Книга Позывной "Светлячок" - читать онлайн бесплатно, автор Анастасия Суханова
Позывной "Светлячок"
Позывной "Светлячок"
Оценить:

Рейтинг: 5

Позывной "Светлячок"

Анастасия Суханова

Позывной "Светлячок"

Пролог


«Немедленная эвакуация! Всем гражданским лицам проследовать до укрытий ! Объявлен третий уровень опасности! Группа «Сервал» направляется на север, «Филин» занимает господствующую высоту. «Динго» – центр ваш. Продемонстрируйте этим незваным гостям всю «радушность» КООС!»

Женский голос резал ночную тишину из динамиков, установленных на каждом углу. Вой сирен, казалось, выворачивал наизнанку спящий город, эхом отражаясь от стен домов и уходя в бесконечность предрассветного неба.

Стрелки часов только что перевалили за полночь, а неведомая тварь уже взламывала оборонительные рубежи. Со стороны реки надвигалась целая армада — около трех сотен неопознанных существ. С подобным им не доводилось иметь дело ни разу за всю историю существования КООС. Эволюционировали ли эти твари естественным путем , вылезли из пробирки создателя или же скрестились с чем попало, подчиняясь первобытному инстинкту продолжения рода, где придется и как придется? Ученые в лабораториях лишь пожали плечами, готовясь столкнуться с неизведанным .

Эти создания напоминали ящериц — крупноголовых рептилий черно-зеленого окраса, словно в цвет болотной тины. Однако их облик выходил за рамки привычного строения млекопитающих. Две массивные головы на коротких шеях, изрыгающие склизкую жидкость, по химическому составу напоминающую концентрированную кислоту, разъедающую бетон и сталь. Острый, словно осиное жало, хвост, способный пробить броню насквозь. Их рост достигал двух метров — нависая над укрытиями , они казались ожившими кошмарами из детских сказок . Как это удалось выяснить? Очень просто — на собственной шкуре .

Безупречная репутация КООС зиждется на высококвалифицированных сотрудниках и точном исполнении указаний начальства. Однако любое правило не обходится без исключений. В данном случае этим исключением, пробивающим брешь в идеальном порядке, установленном главой исследовательского института, стали два брата — Родион и Роман Кабайтес. Командир группы «Сервал» и его связка .

Будучи погодками, они с самого детства были неразлучны. Работа, досуг — они всегда вместе. «Кнут и пряник», — говорили о них близкие , и эта метафора идеально описывала их союз .

Роман, двадцатисемилетний светловолосый атлет, с первого взгляда располагал к себе. Высокий, крепкий, с широкими плечами и сильными руками, он был воплощением физической мощи, но его глаза цвета северного неба всегда искрились весёлым озорством. Золотистые волосы, стриженные «под машинку» с короткими висками и немного удлинённым верхом, уложенным назад , обрамляли лицо, которое не назвать красивым в привычном смысле, но оно притягивало взгляд той породой, что выдаёт человека дела, а не слов. Его взгляд — ровный, спокойный, чуть настороженный — принадлежал тому, кто привык оценивать обстановку быстрее, чем успевает сказать слово .Он был любимцем родителей, добрым и слегка наивным, обожал чёрный юмор и умел шутить даже в самых неподходящих местах. Оптимист по природе, он находил свет в самой мрачной ситуации, и эта его способность превращать отчаяние в надежду не раз спасала его брата от бездны.

Родион, годом младше своего брата, был его полной противоположностью — и в этом заключалась их сила и их вечное притяжение. Тёмные, почти чёрные густые волосы были уложены в классическую стрижку с характером: по бокам убраны почти наголо, создавая резкий, контрастный переход к удлинённому верху. Пряди на макушке небрежно зачёсаны назад и чуть вверх, открывая высокий лоб, но при этом спадали на бок лёгкой, словно намеренно небрежной волной. Ни одна прядь не выбивалась из общей формы — казалось, эту причёску создавал человек, который ценит порядок, но не терпит идеальной геометрии. Линия вокруг висков и на затылке была выведена безукоризненно чётко, подчёркивая жёсткие, мужественные черты лица. Весь его образ — это дисциплина, смягчённая толикой дикой свободы, словно он привык держать всё под контролем, но в глубине души оставался непокорным.

