Хранители цепи миров: срединный путь

– Понимаю ход ваших мыслей. Но тогда почему нас перенесло сюда?

– На любой порок, есть своя добродетель. Предположу, что у рабства есть противники, возможно, именно они и отправили вас сюда. Умирама закрыт от внешней Цепи, а мой народ – защитники мира. Тем, кто спас вас, вероятно, то было известно. Вот только, как у них получилось…

– Цепи?

– Цепь – совокупность связанных между собой миров.

Задавать напрашивающийся вопрос: «Почему же нас тогда не отправили обратно?» – совсем не хотелось. Это вело в ещё большую пучину догадок – возможно, на Земле сейчас будет происходить активная кража населения, и тогда возвращать похищенных, смысла нет. Да и не хотелось разрушать последние крупицы веры в призыв героев, которых по ошибки закинули сюда.

Владимир тяжело вздохнул и сразу ощутил на плече руку героя, который шёл рядом с ним всю дорогу. Этот мужчина ободряюще улыбнулся, будто уверяя, что теперь всё будет в порядке. От такой неожиданно тёплой отеческой поддержки у Владимира даже заслезились глаза. Он моментально прикрыл лицо рукой, будто почёсывая лоб, и проморгался, чтобы скрыть присутствие влаги.

«Да что со мной такое происходит?! Опять эти слезы!»

Этумирина, то ли уловив настроение гостя, то ли оставив время на размышления, выдержала длинную паузу и после продолжила:

– В ответ на твою просьбу о помощи, завтра с утра на плато отправится спасательная миссия. Приготовления мы начнём уже сейчас.

Этумирина перевела взгляд на девушку-рыцаря:

– Сурифия, как старший офицер, назначаю тебя ответственной за миссию и нашего гостя, которому присваивается четвёртый ранг. Владимир, ты согласен?

– Согласен, – сразу ответил он, не понимая, что вообще значит четвёртый ранг.

– Договорённость заключена. Остальные вопросы, касающиеся защитников, перенесём на следующую встречу. А теперь перейдём к неформальной беседе. Прошу всех быть – свободными и друзьями.

Ректор подозвала человека из своей свиты на трибунах и стала вполголоса отдавать ему указания. Решив воспользоваться тем, что мадам отвлеклась, Владимир повернулся к Сурифии.

– Что значит «неформальная беседа», «быть свободными и друзьями»? Сейчас начнётся пирушка? – соединил он вопрос с шуткой, так как девушка была первой, с кем он хотел бы подружиться в этом мире.

Сурифия на миг опустила взгляд, задумавшись.

– Быть свободными и друзьями для всех участников означает открытость диалога и равенство, можно свободно говорить, не учитывая ранга и статуса. Но я не поняла, что значит «пирушка»?

«Поторопился я с шутками. Мы же не на первом дне обучения в институте, когда студенты, таким образом заводят знакомства», – подумал он и постарался объясниться: – Ну, это когда люди выпивают и веселятся… Прости, неудачная шутка, – смущённо закончил он.

Сурифия растерянно замялась, а в разговор вступил новый участник.

– Моё имя Шохорори, старший ректор. Юноша, жажду подробной истории о твоём родном мире, – усмехаясь, бодро произнёс розовощёкий пухляш, похожий на весёлого завсегдатая какого-нибудь бара.

«С чего он меня юношей назвал? Внешне мы с ним примерно одного возраста».

– Уважаемый Шохорори, эта тема, безусловно, интересна всем нам, но давайте вначале ближе познакомимся с гостем, – вмешался пожилой гоблин.

– Владимир, моё имя Угватва, я старший ректор, но за этой частью стола все ректоры. Друзья, предлагаю опустить статусную часть, мы же не хотим удивить гостя своим положением в академии.

– Спасибо, Угватва, – ответил Владимир, размышляя, стоит ли добавлять «уважаемый» к имени.

Угватва продолжил:

– Расскажи, как к тебе лучше обращаться, сколько тебе лет, какому ремеслу обучался или владеешь?

