108 Дней Её Жизни

День 13. Consciousness

Сознание.

Не упади. Тебя вряд ли поднимут. А кто-то даже засмеётся, увидев то, как ты оступился.

Мои руки дрожали, на ощупь отыскивая в темноте банки с таблетками. Губы нервно сжаты. Глаза бешено оглядывали всё вокруг. Температура уже слишком высокая. Не хочу, не хочу в больницу...

Всё валялось на полу. Я тоже. Ночью упасть с кровати от того, что тебе приснился Дьявол, забирающий твою душу, не самое приятное, что может быть. Да всё бы ничего, если бы не одно "но" — я очнулась с невыносимой болью в груди и пульсацией в висках. Это снова происходит. И вот я лежу на полу, не могу встать, и как сумасшедшая шарю по ящикам в тумбе. Нашла... Дрожащими руками я открыла крышку. Высыпала в ладонь. Не знаю сколько, но этого было более чем достаточно, чтобы встать на ноги. Нельзя столько сразу, но тогда было абсолютно все равно. Даже не запивая, съела их. Я перевернулась на спину. Потерла глаза. Мне надоело так жить. Сплошные больницы и таблетки. Тошнит уже. Нет ни малейшего желания вновь очутиться в белой палате с небольшими окнами. Даже смешно, эти идиоты предусмотрели все, начиная от несдвигаемой мебели и заканчивая высокими окнами. Будто я не смогла бы как-то подняться к ним и спрыгнуть. Я улыбнулась. Идея с прыжком мне нравилась, несмотря на то, что я по-прежнему хочу жить.

Я подняла руки вверх и посмотрела на запястья. Раны ещё не до конца зажили. Порезы не то чтобы очень глубокие, но и не поверхностные. В прошлый раз я думала, что не смогу остановить кровь. Эта лейкемия только и желает, что моей смерти.

Нужно встать. Постоянно заставляю себя делать это. И да, держась одной рукой за тумбу, другой за кровать, я встала. Много лет я почти ни с кем не общалась, поэтому у меня осталась привычка разговаривать с самой собой. И Дьяволом. В Бога никогда не верила. Сейчас же, закрыв глаза и опустив голову, я шептала...

— Тебе там так скучно живётся? Скучно без меня, да? Тебе ещё придётся попотеть, чтобы забрать мою душу, — я ухмыльнулась. — Я проживу ещё ровно столько, сколько нужно. Не больше, не меньше. Брось попытки забрать меня раньше. Бесполезно.

В ответ на мои слова послышался шум, будто что-то упало. Открыв глаза, я увидела на полу рамку с фотографией Мэтта. Стекло разбилось.

— Нет, только попробуй забрать его у меня. Ты пожалеешь об этом.

Собирая осколки, я не заметила, как порезала пальцы. Меня больше волновали те знаки о том, что я скоро потеряю своего любимого человека. Меня это пугало. Причем сильно. Мысленно я говорила:

«Не надо, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...»

Немного посидев и успокоив свои мысли, я решила, что мне не помешает душ. Он более-менее приведёт меня в порядок. Нет, тут совершенно ничего странного нет. Просто какая-то ненормальная, разговаривающая с Дьяволом, захотела среди ночи принять душ. Взяв с собой большую футболку, которую мне отдал Мэтт, я вышла из комнаты. Положив её на туалетный столик, я стянула с себя одежду. В душевой также имелось зеркало во весь рост, и я осмотрела себя.

Костлявое, но ещё живое тело с бледной кожей, узкие бёдра, расстояние между ними — не то чтобы чересчур большое, но вполне приличное. Многие девушки завидуют мне в этом. Знали бы они, как у меня так получилось... Длинные ноги, довольно неплохая грудь. Длинная шея, не слишком выступающие скулы, большие карие глаза с густыми ресницами, обычные бледные губы и тонкий нос. Ничего особенного, но на внешность я не жалуюсь. Я обожаю свои волосы. Они от природы у меня чёрные. Сейчас они были на уровне бедер.

На теле появились новые синяки. Падение с кровати не осталось бесследным: на плече, рядом с локтем и на коленке остались пятна. Ещё и пальцы рук порезаны осколками рамки.

