Диаблеро 2

Глава 17.

Дальше по расписанию шёл спортзал, но чем конкретно там предстоит заниматься, указано не было.

В зале меня встретил спортивного вида мужик: лысый, подкачанный, с татухами военной тематики. Представился тренером по физической подготовке и рукопашному бою. Отметил меня в электронном журнале и отправил в качестве разминки нарезать круги по залу. Я возмутился: почему не на беговых дорожках? Народу здесь набралось прилично; если бегать по периметру зала, то придётся толкаться, мешаться, постоянно ожидать, что в тебя прилетит мячом. Тогда мужик вывел меня на улицу, на расположенный под открытым небом и огороженный высоким сетчатым забором небольшой стадион и отправил бегать по окантовывающей его трёхполосной беговой дорожке. Двадцать кругов.

Типа, хотел дорожку — получай дорожку. Я прикола не оценил и вообще не вкурил: чего он завёлся? Были же в зале тренажёры, беговые дорожки, причём свободные — почему бы как белому человеку на них не разогреться?

На первом круге проснулась Сири, выселилась из меня и побежала рядом, красуясь своим вторым скином доспеха — тем, который красненький. Вероятно, здесь было безопасно. Воспользовавшись этим, мы с ней провели экспресс-брифинг и краткий разбор полётов.

По её экспертному мнению выходило, что Андрюха работал на КГБ, не иначе. В разговоре проверял меня по типовым методикам: напоил, втёрся в доверие, сказал немного правды и ка-а-ак давай про Замеса выпытывать! Так-то я про этого самого Замеса вообще ничего знать не должен был. Выходит, что я прокололся, и впредь за этим четырёхглазым чекистом надо будет смотреть в оба. Сири, в свою очередь, удивилась, узнав, что он селект, так как она в упор не видела его хитов.

Насчёт пати толком ничего не сказала, так как при жизни всё больше склонялась к одиночным странствиям. Однако отметила, что, скорее всего, всё это правда: и то, что мажор тупо не взял меня в пати, а только сделал вид, и то, что членство в пати, кроме бонуса в опыте, других плюшек особо-то и не даёт.

По поводу секса с другими девушками моя синхронизированная возлюбленная отозвалась неоднозначно. Однозначно она относилась к любой моей сексуальной партнёрше, к которой я не испытывал любви, как к секс-кукле. К продвинутой, навороченной, суперсовременной, но всё же игрушке. Занятие сексом с игрушками она за измену не считала — как, например, не считала изменой ту же мастурбацию.

Более того, она, напротив, поощряла меня в поиске сексуальных партнёрш, предлагая методом проб и ошибок найти тех из них, к которым она сможет более-менее стабильно подключаться. Тогда секс вообще станет обоюдным: Сири ведь тоже будет его ощущать, хоть и с чувствительностью, уменьшенной наполовину. Как вариант для улучшения стабильности подключения она предлагала на первое время искать девушек с низким показателем харизмы или физически ослабленных, избитых, невменяемых — ведь все эти факторы увеличивают шанс успешного подключения к ним. Если честно, так себе предложение…

С соединением со мной как с хостом дела обстояли гораздо плачевнее, чем с подключением к носителям. Если в носителях она получала половину урона и удовольствия, то во мне изначально не получала ничего: ни урона, ни удовольствия. По факту она словно упаковывалась в меня или садилась за экран компьютера. Даже при том, что первые 40% симпатической синхронизации как раз давали ей возможность ощущать мир моими органами чувств, это не было похоже на владение настоящим телом. Она реально могла почувствовать вкус еды, дым сигарет, опьянение от спиртного, удовольствие от секса, но непосредственного участия не принимала — словно смотрела кино. Чувствительность была стопроцентной, но она словно транслировалась сразу в мозг, напрямую, минуя другие органы. Да и ощущения во время секса, воспринимаемые через мужские половые органы, ей как-то не особо понравились.

Пожалуй, наибольшую чувствительность в настоящий момент Сири имела в виртуале.

