Молодость взаймы

Глава 3

Как только закрылась входная дверь и ребята оказались на крыльце дома, Лиза демонстративно закатила глаза и с шумом выдохнула. Олег уже сидел за рулём, поджидая их у ворот. Предложение Светланы Сергеевны оказалось очень кстати. Неизвестно, как бы Дмитрий добирался домой на окраину города. Тем более, что в кармане было пусто.

Лиза плюхнулась на заднее сиденье и тут же опустила прозрачный экран перед водителем. Дождавшись, когда Дмитрий сел рядом и осторожно прикрыл дверь, громко вздохнула и сказала с раздражением:

— Ну и ну, этот бабский перфоманс просто отжиг! Сидит, как королева, строит из себя страдалицу… Фу, как же заколебало!

— Она просто горюет… Столько лет вместе прожили, — осторожно возразил Дмитрий.

Девушка фыркнула:

— Да ладно? Она чисто забила на деда, пока он болел! А теперь — ой, какая я вдова! Кринж, блин.

Слова, а главное интонация внучки, задели за живое, но он не подал вида. Лиза молча листала ленту в телефоне. Потом резко подняла глаза, внезапно оживляясь:

— О, слушай, надо развеяться! Поехали в « Гриль Хаус»! Сегодня там топовая тусовка, и Тимур с Катькой будут.

Дмитрий напрягся:

— В клуб?..

— Да, в наш ночной клуб. Там огонь будет! Ты только не грузи про память — забей!

— Но я же… правда ничего не помню. Ни клубов, ни…,— начал Дмитрий неуверенно, но Лиза перебила, подмигнув:

— Танцевать — это как ездить на велосипеде. Тут память не нужна — тело само вспомнит.

— Ты думаешь…

Лиза снисходительно перебила:

— Не парься! Ты просто тусуйся со мной, а там — чилай, лови волну. Если что — скажешь, что в ауте после аварии. Все зайдет!

Дмитрий сидел молча, нервно постукивая пальцами по колену. Лиза, вдруг смягчившись, положила свою ладошку на его кисть:

— Эй, ну правда, не гони! Ты же не хочешь закосить под больного на всю жизнь?

Нет, этого он точно не хотел.

— Ладно… но если я начну танцевать, как… как раненый лось — не смейся.

Лиза ухмыльнулась:

— Брось, ты ж не лох! Все будет путем! Ну, я приехала. Значит, в десять я за тобой заеду.

Уже приоткрыв дверцу машины, Лиза оглянулась:

— Дим, и одень свою майку с кляксой. Ну, ту… Она у тебя улетная! Ржомба! — Лиза хихикнула и выпорхнула из салона.

Плавно тронувшись с места, Мерседес набирал скорость. Дмитрий растерянно смотрел по сторонам, пытаясь определить направление движения. Заметил, как Олег подаёт знак поднять экран. Подняв его, Дмитрий осведомился:

— Олег, адрес помнишь?

— Обижаете, Аркадий Петрович! Изучил заранее.

— Стоп! Называй меня Дмитрием и на ты. Договорились?

— Как скажешь, Дмитрий.

— Знаю, что узнал меня у ресторана. Теперь на связи будем.

— А вот про связь промашка. Не знаю я номер Дмитрия, — Олег подмигнул в зеркало заднего вида.

— Фу ты… Точно! Откуда тебе знать? Да и твой номер в старом телефоне остался. Диктуй свой. Запишу.

За окном мелькали городские пейзажи: многоэтажки элитного района сменились старыми зданиями центральной части. А затем замелькали однотипные пятиэтажные дома спального района. Дорога петляла, приближая к жилищу Дмитрия— новому непростому быту в малогабаритной квартире.

— Олег, тебе зачисления пришли? Должно быть уже две транзакции.

— Так и есть. Поступили.

— Слушай, одолжи мне денег. Потом с тобой рассчитаюсь. Сам понимаешь, не у Ирины же просить! Открою карту — тебе номер скину.