Вода никак не оживляла меня, я сделала погорячее. Теперь лучше, несмотря на то что она обжигает мои ранки. Запотевшее зеркало с моим размытым отражением будто показывало обратную сторону всего этого. Реальность. Нечёткость и неясность увиденного. Я провела рукой по стеклу так, что теперь были видны лишь мои глаза, а остальное так и осталось размытым. Вода быстрыми каплями стекала по моей коже. Она не казалась мне горячей, а скорее даже прохладной.

Такие уставшие грустные глаза. Будто вообще не мои. Вот есть девушка, очень симпатичная девушка. У неё идеальная фигура и выразительные черты лица, но глаза полны боли, печали и горя. Разве это может быть в одном человеке? Совершенно несовместимо.

Я нарисовала знак бесконечности в районе сердца в отражении. Мне так хочется повторить некоторые моменты. Другие бы сказали, что прошлое не вернуть, но лишь так я смогла бы пробудить все подробности дорогих воспоминаний. В моём случае время сильно ограничено. Не смогу отметить даже следующее Рождество.

Я выключила воду и вышла из кабинки. Накинув на мокрое тело длинную футболку, я пошла к себе. За окном уже светает. Упав на кровать и раскинув руки, я смотрела на полку с книгами.

У меня их достаточно много, но самые любимые могу перечитывать бесконечно. Это как заново проходить чьи-то жизни, снова переживать их, только уже зная все последующие промахи и неудачи. Но предотвратить их все равно нельзя, изменить никак. Судьба героев нерушима, когда история уже напечатана и перенесена на страницы. Я очень часто не дочитываю книги до конца, особенно те, которые реально захватывают дух. Почему? Боюсь, у меня нет желания знать конец. Мне нравится придумывать разные варианты самой. Когда не автор решает всё, а я. Нет, он создает прекрасных персонажей, вселяет в них жизнь, но заключение полностью в моей власти. Ведь порой последние слова автора меня жутко расстраивали.

Вот взять, например, историю с Ромео и Джульеттой. Разве смерть стольких людей оправдывает эту трагедию? Подобного рода истории терпеть не могу. Люди жили в тех строках, общались с другими, и тут «бабах»! Главный герой умирает из-за того, что его просто кто-то пристрелил или случайно сбил автомобиль. Но это же бред. Читатель должен ждать продолжение книги. С нетерпением ждать. Мечтать открыть следующую главу любимой истории. В этом вся суть. Короткие бессмысленные рассказы не для меня. Конечно же, конец быть обязан, но он не должен сразу же портить всё представление о книге. Это плевок в душу читателя: весь рассказ посвятить двум влюблённым, которые всё равно не будут вместе и даже не обнимут друг друга; убить главного героя; может, ещё какая-то нелогичная развязка. Всякое бывает.

Дальше мой взгляд скользнул на полку ниже, где стояли разные маленькие фигурки, любимая из них — снежный шар. Внутри него стоял замок, засыпанный искусственным снегом. Если потрусить шар, начнётся своего рода снегопад.

— Хочу снег...

Слегка взгрустнув, я перевела глаза от полок и перевернулась на живот.

***

Будильник трещал, сообщая, что уже 7:30. Сегодня вторник, завтра последний день учебы, а через две недели экзамены, позже — выпускной.

Проснулась я на самом краю кровати, свернувшись клубочком, как обычно спят кошки. Я повернула голову в сторону. Волосы упали с кровати и свисали до самого пола. Зевнув и потянувшись, я поднялась. Спала всего два часа, а ощущение бодрости было просто прекрасным. Теперь уже ничего не снилось, что меня обрадовало.

Брызнув холодной водой в лицо, я побежала на кухню ставить чайник. Пока он грелся, надела джинсы с заплатками и белую рубашку. Мне нравится сочетать подобные вещи.

Накрасив быстро ресницы, я заварила кофе. Глоток. Напиток слегка обжег язык, но что-то не то. Ещё глоток. Чёрт. Я не чувствую вкуса. Все эти таблетки и лекарства, которые я приняла ночью, явно повлияли на мои вкусовые рецепторы. Направившись обратно в свою комнату и перерыв ящики, я нашла инструкции к тем препаратам.

