагедия. Ещё я думал: он ведь мог так же, как я, сейчас ехать домой. А вместо этого лежит в чёрном мешке у нас под ногами…

Первая командировка на войну

В первую мою командировку в Чечню я отправился со своим многолетним помощником Александром Рогожиным. Дело было зимой 2006 года. Конечно, перед поездкой мы очень волновались – ехали ведь в первый раз. Как будет? Что будет?.. Набрали подарков – крестиков, небольших иконочек. Взяли с собой ещё и икону побольше с изображением Спасителя. Обычная икона, недорогая, в пластмассовом киоте.

Ехали мы в Чечню с молодым пополнением 33-й бригады внутренних войск. В командировку из бригады должны были ехать двести восемь человек. Из них отказников оказалось только пять. (Отказники эти – плод деятельности организации «солдатских матерей». Бригада отвоевала и вернулась. И теперь вот представьте, как будут до конца жизни чувствовать себя те пятеро, которые сломались, испугались и не поехали…)

Приехали мы с Сашей в бригаду вечером. Заночевали в госпитале. Я там, воспользовавшись удобным моментом, больных ребят покрестил.

Утром отряд построили. Мы с Сашей тоже на построении присутствовали.

И когда ребята проходили мимо нас торжественным маршем, было заметно, что все они очень волнуются…

Погрузились, колонной двинулись в Пушкин, на аэродром. Саша поехал впереди на машине гаишников, а я сел в кабину одной из грузовых машин. Когда прибыли в Пушкин, самолёта ещё не было. На улице холодновато, солдаты по аэродрому ходят, подпрыгивают – греются. Я зашёл в помещение, где ждали вылета старшие офицеры. Согрелся немного, чаю с ними выпили. А потом я вышел на улицу и пошёл к солдатам. Так и ходил от подразделения к подразделению, шутил, смеялся, анекдоты

безобидные рассказывал. Мне было заметно, как ребятам непросто скрывать свою тревогу…

Наконец-то прилетел борт. Опять построение. Я всех благословил иконой Спасителя. Быстро загрузились и взлетели. В салон все набились плечом к плечу – как селёдки в бочке. Мне повезло – пилоты пустили меня в кабину. Я так на месте штурмана весь полёт и просидел.

Через несколько часов приземлились в Моздоке. Выгрузились, построились и пошли на милицейскую пересылку. Пересылка устроена была в палатках. На железных кроватях ни белья, ни матрасов нет. Ложишься прямо на голые металлические решётки. Внутри палаток печки дымят страшно! Так что выбор у нас был небольшой: либо задохнуться от дыма, либо задубеть от холода на улице (ночью стало ощутимо прохладно). Короче, был это не сон, а какое-то сплошное полуобморочное состояние: дыма в палатке наглотаешься, на улице побродишь, снова зайдёшь внутрь, опять дыма наглотаешься… Молодые офицеры, которые остались на пересылке с солдатами, этот вопрос просто решили – сидят себе гурьбой, потихоньку водочку попивают!..

Мне предлагали поехать со старшими командирами, где можно было бы уютно расположиться, но я отказался.

В ту самую первую командировку мы себе поставили задачу: пройти с молодыми ребятами весь путь бок о бок. Как они, так и мы.

Утром снова построились и колонной пошли на железорудный вокзал к бронепоезду «Козьма Минин». А впереди колонны шли мы с иконой! Местные жители нас долго провожали взглядами… Такого они ещё ни разу в жизни не видели: идёт колонна солдат с оружием, а впереди – батюшка с иконой! Потом мне рассказывали, что они спрашивали военных: «А что, в России всё изменилось? Революция произошла, что ли?».

Бронепоезд оказался совершенно не похож на те бронепоезда, которые мы видели в кино про гражданскую войну. Это было нечто невообразимое… Бронепоезд состоял из платформ с танками, пулемётами и нескольких обшитых железом обычных вагонов. Набились мы внутрь под завязку, руки не поднять. Ребята мучаются – в туалет не сходить (а ехать нужно было пять-шесть часов). Вроде и были где-то туалеты, но чтобы до них добраться, надо было очень долго и мучительно, в прямом смысле по головам, ползти. По дороге сделали только одну остановку. Все выскочили из вагонов по нужде как ошпаренные.

Я задремал. Тут меня кто-то в плечо легонько толкнул. Обернулся – это мне молодые лейтенанты стакан водки и кусок колбасы с уважением передали. Я водку выпил, колбасой закусил, чтобы ребят не обидеть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.