Преодолеть зону избегания
Лира открыла свой личный кабинет и быстро пробежалась по условиям задачи. В голове, как это часто бывало, начали всплывать формулы, которые можно использовать. Графики возникали перед внутренним взором, и Лире оставалось только все это записать. Она приступила к расчетам. В середине занятия, когда Лира уже была готова завершить расчет, она споткнулась. Незначительное, казалось бы, условие, отрицательный вектор — и все решение, которое так скрупулезно выстраивала Полор, оказалось в корне неверным. Лира выругалась и, кинув обеспокоенный взгляд на часы, принялась за расчеты заново. Лира крутила задачу и не могла найти решения. Ни один из способов расчетов, которые они проходили с капитаном Кимом, не охватывал эту категорию задач. И неожиданно Лире пришло нестандартное решение. Оно не укладывалось в ученический план, но, по-хорошему, такую задачу вообще нельзя решить, используя только знания, которые уже есть у третьего курса. Лира по-настоящему собой гордилась. Она решила поставленную перед ней задачу. И за шесть минут до окончания занятия отправила решение преподавателю.
Лира счастливо вздохнула и принялась ждать окончания лекции. Хотелось увидеть, как вытянется лицо у капитана, когда он поймет, как Лира выполнила задание. В своих мечтах она уже представляла, как капитан при всех признает, что Лира — гениальный навигатор, и всей академии и ему в частности удивительно повезло работать с таким самородком.
Лира хихикнула, понимая, что в этих фантазиях ее занесло. Но жутко хотелось, чтобы капитан все же отметил ее способ решения.
На ученическом планшете мигнуло оповещение. Лира глянула на экран и обмерла. Единица! Жар пролился по всему ее телу и сконцентрировался в ладонях. Лира смотрела на оповещение и не могла поверить собственным глазам.
— Капитан Герреро, объясните мою ошибку. Пожалуйста, — напряженно сказала Лира, даже не подумав спросить разрешения на вопрос.
Она подняла взгляд на преподавателя, который хладнокровно смотрел в свой планшет.
— Вы использовали экспериментальное решение.
— Эту задачу невозможно решить иначе.
— Поэтому вам стоило отказаться от решения вовсе.
Лира опешила и, захлебнувшись своими мыслями, попробовала остановить внутреннюю волну эмоций.
— То есть я правильно понимаю, что отказаться от задачи — предпочтительнее, чем попытаться ее решить?
— Хорошему штурману и навигатору нужно уметь принимать сложные решения. Он не может действовать наугад. Он не может экспериментировать. И — да, иногда лучше отказаться выполнить приказ, чем привести весь экипаж к гибели.
Лира сжала дрожащие губы. Холодные зеленые глаза равнодушно наблюдали за сменой эмоций на ее лице. К глазам Лиры подкатили непрошеные обжигающие слезы, и чтобы не выставить себя еще большей идиоткой, она кивнула и отвернулась от капитана. Лира преувеличенно внимательно сворачивала окна, стараясь не думать, насколько ей обидно. Стараясь не думать о несправедливом отношении преподавателя и каком-то узколобом видении мира! Неожиданно обида переросла в здоровую злость.
— При всем уважении, капитан Герреро, но если бы все навигаторы и штурманы следовали вашей логике, то человечество бы до сих пор сидело в границах Солнечной системы! Всего хорошего.
И Лира вышла из аудитории, так и не дождавшись звукового сигнала завершения занятия.
В спину ей летела оглушительная тишина от притихших курсантов.
Она шагала по коридорам академии и зло пыхтела:
— Бесчувственный робот! Лучше отказаться выполнить приказ, — Лира передразнила капитана Герреро. — Чертов бионик! Не может действовать наугад! Ар-р-р-р! — Лира натурально зарычала.
Никогда она не чувствовала столько негативных эмоций одновременно. Хотелось и что-нибудь разбить, на кого-нибудь накричать. Но больше всего хотелось опустить что-то тяжелое на голову капитана Герреро, чтобы стереть это пренебрежительное выражение с его лица.