— Вот оно. Так, побочные эффекты...

Это временно. Приняла дозу, втрое превышающую нужную. Могло быть нечто большее, чем просто потеря вкуса.

Посмотрела на часы — 8:15. Встав перед зеркалом в прихожей, отметила, что лицо слишком бледное и уставшее. К чёрту, плевать на внешний вид.

Солнце прожигало всё, слепило глаза. Пришлось надеть очки и закатать рукава рубашки. В школу я пришла довольно быстро.

По привычке осмотрев кабинет, я заметила очень недовольный и презрительный взгляд Агаты. Как-то неосознанно я представила себя рядом с ней и чуть не смеялась вслух. Ей нужно наложить тонну косметики, привести волосы в порядок, шикарно и дорого одеться, только чтобы быть со мной наравне. Даже сейчас я выгляжу лучше, чем она. А если мне наложить макияж, даже представить не могу выражение лица Агаты. Показать бы ей фотографии, которые были сделаны месяцев восемь-девять назад. Тогда я подрабатывала фотомоделью.

Она отвернулась, видимо, заметив мою улыбку, которую я всё-таки не смогла скрыть.

— Вижу, настроение у тебя сегодня хорошее, — улыбнулась Кристен.

Я опустила голову и вновь подняла. Реакция Агаты Нирассы меня позабавила, Крис заметила это.

Подготовка к экзаменам. Я их сдавать не собиралась. Всё уже порядком надоело. Это вечное напряжение вокруг, неуверенность и даже страх. Не вижу смысла проходить экзамены. Я умру в конце лета. Но если мне повезет, и я выживу, мне несложно будет купить диплом.

Ха-ха, выживу, как же.

Ох, как же я хочу жить...

Начало третьего урока. В кабинет заходит завуч.

— Мисс Марми здесь?

Я встала.

— Пройдемте со мной.

Не имею ни малейшего представления о том, чего от меня хотят. В кабинете миссис Лорис, школьного завуча, находился ещё директор и миссис Зилберг.

— Здравствуйте.

— Добрый день, Эйприл. Присаживайся.

Они указали мне на чёрный кожаный стул. Я села.

— Тянуть не буду, но ты ведь и сама должна понимать, что мы не допустим тебя к экзаменам. Во-первых, потому что...

— Хорошо.

Причины я и сама знаю. Я не проходила пробные экзамены, которые проводились несколько раз в течение всего этого учебного года. Они не могут оценить мои знания, а провалы им не нужны. У этой школы с выпусками всё хорошо. Они вытягивали даже безнадежных двоечников. А если нет — их родители платили учителям за хорошие оценки. В любом случае школа стремится стать лучшей в Сиэтле. К тому же я не платила за тесты. Каждый вкладывал деньги, чтобы приобрести задания для экзамена. Но опять же — только если его допускали. Я вздохнула. К сожалению, в современном мире всё вертится вокруг денег.

— Извини? — миссис Зилберг сидела в явном замешательстве. Видимо, она впервые увидела ученицу, которая спокойно согласилась с недопуском к экзаменам. — То есть тебе всё равно, получишь ты диплом или нет? Мы правильно тебя поняли?

— Да, всё правильно.

Миссис Лорис очнулась первая.

— И как ты будешь жить дальше? Что скажет твоя семья?

— Тётка отдала мне мою жизнь в своё распоряжение. Винить и упрекать меня в чём-либо она не будет.

Я услышала шёпот классной руководительницы в сторону директора. Она сказала что-то о безответственности и неправильном воспитания. Меня это начало раздражать, но ответила я, как всегда, спокойно.

— Волнуйтесь о воспитании своих детей и своём собственном.

Все замерли.

— Как неприлично. Подобный тон здесь совершенно недопустим, — возмутилась завуч.

— Что вы знаете о приличии? Тут сидят люди, которые перешёптываются обо мне, сидя всего в паре метров от меня.

— Мисс Марми, не забывайтесь. Мы преподаватели, а не ваши одноклассники. Держите себя в руках.

— Я держу.

Директор, наконец, подал голос.

— Тогда позвольте спросить: для чего вы вообще подали документы в наше учебное заведение, если окончание для вас совершенно не важно?