— О чем речь! Какие расчеты могут быть! Зарплата у меня достойная, мне хватает. А эти деньги, как я понял, для семьи и предназначены, — Олег внимательно посмотрел в глаза Дмитрия через зеркало.

Плавно притормозив у подъезда, он осведомился:

— Не заблудишься, Дмитрий? Третий этаж, квартира сорок семь.

— Что бы я без тебя делал? Заботливый ты мой!

Они дружно рассмеялась, пожимая руки.

Поднимаясь по лестнице, Дмитрий достал телефон и посмотрел на часы. Половина восьмого. Мать должна быть уже дома. Аккуратно повернул ключ, осторожно зашёл в квартиру. Так и есть — Ирина сидела за кухонным столом спиной к двери. Ссутулившись, она что-то перекладывала перед собой. Немного помешкав, прошел в кухню и обнял мать за плечи. Она тот час встрепенулась, гладя его руки:

— Сынок, я сейчас ужин разогрею. Остыл уже.

— Я не голоден, мама. Мы с Лизой поужинали. А ты что делаешь? — спросил, обводя взглядом стол. На нем лежали небольшими стопками купюры, какие-то бумаги, открытая шкатулка.

— Да вот, сынок, подсчётами занимаюсь. Сегодня зарплату получила, так я ее полностью сюда вложила. Думаю, до следующей получки выкрутимся с тобой.

В сознании яркой вспышкой возникли строки из дневника Дмитрия: «15 июня. Мама вчера плакала на кухне. Деньги от продажи квартиры закончились. Взнос за обучение надо сделать до августа…» Взял со стола лист бумаги. Это оказался счёт на оплату обучения в школе. Шестизначная цифра заставила задуматься.

— Сынок, ты не волнуйся. Я договорилась с администрацией на рассрочку. Послезавтра и отвезу в кассу. Сказали, главное, что бы не меньше пятидесяти процентов было. Вот займу завтра у Никитиных и как раз будет.

Дмитрий молча достал телефон и сфотографировал счёт.

— Мам, мы с Лизой договорились в клуб поехать сегодня. Найди мне, пожалуйста, мою майку в кляксах.

— Сейчас, Дима, достану. Вот со стола уберу и достану, — приговаривала она, складывая купюры в старую косметичку.

Дмитрий прошел в комнату и устроившись за узким письменным столом, набрал сообщение на телефоне: « Этот счёт надо оплатить срочно. Жду чек». Ответное сообщение пришло довольно быстро. Удовлетворённо хмыкнул и поискал глазами, куда бы прилечь. После напряжённого дня тело ныло и требовало покоя. А ещё в клуб идти… Доставать раскладушку было лень. На диване, вытянув натруженные ноги, полулежала Ирина. « Дааа…. Надо что то делать. Так жить нельзя», — пронеслась в голове мысль. Достал с полки фотоальбом и в очередной раз стал рассматривать фотографии. Перелистывая одни страницы, долго останавливался на тех, где были его школьные фотографии. Некоторых одноклассников Дмитрий узнавал — их Лиза показывала в телефоне, а Тимур приходил проведать в клинику. С остальными предстояло встретиться через месяц. К своему удивлению, Дмитрий больше не рефлексировал, изучая фотографии. Он просто ощущал себя их сверстником. Стрелки на будильнике приближались к десяти. Быстро принял душ и облачился в приготовленную матерью одежду. Заглянул на кухню:

— Мам, я пошёл. Ключ взял.

— Сынок, возьми деньги на такси. Ночью автобус не дождешься, дежурный только ходит, — Ирина достала из кармана аккуратно сложенную купюру и протянула Дмитрию. Дмитрий машинально протянул руку, но тут же отдернул, словно ошпаренный. Он понимал ценность этих денег в руках матери. Но другого выхода не было, как только их взять.

