
— «Дикий» ей такой — «Мичман, я не понял, осмотр и диагностика машины или пилота?» А Ксанка не растерялась и отчеканила — «Обоих проверила, тащ комэск!» Вся палуба — лежит! Дежурные — лежат! Руководитель полетов у себя в башне — лежит! Говорят, капитан корабля Громов, когда узнал, тоже лежал... Но это уже не точно, врать не буду.
— Весело у вас на флоте, — отдышавшись, выдавила она. — И что им обоим было?
— Костя три дня губы выхватил. Про Оксану не знаю, она же из техперсонала, у них там по-своему. Так вот. Прошло месяца полтора...
— А это еще не конец? — перестав смеяться, широко раскрыла глаза Кира.
— Мы с Костяном на боевом дежурстве, сидим в кабинах. В башне — «Дикий». Он дает вводную — учебная тревога, дежурные на старт, боевой полста-два, скорость пятнадцать килоузлов... «Троян», Ксанку выгнать не забудь! — прихлопнув ладонью по столу, закончил Максим. Едва успокоившись, Кира снова залилась звонким хохотом.
Вечерело. На дыхании, согретом горячим чаем, появился легкий парок. Вдоволь насмеявшись и выспросив уйму подробностей, девушка плотнее укуталась в теплую куртку. Макс застегнул повыше бушлат и тайком взглянул на Киру. Красивая, с румянцем на щеках и озорной искрой в глазах... Он все чаще ловил себя на мысли, что не хочет никуда улетать. Ему нравится сидеть в уютном полумраке кафе и болтать со своей сумасшедшей подружкой, с которой они знакомы всего-то третий день. Кто она такая? Что она забыла в этой промерзшей дыре?
— Расскажи что-нибудь о себе, — сам того не ожидая, спросил он.
— С чего это вдруг? — она перестала улыбаться.
— Что ты здесь делаешь, на этой планете? Здесь холодно, сумрачно, это мир рудокопов и сталеваров. Ты же не местная! Почему не курорт или крупный порт? Почему именно в Атлантическом протекторате?
— Не любишь янки?
— Не в этом смысле, — Максим сделал крошечный глоток, осторожно подобрал слова. — Фамилия у тебя — Наполи... Скорее, европейская. Итальянская?
— Допустим. Не угадал.
— Я о тебе ничего не знаю. Твоя спецподготовка. Ты флотская или осназ?
— Циркачка, — она сделала таинственное лицо.
— Кир, я серьезно. Откуда шрамы на теле? Это ведь не косметическая пластика, верно?
— Все разглядел?
— Скажем так, специально не искал.
— Может, поножовщина? — Кира прищурилась, не сводя с него взгляда. — Я же девушка из бара, помнишь?
— Не верю. Ты не такая. Ты слишком...
— Вульгарная?
— Красивая.
— Доступная?
— Ты перебиваешь и не даешь сформулировать. Я тебя чем-то разозлил?
— Знаешь, что я думаю? Для тебя главное — не откуда шрамы на теле женщины, а где они расположены. Ты видел мои — ты знаешь обо мне все. Что тебе еще рассказать, Максим Сергеевич?
— А как тебя по отцу?
— Витольдовна, — коротко отрезала она.
— Чем ты занимаешься, Кира Витольдовна?
— Парней в баре цепляю.
— Ну вот, опять, — устало выдохнул Макс.
— Как только ты зашел в бар — сразу решил, что я «такая».
— Я хотел к тебе подсесть, просто... Постой, ты же сама подошла!
— Испугалась, что этот кретин красивому офицеру лицо поломает, — небрежно отмахнулась Кира. — Нет, Макс, это неправда. Мне нужен был повод.
— Зачем?
— Понравился.
— Не паясничай, Кира, я серьезно. Скажи, ты...
— Нет, Макс Климов, я не замужем. И никогда не была. Я не ищу перепихон на стороне, и детей у меня тоже нет.
— Принято, — Максим постарался не выдать реакцию, но девушка все равно что-то заметила и улыбнулась. — А эта планета, как ее?