Меня это в край достало, и я поднялась со стула. Общаться с людьми такого уровня развития мне очень сложно. Думают, что всё знают.

— Хотела скоротать время. — И вышла.

Меня пытались остановить, но я просто ушла и вернулась в класс.

На перерыве мы с Крис вышли на улицу и сели под деревом у школы. Многие учащиеся сидели и громко общались, поэтому мы перебрались подальше от них.

— Эйприл.

Сразу догадавшись, что она хочет узнать, я рассказала ей. Конечно, прекрасно понимаю, что такого бесцеремонного поведения она бы себе не позволила. Но, в отличие от нее, я видела побольше разных людей и, к сожалению, не всегда хороших. Пришлось научиться отвечать и стоять за саму себя. Правда, Кристен больше внимания уделила фразе, с которой я вышла из кабинета завуча.

— Ты серьёзно хотела просто скоротать время?

— Учёба отвлекает — мне это было нужно.

— Завтра она заканчивается и... Что дальше?

— Я ещё многое хочу сделать, — улыбнулась я. — Пойдём, скоро начнется урок.

На этот раз миссис Зилберг зашла за мной.

— Мисс Марми...

— Мы ведь уже всё обсудили, разве нет?

— Да-да, но ты останься после занятий. — Она рассеяно кивнула и закрыла за собой дверь.

Я обернулась назад. Стало интересно посмотреть на других, когда они замолчали. Видимо, хотели знать, о чём идёт речь. Но меня снова позабавила Агата. Похоже, она думала, что у меня какие-то проблемы. Если бы она знала, насколько глубоко мне плевать на подобные ситуации, то улыбочка с её лица уже пропала бы.

Весь последний урок я думала: оставаться или нет? Мне не о чем с ней разговаривать, но захотелось узнать, что же скажет та женщина.

— Мы посоветовались и приняли решение. Мы хотим проверить условия для твоей жизни.

Они вправе это сделать, но неужели они так наивны — надеются, что я открою дверь в свой дом? Странный день сегодня, смеяться хочется постоянно.

— Хотите прийти ко мне домой?

— Ты правильно поняла. Скажи, когда к тебе можно будет зайти? До экзаменов.

— Никогда, — я пожала плечами.

— Как это понимать?

— Вы не перешагнёте порога моего дома.

Она сидела в ступоре. Слишком резкое заявление. Я продолжила.

— Я впускаю туда только тех, кто мне близок и дорог. А вы мне... Хм, никто. До свидания. Не дожидаясь ответа, я вышла.

Крис ждала меня на лужайке школы.

— Что она хотела?

— Неважно, но настроение мне сегодня круто подняли. Не хочешь прогуляться?

— Мне нужно домой. Я бы с радостью.

— Тогда в следующий раз?

Обязательно, — она улыбнулась, и мы попрощались.

***

У меня не бывает скучных дней. Каждый раз в этом убеждаюсь.

Открыв дневник, я начала писать:

«У вас бывает, что просто забываешь свой смех и даже цвет глаз? Или какого цвета изначально были твои волосы и кожа? Не бывало никогда ничего подобного? А у меня было.

Это происходит в переломном возрасте, когда ты вроде уже совсем не ребёнок, но недостаточно взрослый, чтобы успокоить все свои мысли и перестать ими разбрасываться. Время, когда ты кого-то теряешь и не в силах отпустить то, что уже никогда не окажется в твоих руках, до последнего веря в чудо. А его нет. И не будет. Не в этой жизни.

Вся наша история — сущая ложь. Людям просто нужно во что-то верить и чего-то бояться. Атеистка? Тоже нет. Только вот ад — есть. Мы сами его создаём внутри себя. Я лишь одна из тех, кому безумно хочется узнать, что же происходит за нашими пределами. Где они, и есть ли вообще. Я из тех, кто не доживёт до своего следующего дня рождения лишь потому, что так решила посмеяться надо мной жизнь. А пока... Пока я тут, буду стараться понять такие вещи, как «искренность», «доверие», «предательство», «ложь», и конечно же, «любовь». Ведь так много фальши проходит через нас каждую секунду. Мы дышим ей. Задыхаемся».