Лира дошла до каюты и упала на кровать. Мысли, как разноцветные шарики, скакали в голове. И она решила сделать единственное, что помогало ей при таком разбитом состоянии, — взялась перебирать свой шкаф. Вытащила все вещи на кровать и начала заново их складывать. Перебирая одежду, она думала над тем, что произошло сегодня на занятии. Рациональная часть Лиры отказывалась верить в то, что капитан поставил ей единицу только за экспериментальное решение. Она настолько накрутила себя, что была близка к тому, чтобы заявиться к капитану в кабинет и потребовать объяснения. В итоге Лира не смогла сосредоточиться, и привычное дело вызывало скорее раздражение.
Пиликнул коммуникатор. Написал Кормак. Изар пришел в себя. Лира счастливо выдохнула. Маленькими шагами все встает на свои места. И даже плохие оценки по навигации — это всего лишь еще одно преодолимое препятствие на пути к размеренному течению ее жизни.
***
Капитан Ким постучался в кабинет капитана Герреро и получил разрешение войти.
— Данис.
— Минхо. — Мужчины тепло пожали друг другу руки, и капитан Ким сел в кресло. — Будешь? — Данис предложил другу напиток, тот принял бокал.
— Я еще не успел тебя поблагодарить.
Данис непонимающе нахмурился.
— За то, что теперь ведешь мой предмет, — внес ясность Ким.
Данис поморщился. Желания преподавать у него не прибавилось. И все больше хотелось сбежать из академии и оставить жаждущие знаний юные умы кадетов без своего влияния.
Капитан Ким понаблюдал за сменой эмоций на лице друга и весело рассмеялся.
— Все не так плохо! В этот процесс даже втягиваешься со временем.
— Надеюсь, меня это обойдет стороной. Я здесь исключительно на замене.
Ким хохотнул и посмотрел в свой бокал.
— Как движется слушание?
— Медленно. Подняли все судовые записи за прошлые десять лет. Работы там… сам понимаешь.
Данис громко выдохнул и поднял прямой взгляд на друга.
— Я рад, что все так, Минхо. Это расследование задержалось на десяток лет.
Капитан Ким пожал плечами.
— Мне скрывать нечего. Но ставить под сомнение приказы…
— Ты всегда был слишком честным. Слишком порядочным, Минхо. И этим пользовались, — Данис встал с кресла и подошел к иллюминатору. Непроизвольно сжал бионическую руку в кулак.
— Мне жаль, что все так вышло с твоим отцом.
Данис горько усмехнулся.
— Пес рано или поздно встретится с палкой[1].
Ким допил напиток.
— Я по старой привычке залез в табель успеваемости своих студентов.
Данис принял смену темы и хитро улыбнулся:
— Не ожидал таких оценок? Ты слишком мягкий педагог, Ким. Половина из твоих курсантов не знают элементарного.
— О, об этом я даже не беспокоюсь.
— Тогда что тебя так удивило?
— Оценки одного курсанта. Надо признать, когда увидел две единицы кряду, подумал, что зрение меня подводит, — хохотнул капитан Ким.
Данис нахмурился, стараясь вспомнить, кому он выставил сразу низший балл. Никто на ум не приходил.
— Кто?
— Лира Полор.
— А, радужная.
— Не понял.
— Она любит все свои записи оформлять в разноцветье.
— Точно, — по-доброму улыбнулся Ким, — а еще она очень талантлива.
— Не заметил, — пожал плечами Данис.
Минхо внимательно посмотрел на Даниса.
— За что ты поставил ей единицы?
— За опоздание и задачу.
— Она не решила задачу? — засомневался капитан Ким.
— Наоборот. — Данис решил дать пояснение, наблюдая за другом. — Она решила задачу экспериментально.
Глаза Минхо загорелись.
— Покажи.
Данис пожал плечами и переслал другу решение кадета Полор.
На какое-то время воцарилась тишина. Ким отложил свой планшет и счастливо улыбнулся.
— Она твоя протеже? — с подозрением уточнил Данис.
Ким задумался и неопределенно пожал плечами.
— Я восхищаюсь ей. Ты только посмотри! Удивительный ум и удивительное решение, — продолжал говорить Ким.
— Хорошее решение, но неприменимо в реальной обстановке, — кивнул Герреро.