В серых, стальных глазах читалась не просто внимательность — в них застыла неумолимая решимость человека, который видел слишком многое, чтобы удивляться, но не утратил способности видеть главное. Взгляд его был тяжёлым, словно он постоянно сканировал горизонт, ожидая угрозу, которая могла появиться откуда угодно. За внешней суровостью угадывалась холодная, расчётливая логика — он не поддавался эмоциям, но не был бездушным. В нём чувствовалась та особенная порода надёжности, что рождается у людей, привыкших отвечать за чужие жизни.

Их разность была их оружием. Роман — оптимист, шутник с наивной душой, который верил, что даже во мраке можно отыскать свет. Родион — прямолинейный, строгий, но справедливый, который не позволял брату окончательно раствориться в иллюзиях. В кругу друзей и доверенных лиц Родион становился таким же открытым и улыбчивым, как Роман, но стоило ему переступить порог службы, как он мгновенно превращался в холодного профессионала, которому неведомы компромиссы. Роман же всегда оставался самим собой — даже в бою он умудрялся находить повод для улыбки, что сбивало с толку противников и придавало его отряду ту лёгкость, что позволяла пройти там, где другие ломались.

Вместе они были известны как неразлучная пара, вызывающая недоверие начальства и зависть коллег. Трудолюбивые, нестандартные в своих решениях, они действовали с безошибочной тактикой, что порой ставила в тупик даже опытных командиров. Начальство требовало отчётов, правительство — объяснений, но за закрытыми дверями кабинетов и в полевых лагерях, где пахло порохом и смертью, их уважали. Потому что они были из тех, кто не задаёт лишних вопросов, когда наступает момент действия, но и не следует приказам слепо — сначала взвесят всё, потом сделают. И делали так, как надо. Так, как мало кто умел.

Несмотря на итоги решающего теста , выявляющего внутреннего зверя, необходимого для службы в рядах КООС , они оставались связаны одной судьбой.

Родион предстал перед начальством в образе скрытного и характерного манула, чему не шибко был рад. Пушистый комочек, размером с тумбочку, с недовольной мордой и тяжелым взглядом — какому мужику это понравится? Для него этот зверь был сравним с домашним котом .

А вот Роман, не уступая по уникальности и превосходя в мощи, обнаружил в себе амурского тигра — явление крайне редкое как в дикой природе, так и для генетиков КООС. Полосатый гигант, весом в несколько центнеров, с грацией и мощью, заставлявшей содрогаться даже самых опытных бойцов. Но каким еще быть плоду, что не отдалился , а остался вблизи дерева ?

Родители этих кошачьих, одновременно стоящие на охране КООС, — Ванесса и Глеб Кабайтес — сами были прирожденными хищниками.

Ванесса — изящная львица. Золотистая грива, плавные, грациозные движения, властный взгляд карих глаз. Она сочетала в себе материнскую мягкость и стальную хватку командира, способную в один миг подавить любую угрозу.

Глеб — неуловимый и горделивый снежный барс. Седые виски, пронзительные голубые глаза, которые видели все и всех насквозь. Он работал бесшумно, как тень, и его участие в той или иной ситуации всегда означало, что все под контролем .

Несмотря на все выходки и частые нарушения приказов, они гордились сыновьями по-своему . Чего нельзя было сказать о дочери. Ее выбор разочаровал генерала, но любить от этого ее меньше не стали.

Ирина, старшая сестра , не примкнула к рядам бойцов, а затесалась в поток нудных и назойливых ученых, превратившись в мелкого и пронырливого зверька — песца. Белоснежный мех , хитрый взгляд и умение юркнуть в любую щель делали ее незаметной в полевых условиях . Генерал долго не мог принять этот факт, но она помогла ему в этом упорным и долгим промыванием мозгов, аргументируя выбор безопасностью и отсутствием желания причинять физическую боль окружающим, будь то даже преступник или мутант .

-Ну что, Ромыч, как обычно ?– заорал Родион, вставляя новый заряд .

– Так точно , командир, – отдал честь второй Кабайтес.- Отмечать будем пивом или че покрепче ? -щелчок инъектора и его тело начало трансформироваться в зверя не дожидаясь ответа .

Волна трансформации прокатилась по его телу, ломая кости и перестраивая мышцы. Роман даже не поморщился — привычный ритуал, отработанный до автоматизма. Секунда — и на месте светловолосого атлета стоял полосатый гигант, чья мощь ощущалась в каждом движении.