— Нет у нее названия. Некоторые люди, чтобы забыть прошлое, хотят жить нигде, — она вздохнула и стала серьезной. — Допрос окончен?
— Не обижайся. Можешь у меня что-нибудь спросить, если интересно. Хотя, если ты уже знаешь, о чем я мечтал в десять лет...
— Татуха у тебя на плече. Щит и два скрещенных меча. Что это? Воевода? Атакующий защитник?
— И всего-то? — облегченно выдохнул Максим. — А я думал... Это баклер и два гладиуса, снаряжение гладиаторов. Мой флотский позывной — «Спартак». Жил такой гладиатор в Древнем Риме. Сильный мужик был, бросил вызов Империи. Ответ за ответ.
— Что ж, хорошо. У меня на этой планете есть друзья. И дела. А теперь еще и ты. Не поверишь, но это все взаимосвязано, — она отвела взгляд в сторону, скользнула им вниз, а после посмотрела прямо в глаза. Не выдержав ее тяжелого, как у хищной кошки, взгляда, Макс смутился и опустил голову. — Ответ за ответ — у тебя хорошее выходное пособие? Боевые выплаты? Наградные?
— Не может быть! — Климов вздрогнул, будто окунувшись в ведро ледяной воды. — Деньги? Серьезно? Кира, ты же не такая!
— Откуда ты знаешь?
— Я разбираюсь в людях!
— Вспомнила! Ты же ходок, у тебя большой опыт. Но я немного старше твоих «малышей», «конфеток» и «пупсиков». Меня ты не прочел. А мне правда очень нужны деньги.
— Посмотри на себя! Тебе спонсора найти — просто пальцем поманить! — излишне громко вспылил Макс. Немногочисленные посетители кафе оглянулись в их сторону.
— Буду считать это комплиментом, — Кира улыбнулась и сделала знак рукой: «Потише». — Наверняка слышал про грозу?
— Гром, молния, ливень, природное явление. При чем здесь... — В следующий миг Макса словно пронзило током. ГРОЗА — Группа Разведывательных Операций Зондирование Аналитика! Гребаная военная разведка! Пакеты связи наивысшей секретности! Стержень вооруженных сил Конфедерации! Климов посмотрел на Киру совсем с другой стороны. Широкие плечи. Крепкая, как у фитнес-тренера, грудь. Полноватые, как у пловчихи, бедра. Шрамы по всему телу, грация зверя и тяжелый взгляд.
— Не могу поверить, — негромко прошептал он. — Ты из военной разведки?
— Уже нет, — по ее лицу пробежала странная тень. Призраки прошлого? — Последняя операция, где-то примерно год назад... Прошла не по плану. Моего аналитика, Лику, медики собрали по частям. А затем нас обеих списали. После реабилитации сильно умный доктор заявил, что во мне «слишком много запчастей». Побоялись разориться на имплантах.
Они сидели, смотрели друг другу в глаза и молчали. Вечерело, кафе залилось ярким неоном искусственного освещения. Улицы понемногу оживали, появились первые прохожие и атомокары, город наполнился привычной суетой. Климов терпеливо ждал продолжения, боясь оборвать тонкую нить доверия. Будто прочитав его мысли, Кира продолжила:
— Я пожила, как все. Была начальником охраны в известном крупном банке. Потом стюардессой, но недолго. Поработала в личной охране у одного бандита в Нокалиф. Интересная, кстати, работа, только хозяин слишком любвеобильный, все замуж меня хотел, — Кира едва заметно улыбнулась. — Везде было классно... поначалу. Дом, семья, карьера — не мое. Я не такая. Перелеты, отели, порты — живу во всем космосе сразу. Короче, неделю назад я оформила варяжский патент. Теперь я варяг с высшим уровнем допуска. Ну давай уже, задавай свой вопрос.
— Где в этой истории я? — негромко спросил Макс.