– Обращайтесь как вам удобно: Владимир, Володя, Вова. Вот только я уже не юноша по меркам нашего мира, а в середине жизни – мне тридцать пять. А ремесло… наверное, проще всего сказать, что я был торговцем, занимался обслуживанием техники, затем обучился психологии, то есть стал целителем души в каком-то смысле.

Взгляды окружающих странно забегали, наверное, с целителем души он всё-таки переборщил.

– Что-то не так?

Угватва задумчиво поглаживая бородку, ответил вопросом:

– Середина жизни – в тридцать пять?

– Примерная средняя продолжительность жизни в нашем мире семьдесят-восемьдесят лет. Так что да, я уже давно взрослый.

– Хм, если опустить то, что ты выглядишь молодо, жизнь вашего народа очень коротка и, хотя мы беседуем в свободе и дружбе, я всё же хотел бы извиниться.

– Всё в порядке, в конечном итоге важно не сколько, а как именно ты живёшь, то есть главное – содержание жизни. К тому же, некоторые из нас доживают и до ста лет.

Угватва подвигал головой вперёд и назад. Похоже, это выражало согласие.

Меж тем, жёлто-оранжевый человек неопределённого пола встрепенулся и заговорил высоким голосом:

– Моё имя Нунантаминури. Владимир, что значит «целитель души»?

– В нашем мире совсем нет магии или каких-то сверхсил. Мы опираемся на науку и технику, в этом смысле лечение тела происходит через медицинские процедуры и лекарства, а лечение души, к ней можно отнести разум и чувства, – через специальные методики. То есть человека что-то может сильно тревожить или злить, и если он не справляется с переживаниями и имеет смелость обратиться к специалисту, то с ним проводят психологическую работу. В процессе которой, человек возвращается в норму. Конечно, список того, с чем работает психология, не ограничивается только чувствами. Например, ещё работает с поведением или изменение отношения. Скажем, если кто-то хочет избавиться от дурной привычки или наладить отношения с окружающими…

В лице Нунантаминури читался живой интерес к теме.

«Как же к ней или нему обращаться, в женском роде или мужском? Не спросишь же прямо, какого оно пола!»

– Очень интересно! А почему для этого нужна смелость?

От этого вопроса Владимир расплылся в широкой улыбке и попытался объяснить:

– Дело в том, что в той части мира, где я жил, такая терапия, пока ещё не пользуется широкой популярностью. Для большинства это скорее признание себя больным, а человеку в нашем мире страшно попасть в такую категорию даже в собственных мыслях, – после маленькой паузы он иронично добавил. – Ну, пока совсем плохо не станет, и тогда они обращаются, желая быстрых перемен. Но в запущенном состоянии быстрых перемен не бывает.

Нунантаминури явно хотелось продолжить расспросы, но в разговор вступила до сих пор молчавшая поджарая женщина, с пристальным взглядом:

– Моё имя Тэрена. Может ли твоё ремесло вылечить проклятого?

Если бы вопрос задал предыдущий ректор, это бы вызвало лишь улыбку. Но эта маленькая версия Рэбмо, с покерфейсом, пристальным взглядом и развитой мускулатурой… Владимир напряг челюсти, сдерживая приступ смеха.

«Справится ли психология с проклятым? Да, заговорит до благословения! Выслушает до исцеления! Посадит и даст выразить всё недовольство пустому стулу, и проклятие развеется! Почему Аннет нет рядом, она бы точно рассмеялась…»

Однако вспомнив о подруге, он посерьёзнел, и желание смеяться как-то само собой отступило.

– Думаю, что нет. Это не магия, это внутренняя работа, тут важно личное стремление к изменениям. Но, кто такие эти проклятые?

И тогда, Тэрена и другие ректоры, сменяя друг друга, поведали о том, что происходит в Умирама.

Пять с лишним тысяч лет назад в соседнем мире Кунеримоне убили божество. Оказалось, что в каждом мире есть свой бог – материальное, бессмертное существо, способное неким образом влиять на мир. Государства и империи соблюдали общий запрет на вторжение в другие миры с целью убийства богов, так как за долгое существование Цепи произошло множество мировых войн, и смерть очередного бога приводила к нарушениям как в мире убитого бога, так и в совокупности миров в целом. Убийство божества могло преследовать несколько целей. Первая – бог был хранителем мира и живущих в нём народов, после его смерти захват мира становился проще. Вторая цель – шанс для убийцы бога, обрести божественные силы или раскрыть новые возможности, получить могущество.