- Я на тупые риторические вопросы не отвечаю ,- щелкнул предохранитель под пальцем Родиона .

В бою эти двое всегда дополняли друг друга: один – в звериной форме , другой – человек, обеспечивающий прикрытие. Одно из немногих правил устава , что они удосужились беспрекословно соблюдать .

Роман рванул вперёд, а Родион высунул оружие из-за угла полуразрушенного магазина. Они первыми оказались в самом пекле и испытывали мощь противника на себе, пока остальные бойцы их группы двигались к точке сбора, строго соблюдая приказ генерала быть предельно осторожными, тем самым сводя потери к минимуму.

Две рептилии медленно, но уверенно скользили вперёд, их движения были почти бесшумными, в отличие от сородичей, крушащих город . Головы поворачивались с неестественной плавностью, охватывая взглядом всё пространство . Они то и дело останавливались, вытягивая шеи, и их раздвоенные языки мелькали в воздухе, пробуя его на вкус, улавливая малейшие колебания запахов. Глаза, узкие и блестящие, щурились, фокусируясь то на одном, то на другом предмете, будто пытались разглядеть что-то скрытое в тени. Время от времени одна из них издавала низкое, гортанное шипение, которое эхом разносилось над землёй, и вторая отвечала ей таким же звуком — коротким и резким, словно обмен сигналами.

Родион наблюдал через прицел оружия за братом, который обошел врага с тыла, спрыгнув на спину с крыши ближайшего строения. Он за считанные секунды добрался до головы и вцепился в шею мертвой хваткой, начиная разрывать когтями чешуйки.

Змееподобное существо издало истошный вопль и в безумии принялось разбрасывать яд вокруг себя. Скорпионий хвост описывал дуги в пространстве и пытался настигнуть Романа сверху, но из-за увёртливости тигра поражал самого себя, отчего ещё больше зверел.

Вторая рептилия отшатнулась и застыла , сузив глаза , словно ожидая разрешения вступить в схватку .

Родион выстрелил несколько раз подряд . Не в тварь — в булыжник у её лап , чтобы сбить с толку, заставить повернуть головы в его сторону. Расчёт сработал: пока рептилия разворачивалась , Роман уже вгрызался в основание черепа первой особи , а когти вспарывали чешую с тем самым звуком, с каким открывают консервную банку в четыре утра — громко, нагло и абсолютно не заботясь о чьих-либо нервах.

– "Вольф" , доложить обстановку! – раздался тот же самый женский голос , адресованный Родиону , только теперь в наушниках бойцов по спец каналу .

Родион проигнорировал , концентрируясь . Он то и дело переставал дышать , прицеливаясь . Мушка бегала из стороны в сторону, пытаясь поймать маячившую голову рептилии, что извивалась хлеще выловленной рыбы . Броня держала лучше, чем они рассчитывали и теперь Роману требовалась помощь - пару четких попаданий Родиона .

– "Вольф " , как дела в обороне ? – настойчивее и требовательнее прозвучал голос.

Парень невольно дернулся от неожиданности . Он молчал, мысленно чертыхаясь на прилипшего к нему оператора. Она умела прицепиться "вовремя" .

По ту сторону сидела назойливая Регина Диброва, что еще с утра отбила желание с ней общаться, разлив на его отчет, что он строчил всю ночь без сна и отдыха, стакан свежесваренного и обжигающего кофе. Ответом на это, ей в уносящую ноги с места "преступления" прилетел по ягодицам ботинок, который был моментально снят с ноги. И сейчас он желал одного, чтобы кто-нибудь из рядом стоящих продемонстрировал ей такой же ботинок, отвесив им пендаль, или просто заставил замолкнуть . За столько лет службы она так и не поняла: когда будет что доложить — он первым делом это сделает.

– Кабайтес ! – взвизгнула нетерпеливо-упрямая девушка .

– Да как в морге! – рыкнул он в ответ. – Жуть, и время от времени привозят новеньких, – процедил , не успев вытащить наушник .

Тварь резко дернулась и он на автомате выстрелил, не оставляя ей шанса подняться на ноги. Заряд попал точно в цель, оставив в голове рептилии пробоину.

В наушнике кто-то выдал смешок, поддерживая командира группы "Сервал", кто-то недовольно пробурчал, не воспринимая это добрым знаком.

– Раз шутит, значит, все под контролем, – брякнула лидер отряда "Филин" Снежана Литовая .

