Это открытие было отвратительным. До чего же подло обманули несчастную девушку, но всё выходило слишком правдоподобно, такие авантюры были вполне в духе их высочества. Кажется, что-то подобное он уже слышал о владыке Нильсграда. Пусть эта девушка оказалась слишком благородной и слишком непорочной. И потому Флюгерио решил действовать хитрее обычного. Он назвался ей вымышленным именем, талантливо разыграл перед ней искреннего и благородного возлюбленного. Но на этот раз он наткнулся на настоящую твердыню, так чиста и невинна была она. Что же венценосный принц не отступился. Он нашёл священника, или вернее актёра, сыгравшего священника, и тот обвенчал их. Она считала его своим мужем. Терпеливо, ждала его прихода, думая, что он от неё уходит на службу, чтобы заработать денег и оплатить их маленький съёмный домик, который отныне для неё был всем миром, которым правил он, он один. И он действительно правил её миром, но не так как она думала. В его городе, в его стране ему было подвластно всё. И её жизнь он взял не для того, чтобы осветить любовью, а чтобы сломать, как тысячи других, ему не впервые. Её нежность и верность скоро перестали развлекать венценосного принца, но, то, что игра затянулась, он осознал в тот день, когда со слезами в горящих глазах и с улыбкой счастья на устах она сообщила «своему мужу» о том, что ждёт ребёнка.
Быть может она и не узнала кто он на самом деле. Флюгерио, не испытав ни капли сострадания, приказал вывести её бесчувственную и бросить в лесу на верную смерть. Вот каким был Принц Флюгерио Нильсградский, Правитель Края Серединных Равнин.
Но быть может, быть может, всё было иначе. Это сходство, безумное сходство, но мало ли на свете совпадений, мало ли похожих друг на друга людей. Девушка эта, богатая путешественница, о том, что она богата, свидетельствовало роскошное платье из голубого шёлка, в котором она была, когда доктор нашёл её. Так вот, она богатая путешественница, на неё напали разбойники, мало ли их здесь в горах и в лесу. А её муж?! Быть может, он был с ней и убит? Но ей если нет?! Тогда, должно быть он ищет её!
Да, как бы хотелось доктору поверить в это, но нет, когда на рассвете он встретил всадников, что ехали от того места, где он нашёл эту больную девушку, он смог опознать одного из них. Это был главный военачальник Нурмии, Эвриг Атоленский, кому же ещё могли бы поручить подобное грязное дело?!
Глава 5. Письмо к Великому Инквизитору.
Ярко-алые язычки пламени плясали в камине, бликами отражаясь в приглушённо-тёмных тонах кабинета нильсградской резиденции Великого Инквизитора. Был уже поздний вечер, когда Владыка Йольска, покончив со своими делами в замке принца в столице, смог вернуться в свои покои. Но, благо, он послал письмо оповещающая о своём прибытии, а потому прислуга успела подготовить комнаты.
Войдя в свой кабинет, Арзель небрежным жестом бросил на письменный стол перчатки и шляпу-треуголку. Тёмно-бордовую мантию он повесил на спинку кресла, оставшись в зауженном чёрном костюме, пошитом рубинами по выточкам. Вдруг его взгляд упал на конверт, что лежал посреди письменного стола. Одного беглого взора на сургучную печать с гербом, одного запаха духов, которыми была надушена бумага, ему было достаточно, чтобы знать от кого оно. От письма исходил терпкий и роскошный аромат, кажется, это были бергамот и шафран, и ещё что-то более изящное, что-то изощрённое, быть может, левзея. О, да, так пахнет хитросплетённая интрига, это были её духи!
– Господин, в столовой всё готово, прикажете подать Вам ужин, – управляющий вошёл, не смея поднять на него глаз.
– Я буду ужинать в кабинете. – Циничная улыбка застыла на его губах, а зелёные глаза с дьявольским, демоническим блеском прожигали конверт.