Вышел на улицу и огляделся. Дневной зной растворился в вечерних сумерках. Раздавался монотонный звук цикад. Присев на лавочку у подъезда, юноша вглядывался в огни проезжающих машин. Наконец, одна из них свернула во двор и притормозила у подъезда. Лиза призывно помахала рукой. За пару часов она преобразилась до неузнаваемости. Распущенные волосы с продуманной небрежностью спадали на плечи и обрамляли милое личико с ярким макияжем. Черный кожаный топ поблескивал в унисон с крохотной сумочкой и вызывающе диссонировал с потрепанными джинсами и белыми кроссовками. Дмитрий восхищённо окинул взглядом подругу и улыбнулся. Лиза торжествующе обронила:

— Давно бы так, Седов! А то как мумия весь день был.

Глухие удары басов бились в грудную клетку, разноцветные лучи прожекторов резали дымную тьму. Дмитрий стоял у барной стойки, сжимая в руках бокал с «Космополитеном», украшенным спиралью лайма. Этот безалкогольный вариант выбрала Лиза. Подумалось: «В былые годы на дискотеки с коньяком ходили».

Лиза, подтанцовывая, прокричала в ухо:

—Ну че, Седов, расслабься! Чил! Ты же не на экзамене! Пойдем, что ли!

Дмитрий невнятно пробормотал:

— Я просто… не помню, как это делается.

Но его никто не слышал, а тело уже отзывалось на ритм — ноги притопывали, плечи двигались в такт. Как будто кто-то другой управлял им. Движения становились слаженными, раскрепощенными. В какой-то момент услышал рядом диалог парня в кислотной футболке и девушки с розовыми волосами:

— Йоу, смотри, вон тот чувак зажигает!

— Да он чисто в потоке! Где этот скилл прятал?

Дмитрий не сразу понял, что это о нем, а потом растерялся, но мышцы сами уже вели в ритм. Лиза подняла большой палец вверх:

— О, ты врубаешься! Давай, рофли, будто мы на тусе у Риты!

Дмитрий озадаченно пробормотал:

— Что за «рофли»? Что за «туса»?

Но тело его, словно в автономном плавании, черпало память из мышц. Движения — резкие, но точные, словно дриблинг в спортклубе на рубеже веков. Взгляд— уверенный, будто он здесь свой и всегда был своим. Диалоги уже не вводили в ступор, а лишь подзадоривали.

— Воу, этот пацан двигается как тиктокер!

На что его девушка, подмигивая Лизе, вторила:

— Твой краш? Зачетный!

Лиза довольно смеясь, парировала:

— Да он просто охренел после вчерашнего.

Дмитрий прокричал в ухо:

— Лиз, Краш — это… объект симпатии?

Лиза взорвалась хохотом:

— О боже, ты как старик!

Но Диме уже все равно. Его тело не лжет — он танцует с упоением, будто сбрасывая с себя боль, страх, неопределенность…Он мог бы танцевать ещё и ещё. Но Лиза, толкнув его плечом, прокричала:

— Эй, Седов! Ты чисто раскрылся, но нам пора, — потянула за руку на выход.

Подходя к остановке такси, она, хихикая, теребила его за руку:

— Ну что, пацан, залипал на ту чикусю в серебряном топе? Видела, как она на тебя залипала!

Дмитрий смеялся в ответ:

— Я… просто смотрел на световые эффекты.

— Ой, да ладно, не грузи! Ты там зажёг так, что все зафлексились!

— «Зафлексились» — это… хорошо?

— Боже, ты хорошо приложился головой! Это значит — завидуют, что ты в теме! И что ты мой Краш!

— Я всё ещё не уверен, что правильно понимаю, кто здесь «краш»…

— Да ладно, не парься! Главное — ты не лоханулся и все в ахуе от тебя. Скоро врубишься в нормальный язык. Поехали.