– Никакой серьезности в такой то момент . Впрочем как и всегда , – тяжело вздохнул один из бойцов.

Далее послышались высказывания остальных на проводе, но уже неразборчиво.

Родион сбросил наушник на одно ухо, не прекращая вести огонь.Тигр отскочил в сторону, отряхиваясь от чужой крови, и развернулся к уцелевшей твари, которая уже пришла в движение.

Вторая рептилия больше не медлила. Она рванула к Роману, низко прижимаясь к земле, и её хвост описал широкую дугу, целя в незащищённый бок. Роман успел уйти в сторону, но когти чиркнули по плечу, оставив три длинные борозды. Тигр взревел — не от боли, скорее от досады — и снова бросился вперёд, сбивая тварь с траектории.

Родион сменил позицию, выскользнув из-за угла магазина и прижимаясь к стене. Он видел, как брат уходит от ударов, как хвост снова и снова рассекает воздух, и понимал: долго так продолжаться не может. Тварь была быстрее, чем первая, и умнее — она больше не била наугад, а выжидала, ловила момент, когда тигр окажется слишком близко.

–" Колос", влево ! – крикнул Родион, вскидывая оружие.

Роман не ответил — не мог в звериной форме, — но услышал. Он сделал обманный выпад вправо, заставив рептилию качнуться в ту же сторону, и резко ушёл влево. В этот момент Родион выстрелил. Первый заряд угодил в основание хвоста, второй — в сочленение брони на шее. Тварь дёрнулась, потеряла ритм, и этого хватило.

Роман навалился сверху, придавив её к земле всей своей массой, и вцепился в горло. Рептилия ещё билась, скребла лапами асфальт, но силы уходили из неё вместе с жизнью. Через несколько секунд всё было кончено.

Родион поднял оружие в воздух , сдунув с него дым от залпа , осмотрелся по сторонам и не уловил в окрестностях больше ни одной твари, словно они знали, куда и по кому бить. Большинство ящериц на себя взял отряд «Динго», который находился на противоположной стороне, на одной из возвышенностей Окстрота, но намного ближе к КООС, чем какая-либо из групп.

Его разрывало от противоречий. С одной стороны, выдвинуться на подмогу и перебросить туда своих ребят, оставив за главного «Спартанца» — самого стойкого из их отряда, а самому вернуться сюда и закончить начатое; с другой стороны, никто не знает, как всё обернётся, и нет гарантий, что он вернётся на это место так быстро. Зная свою занудную сестру, заядлого учёного, готового работать до капель пота на лбу и накренившейся шиферной крыши, ему нужно было взять образцы нового индивида и передать в лабораторию как можно скорее и свежее.

Интуиция говорила: оставайся и делай, зачем пришёл, до конца. Совесть кричала: беги на помощь, ведь там твои товарищи.

Недолго колеблясь, он нажал кнопку связи и отдал приказ:

— «Сервал», меняйте направление и выдвигайтесь на подмогу к «Динго». «Филин», прикрывайте по возможности. Мы закончим здесь сами.

Затем вытащил наушник из уха, выдрав проводки, и швырнул на землю. Отключиться он не имел права по уставу, а вот не слушать Диброву и возмущения товарищей вполне себе мог.

«От нас требуется сделать всё по красоте и быстро, а Литовая непременно прикроет их задницы. Это Ромка заложник совести, а у меня её нет», — подумал Родион, но вслух озвучивать это не стал.

Братья обменялись кивками , понимая друг друга без слов, и двинулись к ближайшему трупу мутанта, которым оказалась вторая особь. Времени было мало, а дело оказалось совсем не простым .

Родион, вернув оружие на пояс , присел на корточки рядом с головой ящерицы. Нахмурил брови и задумчиво почесал подбородок. Не знал, как уместить чешую брони в колбочку размером с указательный палец, а «дамского пинцета» для отщипывания кусочка мягкой ткани он как-то с собой не прихватил.

Пока он размышлял, нависая над трупом, Роман вернул себе облик человека тем же способом, каким и обернулся в него, и встал за спиной, вклиниваясь в процесс добычи образцов .

– Ты заметил? Эта даже не пыталась уйти . Стояла, будто ее держали на привязи . Одна крушила всё подряд, а эта … ждала .

– Заметил, - Родион коротко кивнул .- И яд . Она его разбрызгивала, когда ей прижали хвост . Словно включала защиту от того, кто подойдёт сзади .