— Ты кое-что забываешь, Данис.
— Что же?
— Она курсантка, у нее нет того опыта, что есть у нас с тобой.
Данис задумался и вспомнил себя на третьем курсе. Он и половину тех расчетов, что сделала Полор, не применил бы.
— Вот. Ты стал понимать, — хмыкнул Ким.
— Возможно.
— И тем не менее ты поставил единицу.
— Именно.
— А я бы поставил отлично.
— Она заявила, что если следовать моей логике, то мы бы все еще сидели в границах Солнечной системы.
Минхо хохотнул:
— И где она неправа?
— Минхо, у тебя с этой Полор что-то есть? — осторожно спросил Данис. Он никогда не лез в личную жизнь к своим друзьям, но мысль, что его ровесник может связаться с третьекурсницей, странным образом царапала.
— Что? Нет! Хотя… Она умная, красивая и талантливая. И обожает навигацию, как и я. Может, стоит поухаживать за ней, а? Я сейчас не связан должностными инструкциями…
— Избавь меня от своих романтических планов, — скривился Данис.
Капитан Ким улыбнулся.
— Избавлю. Спасибо за виски.
И, попрощавшись, Минхо вышел из кабинета друга в неприлично веселом расположении духа. А Данис невидящим взглядом смотрел в экран планшета, на котором было выведено решение кадета Полор.
[1]Японская пословица. «От судьбы не уйдешь».
Глава 3
— Курсанты, которые заработали дополнительный вопрос на прошлом занятии, вам выслан список тем, по которым будет опрос. Время и аудитория, в которой я буду принимать отстающих, отправлены вашему куратору. Всем остальным достаточно ответить на три стандартных вопроса, чтобы получить зачет. Вопросы буду задавать всем.
Лира слушала капитана, и желание закатить глаза было непреодолимым.
Чтобы не ляпнуть какую-нибудь колкость, она отвлеклась на воспоминания о выходных. Сразу после разговора с Теей она с Дюмоном и Кормаком отправилась на трассу, где проходили гонки на мотоциклах. Там же они встретились с подругой Теи, Аишей. И Аиша, на этих мыслях Лире захотелось счастливо взвизгнуть, познакомила ее с Вороном, одним из фаворитов гонки. Лира мечтательно вздохнула. Ворон, он же Доминик, оказался приятным и временами хмурым молодым мужчиной. Он по большей части молчал, и это вполне устраивало Лиру. А когда он предложил прокатить ее на мотоцикле, то девушка окончательно поплыла. От Доминика пахло кожей, горным воздухом и легким ароматом табака. Очнулась Лира от своих мыслей, когда Кристиан тронул ее за плечо, возвращая в реальность. Лира не проконтролировала себя и обрушила мечтательное выражение лица на капитана.
Герреро сложил руки на груди, высокомерно выгнув бровь, и явно чего-то ждал.
— Удивительно, сколько мечтательности во взгляде от моего вопроса.
Лира откашлялась и поняла, что совершенно потеряла нить разговора на лекции.
— Повторите его, пожалуйста, капитан Герреро.
Данис закатил глаза и отвернулся от Лиры.
— Не вижу в этом никакого смысла, — капитан повернулся к сокурсникам Лиры и демонстративно продолжил опрос. К Лире он больше не поворачивался и вопросы не задавал. Когда капитан пошел на второй круг опрашиваемых, Лира не выдержала и подняла руку.
— Вы не задали вопрос мне, капитан.
— Я задал, но вы явно были заняты размышлениями о чем-то другом.
Лира покачала головой, но оспаривать слова капитана не решилась.
— И все же. Я хочу получить свои три вопроса, капитан.
— Уверены в своих силах?
— Да.
Глаза Герреро вспыхнули.
— Насколько вы уверены в своих силах, кадет? Хороший навигатор должен взвешивать и сопоставлять риски. Я задам вам три вопроса. Если хоть один из них останется без правильного ответа, вы покинете аудиторию и больше не будете изучать эту дисциплину.
Лира замерла, волна жара и паники прокатилась по позвоночнику, во рту пересохло.
Капитан Герреро считал эти признаки и принял их за слабость.