Не имея прямой возможности вторжения, одна из крупных империй хитростью, новым оружием и богатствами склонила большую часть населения Кунеримона к идее восстания против бога. Когда в Кунеримоне началась война между сторонниками и противниками убийства, империя ввела миротворцев, которые поддержали нужную им сторону в междоусобице.

В то смутное время содружество жителей Умирама состояло из трёх рас: ти-шу – народа жилистой Тэрены, иухо – сородичей пухлого Шохорори, и айу – жёлто-оранжевых соплеменников Нунантаминури. Три народа запросили помощи у одного из независимых внешних государств, так как имперцы стали заявляться и к ним, пропагандируя схожие идеи. Так один из крупных орденов расы защитников, джасхо, со своей армией оказался в Кунеримоне. Но к этому времени итог войны был предрешён. Орден защитников помог с эвакуацией беженцев гвутромнов или серолицых гоблинов, и окопался у врат, что соединяли два мира.

В момент смерти, поверженное божество прокляло всех в мире Кунеримон и запечатало оба мира, оградив их от внешней Цепи. Проклятие, наложенное богом, каждые десять лет обновляется, поддерживая и доводя агрессию всех живых существ Кунеримона до слепой ярости. Что, в свою очередь, каждые десять лет приводит к вторжениям со стороны проклятого мира.

Вся эта история что-то очень напоминала… Владимир, сразу же отбросил мрачные мысли про Землю и сосредоточился на местных проблемах.

Получается, они с подругой попали в закрытую систему из двух планет. У местных жителей есть общий враг в лице проклятых, которые время от времени совершают набеги. Но неужели, так будет длиться вечно? А ведь обычно, жизнь не терпит застоя…

«Ага, точно! И тут появляемся мы! Великие… рабы из другого мира!» – весело пронеслось в голове. Тем не менее, за весельем оставалась уйма вопросов. Почему же орден джасхо не попытались спасти? Неужели запечатанный мир никак нельзя распечатать? А также и то, что остальные расы сильно различаются между собой. Может, существует куда более древняя история, о которой уже не помнят?

Задумавшись, Владимир привычно откинулся назад, как делал дома у компьютера, и шлёпнулся на пол. Послышались беспокойные возгласы.

– Не волнуйтесь, всё в порядке, просто задумался, – поспешил он всех успокоить и зацепился взглядом за необычную деталь.

Поднимаясь, он понял, почему всё время беседы Сурифия сдержанно держала руки под столом. Её рука, сейчас свободная от щита, не имела ладони.

В тот же момент, Сурифия накрыла повреждённую конечность. Гость и дева-рыцарь пересеклись взглядами. Она промолчала, покраснев, будто Владимир увидел что-то постыдное. Чувствуя полноту неловкого момента, Владимир отвёл взгляд и занял своё место.

Заговорила Этумирина:

– Уже вечер, мы многое обсудили сегодня. Предлагаю на этом остановиться. Владимир, один из моих помощников проведёт тебя в столовую для гостей, в том же здании для тебя уже подготовили комнату.

***

Сурифия направилась в свой кабинет, который находился по соседству с её личными покоями, чтобы снять доспехи и вооружение.

Ей вдруг вспомнился дом, там всё было иначе: отец, их тихий сад – всё это сейчас находилось далеко. Осознав, что впервые за долгое время ей вспомнились родные места, она сильно удивилась. Но удивление стало глотком свежего воздуха после напряжения и стыда, который ей пришлось испытать рядом с этим человеком за день.

В попытке понять столь незнакомое и внезапное беспокойство, она стала листать в памяти ключевые события дня. С первой встречи, откровенное поведение иномирца сбило её с толку. Улыбаться офицеру при исполнении? Даже айу не стали бы вести себя так перед группой солдат в незнакомом им мире. Пока шло разбирательство, она постоянно замечала на себе его взгляды. Конечно, она руководила отрядом, но даже после, уже на общем собрании после принесённых извинений, он первым делом заговорил с ней.

