Итан Маршалл и магический мир. Часть 1.

Макс фыркнул, рухнув на землю.

— Да уж, ну просто курорт, все включено. Не лагерь, а санаторий для идиотов.

Алчные даже не посмотрели на нас, развернулись и разошлись, оставив нас одних в этом чертовом магическом пузыре. Я устало опустился на траву, потянулся, разминая плечи. Никто из нас не собирался спать. Кира стояла у края купола, глядя в темноту, как будто высчитывала вероятность, сможет ли вырваться. Макс, не выдержав, громко вздохнул, потом сел и уставился прямо на меня.

— Ладно, Маршалл, а теперь объясни нам одну простую вещь.

Я взглянул на него, не моргая.

— Что?

— Когда именно ты придумал этот новый прекрасный план: "давайте сдадимся и зайдем к ним, как бараны в загон"?!

Кира резко повернулась.

— Вот именно! Мы должны были пробраться в лагерь Алчных, а не шагать туда в качестве пленных! — выкрикнула она, и я почувствовал, как внутри все напряглось.

— У нас не было выбора.

— Был! — Кира сделала шаг ко мне, ее глаза сверкали гневом. — Мы могли отступить, могли найти другой путь, могли хотя бы попытаться не выглядеть, как жалкие проигравшие!

— Мы бы не справились с ними!

— Ты не знаешь этого!

— Зато знаю, что мы сейчас живы, а не разорваны их магией!

— Зато теперь они посадят нас в клетку и будут пытать!

Я сжал кулаки, пытаясь не выдать, насколько мне самому было тошно от этого.

— Вы мне не доверяете.

— Охренеть, а с чего бы?! — Макс развел руками. — Ты принял решение за нас всех! Ты пошел против указа капитана! Ты что, реально рассчитывал, что мы тебе за это спасибо скажем?

— Все под контролем, — обессиленно сказал я, стараясь звучать уверенно.

Но Кира увидела мою ложь. Она посмотрела на меня так, будто увидела меня впервые.

— Ты врешь.

Я не отвел глаз, не мог. Потому что, возможно, она была права. Тишина нависла над нами, тяжелая, гнетущая. Никто не сказал больше ни слова. Кира отвернулась первой, ее плечи все еще были напряжены. Макс сел обратно, глухо выругавшись. А я… Я просто сидел, ощущая, как между нами растет пропасть.

Ночь прошла беспокойно, а под утро мы продолжили путь. К тому моменту, когда мы вышли к лагерю Алчных, солнце уже стояло высоко.

Лагерь был организован четко, строго, словно военный гарнизон. Палатки из плотной черной ткани, каменные здания с выбитыми магическими знаками, костры, которые горели странным синим пламенем. Люди передвигались без суеты, без паники, как единый организм. И когда нас ввели внутрь, они все смотрели на нас. На меня.

— Ну и местечко, — пробормотал Макс. — Ужасно гостеприимное. Чувствую себя, будто оказался в змеином логове.

Кира ничего не сказала, Она просто шла рядом, держась так, будто была готова убить любого в любую секунду. И меня, возможно, в том числе. Алчные молча провели нас через лагерь, свернули к одному из каменных зданий и отворили дверь, ведущую вниз. Нам приказали спуститься. Внизу неизвестность и темнота. Запах влажного камня, чего-то напоминающего сандал и корицу ударил в нос.

— Нам сюда, — спокойно сказал один из Алчных.

Кира напряглась.

— Зачем?

— Это не обсуждается, — ледяным голосом перебил мужчина. — Вам нужно дождаться Элизабет.

Я не успел ничего сказать, потому что в следующую секунду нас втолкнули внутрь, и дверь захлопнулась. Мы оказались в клетке.

— Отличный план, Маршалл, — ядовито процедил Макс, усаживаясь на каменный пол. — Правда. Просто божественный.

Я не ответил. Кира медленно подошла к решетке и провела по ней пальцами.

— Магические замки. Их не сломать.

— Ну конечно, не сломать, — пробормотал Макс. — А чего ты ждала? Что они настолько глупы, чтобы оставить лазейки? Или, что нас встретят как старых друзей? Скажут: "О, ребята, заходите, присаживайтесь, может чаю"?

