Дроид, опешив, отошел от нее и озадаченно сел на пол. Потом он будто замкнулся в себе, словно управляющий им искусственный интеллект выключил связь.
– Это как? – тихо спросила Лена. Она не сводила глаз с улыбающейся девушки.
– Забавно смотреть было на вас сейчас, я даже тронута, – ответила ей Уаа. – Вы живые. Приятно быть с вами. Не хочу из-за этой нелепой случайности уходить от вас. Придется перейти от одной забавы к другой, все равно я не могу умереть.
Контуры ее тела дрогнули, меняя внешность. Мышцы и кожа потекли как расплавленный воск, затягивая раны. Кровь на потолке, полу, стенах и на мне побледнела и испарилась. Девушка села на полу, а метаморфозы продолжались. Изменились черты лица, на нем появились ресницы и брови. Выросли уши. Исчез причудливый пигментный рисунок. На плечи упали длинные волосы цвета липового меда.
В итоге она стала выглядеть как человек, хотя в ней осталось мимолетное сходство с той инопланетянкой, которой она была раньше, особенно это было заметно по большим глазам желтого цвета.
– Я и так уже давно мертва, уже несколько сотен миллионов лет.
В капсуле воцарилась почти полная тишина. Тихое дыхание людей, приглушенное шелестение вентиляторов и еле слышимые звуки леса – вот и все, что ее нарушало. Непонятная особа с претензией на совершенство в своем облике и голосе, улыбаясь, наслаждалась моментом. Ее не смущала нагота, так как тонкая разорванная в лоскуты лента-юбка была не в счет. У всех присутствующих был один и тот же невысказанный вопрос: «Что происходит?»
Ладно, экипаж «Стужина» уже встречался с проявлением сверхъестественного, но вот андроидам это будет сложно понять, их электронно-нейронные мозги не смогут принять такую действительность.
Затянувшуюся паузу нарушили тихие шаги в шлюзе. В капсулу зашел еще один дроид, но он заметно отличался от остальных. Ниже ростом, покрытый светло-бежевым пластиком там, где имитировалась кожа, и серебристым, где следовало быть одежде. Технологические контуры, грани и швы подчеркивались тонкой черной линией. Девичья фигурка из композитных пластиков и силиконовое лицо принадлежали эдакой ожившей кукле из японских мультфильмов.
Голубые глаза обвели присутствующих. Тонкие пальцы прошлись по ярко-розовой челке совсем человеческим жестом.
– Капитан спрашивает, нельзя ли прояснить ситуацию, – произнесла девушка-андроид.
Я поглядел на нее, потом на Уаа, потом опять на гостью. Робот тоже озирался, как будто был растерян.
– Не уверен, что тоже все понимаю. А вы кто? – спросил я тихим голосом сбитого с толку человека.
– Мы вас спасать прилетели. Корабль называется «Стриж». Мы с транспортника «Кипарис», – отозвалась девушка-андроид.
– Это у вас программа такая? Вы как люди совсем.
– А мы и есть люди. Вы слышали о проекте «Рой»?
Я покачал головой. Я и в самом деле не слышал, но сейчас было не до этого. Мы разговаривали вполголоса, словно громкие звуки могли разбудить некое абстрактное лихо. Уаа, прищурившись и вскинув голову, наблюдала за нами.
– Капитан спрашивает, а это кто? – Девушка-киборг аккуратно показала пальцем на инопланетное создание.
– Шами шпрошите, мы тоже ш удовольштвием пошлушаем, – шепелявя, огрызнулся наш навигатор. – А то нам вшякую хрень на уши вешают.
Все присутствующие уставились на Уаа.
– Я младшая дочь Великой Матери, Уаа. Спрашивайте. На что имею право, отвечу.
– Может, по порядку расскажешь, а то мы совсем ничего не понимаем, – предложил я, взяв на себя роль переговорщика.
– Нет, так нельзя. Вопрос и ответ. Нет вопроса, нет и ответа.
– Отвечай, а то мы вообще не будем дальше общаться, твое величество.
– Дерзишь?
– Нет, что ты, восторгаюсь. Мы чуть не погибли, а ты тут маскарад устраиваешь, – желчно ответил я.
– Ты так говоришь, как будто каждый день с духами да призраками общаешься, – усмехнулась Уаа.
– Я устал быть в неведении, я устал проживать каждую минуту как последнюю в своей жизни, я устал от этого сверхъестественного дерьма. Я уже смирился с тем, что я здесь сдохну, а мой замерзший труп не найдут никогда! Так что рассказывай.
– Ну что ж, спрашивай, – прищурившись, произнесла инопланетянка.
Я глубоко вздохнул, пытаясь унять клокочущую во мне злость, пришедшую на смену растерянности и страху.
– Почему мы здесь?
– Вы сами прибыли.
– Почему мы упали?
– Вы чем-то оскорбили Великого Бессменного Хранителя. Он не снизойдет до ответа. Не спрашивайте меня об этом.
– Зверя?
– Нет.
– Почему мы выжили?
– Мы спасли.
– Кто это «мы»?
– Духи этого места.
– Это ты со зверем?
– Нас четверо.
– Можно подробнее?
– Я потом вас со всеми познакомлю.
– Купол и лес тоже ваших рук дело?
– Рук? А, вы о деянии. Да. Это мы сделали.
– Зачем?
– Скучно. А вы живые, с вами забавно. Вы жертву можете принести. Да и мало ли чего еще.
– А как вы это все сделали?
– Мы духи. Мы можем. Разве вы не рады, что живы?