В такси Лиза деловито назвала два адреса и небрежно достала из сумочки Золотую банковскую карту. Дмитрий судорожно схватил подругу за локоть:

— Лиз, не надо — я заплачу…

— Димка, не парься! Мы же с тобой договаривались — для меня это не проблема. Дед мне и маман пансион назначил ежемесячный — за глаза хватает. А скоро ваще богатой стану. На Лексусе с тобой катать будем с личным водилой, — ухмыльнулась Лиза и ее глаза затуманились. Положив на плечо юноши голову, она прикрыла глаза и всю дорогу ехала молча с загадочной улыбкой.

— Чё, паря, деваха тебя альфонсом заделала? — Развязно произнес водитель такси, как только за Лизой захлопнулась дверь, — Я бы с такой замутил…

Кровь хлынула в виски. В глазах потемнело… В следующее мгновение Дмитрий глубоко вдохнул и задержал дыхание… На выдохе сказал ровно, чётко:

— За дорогой следи, дядя. Ты же не хочешь попасть в вечный бан? А отзыв, считай, уже поймал.

Водитель ошалело уставился на пассажира, а потом сделал резкий маневр, уходя от столкновения с невесть откуда взявшейся легковушкой. Грязно выругавшись, ухватился крепче за руль и молчал до самого подъезда пятиэтажки. Потом развернулся всем корпусом к Дмитрию и примирительно сказал :

— Ты, парень, тово… Прости.

— Бог простит… Если покаешься, — с усмешкой Дмитрий аккуратно прикрыл за собой дверь и направился к подъезду.

Дурманящий аромат свежей выпечки окутал Дмитрия, как только тот зашёл в квартиру. На кухне Ирина позвякивала посудой в мойке. А на столе в большом блюде под льняным полотенцем остывали пирожки.

— Мам, ты что — ещё не ложилась?

— Да вот, сынок, решила пирожков испечь. Иди вымой руки, да с молочком покушай. Тут у меня с разными начинками.

Дмитрий, потирая руки, разглядывал румяные аппетитные пирожки. Разломил один из них. Из разлома вместе с паром вырвался дурманящий аромат. Пригляделся к начинке. Зелёные перья лука с кусочками отварных яиц. Все его нутро сжалось в предвкушении гастрономической радости. Обжигаясь, откусил кусок и с жадностью запил прохладным молоком. Млея от блаженства, подумал, что не испытал никаких эмоций от любимых миндальных печений в отличие от этого простого пирожка с луком и яйцами.

— Сынок, а вот с этого края — с капустой. Как ты любишь. А эти — с повидлом яблочным завтра Никитиным отнесу. Они частенько нас выручают. Повезло с соседями.

— Мам, вот ты рассказывала, что поменяла квартиру на эту. А где мы раньше жили?

— В новом микрорайоне. Ну как в новом… Теперь уже вполне обжитой он — десять лет прошло. Это жилой комплекс «Жемчужина». Рядом с парком и прудом. Любили вы с Лизкой в том парке гулять! Даже лебеди на пруду вас узнавать стали — приплывали, как увидят издали.

— Мам, расскажи, как мы с Лизой познакомились. Я ведь ничего не помню, — Дмитрий отставил пустую кружку и внимательно посмотрел в глаза Ирины. Она поправила салфетку на блюде с пирожками, улыбнулась. В глазах вспыхнул огонек воспоминаний.

— Вам тогда с Лизой было по пять лет. Максим много времени проводил с нами и в выходные тоже. Жена его и заподозрила неладное, стала скандалы устраивать. Вот он и нашел выход. Брал Лизу и мы вчетвером на весь выходной день то на аттракционах, то на катере, то в цирке... А в самый первый день, как вам познакомиться, он привел Лизу к нам домой. Мы с тобой с тестом возились — пряники делали. Ты медвежонка лепил. Смешной был — весь в муке. Неожиданно Максим позвонил: «Можно мы с Лизой заскочим в гости? Она хочет печенье...» Глазом не успели моргнуть, как дверь распахнулась — и влетела эта стрекоза в розовом платьице и сразу спрашивает: «Ой, а ты кто?» Она сразу ткнула в тебя пальцем, даже не поздоровавшись. Максим закатил глаза: «Лиза, это Дима. Будь вежлива». Но она уже неслась по квартире: «А это что? А тут что? Ой, а можно я попробую?»