— Ну, мы, в принципе, можем попробовать заняться любовью и там… — кокетливо заявила Сири, но мне это кокетство показалось натянутым, словно она чего-то опасалась. — Технически всё к этому подготовлено…

Я остановился и внимательно посмотрел на напарницу. Она отвела взгляд, но постаралась сделать это как можно более естественно — типа, ой, какой красивый цветочек я только что заметила!

Вероятно, синхронизация действительно была обоюдной, поскольку я ясно почувствовал то, что чувствовала Сири. Подключение к моим партнёршам она воспринимала как компьютерную игру, как надевание костюма, как сублимацию и не относилась к этому серьёзно. Для неё был не важен результат, поскольку он для неё не был настоящим. Её настоящее тело, настоящая она жила в виртуальной реальности. И там она всё ощущала на сто процентов, а может, даже больше. Это была её реальность, и всё, что там происходило, было для неё более чем серьёзным. Не удивлюсь, если в виртуале она мне даст только после того, как я на ней женюсь. Настолько всё было серьёзно.

— Хорошо, — осторожно сказал я. — Но я не тороплю и не настаиваю. Надеюсь, мы сможем подойти к этому моменту естественно. Или не подойти.

— Ага, — к Сири вернулось игривое настроение. — Кстати, чтоб ты знал и чтоб не возвращаться больше к этому вопросу: заниматься сексом — это одно, а заниматься любовью — другое. Я нормально отношусь к отношениям на стороне и доходчиво объяснила почему. Но если ты полюбишь другую, наша синхронизация стремительно поползёт вниз. И в итоге, скорее всего, наши отношения станут чисто деловыми, и наши дорожки разбегутся на ближайшем перекрёстке. Фирштейн? Блудить — блуди, а вот любить — ни-ни!

Я как бы фирштейн. Вообще я считал, что любовь — это проклятье, если она неразделённая. А в обоюдную не верил. Так что тут Сири, наверное, ничего не грозило. Или не светило? Была ли у нас взаимная любовь — я не знал, но загружаться этой темой в понедельник с утра точно не хотел.

В итоге я пробежал всего два круга вместо двадцати, после чего посчитал себя достаточно разогретым и решил вернуться в зал. Как там? О спорт, ты — жизнь… Вообще, спорт я теперь воспринимал как пустую трату времени. У меня же есть характеристики, и мои физические параметры теперь зависят от них. Занятия спортом в лучшем случае ничего не дадут, а в худшем — навредят. Ну, там: лишняя трата калорий, износ суставов, вывихи и растяжения, мозоли, запах пота.

То же и с рукопашным боем. Эта туфта не для меня. На ножевой бой можно походить: выработать привычку, рефлексы, прочувствовать имеющиеся знания, закрепить их. Да и на другое «простое оружие» — дубинки, топоры, сапёрские лопатки — тоже можно. Рукопашных же навыков у моего класса не было, и развивать их я не планировал.

Возвращаясь в здание санатория, я поймал себя на стойком ощущении дискомфорта. Что-то с чем-то явно было не так, но с чем именно — не мог сообразить. Ладно, потом само придёт.

Тренер со мной не согласился, заявил, что «рукопашка» — это царица полей и знать её надо каждому. Он не поверил, что я так быстро пробежал двадцать кругов, и, видимо, решил преподать мне урок. Ну, я так понял. Мне предстояло выйти на ринг и в дружеском спарринге показать ему, чего я могу или не могу. Это позволит тренеру оценить мой реальный уровень и составить оптимальную программу обучения.

Мы разделись по пояс, нацепили шлемы и перчатки и проследовали к небольшому прямоугольному рингу, расположившемуся у одной из стен. Многие не занятые «спортсмены» записались в зеваки.

Начал он, безусловно, за здравие. Чувствовался опыт, усердные каждодневные тренировки, пояса, даны и прочая выслуга лет. Он не избивал меня, нет, он издевался, так сказать — прилюдно порол.

Стиль боя я так и не определил: он бил и руками, и ногами, и совершал броски. Ни бокс, ни карате, ни дзюдо — какая-то смесь. Может, некий русский рукопашный бой — мы же любим всё агрегировать в силу своего геополитического положения. Однако, как бы там ни было, система была эффективной, и со всеми своими «сверхами» в рукопашке я ничего не мог ему противопоставить.