— Согласна, — твердо заявила Лира, принимая вызов.
Хищная улыбка на мгновение мелькнула в уголках губ капитана. В аудитории воцарилась тишина.
— Что ж. Первый вопрос. С какой скоростью распространяются гравитационные волны?
— Скорость гравитационных волн соответствует скорости света. При этом скорость гравитационной волны зависит от среды распространения: при путешествии через плотную материю волна теряет скорость.
— Какое уравнение будете использовать при расчете маршрута флагмана через пояс астероидов?
— Перельман-Тао.
— Почему не Гут-Грина?
— Потому что в уравнении Гут-Грина внешнее воздействие навязывает системе свой закон колебаний.
Капитан Герреро непроизвольно дернул бровью, принимая ответ.
— Что такое великий аттрактор? И где он находится?
Лира едва заметно выдохнула, расслабляясь.
— Великий аттрактор — гравитационная аномалия, расположенная в межгалактическом пространстве на расстоянии примерно двухсот пятидесяти миллионов световых лет от Земли в созвездии Наугольник. Долгое время сверхскопление галактик великого аттрактора было недоступно для изучения, так как находилось в зоне избегания.
— Что такое зона избегания?
— Зона избегания в космосе — это область неба в направлении центра галактики. Она наполнена темными облаками газа и мешает видеть далекие галактики из-за большого скопления звезд, газа и космической пыли. В этой зоне расположены миллионы звезд, планет, астероидов, комет и других объектов, а также сверхмассивная черная дыра в центре галактики.
Капитан кивнул и впился взглядом в лицо Полор.
— Посчитайте время прохождения стандартного флагманского судна через гиперпространство с орбиты Эльпиды в сектор P-669.
— Капитан, это уже шестой вопрос… — подал голос Кристиан.
Герреро моргнул и как будто пришел в себя.
— Верно. Спасибо, кадет Дюмон.
Лира глубоко дышала и не сводила глаз с преподавателя.
— Садитесь, кадет Полор. Вы успешно справились с опросом, — капитан Герреро открыл табель и внес оценку Лире.
— Я могу рассчитать задачу. Сейчас.
— Оставьте свой энтузиазм до пересдачи со всеми отстающими.
Лира вспыхнула. Капитан опять указал, что она не лучшая на курсе.
— Время прохождения стандартного флагманского судна через гиперпространство с орбиты Эльпиды в сектор P-669 составит четыре часа четыре минуты, если навигационная служба флагмана простроит маршрут через туманность M888, если же решат использовать туннель в гиперпространстве вблизи черной дыры 47МС-47, то время прохождения может как увеличиться, так и сократиться, — Лира задумалась, — в диапазоне тринадцати минут, все зависит от загруженности тоннеля.
Лира с удовольствием понаблюдала за ползущими в изумлении вверх бровями капитана. Полор никогда не кичилась своими умениями, но сегодня желание продемонстрировать свои таланты захлестнуло ее.
— Кадет, какое качество особенно ценится в штурманах?
— Умение быстро просчитывать маршруты, риски и…
— Выдержка, — спокойно перебил ее Герреро.
— Упорство! — сузив глаза, ответила Полор.
— Терпение.
— Новаторство!
— Сдержанность.
— Яркий энтузиазм! — с победным блеском в глазах продолжила Лира.
— Холодный разум.
— Вовлеченность в работу.
— Здоровый скептицизм.
— Авантюризм!
— Скорее прагматизм, — поправил капитан.
Лира громко выдохнула и резко осознала себя в аудитории, полной ее однокурсников.
— Прагматизм нередко соседствует с трусостью. Я предпочитаю быть другим навигатором.
— Вы называете трусами всех навигаторов космофлота Альянса, кадет? — холодно спросил Герреро.
Глаза Лиры округлились, а щеки вспыхнули румянцем.
— Что? Нет, конечно, нет!
Герреро удовлетворился реакцией Лиры, отвернулся от нее и сказал в аудиторию:
— Критическое мышление. Умение контролировать себя в разных ситуациях, разговорах и спорах. Ничто и никто не должен влиять на ваши решения и действия. Умение нести ответственность за свои слова и поступки. Вот что самое главное для навигатора, штурмана и офицера космофлота Альянса.