— У меня нет ни корабля, ни команды. Чтобы купить корабль, нужны деньги. А команда начинается с пилота. Когда я увидела тебя на регистрации... Офицер флота, досрочно уволенный в запас, «приземленный», как у вас говорят. С российским триколором на груди посреди Атлантического протектората. Ищет свое место в гражданской жизни, а начинает с того, что клеит все попутные юбки... Это путь в никуда, Макс. Я сама через это прошла.
— Секунду, — он поднял вверх указательный палец. — Откуда ты знаешь про «приземлили»? Почему ты решила, что досрочно?
— В запас капитанами уходят, старший лейтенант Максим. Или есть иная причина?
— А почему в запасе? Может, я в командировке?
— Милый, ты же своей мультикартой офицера запаса везде светишь! — широко раскрыв глаза, усмехнулась Кира. — Боже, как тебя еще не ограбили в этом богом забытом муравейнике... Ах да, Стэн!
— Угу, Стэн, — Климов опустил голову и машинально потрогал правую половину лица. — Постой. Я же ушел с... Ты сидела в баре. Всю ночь? Что ты там делала?
— Я загадала. Если я в тебе не ошиблась, ты не останешься с Виленой на ночь. Сбежишь сразу, как... Сразу, как заберешь у нее фуражку. Я ставила на семь. А ты приперся в половине седьмого.
От страшной догадки у Максима похолодело внутри. Он положил руки на стол ладонями вниз и немного помолчал, стараясь унять волнение. То самое чувство, когда не знаешь, сработала противоракета или нет. Страшно, что никогда не узнаешь...
— Кира, прошу, ответь начистоту, — медленно процедил он. — Мы с тобой... Только для того, чтобы убедить...
— Лучше ты скажи, а найдется хоть одна дура, которая «начистоту» ответит на такой вопрос? — грубо отрезала Кира, выдержала паузу и рассмеялась. — А что, трех дней со мной достаточно, чтобы тебя убедить?
Климов совсем смутился. Обе щеки горели румянцем, как у салаги-первокурсника на первом свидании. Он покрутил в руках пустую чашку, старательно избегая встречи с ее ироничным взглядом.
— Кира, я истребитель. Я никогда не пилотировал крупнотоннажные суда.
— Большим мальчикам — большие игрушки! Разве не хочешь порулить по-взрослому?
— Не знаю, что сказать. Я пока не готов, — в теле появилось знакомое ощущение. Симбиоз легкости и мандража, как перед самым первым самостоятельным полетом в космос.
— Я и не жду ответа прямо сейчас. Не торопись. Подумай, только не слишком долго.
За разговором они не заметили, как наступила ночь. Кира попыталась сделать глоток из пустой холодной чашки и поежилась. В воздухе запахло морозом. Снова стало светло — в небо выкатили все три луны, осветив оживающий городок не хуже дневного солнца. Четкие тройные тени украсили террасу кафе правильными геометрическими узорами. Свободных столиков уже не осталось, подошедший официант недвусмысленно загремел посудой.
Кира решительно поднялась из-за стола:
— Пошли, аэротакси поймаем. Хочу познакомить тебя с моими друзьями.
— Так ведь ночь уже!
— Тут все по-другому, Макс. Днем люди работают. Ночью — живут.
Глава 6
Шумный город остался далеко позади. Вокруг, насколько хватало глаз, простирался скромный ухоженный пригород. Разноцветные двухэтажные домики, собранные из утилитарного комплекта пенопластиковых панелей. Неширокие улицы, освещенные частоколом ярких фонарей на высоких мачтах. Вездесущие неприхотливые тополя на обочинах. С высоты полета такси Крайгород казался игрушечным кукольным поселком, обвешанным светящимися рождественскими гирляндами.
Скользнув вдоль стройных рядов аккуратных двориков, желтый аэрокар плавно опустился на стоянку. Стояла уже глухая ночь. Вопреки словам Киры про время для жизни, улицы были пустынны, хотя почти во всех окнах горел свет.
— Тихо-то как... Спальный район? — Макс вылез из кабины и подал руку Кире. — Днем работают, ночью живут?