Ты стоял, прижав испачканные мукой руки к груди, — Ирина рассмеялась, — А она схватила твоего медвежонка: «Давай ему глазки сделаем!» И впихнула в тесто две изюминки. Потом засыпала тебя вопросами: «Ты в каком садике? А почему я тебя не видела раньше? А ты мультики любишь? А хочешь мою куклу?» Максим смотрел на вас обоих такими глазами... Будто боялся, что ты скажешь «нет». Но ты повел себя как истинный джентльмен — стал показывать свои игрушки. А через час вы уже орали во дворе, играя в догонялки. Как будто всегда вместе были. Как брат и сестра, — Ирина вздохнула украдкой и продолжила:

— С тех пор вы стали неразлучны.

Максим приходил с утра к нам, возился с тобой, помогал во всем. Для всех он был как бы на работе. Да по сути так и было — он по телефону распоряжения отдаст, а к вечеру заглядывал в офис бумаги подписать. А потом забирал Лизу с детсада и все вместе шли гулять. Ух, радости у вас было, что вместе играете! Лиза заводилой была. Вечно придумывала что-нибудь. А ты всегда ее поддерживал во всем. Однажды пришла ей идея и решила она, что вам нужно построить «космический корабль». А в парке было не из чего строить. Вот она и подговорила тебя, что бы ты сказал, что у тебя ножка болит и мы все вместе пошли домой. А дома уж вы нашли из чего "космический корабль" строить. В ход пошло все — от подушек до стульев.

Дмитрий улыбнулся, представляя, как они с Лизой, полные энтузиазма, пытались создать свой «корабль».

— Да, и ты тогда был капитаном! — подтолкнула его Ирина в плечо, — А Лиза была главным инженером. Вы так серьезно обсуждали, как запустить свой корабль в космос! Мы с Максимом не могли удержаться от смеха, когда ты сказал: «Мы должны взять с собой мамино печенье на всякий случай!»

— Это было важно! — воскликнул Дмитрий, смеясь. — А что ещё?

Ирина продолжила:

— Ваша дружба росла с каждым днём. Вы вместе рисовали, лепили из пластилина и даже устраивали настоящие театральные представления. Помню, как вы вдвоем вытащили из комода простыни, обмотались ими и стали разыгрывать спектакль о принце и принцессе. Максим, видя, с каким энтузиазмом играли, начал вас на видео записывать. Много таких роликов он наснимал, — на мгновение тень печали промелькнула в глазах Ирины, но тут же она оживилась, погруженная в приятные воспоминания:

— И о том, как бабочек в парке ловили тоже ролик есть. Смастерили все вместе пару сачков и пошли в парк их опробовать. Бабочки летают вокруг красивые, а у вас ничего не получается. Бегали-бегали за ними, а поймать не смогли. Но вы были такими настойчивыми! А бабочки были такими изворотливыми — никак не хотели ловиться! Вместо бабочек " наловили" вы себе ссадины на коленках, да шишки на лбах.

Ирина и Дмитрий дружно рассмеялись.

— Это время было самым лучшим в нашей жизни, — произнесла Ирина, её голос стал серьезным.

— Потом, когда вам исполнилось семь лет, Максим решил записать вас обоих в элитную экспериментальную школу с углубленным изучением разных видов искусства и физико-математическим уклоном. Он хотел дать вам лучшее образование и широкие возможности для жизни. И ты, и Лиза были в восторге от учебы! Вам обоим она давалась легко, играючи... — Ирина замолчала вдруг, устремив взгляд в окно, за которым робко брезжил рассвет.

— А потом… — начал Дмитрий осторожно, но Ирина прервала его.