Лира поспешила занять свое место. Щеки полыхали огнем, а сердце стучало в висках.
— И что это было? — уже позже, выйдя из аудитории, ее догнал Кристиан и задал вопрос.
— Если бы я сама знала… — Лира действительно не понимала, что на нее нашло.
— Знаешь, это было похоже на Тею и Изара, когда они закусывались на каждой паре, дай только повод. Уж не думал, что старший брат Изара тоже любитель поспорить.
— Он просто меня разозлил. Думаешь, я перегнула палку?
Кристиан пожал плечами.
— Может, и так, но я впервые видел тебя настолько… вовлеченной, эмоциональной, готовой драться за свою правду. Даже неожиданно.
— Вот-вот. Герреро будит во мне что-то животное! Хочется рычать и психовать! Дурацкий бионик!
— Когда пересдача?
— Вроде завтра, — Лира потухла. — Боюсь, я начну спорить с ним с порога.
— Постарайся сдержаться, и, может, это спасет тебя от дополнительных вопросов.
— И как это сделать? Заклеить рот?
Кристиан нахмурился.
— В одном ты права точно: капитан Герреро холодный и расчетливый, как машина. Попробуй соответствовать. Отключи эмоции хотя бы на пересдаче. А там получишь свое «отлично» в зачетную ведомость и забудешь все, как дурной сон.
Лира весело хмыкнула.
— Уж лучше заклею рот. Ему.
***
Вечером того же дня Данис отправился в медотсек академии. Доктор Руфи громко перекладывал инструменты и кидал сердитые взгляды в сторону реанимационной палаты. Спустя мгновение оттуда вылетел молодой помощник доктора. Чейз, кажется. Красные пятна гнева некрасиво расцвели на щеках долговязого парня.
— Доктор Руфи! Если его в ближайшее время не выпишут, я уволюсь!
— Что ж, тогда вся ВВАМП останется без медицинского персонала, потому что я тоже подумываю об увольнении.
Чейз боковым зрением увидел стоящего капитана Герреро, дергано заложил руки в карманы халата и сдержанно поздоровался с посетителем.
Данис кивнул в сторону палаты, откуда послышался громкий звук:
— Плохо себя ведет?
— У него сегодня был друг, кадет Кормак. После его посещения кадета Герреро как подменили. Постоянно куда-то рвется, вскакивает с кровати и требует дать ему коммуникатор.
Данис вздернул бровь и двинулся в сторону входа в палату.
— Капитан Герреро, постарайтесь угомонить своего брата. Иначе мне придется держать его на седативных препаратах, — сказал доктор и тише добавил: — И на привязи.
Данис кивнул и зашел к Изару.
Брат лежал в стерильно-белой комнате на кипенных простынях. Он был болезненно-бледным до синевы. Глубокие тени пролегли под глазами, губы рассохлись и растрескались до крови. Вся обожженная сторона была затянута в лечебную наноткань, на не пострадавших участках тела выделялись ребра и проступали вены. Изар потерял в весе и сильно осунулся.
Младший Герреро дернулся на звук отъехавшей двери и хмурым взглядом окинул вошедшего. Изар напрягся и сердито молчал.
— Привет, коротышка. Расслабься, я ненадолго.
— Я не коротышка, — прокаркал Изар.
— Когда я видел тебя в последний раз, ты был ниже меня на две головы, так что…
— А когда я видел тебя в последний раз, ты не был частично металлическим.
Данис одобрительно хмыкнул и поднял бионическую руку.
— А я уже привык.
— А я уже вырос.
— Не настолько, чтобы не совершать самоубийственных поступков, — отчеканил Данис и впился взглядом в брата.
Изар попытался приподняться на кровати, чтобы быть в более выгодном положении при разговоре с братом.
— Не стоит, — резко остановил его попытки Данис.
Изар громко выдохнул и опустился на подушки. Испарина проступила на его лбу.
— Зачем ты пришел? — спросил Изар.
— Убедиться, что ты в здравом уме.
— Я в здравом уме.
Данис скептически цыкнул.