— Люди отдыхают по-разному, — философски заметила девушка, выбираясь следом. — В городе — дискотеки-отели-бары, здесь — дом, семья, покой. Это Крайгород, тут, в основном, работяги живут.
— Да уж вижу, что не коммерсанты. Пластиковый рай, — с сарказмом фыркнул он. — Как из рекламного буклета: «Мы создаем новые миры». И синтетическая лужайка на заднем плане.
Кира задержалась и выразительно взглянула на Максима.
— На этой планете кроме тополей вообще ничего не растет, — она неопределенно взмахнула рукой. — Нам туда, через квартал.
— А чего так далеко остановились?
— Хочу сделать сюрприз.
Дом друзей Киры почти не отличался от других. Правильнее сказать, совсем не отличался. Полуметровый забор из переработанного пластиката, палисадник с искусственной газонной травой и светодиодные светильники по периметру крошечного участка «как у всех». Мощеная композитной плиткой дорожка упиралась в фасад небольшого двухэтажного здания. Дорога, забор, газон — все перечеркнуто причудливыми тройными тенями.
«И внутри вся мебель тоже будет из пластика», — подумал Максим. — «Наверное, даже унитаз. В гармонии с газоном». Он поискал глазами калитку и не нашел. Кира просто перешагнула низкий забор, бесшумно прошла по тропинке и постучала в одно из окон первого этажа. Спустя минуту рядом открылась дверь, полоса яркого света из проема рассекла ночной дворик. Грубый мужской голос прорычал:
— Че надо? Тут не ходят без приглашения!
— Привет, Лешка, — она сделала шаг и оказалась прямо напротив двери. — Я думала, мне можно без приглашения...
— Кирка-а!!! — из дома выскочил невысокий, коренастый человек в тельняшке, легко подхватил девушку и закружился с ней по лужайке. — Кирка-а!
— Здравствуй, Лешка, — Кира обхватила его седеющую, коротко стриженную голову и крепко прижала к груди. — Родные мои, как же я соскучилась!
— Ты где пропала? Мы тебя с начала недели ждем! Не звонишь, не пишешь, в сети не появляешься!
— Занята была. Поставь меня... Ну все, Лешка, отпусти, — она шутливо чмокнула человека в лоб, высвободилась из объятий и показала на освещенное окно второго этажа. — Она там?
— Да, сейчас позову, — незнакомец бесцеремонно потискал Киру за плечи. — Кирка-а!
— Кстати, Лешка. Познакомьтесь, — она сделала жест Максу. Не усложняя себе задачу, он тоже перешагнул ограждение и подошел поближе. — Это Максим Климов. Это Леха... то есть Алексей Бабич, — наспех представив их друг другу, она стремительно скрылась внутри.
— Максим, — Климов протянул руку.
— Алексей. Для своих Леха, — жилистой рукой Бабич крепко ответил на рукопожатие и задумчиво посмотрел наверх. — Сейчас как заорет...
— Кира-а!!! — раздался сверху радостный женский крик.
Удовлетворенно хмыкнув, Алексей направился в дом, не отпуская руки Максима.
— Пошли, друже, по пиву дернем. Девчонки пока не наобнимаются, не придут.
Они прошли через небольшую темную прихожую и зашли в комнату, которая больше напоминала маленькую квартиру-студию. Все в одном. Сразу у входа — два кресла и диван. Напротив — ТВ-панель для выхода в сеть. Под окнами на противоположной стене приютилась мини-кухня. Минимум пространства — максимум пользы. Из-за ограниченной квадратуры и желто-красной расцветки обстановка напомнила Климову флотскую общагу. Жестом радушного хозяина Алексей махнул в сторону дивана, достал из холодильника две миниатюрные бутылки, одну протянул гостю и плюхнулся рядом.
— Ну давай, Максыч, рассказывай.
— Что рассказывать? — Макс задумчиво повертел компактную тару в руке. «Пиво в пластике?»
— Бушлат флотский, с птичкой. ВКФ?
— Все верно. Военлет в запасе.
— Военлет, — многозначительно протянул Леха. — Капитан-лейтенант?