Одна из свечей погасла, и стало немного темнее. Несмотря на то, что за окном ещё светло, в моей комнате царила темнота. Шторами закрыто большое окно, дверь комнаты тоже плотно закрыта. Свет исходил только от свечей. Я засмотрелась на огонёк одной из них. Он переливался с жёлтого на красный и оранжевый.

«Когда-то Дьявол и сам зажжёт меня, как свечу».

Я провела рукой поверх огня. Пламя колыхнулось и снова устремилось вверх. Я снова задумалась о своём, разглядывая неяркое пламя, и упала.

Сознание пришло ко мне ближе к ночи. Похоже, падая со стула, я сильно ударилась плечом. Синяк, полученный той ночью, снова заболел. Поднявшись, пришлось снова лезть в ящик за таблетками. Ещё даже не достав нужный препарат, я почувствовала противный лекарственный вкус во рту. Две цветные капсулы я запила водой и легла на кровать. Должно было стать легче.

Однако легче не становилось. Начало тошнить, жутко выворачивать наизнанку, и я, спотыкаясь, побежала в туалет. Из меня вышло противное месиво лекарств. Позывы к рвоте продолжались, но внутри меня уже было пусто.

«Не хочу, не хочу в больницу...»

Умывшись и прополоскав рот, я пошла на кухню. Сварила две небольшие сосиски и сделала салат. Этого мне хватило, вкус я уже ощущала. Теперь стоит следить за тем, что и сколько я выпила.

И да, не забывать про еду.

День 14. Smile

Улыбка.

Эмоции — странное проявление себя, но ведь лишь благодаря им мы способны показать свои мысли и ощущения.

Очень светлый солнечный день. В моё окно кто-то постучал, когда я вернулась к себе с кружкой какао. Сначала я подумала, что кто-то кидает маленькие камушки, но, когда подошла, увидела птицу. Небольшая серая птичка стучала клювом в окно.

Если верить приметам, меня сегодня ждёт какая-то новость. Посмотрим.

Открыла гардероб и задумалась: что надеть сегодня? Остановилась на нежном кремовом платье с рукавами в три четверти и туфлях телесного цвета на небольшом каблуке. На руку надела толстый браслет и собрала волосы в высокий хвост. Я покрутилась перед зеркалом. Давно не надевала платья, но почему бы и нет?

Тело выламывало. Я потянулась, но, естественно, это не помогло. Вздохнув, я закрыла за собой дверь.

Через пару дней с Кристен сложно будет встретиться. Начнётся усиленная подготовка к экзаменам. А я... А что я? Буду жить дальше.

Я прочитала достаточно книг со смертельными исходами. В них многие составляли списки желаний и исполняли их. Внутреннее удовлетворение на некоторое время и всё. Я ведь даже ничего не оставлю после себя. Ничего.

В голове начала крутиться одна мысль. Она бы в корне всё изменила.

— А что, если я выживу? Ведь были такие случаи, когда люди делали пересадку костного мозга одного из ближайших родственников. Но проблема в том, что у меня их нет. Химиотерапия мне помогала, поэтому я всё ещё не в больнице. Правда, пока что я принимаю только лекарства. Эффект от них небольшой.

***

Все коридоры школы были забиты. Каждый шёл в свой кабинет. Мне едва удалось пройти на второй этаж. Кристен сидела на своём месте и что-то переписывала с одной тетради в другую. Она даже не обратила внимания на меня, поэтому я не стала её отвлекать.

Прозвенел звонок, и в класс вошла мисс Брукс. Как для учительницы, она слишком молодая. Не думаю, что ей больше двадцати пяти.

Я открыла тетрадь и на чистом листе начала писать:

«Край пропасти. Я не вижу, что там внизу, но вокруг меня зеленая трава и птицы поют. Да только я хочу наверх, к звёздам. Они видят всё, что тут происходит. Миллиарды глаз наблюдают за нами. Некоторые спускаются сюда, возможно, в дар. Мы это называем падением звезды.

А что, если это не падение? Может быть, они сами решают спуститься?

Смотрела когда-то давно фильм про звезду, которую сбил какой-то драгоценный камень, что бросил король перед своей смертью, и она упала на землю в образе девушки с такой чистой и невинной душой.