— Потом произошла трагедия. Максим попал в аварию на байке. Это было ужасно. Нелепо. Так внезапно... Мы долго не могли оправиться от шока, от того, что Максим не с нами. Ты тогда был слишком мал, чтобы всё понять. Я сказала, что он уехал в важную длительную командировку.

Глаза Дмитрия потемнели от воспоминаний. Чужих воспоминаний, которых он не мог помнить. Мозг Аркадия сопротивлялся принять информацию о сыне. Он всегда считал Максима искренним и послушным. Сознавать, что сын ведёт двойную жизнь по его, Аркадия вине, было тяжело.

— Я ничего не помню о том времени… — произнес Дмитрий тихо.

Ирина почувствовала тяжесть на душе. Она понимала, как важно для него восстановить связь с прошлым. Материнское сердце подсказывало, что от нее теперь зависит, как сложится жизнь сына. В то же время тревога об утраченных, в связи с амнезией, знаниях школьных предметов, доводила её до отчаяния.

— Ты потерял много воспоминаний о том времени, но знай — вместе мы победим твою болезнь. Я всегда рядом с тобой, сынок, — Ирина улыбнулась.

— Возможно, общение с твоей сестрой поможет восстановить те воспоминания и чувства, которые ты потерял. Вы оба выросли и изменились, но ваша дружба может стать основой для нового этапа в жизни. Лиза хорошая девочка. Правда, она после смерти отца стала замкнутой. Да и видеться с ней я стала реже. — Ирина осторожно положила свою ладошку на плечо Дмитрия, пытаясь заглянуть в его глаза:

— Сынок, дай слово, что не скажешь Лизе, что Максим и твой папа тоже. Для нее это будет ударом. Об этом никто не знает, кроме нас двоих.

Дмитрий кивнул:

— Не переживай, мама. Не скажу. Да и не ровня мы им.

Произнося последние слова, он непроизвольно сжал кулаки. Желваки задвигались под кожей. Сквозь стиснутые зубы прошептал:

— Я обещаю, мама, что сделаю всё, что бы нам с тобой больше не жить в нищете.

Глава 4

Тяжелые удары сердца отдавались в висках, когда Дмитрий завершал последний виток на турнике. Мышцы горели ровным, почти приятным огнем — тело, наученное в клинике дисциплине, требовало нагрузки. Пальцы разжались, и он спрыгнул на землю, оставив железную перекладину дрожать от резкого толчка. Воздух пах асфальтом и свежескошенной травой. Спортплощадка за пятиэтажным домом в спальном районе — единственное место, где он чувствовал себя свободным. Здесь не нужно было притворяться и постоянно себя контролировать. Дмитрий вытер лицо краем футболки и потянулся за бутылкой воды. В окне второго этажа мелькнула тень — опять за ним кто-то наблюдал из-за тюлевой занавески.

Дома после душа он нерешительно подошёл к полке с учебниками и конспектами. До школьных занятий оставались считанные дни. Провел пальцем по странице с конспектом по биологии — чужие пометки, чужие мысли. Стал с интересом перелистывать одну тетрадь за другой. «Генная инженерия... квантовая физика...» Все вроде бы и знакомо. Однако программа обучения изменилась за несколько десятилетий и то, что когда-то казалось ему элементарным (а Аркадий Вольский, между прочим, окончил Бауманку с отличием), теперь было зашифрованным кодом. Он швырнул тетрадь и повалился на диван, уставившись в потолок. Экстернат. Совет психолога, данный в последний день реабилитации, всплыл в памяти как спасательный круг. Да, конечно! Это был выход! К тому же он не был уверен до конца, что сможет быстро адаптироваться в подростковой среде. А постоянное общение с одноклассниками отнимало бы силы и энергию.

Ирина резала овощи, когда Дмитрий вошёл в кухню. Тень тревоги скользнула по лицу, когда увидела сосредоточенное лицо сына. Но скрыла чувства и тут же улыбнулась:

— Проголодался после тренировки, сынок? Сейчас приготовлю...

— Мам, — Дмитрий сел напротив, сжав руки в замок. — Давай обсудим школу.