Они переглянулись. Оба подумали одно и то же: кто-то или что-то обучает этих тварей. Отсюда и терпение, и разведка, и обмен сигналами, который они видели ещё до схватки. Дикие звери так себя не ведут.

- Ускорились !- в один голос проговорили браться .

Тем временем рептилии уже обогнули город по дуге рядом с окраинами, они ударили с тыла по половине подразделения «Динго» и повредили при этом главную вышку связи .

Подразделение Литовой осознало замысел противника лишь с опозданием. Однако к тому моменту оно уже вело огневую поддержку с воздуха. Командир же наблюдала за братьями в монокуляр, находясь на вышке КООС . Она настойчиво пыталась установить с ними связь — вовсе не для того, чтобы устроить выговор. Целью было предупредить: от основной массы отделились ещё десятки таких же существ и теперь расползаются по улицам. Так разбегаются солдатики, если приподнять бревно в лесу. Но братья вновь возомнили себя героями, чьё неповиновение будто бы спасёт мир. При этом они рассчитывали на удачу — которая на сей раз оказалась не на их стороне.

Наушник Романа резко заработал и издал противное пищание, сменившись неразборчивым мерзким шипением.

-Пшш…уходите …. Шшш … десять … вас… - пробилось сквозь помехи , и он резко проделал то же самое, что и Родион, дернул за провод и бросил его под ноги.

-Потеряли, - проговорил он , наступив на него шипованной подошвой ботинка .

Родион коротко кивнул, поддерживая задумку напарника. Его любимая фраза гласила: «Скорость выполнения поставленной задачи зависит от того, как часто коллеги приседают на уши ». И Роман это всецело поддерживал .

-Давай ножом ковырнем, да и покончим с этим. Так в перчатке принесем, переживут Ньютоны эти . Я это трогать голыми руками не буду, - поморщившись проговорил Роман, доставая названный предмет из нагрудного кармана.

Его третий глаз во лбу предчувствовал угрозу для жизни обоих, но , списав это на недавно выброшенную тигриную дозу адреналина , воткнул нож в плоть рептилии .

-Как бы танцевать с бубном не пришлось, - расшатывал чешуйки Родион из стороны в сторону. В отличии от брата он был не брезгливым . Но те предательски не поддавались, будучи гибкими и острыми . - Уму не постижимо ! Они явно вылезли из пробирки и срослись со скелетом. Чертовщина какая то !

Но тот уже добыл частичку . Он тупо вырезал по кругу шкуру, а затем резко дернул и замер в ступоре. В его руке поблескивала чешуйка твари, а за ней тянулось сломанное подобие кости.

Волосы на затылке зашевелились, понимая весь масштаб трагедии. Шкура твари служила продолжением скелета, а точнее его защитой, скрепляясь с внутренностями редкими прожилками. Ему просто повезло, что от удара в ней сломалось пару звеньев хитрой цепочки, позволяя лицезреть содержимое неизученной особи.

Внутри зашевелилась такая же зеленая жижа, предположительно служившая кровью. Ткани начали медленно восстанавливаться, отращивая новую кость. На его глазах дыра зарастала.

-Не место для дрыгалки, а вот погадать на кофейной гуще придется немедленно, - процедил Роман, отшатываясь от трупа, как от огня.

Перевел взгляд на голову и бросил образец на землю, схватившись за бластер. Не успел… Догадка слишком поздно достигла его разума.

Звериный обезумевший взгляд с насмешкой смотрел в его сторону, а задняя часть тела , что по сути должна была отвалиться, нависала уже над ним.

Резкая боль в груди и тихое хлюпанье отвлекли внимание командира от "занятного" дела.

- А разводить кофейные посиделки прям ме… - поднялся он, переводя взгляд на подозрительные звуки.

Роман висел в метре от земли на конце хвоста рептилии, что торчал из груди кровавым придатком. Из его рта бесшумно хлестала кровь, словно вместе с наушником у Родиона забрали способность слышать.

-Ебаный покоребаный… - прошептал в пустоту .

Вторая голова ящерицы поднялась и уставилась на него, разевая пасть, из которой прорвавшейся плотиной сорвался поток кислоты.

Он сделал ловкий кувырок в сторону, уклоняясь от яда, и сразу же выпрямился. Скользнул взглядом на то место, где еще пару минут назад вместо мозгов была дыра.