Ощутив, как волнение усилилось, Сурифия постаралась сосредоточиться, и на ум пришёл один из трактатов. В нем говорилось о существовании психического воздействия, которыми владели некоторые описанные там расы и существа.

Предки, поняв, что заперты в Умирама, постарались записать, сохранить и передать все знания, которыми владели, следующим поколениям. Чтобы потомки были готовы к вновь открывшимся мирам и их угрозам, когда печать будет снята изнутри или снаружи.

Существа, владеющие психическими атаками, считались особенно опасными. Влияя на чувства и мысли, незаметно для жертв, они могли свести с ума, рассорить между собой не только друзей, но и целые государства. От обычного врага или злодея всегда знаешь, чего ждать, а такие могли втереться в доверие, и пока всё вокруг не будет разрушено, ты не поймёшь, кто или что было тому причиной. Эти существа считались естественными врагами джасхо, которые не имели порока лжи, интриг и других злых умыслов.

Сурифия зашла в кабинет, зажгла световые сферы и прямо в доспехах, продолжая размышлять, села на диван, что было совсем на неё не похоже и шло в разрез со сложившимся порядком.

После обмена языками она понимала, что в языке иномирца имеются оба понятия. Психология была связана с ремеслом, но и понятие психических атак содержалось в полной мере. Во время открытых переговоров он назвал себя лекарем души, но убедительно уверил присутствующих в том, что в его мире магии нет.

В мир без магии сложно поверить, но миров – великое множество, ни подтвердить, ни опровергнуть. Однако, как могут существовать психические атаки в мире без магии?

Она вновь начала перебирать в уме все странные происшествия дня, чтобы переосмыслить. Если учесть концепцию коварства, описанную в трактате, то каждый отдельный шаг Владимира казался продуманным и хорошо спланированным. Виноватыми остались все, кроме иномирца. Возможно, он использовал психические приёмы на Годграме, вынудил того поступить опрометчиво, разыграл из себя жертву?

Сурифия склонила голову влево, соглашаясь с такой возможностью.

Всю дорогу, он держал её в напряжении, поглядывая и улыбаясь. Она буквально спиной чувствовала его взгляд – это тоже могло быть формой воздействия.

Сурифия подошла к самому неприятному моменту. В первом переговорно-гостевом доме, она, почему-то начала скрывать полученную почти десять лет назад травму. Она уже давно не придавала этому значения, все в академии были в курсе, что у одного из пяти старших тренеров есть ранение, которое и определяло боевую стратегию Сурифии. Но в присутствии улыбчивого иномирца, она почему-то начала это скрывать, чувствуя напряжение, словно решалась её судьба. И вот в конце встречи он будто случайно падает с лавки и обнаруживает то, что она так долго скрывала, делая вид, будто ничего не произошло!

От воспоминания её окрасил стыд – он поймал её на сокрытии, будто преступника, совершившего кражу, под его взглядом она ещё и импульсивно прикрыла руку. Как же ей сейчас было стыдно!

Следовало немедленно написать рапорт о своих предположениях Этумирине, как старшему офицеру.

***

Столовая оказалась очень уютной, её стены и мебель покрывали резные листья и лозы, вдоль стен у самого потолка висели осветительные шары. В центре зала стоял незанятый широкий овальный стол со стульями. Остальные прямоугольные столики располагались кругом на одинаковом расстоянии от центрального – их частично заняли студенты, что время от времени поглядывали в сторону Владимира, дружелюбно улыбаясь.

Он, тем временем, размышлял о том, как всё удачно складывалось. Несмотря на разные неловкие моменты, это было начало отличного приключения. Завтра они направятся в их лагерь, и когда все будут спасены, он сможет больше об этом не думать, остаться здесь и, возможно, учиться в академии, начав новую жизнь.

Да, скорее всего, ему позволят остаться и учиться. Он был окружён добрыми людьми разных рас, которые сосуществуют и движутся в одном направлении. Не то, что мир Земли, где одна-единственная раса умудряется делить себя на красных, белых, жёлтых, чёрных, хотя по существу – один народ.