— Старший лейтенант.
— Опа! А че, в запас теперь летехами отправляют?
— Были причины, — чтобы замять тему, Максим сделал большой глоток. Такими темпами пенного до конца разговора не хватит.
— Не парься, военлет. В душу не лезу, у каждого свои скелеты, — отмахнулся Алексей. — Пилот, значит?
— Пилот, — утвердительно кивнул Климов.
— Хороший?
— Два контракта плюс сверхсрок. Живой, руки-ноги свои. Наверное, неплохой.
— Хренасе! С такой выслугой, и стар-лей? — широко раскрыл глаза Леха.
— Бывает.
— Сильно ты кому-то насолил, Максыч, сильно, — Бабич прищурился и доверительно заглянул Климову в глаза. — Мы ведь коллеги. Орбитальный тягач, пилот первого класса!
— Круто, — понимающе кивнул Макс и поднял бутылку. — Давай тогда за нас, Леха?
— Давай.
Залпом допив остатки, Алексей грузно двинулся к холодильнику. При свете Максим, наконец, смог разглядеть одетого по-домашнему в синие шорты и тельняшку навыпуск хозяина. Широкое лицо, приплюснутый боксерский нос, тяжелый подбородок, глубоко посаженные глаза. Невысокий, широкоплечий, с пузиком, Бабич больше напоминал вышедшего в тираж борца-тяжеловеса или селянина, чем космического старателя. Макс усмехнулся — «Пилот тягача. Разве такое бывает?» Он всегда считал, что орбитальным тягачом управляет оператор.
Алексей Бабич выглядел одновременно простым и немного хитроватым. Но он был другом Киры... А судя по их встрече, очень близким другом — по какой-то причине это к нему располагало. Оторвавшись от размышлений, Макс поймал брошенную Алексеем бутылку и снял бушлат.
— Слушай, Леха, а там наверху — это кто?
— Любимка моя, Анжелочка. Они с Кирой — давние подружки. Скоро сам познакомишься. Ну а ты, стар-лей? Че у вас с Кирой-то?
— Сам не знаю, — пожал плечами Климов. — Пока непонятно.
— Понятно, что непонятно! — добродушно рассмеялся Алексей. — Это же Кира. Она сумасшедшая. Давно вы с ней?
— Угу, — он замялся. Сказать про три дня было как-то неловко. — Несколько дней.
— Ого! Да это уже отношения, друже! — Леха от души хлопнул его по плечу. — У Кирки ни один роман так долго не продержался! Сложная она. Если надо, по кадыкам пойдет. Если надо, то и по мужикам. Шучу! Давай за наших, за Киру и Анжелку!
— Да вроде не такая уж и сложная, — Макс залпом допил бутылку. — Просто жизнь у нее, как я понял...
— О! А ты, оказывается, ниче не понял, — Алексей достал из бездонного холодильника по третьей и сел верхом на стул напротив Максима. — Сложная она у нас, Максыч. Как мой тягач. Чтоб им управлять, особый талант нужен. Но и надежная, как тягач. Ты не думай, стар-лей, я тебя не пугаю. Предупреждаю просто — с Киркой легко не будет. Давай, друже! Друг Киры — мой друг.
— Ты посмотри на них! Уже братаются! По пиву жахнули, или чего покрепче? — с порога рассмеялась Кира. Вслед за ней, взяв подругу под локоть, в комнату вошла хозяйка дома.
Обернувшись, Максим сразу ее узнал. Та самая яркая испанка с голографической рамки на прикроватной тумбочке Киры. Только в жизни не такая смуглая, и глаза немного... уставшие. Походка богини, подбородок приподнят, длинные черные волосы собраны в аккуратный конский хвост. Роскошная грудь, тонкая талия, широкие бедра. Эффектная даже в цветастом домашнем халате, и высокая — как минимум, на полголовы выше Алексея. Она скользнула взглядом по Максиму — сначала настороженно, затем с любопытством. И вдруг ее лицо преобразилось — глаза загорелись, уголки губ дрогнули в улыбке.