— И что ты не будешь вести себя опрометчиво.
— Да что ты! — попытался съязвить Изар.
Данис сел в кресло, в котором провел достаточно времени за всю прошлую неделю.
— Ага, — равнодушно подтвердил он и щелкнул механическим суставом.
Изар кинул быстрый взгляд в сторону протеза и вернулся к лицу Даниса.
— Я лежу в кровати без возможности встать! — зло зашипел он. — Какие опрометчивые поступки? Разве что я слишком резво поменяю положение тела!
— Или начнешь бесить весь персонал медотсека.
— Никого я не бешу! Я сама покладистость! — рыкнул Изар и задохнулся от прострелившей боли.
— Ну, точно, — вздернул бровь Данис.
Капитан дождался, пока брат продышится, и продолжил:
— На завтра назначено дистанционное дисциплинарное слушание по твоим действиям на «Аиде», — Данис многозначительно посмотрел на Изара.
Тот нахмурил брови и отвернулся к иллюминатору.
— Пусть засунут свое слушание себе подальше. Я не явлюсь, пусть признают виновным и отстраняют от обучения. Улечу на Эльпиду.
Данис внимательно посмотрел на брата.
— Жаль. Кадету Таласс будет тебя не хватать.
Капитан поднялся с кресла и двинулся в сторону выхода, когда его остановил голос Изара:
— Стой. Подожди. Тею восстановили?
— Еще нет. Пересмотр дела назначен на пятницу.
Изар подтянулся на руках и принял сидячее положение. На шее через наноткань проступила сукровица.
Данис с неудовольствием отметил это.
— Думаешь, восстановят? — с надеждой спросил Изар.
— Восстановят, — твердо сказал Данис и хотел было уже уйти, когда Изар опять его окликнул.
— Данис, подожди. У тебя есть время?
— Немного.
— Я в этой палате скоро одичаю. Расскажи, что там происходит.
Данис громко выдохнул, и внутри, он бы никогда не признался себе в этом, стало теплее. Капитан вернулся в кресло.
Братья проговорили недолго и в основном про отца. Просто потому, что слишком много времени прошло с их детства, и Арман — это единственное связующее звено между Данисом и Изаром. Данис скупо рассказал, как прошло первое слушание по делу вице-адмирала и к чему все движется. Он умолчал о своем вмешательстве, не желая получать от брата ни одобрения, ни порицания. Ему это все было ни к чему.
Этот короткий разговор стал тем самым тонким мостиком между двумя родными по крови людьми, которые давно разучились разговаривать друг с другом. Хрупкой переправой, которая при должном старании двух сторон превратится в крепкую и надежную металлоконструкцию.
Данис собрался выходить из палаты, когда в нее заглянул Чейз для перевязки.
— Спасибо. За разговор, — хрипло сказал Изар на прощание.
— Нам еще предстоит серьезная профилактическая беседа, коротышка.
— Я не коротышка! — сердито крикнул младший Герреро.
— Не поверю, пока не увижу тебя в вертикальном положении, — снисходительно заявил Данис.
— Теперь я начинаю вспоминать, почему мы не общались столько лет.
Данис криво усмехнулся.
— С недавнего времени я — твой преподаватель. Будем наверстывать упущенное, — с наигранным энтузиазмом подмигнул Данис и вышел за дверь.
Изар что-то хмуро буркнул в ответ и зашипел от боли, когда Чейз начал обрабатывать ожоги.
***
После ужина Лира ушла в инфозал, откуда позвонила Тее. Таласс старательно изображала хладнокровие и спокойствие, но Лира достаточно успела узнать подругу, чтобы понимать, как та переживает. Полор почти сразу сообщила ей, что Изар пришел в себя. Возникла пауза. Тея встряхнула головой, и розовые волосы упали на ее лицо. Она облегченно выдохнула, и впервые за полторы недели ее улыбка была похожа на настоящую. После обсуждения этой новости Тея стала расспрашивать Лиру об учебе, и та во всей красе расписала, как ее выводит из себя новый преподаватель по навигации. Тея смеялась и давала советы. После чего девушки перешли к подготовке учебного проекта, который они начали выполнять вместе.