Хранители цепи миров: срединный путь

– Нунантаминури, но когда мы стрижём волосы или ногти, часть души же не исчезает. И почему-то мне кажется, что через частицы можно ускорить их рост, верно?

Старший ректор довольно улыбнулась такой догадке:

– Ты прав, так устроены эти органы. Но в том, что касается остальных телесных структур – нет. К сожалению, пока другого объяснения никто не обнаружил.

– Судя по описанной, – тут он запнулся, чуть не сказав «вами» – тобой… теории, частицы силы всемогущи. Значит, есть какая-то преграда. В аспекте, силе, владении, либо в самом исцеляемом.

Нунантаминури в раздумьях подняла взгляд к потолку. А Владимир вдруг осознал, что вообще делает и ощутил резко нахлынувший смущающий стыд. Куда же он вообще лезет с рассуждениями, ничего не умея и пока мало чего зная?! Диванная аналитика, опирающаяся на опыт из игр и книг перед старшим ректором-целителем?! Чувствуя, как его щёки горят, он решил поскорее сменить тему.

– Нунантаминури, скажит… – предательское множественное число так и просилось на язык, и ректор сразу хитренько улыбнулась. – Скажи, если после завершения миссии нас не депортируют куда-нибудь в резервацию для пришельцев, смогу ли я поступить в академию и учиться?

– Парень… – огорчённо произнёс сохранявший до сих пор тишину Геронд и многозначительно взглянул на него.

Нунантаминури прижала руки к подбородку и звонко захихикала. Когда она улыбалась и так смеялась, то выглядела эталоном женственности и милоты, которым просто приятно любоваться.

– Я поняла лишь часть содержания слов «депортация» и «резервация», но не понимаю, зачем вас куда-то отселять и отдалять. А учиться никогда не поздно, даже если тебя не примут в академию, мой народ примет тебя.

– Нунантаминури, ты, должно быть, шутишь. Я уже представляю дебаты по поводу того, кто примет у себя нашего гостя, – Геронд повернулся к нему. – Володя, не знаю, как ты, но я чувствую усталость, ведь уже поздний вечер. Я бы предложил показать тебе твою гостевую комнату.

– Конечно, день был насыщенным, а завтра рано вставать.

Нунантаминури, излучая довольство, попрощалась с ними, и они разошлись.

Покои Владимира, помимо гостиной, включали в себя спальню и ванную комнату и были оформлены в том же растительном стиле, что и столовая. Для него подготовили и заменили часть мебели, а на полу постелили футон, как сказали бы жители одной замечательной восточной страны.

Когда Геронд оставил его, Владимир первым делом решил принять ванную. Ох, как хотелось, наконец, понежиться в горячей воде! Но водопровода в классическом смысле здесь, к сожалению, не было. Вместо него резервуар с водой, ковшом и каменной ванной. Как объяснил Геронд, для подогрева и охлаждения использовали специальные порошки или частицы.

Владимир наполнил ванну, высыпал нужный порошок и довёл воду до кипения, но не достиг желаемого, а только заполнил всё паром. По ощущениям вода была тёплой, и от этого становилось немного тоскливо. С плюсами приходили и минусы его нового положения.

«Интересно, как там Аннет?» – думал он, пока лежал в воде. И представляя, как удивиться подруга настоящим рыцарям, которых он приведёт на помощь, довольно заулыбался.

***

Геронд вышел во двор гостевых строений и остановился. Наступила ночь, и цветение окутало огоньками деревья и кусты. Но взгляд защитника был прикован к небу. Огни наверху манили его своими секретами. «Сколько там обитаемых и разнообразных миров, какие они сейчас? Что из описанного в книгах предков изменилось или осталось прежним?» – думал он, глядя на звёзды. Паренёк Владимир, возникший откуда-то, напоминал ему младшего брата.