«Может быть, мы тоже когда-то убили своего бога-Хранителя и стали прокляты и запечатаны?»

Помимо помощницы Первого ректора, которая провела их сюда и ушла, его сопровождал Геронд. Тот самый мужчина с суровым лицом, лет за сорок, который шёл с ним рядом весь путь от деревни и старался поддержать. Они познакомились поближе, когда все расходились. После завершения встречи, Геронд, взяв карту, уточнил маршрут, время пешего пути и остановки на плато, чтобы понимать примерное место расположения их лагеря. А потом просто предложил составить компанию, и это оказалось куда приятнее, чем сидеть одному или с незнакомой помощницей.

– О чём задумался, Владимир?

– О завтрашнем дне. Хотелось бы, чтобы всё поскорее завершилось.

– Не волнуйся, на плато есть дорога, пересекающая Восточный Широкий лес, по ней мы скоро доберёмся и окажемся параллельно месту, где вы остановились. Выйдем к речке, и до твоего лагеря будет совсем близко.

– Спасибо.

«Геронд говорил так, будто уже завтра они там окажутся. Впрочем, скорость пешехода – примерно четыре-пять километров в час, а хумры должны быть быстрыми. М-м… Интересно, а мне дадут своего?»

От мыслей его отвлёк вопрос.

– Ты упоминал, тебя можно называть Володя или Вова, подобное сокращения твоего имени для друзей?

Владимир об этом никогда не задумывался, но чаще это действительно считалось признаком более личного отношения. Впрочем, далеко не всегда.

– Обычно, это так.

– Я могу обращаться к тебе Володя? – произнёс Геронд и неловко хлопнув себя по нагруднику, рассмеялся.

– Конечно.

Улыбнувшись в ответ, Владимир подумал, что собеседник – хороший мужик. Сохранялось ощущение, будто тот, за ним приглядывал, но не как надсмотрщик, а скорее, как старший товарищ. Геронд определённо был старше, но вопрос возраста пока, наверное, лучше оставить.

– Отлично, будем друзьями! – воскликнул Геронд.

– Будем!

Хороший момент, чтобы выяснить действительно важную подробность, связанную с тем, кто чудесным образом также находился в этом же зале и продолжал стрелять глазками. Владимир понизил голос и придвинулся к новому другу.

– Скажи, а… – тут он понял, что забыл имя. – Вон тот ректор, с белыми волосами – это мужчина или женщина?

– Ты про старшего ректора Нунантаминури? – в той же манере ответил Геронд.

– Да.

Защитник хохотнул и, положив руку ему на плечо, тихо сказал:

– Женщина.

Ох, это была хорошая новость! Теперь Владимиру стало понятно, почему она так поглядывает. Меж тем Геронд приподнял бровь, явно ожидая подробностей.

– Ну, просто я заметил, что на встрече она как-то странно поглядывала и сейчас почему-то тоже здесь.

– Понимаю, айу все очень любопытные, – затем новый друг, неожиданно повысил голос: – Старший ректор Нунантаминури, не желаешь присоединиться к нашей компании?

«Вот же простодушный балбес, зачем так сразу и открыто?!»

Нунантаминури оживилась, широко улыбнулась и, будто только и ожидая приглашения, сразу направилась со своим напитком в их сторону.

– Будем свободными и друзьями, – изящно сев за столик, произнесла она. – Спасибо, что пригласили, я хотела ещё немного времени провести в этом наряде, форма академии уж очень сдержана. А ещё, несомненно, мне было очень интересно понаблюдать за тобой, Владимир. И у меня осталось столько вопросов! – улыбнувшись, она посмотрела куда-то вверх, видимо, перебирая этот список.

«Раз обстановка располагает, надо прояснить следующий важный вопрос!»

– Нунантаминури, можете рассказать о магии в вашем мире, какая она и как ей обучаются? Если это, само собой не стратегический секрет, тогда можете не рассказывать.

Старший ректор рассмеялась:

– Почему ты обратился ко мне во множественном числе?