— Диос мио, кто этот красавчик? — не отпуская Киру, она протянула Максиму свободную руку. — Анжела Кортес. Для своих Анжелика.
— Максим Климов, — он поднялся с дивана и мягко взял ее за пальцы. — Очень приятно, Анжела. Потрясно выглядишь...
— Санта-Мария! — Анжела прижала ладонь к груди и широко раскрыла свои и без того огромные темные глаза. — Неделю руку мыть не буду. Голубоглазый блондин... Зачем тебе такой мачо, амига? Ты же не знаешь, что с ним делать! Кира не рассказывала тебе, Максим Климов, как я люблю флотских офицеров?
— Нет, — неуверенно протянул Макс. Он вдруг подумал, что если ему сейчас прилетит от коренастого Лехи, Кира не встанет на его защиту...
— Я официально заявляю, Макс, — закатила глаза Анжела. — Ты самый красивый ухажер из тех, что Кира каждый день приводит к нам в дом... Кира, меняемся кавалерами?
— Стоп, что? — Максим коротко взглянул на Бабича — тот все еще сидел на своем стуле и ухмылялся. — Каждый день? Кир, что происходит?
— Завязывай, подруга, — сквозь беззвучный смех выдавила Кира. — Макс, это Анжела. Моя подруга и жена Алексея. Сделай лицо попроще, она тебя разыгрывает.
— Диос мио, где таких красавцев раздают? — сменив тон, хихикнула испанка.
— Где раздают, я уже забрала, — она подошла ближе и приобняла Максима. — Леха, давай о нашем деле поговорим.
— Какие могут быть дела, Кирка? Посмотри на Анжелку, она же светится вся! Она без тебя даже не улыбается! — Бабич вскочил со своего стула, сгреб в охапку Анжелику, Киру и Максима, и почти оторвал от пола... Нет, не оторвал. — Давайте лучше отметим, а то мне завтра на орбиту!
— Потом отметим, Лешка. Когда с делами покончим. Ты же меня знаешь, — отстранилась Кира и потрепала Алексея по ежику на голове. Анжела тоже выскользнула из-под руки мужа и снова прильнула к подруге. Оказавшись в одиночку в добродушных объятиях, Макс слегка опешил от такого тесного панибратства. Неловко улыбнувшись, он попытался высвободиться.
— Не трепыхайся, друже! Давай лучше обнимемся! — он легко подхватил Климова, шутя покружил по комнате, с размаху усадил на диван и плюхнулся рядом. — Ну, что? По пиву?
— Хватит, Лешка, — Кира подвинула кресло поближе и уселась напротив. Не отпуская ее, Анжелика устроилась на подлокотнике и уткнулась в смартком. — Давай, рассказывай, какие у меня остались варианты?
— Вот что ты за человек, Кирка? У людей праздник, а ты «варианты», — с сожалением вздохнул Леха и дотянулся до планшета. — Там все по-прежнему. Из того, что мы отложили...
Разговор Максим почти не слушал. Он с интересом разглядывал компанию. Какие же они разные! Кира среди них явный альфа. Из тех лидеров, что всегда и везде «свой парень», в то же время простая и даже немного грубоватая. Анжела — красивая, темпераментная, классическая испанка — по-детски жмется к подруге, как ребенок к матери. Играет прядкой волос над ухом Киры, кладет голову ей на плечо и прячет лицо в наладонник. Под коротким срезом халата Макс заметил странные серебристые прожилки на ее стройных ногах. Тонкие и ровные, нанесенные лазерным скальпелем. «Разве шрамирование еще не вышло из моды?» Одернув себя, он торопливо отвел глаза. Алексей — домашний, наивный «пилот тягача». Силен, как вепрь. Атлет? Сколько ему, лет под сорок? Они с испанкой странная пара. Что у них общего? Что связывает их с Кирой? Как они вообще сошлись на одной орбите?