Кончил же он за упокой. В очередной раз падая на покрытый матами пол ринга, я передал управление телом Сири с напутствием: «Давай, порви его, детка!» А что, подходящий случай — проверить смежный контроль и прокачать синхронизацию… Этакий двойной прыжок веры: победит она злого каратэка или нет?.. вернёт мне тело или нет?..

Ощущения были странные: я стал гостем не только в своём теле, но и в своей голове. Глаза мне больше не подчинялись, периферийное зрение исчезло. Я словно смотрел в телевизор, или в окно, или в аквариум. Контроль над телом тоже пропал, а сенсорная чувствительность организма решительно притупилась.

Зато появилось новое, недоступное людям восприятие пространства. Оно накладывалось на привычные чувства, но не мешало им, а скорее дополняло. Если попытаться сосредоточиться только на нём, отрешиться от остальных органов чувств, то мир вокруг становился тёмным, лишённым света, а все предметы вокруг становились словно состоящими из тонких светящихся контурных линий и полигонов, как в графическом редакторе. При этом взаимодействие контурных линий друг с другом становилось более очевидным, понятным, предсказуемым, более логичным, оцениваемым математически. Я видел все параметры и величины: рост, размер, площадь, силу воздействия, скорость. Я и раньше их видел, но условно, приблизительно, на глазок — теперь я знал их точно: в граммах, миллиметрах, децибелах. Это было очень необычно, но не вызывало отторжения, скорее наоборот.

Ещё я ощущал порядочную дисторсию времени: оно ощутимо так растянулось, словно я вошёл в игровой режим bullet time.

Скорее всего, это было связано с психологическим временем личности самой Сири, со скоростью её мышления, которое явно превосходило моё собственное, вследствие чего всё происходящее для меня словно бы замедлилось.

Сири между тем начала действовать. Каким-то невероятным, ломаным, дёрганым движением, нарушающим законы притяжения и механики, она не дала моему телу упасть на маты: вывернулась, изогнулась, сместилась и вновь оказалась на ногах. Этот манёвр не остался незамеченным противником, и он со словами «О, пошла жара!» попробовал нанести несложную комбинацию из пары ударов руками и ногой — прощупать обстановку, так сказать.

Показатель интеллекта у меня был ниже: логично предположить, что я воспринимал только часть того, что видела сама Сири. Её процессор работал быстрее, качественнее анализировал ситуацию, отслеживал динамику, просчитывал варианты развития. Ассистентка била на опережение: куда-то в сочленения суставов или связки мышц. Три удара — и руки противника, и его правая нога отсохли и повисли плетьми. Центр тяжести автоматически перенёсся на оставшуюся здоровой ногу и установился в весьма шатком положении. Тренер как бы сообразил, что что-то пошло совсем не так. Он выглядел как волк из мультика «пес и волк» когда пес завалился к нему второй раз. И даже начал открывать рот, вероятно, чтоб сказать знаменитое «шо, опять?!», но - не успел.

Сири мощным апперкотом, в который было вложено движение всего тела, вся его масса и сила, нанесла ему удар в подбородок. Силой удара противника приподняло и два раза прокрутило вокруг оси. После падения на мат инерцией его вынесло за пределы ринга и швырнуло на пол.

Ничего так фаталити, эпичненько!

Ассистентка вернула мне контроль над телом со словами: «Мавр сделал своё дело, мавр может уходить…»

Я подошёл к краю ринга: противник был в отключке, но вроде дышал. Если честно, я ликовал — всё прошло как нельзя более хорошо. Овердрайв оказался просто суперской вещью. Во время этого действия я не мог по желанию взять и вернуть своё тело: эта возможность была заблокирована, и Сири реально забирала его. Но! Овердрайв был ограничен по времени. Вероятно, при дальнейшей синхронизации время его действия увеличится, но сейчас он просуществовал бы секунд пятнадцать-двадцать, не больше. По истечении этого срока контроль над телом автоматически бы вернулся мне.