От увиденного споткнулся и еле удержался, чтобы не рухнуть на задницу.На месте дыры уже виднелись мягкие ткани, которые по непонятным причинам начали регенерировать с бешеной скоростью.

По его телу прошлась волна заторможенности, а затем сменилась неистовой яростью. Он все понял, но не сразу, и предпочел действовать. Достал из-за спины тесак и решительно двинулся спасать брата. Или забирать тело ...

Полуживой Роман обмяк, понимая , что на этом его служба в КООС, да и жизнь в целом, закончена. Он перестал бороться, уже кутаясь в мантию смерти, как в одеяло.

Он прохрипел приближающемуся брату слова, указывая дрожащим пальцем, из последних сил поднятым вверх, на то, что было сзади. В его глазах было невозможно разглядеть эмоций, потому что страх неизбежности их тупо искоренил.

Родион притормозил и обернулся, забывая, куда бежал.На высоте отряд "Филин" испепелял тварей в прямом смысле этого слова. Бойцы нажимали на курок огромного необьятного оружия, которое выплевывало огонь, подобно этим тварям. Рептилии корчились в муках, издавая адский рев, а их чешуйки моментально сгорали, растворяя в воздухе пепел.Это зрелище напоминало изгнание дьявола из одержимого тела или убийство вампира, выведенного на свет.

Как так получилось, что они почти добрались до их главного центра, Родион не знал. А еще больше мучил вопрос, как КООС так быстро нашло способ их убить?

Он застыл, краем глаза заметив движение. Еще одна рептилия выползла из-за соседнего строения, волоча в пасти окровавленную конечность, некогда бывшую рукой верного товарища. Казалось, они пытались окружить его, словно понимали, кто перед ними.

В этот момент существо, инстинктивно отомстившее за утраченный кусок плоти, отбросило свой хвост вместе с телом жертвы, что болталось на нем, словно брелок на связке ключей. Отделенная часть врезалась в стену соседнего здания и застряла там, а тело, подчиняясь законам гравитации, судорожно раскачивалось. Затем, под тяжестью собственного веса, оно рухнуло вниз, тяжело шлепнувшись о землю, словно мешок с костями.

Родион вздрогнул и рефлекторно вскинул тесак. Тварь ощерилась, демонстрируя ряды острых, как бритва, зубов. Кровь стекала по ее морде, смешиваясь со слюной, и капала на раскаленный асфальт. Он понимал, что времени почти не осталось. Роман, истекая кровью, нуждался в его помощи. Но эта тварь стояла между ними, преграждая путь к брату и надежде на спасение.

Ярость, захлестнувшая Родиона с новой силой, подавила страх. Он ринулся вперед, тесак рассек воздух со свистом. Огнемета под рукой не оказалось, и клинок был его единственным шансом. Удар пришелся точно в шею рептилии. Тварь взвыла, отшатнулась, но не упала. Ее толстая шкура лишь слегка пострадала. Она набросилась на Родиона, клацая зубами, пытаясь вырвать кусок мяса.

Он увернулся, отпрыгнул назад, избегая смертоносных челюстей. Земля дрожала от топота ее лап. Родион понимал, что в открытом бою ему не выстоять. Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь найти хоть какой-то выход.

Он огляделся в поисках укрытия, хоть чего-то, что могло бы дать ему преимущество. Его взгляд упал на полуразрушенную автобусную остановку. Не лучшее убежище, но лучше, чем ничего.

Родион, лавируя между обломками, побежал к остановке. Тварь, издавая яростный рев, бросилась за ним. Он успел нырнуть за искореженный металлический каркас, когда рептилия обрушила на остановку всю свою мощь. Металл заскрежетал, осколки стекла полетели во все стороны.

Выглянув из-за укрытия, Родион увидел, что тварь пытается пробраться к нему через пролом в стене. Ее злобные глаза горели жаждой крови. Он знал, что это его шанс. Времени на раздумья не было.

Собрав всю свою волю, Родион выскочил из-за остановки и, словно обезумевший, бросился на рептилию. Тесак снова взлетел в воздух, на этот раз целясь в уязвимое место – в глаз. Лезвие вонзилось глубоко, и тварь издала душераздирающий вопль, наполнивший воздух. Она забилась в конвульсиях, пытаясь вырвать из себя тесак, но было слишком поздно. Жизнь покидала ее огромное тело. Но лишь на время.