Но вот что странно — на этой орбите Макс чувствовал себя своим. Как тогда, раньше, на «Владивостоке», со своими парнями из четвертой эскадрильи. Димка «Димак» — балагур, Костя «Троян» — умник, Пашка «Медведь» — задира, и он — Максим «Спартак» — командир звена. Все разные. Но все — как один. Будто камни в плотном метеоритном потоке.
Космос проредил и разбросал стаю. «Димак» погиб, попав под кинжальный огонь на маневре. «Медведь» разбился — на подбитой машине не попал в створ ангара. «Троян» ставит птенцов на крыло. Командира «приземлили» в запас. И летит теперь Максим Климов по кривой траектории в поисках нового потока.
— Твое слово, военлет? — голос Алексея вернул Макса в реальность. — Че притих, Максыч? Есть мысли?
— Извини, Леха, я не слушал. Какой вопрос?
— Так, смотри... На аукционе выкатили лот... Ты ведь знаешь, что Кира ищет корабль? Ну вот. У нас на торгах...
— Короче, — бесцеремонно перебила его Кира и уткнулась в планшет. — Есть два корабля. Первый. Малый десантный корабль типа «Фаэтон». Двадцать три года, списан семь лет назад, переоснащен под рудокопа, из-за неплатежеспособности судовладельца выставлен на молоток. Интересное предложение, срочно нужна ставка, иначе уйдет. Второй. Рудовоз типа «Старатель». Пятнадцать лет, без оснащения, на аукционе из-за модернизации парка рудниковой компании. В общем, я считаю, нужно брать «Фаэтон». Это армейский транспорт, в армии все самое надежное.
— А я ей советую «Старателя», — вставил Леха, разрубив ладонью воздух. — Во-первых он моложе, во-вторых дешевле...
— Да ты сам водитель тягача, вот и судишь по себе, — Кира нетерпеливо повела плечом. Для себя она уже все решила. — Максим, ты в кораблях хорошо понимаешь? Какой из них лучше?
— Отлично разбираюсь, Кира, — сходу, без запинки влился в разговор Макс. — Я отлично разбираюсь, как их уничтожить. Я же истребитель.
— А он хорош! — одобряюще хмыкнул Бабич. Даже Анжелика хихикнула в плечо Киры.
— Если тебе интересно мое мнение, — продолжал Климов. — Второй вариант лучше.
Кира раздраженно закатила глаза. Алексей бодро затряс обеими руками в сторону Макса: «Ну вот, а я что говорю».
— Кратко. «Фаэтон» — это никакой не малый десантный корабль. Это очень старый абордажный транспорт — быстрый, маневренный и легкий. Главное слово — быстрый. Из вооружения только две турели пушек корабельной обороны. Брони — ноль. Корпус на этих жестянках часто «свистит» — он тонкий. В бою всегда приоритетная и достаточно легкая цель...
— Макс, мы не на войне, — прервав его, бросила Кира.
— Точно. Мы же не на войне, — Максим принялся загибать пальцы. — Судовладелец банкрот — значит, системы корабля давно не обслуживались. Переоснащение — нужен демонтаж дробящего оборудования, а корыто и так недешевое. Скорость — за нее надо платить, его восемь прямоточных «Джексонов» жрут энергию гигаваттами. Парни говорили, что на боевом у них свет в кабине гаснет, и это не считая маневровых.
Кира слушала внимательно, не сводя с него взгляда. Только сейчас это Климова не смущало — он разбирался в вопросе и чувствовал себя в своей тарелке.
— Теперь про «Старатель». Сразу скажу, в бою не встречал. Дай взглянуть, — он привстал, забрал у Киры планшет и уселся обратно. — Спасибо. Так. На модернизации. Значит, до последнего времени обслуживался и скорее всего технически исправен. Дальше. Оборудование уже снято. Ничего демонтировать не нужно — вся кубатура трюмов в твоем распоряжении. Скорость... Ну, не пушка, конечно, но это рудовоз. У него четыре маршевых — наши «тулки», по-моему. Если повезет, «Тула-3». Это хоть и пульсары, зато знаешь, какую тягу в сумме дают? Он пустой с места любой «Фаэтон» порвет, пока тот крейсерскую не наберет.