Более того, в ходе эксперимента я понял, что в том случае, если я потеряю сознание, Сири, взяв контроль над телом, подарит нам ещё пару десятков секунд дееспособности. И это круто.

Ну и да, я испытывал удовлетворение от того, что абьюзер был наказан, пусть даже не мной лично. Полагаю, я мог бы его убить самостоятельно, но вот преподать урок — нет.

> [!warning] Системное сообщение

> Получено опыта: +3 ХР!

> Опыт: 468/900 ХР

> Получено состояние «истощение: 1-я стадия»…

М-да, негусто, хотя на самом деле не совсем понятно, за что его дали: я-то практически в драке не участвовал. Может, вообще начислили за первое использование смежного контроля… Чувствую, намучаемся мы с получением опыта. Ведь его не местная Система начисляет и не правительство, а Зариэль. Она дьявол — это значит, огромные пласты опыта зарыты на ниве борьбы с демонами. Это явно самая выгодная статья. Потом, скорее всего, идут ратные подвиги. Тупое избиение безобидного тренера по рукопашному бою явно на такой подвиг не тянуло.

Полагаю, что и убийство убийству окажутся рознью: всё будет зависеть от того, кого убить, как убить и за что убить. Возможно, повышенный опыт будет идти за добрых существ. Также, вероятно, за осквернение святынь — хотя вру, это скорее у демонов. У дьяволов может даваться за успешные соблазнения, обманы и контракты, за беспрекословное подчинение приказам старшего.

Второй неприятный момент — это полученный дебафф. Сири вывела информацию об «истощении», и, честно говоря, та пугала:

Степени истощения:

1-я: Помеха при проверках характеристик

2-я: Скорость уменьшается вдвое

3-я: Помеха при бросках атаки и спасбросках

4-я: Максимум хитов уменьшается вдвое

5-я: Скорость снижается до 0

6-я: Смерть

То есть после шестого использования Овердрайва меня ждёт смерть. Причём дебафф был гадкий: он снимался продолжительным отдыхом, но не полностью, а всего лишь понижался на одну стадию.

Как бы там ни было, впечатление о себе надо было закрепить — мне же с ними ещё дальше работать. Я картинно повёл головой вправо-влево, хрустнув шеей, и, развернувшись, направился на выход. Но, вспомнив популярный в детстве анекдот про Чапая и ключи от каратэ, громко произнёс:

— Когда очнётся, передайте ему, что это был первый ключ от паровоза…

Дальше по расписанию шла отработка и закрепление классовых навыков. Не знаю, как это будет происходить, но, исходя из общей тенденции этого всратого понедельника, мне предстоит как минимум магическая дуэль со следующим тренером.

Указатели привели меня на полигон. Тренером на этот раз выступил не кто иной, как Парагон. Вынужден признать, что, несмотря на мою лютую неприязнь к этому индивидууму как к классу, его роль в качестве тренера варлока была вполне обоснована ситуацией. Кто лучше варлока объяснит другому варлоку все нюансы выбранной ими профессии?

— Всё-таки будешь делать из меня мажора? — уточнил я.

— Поскольку все инструкторы сейчас в разъездах, твоё обучение начну я, — для проформы пояснил мажор. — Объясню нюансы, дам советы, поделюсь опытом и наработками.

Курс молодого чернокнижника мы начали со стрельб. На предоставленной мне дорожке в тире, метрах в двадцати от ограничительной стойки, выкатился разлинованный разноцветный манекен.

— Из заговоров у нас совпадают «Мистический заряд» и «Ядовитые брызги», если не ошибаюсь? — уточнил Варлок-4.

— Только «заряд», вторым заговором я взял «Оберег», — открестился я.

— Бессмысленный выбор, — резюмировал тренер, — но ты сможешь сменить заговор на четвёртом уровне.

— Да-да, — согласился я, — заменю на «Верный удар».

— Дело твоё, — интонация была ровной, но во взгляде старшего товарища промелькнуло явное неодобрение моего выбора. — В любом случае главным выбором чернокнижника является «Мистический заряд». Его отработкой и займёмся. Произведи десять выстрелов в голову манекена, — распорядился блондинчик и отошёл назад, к стойке с терминалом.