– Прошу прощения, привычка, в моём мире это уважительная форма обращения.

Она широко заулыбалась:

– Значит ли это, что ты испытываешь уважение ко мне?

«Господи, эта жёлто-оранжевая женщина что, уже флиртует со мной?»

Геронд прочистил горло, решив вмешаться:

– Володя, будь осторожней, у айу выказывание уважения в неформальном общении «свободы и дружбы» считается признаком расположения к противоположному полу.

После слов Геронда, лицо старшего ректора стало оранжевым, а взгляд жёлтых глаз застенчиво убежал в сторону.

«Ну точно, флиртует! Прямо спелый человек-фрукт, госпожа созревшее манго, так бы и съел…»

От этой крамольной мысли он поперхнулся и пригубил напиток в попытке спрятать улыбку.

Подошёл служащий с подносом и расставил на столике маленькие тарелки. Всего два блюда – тушёные овощи и нарезанные фрукты. Владимиру досталось целых две тарелочки и того, и другого, тогда как Геронд взял только овощи, а Нунантаминури – фрукты. И тут Владимир сообразил, что он давно ничего нормального не ел, да и голода не ощущал. Собранные в дороге плоды ел понемногу утром и вечером, больше по привычке. Может, это новая суперсила открылась, пресловутое солнцеедство? Впрочем… Зачем рабам из бедного мира много есть, они должны много работать.

Еда оказалась простой, но вкусной, и этих маленьких тарелочек Владимиру вполне хватило. Нунантаминури уже вернула привычную расцветку и делилась знаниями о магии, начав издалека и совсем забыв про свою еду. Она говорила быстро и увлечённо, а многие термины выглядели специфично. Потому, по ходу беседы, Владимиру приходилось уточнять и заменять их похожими понятиями для создания ясной картины.

Подобно материальному миру существует вселенная частиц – то ли как отражение, то ли как самостоятельная вселенная. Частицы силы позволяют изменять материальный мир. Магией называют процесс такого воздействия, он может быть внешним – направленным на мир, и внутренним – на себя. Но качества и концентрация частиц в каждом мире различается, а коренные жители предрасположены к контролю частиц своего мира. Однако у разных рас-одномирян такая физиологическая предрасположенность может сильно различаться. Это умение передаётся по крови, но существует и независимая от тела загадочная душевная предрасположенность, и прижизненное формирование связей с частицами через душу, даже если связей изначально не было. Связи с частицами, можно наращивать и укреплять. Что положительно сказывается на управления ими и количеством частиц, которые можно черпать как из мира вокруг, так и из себя.

При этом есть три фундаментальных аспекта, Нунантаминури назвала их растворение, сгущение и единство. После некоторых уточнений их удалось собрать в знакомую конструкцию: разрушение, творение и пространство. Или – микро, макро и сосуществование. Всё крупное состоит из малого, а разрушение возвращает всё в первоначальную потенциальную форму существования. Творение, наоборот, организует первоначальный потенциал и создаёт из элементарного нечто новое. Пространство создаёт условия, оберегает и соединяет всё – макромир, микромир и вселенную частиц.

Народ айу имеет склонность к частицам жизни, главный аспект которых – творение. Но без постижения аспекта пространства можно применять лишь регенеративные магические действия. Творение без пространства невозможно, но если они оба присутствуют в составе магического действия, возможно полное исцеление.

«Другими словами, мне необходимо наладить контакт с частицами, чтобы использовать магию, и в моём случае это можно сделать только с помощью души. Но как это сделать, пока не понятно. Но чертовски интересно!»

Владимир, решив остановить поток теории, задал напрашивающийся вопрос:

– Я заметил, у Сурифии повреждена рука, почему же её не исцелили?

– Исцеление не успели провести вовремя. Считается, что с течением некоторого времени утраченный орган или конечность, нельзя восстановить, так как существующая в нём часть души исчезает.

Такой ответ показался Владимиру какой-то глупостью. После всех глобальных объяснений про мироздание, в итоге не могут исцелить руку, потому что часть души исчезает? Душа не может исчезать, она либо есть, если организм жив, либо нет, если он мёртв.