Ирина замерла с ножом в руке. Она уже давно с тревогой ожидала этого разговора. С тех пор, как был поставлен диагноз "амнезия", в голове крутились мысли: « Все напрасно: лишения, продажа квартиры, бешеные деньги, ушедшие в оплату обучения... Все напрасно».

— Я... не справлюсь. Конспекты, темы — мне все придется учить заново.

Ирина медленно опустила нож.

— Я знаю, — прошептала она. — Я напишу заявление и деньги вернут в Благотворительный фонд. А тебя устроим на какую-нибудь работу. Не переживай, сынок. Я тебя понимаю.

Дмитрий с недоумением посмотрел на мать:

— Мам, ты все не так поняла. Я хочу закончить школу экстерном. Завтра ты пойдешь с моими медицинскими документами в администрацию и все оформиш. Они не посмеют отказать.

Глаза Ирины вдруг заблестели. Она резко отвернулась к мойке, смахнула слезу и заговорила быстро, словно боялась, что голос ее подведет:

— Хорошо, сынок. Мы вместе пойдем. Тогда нам должны сделать перерасчет... Надо будет найти репетиторов...

Она замолчала, задумавшись, потом тихо добавила:

— Я только одного не пойму. Как Благотворительный фонд о нас узнал...

— Мам, мир не без добрых людей, — усмехнулся Дмитрий. — Вон сколько волонтеров в клинике работало... Ладно, давай завтракать, а потом я прогуляюсь по городу.

Тень от автобуса прыгала по бордюрам. Дмитрий лениво наблюдал, как городские пейзажи за окном сменяются, словно кадры немого кино. Центр встретил его шумом шин проезжающих плотной вереницей машин и пестротой рекламных вывесок. На остановке огляделся и растерялся от того, что не узнает родной город. Многие годы Аркадий Вольский перемещался на автомобиле, при этом не переставая работать в телефоне или ноутбуке. Не частые взгляды в окно выхватывали строительные точки то там, то сям... А теперь оказалось, что центр города преобразился до неузнаваемости. И людей на широких тротуарах было не так много, как в годы молодости Аркадия. « Все на машины, что ли пересели?», — подумал и усмехнулся своим мыслям. Посмотрел под ноги. Вместо серого асфальта — красивая бордовая плитка. Молодые деревца аккуратно подстрижены. А когда-то здесь росли могучие липы. Их дурманящий аромат кружил голову, когда в первый раз пригласил Свету в кино. Ах, да! Кинотеатр! Где-то здесь кинотеатр «Экран»... Ноги сами свернули в небольшой скверик. Там, в конце аллеи, должно быть здание со стеклянными панорамными окнами, через которые на стенах в фойе видны портреты артистов и степенно прогуливающиеся нарядные зрители. Подошёл ближе. Наглухо замурованные панорамные проемы завешены афишами. Остановился у входа и стал их разглядывать. «Как же давно я не был в кино...» — поймал себя на мысли. В прошлой жизни ему было не до этого — бизнес, сделки, бесконечная гонка. Теперь же было бы неплохо пригласить Лизу и занять места где-то там, на последнем ряду...

— Дмитрий! Зову, зову — никак не реагируешь...— раздался за спиной голос.

Мгновенно обернувшись, увидел, как Олег приближаясь, протягивает руку для приветствия.

— А я ещё там — возле остановки притормозил. Да где там! Идёшь, ни на кого не смотришь...

— Извини, Олег. Действительно, задумался. Мы ведь с тобой всё на колесах, да на колесах... А здесь, оказывается, революция произошла тем временем! Или эволюция? — Дмитрий рассмеялся.

— Подвезти?

— Ну, давай! Не зря же останавливался. Где наш черный «конь» ?

По дороге они непринужденно болтали. Так получилось, что на сегодняшний день Олег был тем человеком, с кем можно не контролировать поведение, расслабиться. Он был единственным, кому безгранично доверял Аркадий Вольский.