Если честно, я думал, что меня сразу же приведут к Элизабет. Что я смогу поговорить, сыграть свою игру, найти лазейку. Но нет, меня посадили в клетку, словно живой трофей. Я устало выдохнул, прислонился к холодной каменной стене и прикрыл глаза.

— Может, просто примем это как данность?

— Ты серьезно?! — Кира резко развернулась, глаза сверкали от ярости. — Напоминаю, что мы должны были войти в их лагерь как разведчики, а не как пленники! Нам надо выбраться отсюда!

Кира принялась изучать магические руны на решетке, в поисках "слабых" мест. Макс ворчал, качался на месте, пытаясь найти удобное положение на жестком полу. Ну а я просто ждал, потому что знал, что за нами придут. Мне нужно было быть готовым, чтобы поговорить с Элизабет. И действительно, вскоре ключ повернулся в замке. Мы тут же подняли головы. Дверь открылась, и в проеме появились двое Алчных.

— Маршалл, — я встал, пытаясь не выдать напряжения. — Элизабет хочет вас видеть.

Кира медленно выпрямилась, ее взгляд стал жестким.

— Всех нас?

Один из стражей скользнул по ней взглядом, затем коротко кивнул.

— Да.

Макс медленно поднялся, потянул шею, выдохнул:

— Ох, ну наконец-то, а то я уже начал скучать.

Я знал, что этот разговор будет чертовски опасным. Я вышел первым, Макс и Кира шли за мной. Впереди нас ждала Элизабет.

Когда нас вывели из темницы, свет резанул по глазам. После влажного, пропитанного магией воздуха подземелья казалось, что мы попали в другой мир — мир, в котором не мы контролировали ситуацию.

Алчные вели нас по узкому коридору, освещенному светящимися кристаллами, вбитых прямо в стены. Я чувствовал, как Кира и Макс идут по бокам, их шаги тяжелые, резкие. Они были злыми. Они не понимали.

Но мне было не до объяснений. Двери впереди нас распахнулись сами, без чьего-либо вмешательства, открывая проход в просторный зал. Я знал, что это не просто комната. Это тронный зал Элизабет. Место, где она вершила свои дела, принимала тех, кто думал, что сможет ее переиграть, или тех, кто сам того не осознавая, уже стал частью ее игры, и теперь мы были в этой игре.

Она сидела в дальнем конце зала, в высоком кресле из темного камня, одноногая, откинувшись в удобной, но явно изучающей позе. Ее золотистые волосы спадали мягкими волнами, но я знал, что в ее облике не было ничего случайного. Элизабет улыбнулась.

— Итан.

Я остановился, почувствовав, как Кира и Макс тоже замерли. Она склонила голову набок, разглядывая меня как хищник.

— Ты подумал над моими словами?

Воздух сгустился. Кира замерла. Макс напрягся, как натянутая тетива. Я почувствовал их взгляды, услышал, как у Киры перехватило дыхание, как Макс замер, словно его только что ударили под дых.

— Какими словами?! — Кира сделала шаг вперед, но Алчный рядом быстро вскинул руку, давая понять, что еще один шаг — и она останется без головы.

Я не смотрел на них, я смотрел только на Элизабет.

— Что ты решил? — повторила она, скрестив пальцы на коленях.

Люди часто думают, что решение о предательстве принимается мгновенно. Что ты либо предаешь, либо остаешься верным. Хер там. На самом деле, предательство — это цепочка решений, которые начинаются с чего-то маленького, почти незаметного, а потом, прежде чем ты успеваешь моргнуть, у тебя на руках оказывается нож, и ты уже держишь его у горла тех, кого считал друзьями.

Вот только нож у меня был не настоящий, а из тщательно продуманной лжи.

— Я принимаю ваше предложение.

Мои слова прозвучали ровно, уверенно, даже спокойно. Будто я только что согласился помочь починить водопровод, а не переметнулся на сторону врага. Кира замерла. Макс прищурился.