Брат, как и все в этой академии, относился к нетрадиционным джасхо. Это означало большую эмоциональность, а в некоторых случаях – ещё и предрасположенность к частицам, не свойственным их расе. Поэтому в академии нетрадиционные хорошо ладили с малыми народами и не создавали сложностей во время обучения традиционным, предпочитавшим другие учебные заведения.

Его младший брат был весёлым, бесстрашным, любознательным, добрым, но погиб при втором вторжении. И Геронд не простил себе то, что не был рядом с ним в тот раз. Это было неправильно с точки зрения культуры джасхо. Имея разные ранги, оба достойно выполняли поставленные им задачи во время битвы, и он не должен был себя винить.

Геронд, как и все нетрадиционные, стремился быть похожим на традиционных. Это не являлось модой или особой честью, это являлось идеалом, к которому стремился весь его народ. Неогранённая, избыточная чувствительность приводила к порокам: злобе, коварству, жадности, тщеславию, подозрениям и другим. Народы и миры, охваченные порочными чувствами, саморазрушались и разрушали других. Именно с этим боролась их раса, и именно поэтому они оказались заперты тут.

Защитник тяжело выдохнул, продолжая смотреть на звезды. Сурифия слишком сурово поступила с Владимиром. Чтобы сам Геронд делал, оказавшись в незнакомом мире?

Геронд не стал нарушать субординацию, когда Сурифия отдала приказ о боевой готовности. Но вмешался бы, если бы всё зашло слишком далеко.

Стоит ли переговорить с Сурифией? В академии их положение равноценно, но как офицер защитников в запасе, он был выше рангом. Нет, она слишком закрылась после травмы, лучше предоставить это дело Первому ректору, описав всё в рапорте. Этумирина – мудрая женщина, она разберётся с этим. А сам он лучше будет и дальше приглядывать за пареньком.

Глава 5

5.1 Аннет

Аннет медленно двигалась по лесу вдоль речки в ту сторону, куда ушёл, так и не вернувшись, Владимир. Она устала, чертовски устала, изнутри её жгло чувство вины за брошенных в лагере людей. А перед её мысленным взором прокручивалось безумие прошлой ночи.

Поняв, что рано или поздно сожрут и её, и остальных, а твари боятся огня, она решила устроить пожар. Аннет проверила пульс девочки, бегло осмотрела – та была в порядке. Других она не стала проверять, так как ничего не могла сделать для них, но могла попробовать спасти хотя бы ребёнка. Аннет вышла из шалаша и начала валить окружавшие полянку деревья, чтобы поджечь их и создать сплошную стену огня, которая бы отделила лагерь от леса и тварей на эту ночь.

Но огонь разыгрался так, что страх перед бушующей стихией отрезвил её. Может пламя костра и не являлось обжигающим, но что насчёт пожара и дыма?! Влажные повязки на лица, сбивать пламя с травы, рыть ямы, чтобы не пустить огонь в лагерь – Аннет носилась по поляне, делая всё, что только могла, пока не наступило утро, и стихия не начала затихать.

Сделав импровизированный слинг из куртки, снятой с одного из мужчин, она разместила в ней ребёнка так, чтобы тот лежал на её спине. Так, Аннет прошла целый, долгий день. Девочка была тяжёлой, ноги Аннет проваливались в грунт, но ей как-то удалось не выбиться из сил окончательно.

Когда начало вечереть, она загнанным взглядом осмотрела лес, который казался пустым. Ни движений, ни шума веток. Опустившись на колени, она аккуратно уложила малышку и сразу двинулась к наиболее крупным деревьям. Если она сегодня не поспит, то, вероятно, вырубится по дороге, а этого нельзя допустить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ранобэ — разновидность популярной литературы различных жанров, отличающаяся преимущественно фэнтезийным сюжетом.

2

Исекай – жанр портального фэнтези и научной фантастики. Его сюжеты вращаются вокруг людей, которые переносятся в другой мир (фантазии, виртуальный мир или параллельная вселенная) и должны выжить там.