Расторопные вышколенные лакеи быстро перенесли его ужин. Ни один из них не хотел поднимать глаз на своего хозяина, тихо накрыв на стол, прислуга удалилась.
Оставшись наедине с собой, первый министр, не стал сразу дрожащими от нетерпения руками распечатывать конверт. Он со своей неповторимой и непередаваемой словами ухмылкой принялся за еду, и, кажется, совершенно не спешил быстрее кончить с ужином. Он спокойно и изящно орудовал столовыми приборами и тщательно пережёвывал куски пищи. Покончив с трапезой, он налил себе бокал красного терпкого вина и поставил его рядом с собой. Как будто только что, вспомнив о письме, Правитель Края Северо-Восточных Холмов резким движением разорвал конверт.
« Арзель, – начиналось письмо, – всё это время, все эти долгие годы, что мы были с тобой в соре, я ничего не желала так сильно, как видеть в твоём лице, Арзель, доброго соседа. Искренне говоря, я даже теперь не могу вспомнить, из-за чего мы с тобой поссорились, Арзель, должно быть из-за какого-нибудь пустяка…»
« Недурно, Юстция, золотые рудники ты называешь пустяком. А не отослать ли мне это письмо теперь тебе назад, моя любезная соседка? А лучше покажу его Миере, уверен, она найдёт там нечто интересное для себя», – подумал Правитель Йольска, но всё же продолжил чтение письма.
« Но как бы там не было, причину нашей временной размолвки, я вижу не в тебе и не во мне, Арзель. Я всегда уважала, тебя Арзель, видя в тебе рассудительного и надёжного правителя, который мог бы властвовать большим, чем сейчас, если бы только захотел. Но разве мы так слепы, Арзель! Ведь теперь я так хорошо понимаю, что истинная причина нашего раздора в тех, кто преднамеренно ссорил нас и оговаривал друг перед другом. Оттилия, Зинфирд, Ингрид и Эвриг, да они лишь ничтожные, мелкие пройдохи, которые, я уверена, жаждут лишь одной наживы от наших ссор. Как прислуга, смотрят они на господский стол, в надежде, что им перепадёт непотребный кусок. Фи, какая грязь, какая мерзость! Но ведь есть ещё Миера и Флюгерио. О, эти не так просты. Их безразличие лишь маска, они оба слишком хорошо знают, как просто управлять разрозненными частицами. Вот кто по-настоящему извлёк выгоду из нашей размолвки. И не пора положить этому конец, Арзель?!
Крепкий союз будет лучшим для нас оружием в предстоящей войне. Мне больно смотреть, Арзель, на то, что ты до сих пор играешь роль второй скрипки при дворе Их Высочества. Ты вынужден терпеть всяческие унижения и притеснения от нашего легкомысленного и надменного принца. А всё лишь потому, что за ним стоит его тайная советница. О, да, Миеру нам не сломить, но, быть может, она бы вняла нашим убеждениям и приструнила бы несносного Флюгерио. А коли нет, так мы все знаем, что она оскорбиться и вернётся в Край Южных Озёр. Но ведь это лишь нам на руку. Пусть она дуется на нас в своих владениях, пусть обижается, сколько ей угодно, принц останется один. Его несносный и безудержный нрав заставил возненавидеть его всех вокруг. Все остальные примут нашу сторону, и он будет свергнут.
Как видишь, Арзель, я могла бы помочь вернуть тебе всё, что пропало у тебя за эти годы, твои вольности, богатства, земли, власть. И никого бы другого, кроме тебя я не хотела бы называть Ваше Величество.
Одно только твоё слово, Арзель, и я приду к тебе, как самый верный твой соратник. Только позови меня, Арзель, и мы начнём действовать рука об руку, только позови, Арзель».
Начальница тайной полиции Нурмии,
Юстция Гравелотская,
Единовластная Правительница Края Юго-Восточных Гор
Медленными глотками он допил вино. Небрежно накинув на плечи плащ, который бы полностью скрыл его личность, он вышел из кабинета. Великий Инквизитор сам оседлал своего коня, и, сев на него, пустил галопом по ночному городу.