— Что ты сказал? — голос Киры был тихим, но в нем не было ни одной лишней эмоции. Полная тишина перед бурей.

Я не смотрел на нее. Я не мог. Если бы я встретился с ней взглядом, если бы увидел этот холодный, ошеломленный гнев в ее глазах, я бы... я бы не смог. Но мне нужно было сыграть эту партию до конца.

— Я сказал, что принимаю предложение Элизабет, — повторил я, уже жестче, уже с нажимом, будто смакуя эти слова.

Макс моргнул.

— Ты совсем что ли, Маршалл?

— Макс, — Кира резко вскинула руку, останавливая его, но я уже видел, что его трясло. — Это очередная твоя идиотская идея? Или ты правда нас предал?

— В этом нет смысла, — выдохнул Макс, мотая головой, как будто пытался рассеять дурной сон. — Ты не можешь… Ты же…

— А какой в этом смысл? — неожиданно перебила Элизабет. Голос ее был мягким, почти ласковым. Она наслаждалась этим моментом. — Возможно, ты просто ошибалась в нем, Кира. Возможно, он изначально был на нашей стороне. Прямо с той миссии, когда раскрылся большой разлом. Правда, Итан?

Я сжал кулаки. Кира посмотрела на меня. Слишком внимательно. Слишком... оценивающе.

— Это правда? — она говорила так, будто взвешивала каждую букву.

Было что-то особенно жестокое в ее холодной сдержанности. Я ожидал гнева, ярости, даже удара в лицо. Но нет. Она просто смотрела. Макс дышал тяжело, он был на грани, и если бы Кира не стояла рядом, он бы уже, наверное, пустил в меня стрелу. Я отвернулся.

— Меня тошнит от вашего идеализма, — выдохнул я, говоря так, будто мне действительно плевать. — Вы все боретесь, умираете, считаете себя героями, но даже не понимаете, зачем это делаете. Разломы не закрываются. Они не временные. Это структура самой реальности. А у Алчных хотя бы есть план, как все это использовать.

— Ты лжешь, — Кира сделала шаг ко мне.

Я поднял взгляд, и вот теперь увидел. Этот момент, когда она по-настоящему поверила, что я их предал. В ее глазах больше не было гнева. Только пустота.

— Это твой окончательный выбор? — спросила она.

Я сделал вдох.

— Да.

Макс взорвался первым.

— Ты, сволочь, предатель! — он шагнул ко мне, но Кира остановила его, бросив резкий взгляд.

— Нет никакого смысла бросаться на него, Макс. Это ничего не изменит, — она говорила слишком спокойно. — Он уже мертв изнутри.

— Как скажешь, командир, — Макс выдохнул, но в его взгляде было столько злобы, что я почувствовал, как у меня внутри все сжимается.

Но если я хотел, чтобы они выжили, я должен был сыграть эту роль до конца. Я повернулся к Элизабет.

— Отпустите их.

Она приподняла бровь.

— Какая прелесть. Ты только что их предал, а теперь вдруг волнуешься за их жизни?

— Они тебе не нужны, — я постарался сказать это хладнокровно. — Они просто балласт. Пусть идут.

Элизабет изучала меня с легким любопытством.

— Хорошо. Пусть уходят.

— Серьезно? — удивился кто-то из Алчных.

— Да, — кивнула Элизабет, не сводя с меня глаз. — Они мне не нужны. Мне нужен только он.

Кира смотрела на меня долго, пронизывающе. А потом, не говоря ни слова, развернулась.

— Уходим, Макс.

— Но…

— Сейчас.

Макс не двигался.

— Мы не можем просто...

— Мы не можем сделать ничего, — она произносила эти слова твердо, но я слышал какой-то надлом.

Макс сделал шаг назад. Он не хотел этого. Я видел это в его глазах. Он хотел разорвать меня на части, но он послушно пошел за Кирой. Я смотрел, как они растворяются в темноте коридора, и впервые в жизни мне по-настоящему было страшно. Потому что теперь я официально был предателем. Теперь мне предстояло переиграть самую опасную женщину этого мира. И моя игра уже началась.