Арзель вошёл в комнату, где не был уже много лет, через потайную дверь с чёрного хода. Точно так же он поступал и тогда, ещё до их ссоры. Увидев его, Юстция не выдала ни капли удивления, ведь она ждала его прихода.
Голос женщины прозвучал спокойно и размерено:
– Ты вернулся ко мне, Арзель?
– Да, моя королева, – он знал, какую плату она потребует за свою поддержку, что же, он готов был платить.
–Тогда нечего медлить, обсудим детали. – Она слегка приспустила плечико своего пеньюара, и стала расстёгивать пуговицы на воротнике первого министра Нурмии.
– Ты моё позабытое счастье, – прошептал он, вдыхая аромат её волос, они пьянили, как выдержанное вино.
– Все эти годы я мечтала лишь о тебе, – отвечала она, и их губы растворились в друг друге, сладкие и лживые, как лесть, как мёд. Они понимали друг друга с полуслова.
Глава 6. Девушка, которая ничего не помнит.
Солнце ударило в глаза. Она открыла их, был день. Она чувствовала себя всё ещё совершенно больной, но не такой слабой, как накануне. На этот раз она вполне уверенно смогла подняться на кровати. Кроме длинной, полностью укрывающей её хрупкое тело, по всей видимости, мужской рубашки, но белой и чистой, на ней не было ничего. Природная стыдливость заставила ей накинуть на колени одеяло, лишь только она встретилась с взглядом холодных, голубых глаз, смотрящего на него мужчины.
– Кто Вы? – Воскликнула она, но вдруг, вспомнив события прошлой ночи, устыдилась своего вопроса.
Он поморщился, её слова, и смущение девушки позабавили его.
– А кто ты сама? – Должно быть, на этот раз её хозяин решил быть более любезен с ней.
– Я? – Переспросила молодая женщина, и тут же осознала, что не смогла бы и сама перед собой ответить на этот вопрос, – я не знаю, – прошептала она, сгорая со стыда.
«Неужели, потеряла память, – промелькнуло в голове у доктора, – ведь не похоже, что обманывает. Но быть может, это лишь сильное потрясение, попробую направить её».
– Как тебя зовут? – Подсказал он.
– Я же говорю, я не знаю! – Девушка была готова расплакаться.
– Может быть, ты вспомнишь кого-нибудь, кого-то родного и близкого? – Мужчина не обращал внимания на её беспокойство.
– Нет, нет, – всхлипывала она.
– Но не может же быть, чтобы ты свалилась с небес на землю! – Он уже стал выходить из себя.
По жесту, который она сделала, можно было подумать, что она сейчас закроет лицо руками и разрыдается. Но этого не случилось, гордо вскинув голову с копной тёмно-каштановых волос. Она встала с постели и, преодолевая слабость, направилась к двери, усилием воли стараясь сохранять при этом королевскую осанку.
– Мне лучше уйти, – кротко, без капли досады или обиды произнесла она. – Благодарю Вас за всё, что Вы для меня сделали, прощайте.
– Остановись, дурочка! – Он бесцеремонно схватил её за плечи и уложил на кровать. – В таком виде уйти, да и куда тебе идти, идти тебе некуда! – Он уже перешёл на крики отчитывал её как школьницу.
– Куда угодно! – Выдохнула она.
– Нет, пока ты больна, ты никуда не уйдёшь отсюда, – этот тон уже не предполагал возражений.
– Я – пленница?!
– Нет, ты несносная гордячка и набитая дура!
– Зачем я Вам?
– Здесь вопросы задаю только я.
Девушка отвернулась от доктора, чтобы он не видел её слёз. Мужчина тяжело вздохнул и достал медальон, который снял с её шеи, чтобы цепочка не сдавливала грудь больной женщины, пока она лежала без сознания.