Анив'эК. История одного дракона

Глава 2. Дракон и человек

Два года пролетели как один день, заполненный встречами у дуба, прогулками по лесным тропинкам, спорами обо всем на свете, свежей выпечкой, украденной из дворца и запахом липы и розмарина. Дружба человека с драконом по-настоящему окрепла.

За это время они научились доверять друг другу, ценить поддержку, дарить тепло.

При дворе Айри не хватало не просто единомышленника, а того, кто был бы равен ей по интеллекту, и она была крайне удивлена, найдя в драконе не только эти качества, но гораздо больше – он оказался умнее, начитаннее и мудрее ее, по сравнению с древним ящером она была обычным ребенком.

Тем не менее, как ни странно, у девушки и дракона нашлось много общего!Оба выросли почти что в клетках – Айри была пленницей во дворце, и ей запрещалось делать то, что она хочет, а АнивэК находился под неусыпным контролем и опекой своей семьи, которая ограничивала его во всем, таким образом стараясь оберегать от одной им известной опасности. Они были как две стороны одного крыла: разные по характеру и темпераменту, но, казалось, идеально дополняющие друг друга. Вспыльчивой и жесткой Айри нравились спокойствие и мягкость, присущие Ани, в то время как дракон восхищался ее решительным характером, уравновешивающим его излишнюю рассудительность и привычку просчитывать каждый свой шаг. К тому же тщательно скрываемые в своих кругах эмоции вырывались наружу, когда эти двое оставались наедине. Иногда они могли смеяться над простой шуткой до боли в животах, а могли искренне грустить над тушкой попавшей в капкан лисы. Когда они были вдвоем, Ани не чувствовал себя таким одиноким и потерянным, а Айри дружба дарила мечту о свободе, которой она была лишена во дворце.

Свобода Чувство, когда ты летишь сквозь бурные потоки воздуха, давая им подхватывать тебя, нести вперед, даря ощущение безграничных возможностей.

АнивэК никогда не забудет свой первый полет.

В тот холодный зимний день, через четыре месяца после знакомства, Айри встретила его на опушке леса с загадочным видом и книжкой «Драконий полет» в озябших руках.

– Ты опять забыла перчатки? Откуда такая нелюбовь к своим рукам? – сварливо спросил дракон. За эти несколько месяцев он привык видеть ее дрожащие от холода пальцы – Айри не столько не любила перчатки, сколько просто о них забывала, а Ани при виде ее заледеневших рук всегда хотелось согреть их. В моменты, когда пальцы уже отказывались слушаться, принцесса частенько отогревала их о теплую чешую дракона. К следующей зиме АнивэК подойдет более подготовленным: у эльфов он закажет сумку с завязками специально на свою лапу, в которой будет носить для нее перчатки и плащ от непогоды.

Айри не придала его словам значения и, улыбнувшись, сообщила, что драконы учатся летать, когда им исполняется сто лет и их крылья достигают максимального размера, так что совершенно непонятно, почему родные не захотели обучить его этому полезному навыку.

– Дай-ка посмотрю эту книгу? – попросил ящер и внимательно изучил обложку. – Откуда она у тебя? Я никогда не видел книг о драконьем полете!

– Нашла на дальней полке королевской библиотеки – отмахнулась принцесса, умолчав, что полка та находилась в закрытой секции, предназначенной исключительно для магов. – Ты ходишь в библиотеки? – с сомнением спросила девушка.

– Нет, конечно, – фыркнул ящер. – Учителя приносят мне книги.

Она попросила Ани расправить крылья и попытаться взлететь. Больше часа они потратили на это, но все без толку: он разбегался, прыгал на месте, неистово махал огромными перепончатыми крыльями – все было напрасно.

Тогда у Айри возник другой план. Рискованный.

Она повела его к краю высокого обрыва, нависшего над туманным ущельем. АнивэКа мучало дежавю из его кошмаров и плохое предчувствие. Дыхание дракона сбилось, он хватал влажный воздух ртом и к кончикам лап ледяной тяжестью приливала паника. Они поднялись на самый верх, и у дракона уже кружилась голова. В своих кошмарах он ни разу не смог взлететь. Ни разу! Но бесстрашную принцессу было не отговорить! Она взобралась ему на спину, несмотря на все протесты друга. Она верила в него, в его способности, верила так сильно, что поставила на кон свою жизнь. Он не мог ее подвести. Не мог отступить и выставить себя трусом.

Подойдя к самому краю, мысленно ругаясь самыми последними словами, Ани крепко зажмурился и сделал шаг вперед. Всего один шаг, и вот уже он летит Вниз. Ему показалось, что падение длилось вечность, что его кошмары ожили. Но тут его могучие крылья сделали все за него – расправившись, они понесли их вперед, навстречу ветру и свободе. Айри звонко смеялась, крепко вцепившись в роговые выступы на его голове, а он задыхался от переполнявших голову переживаний: радость граничащая одновременно с абсолютным восторгом и раздирающей грудную клетку гордостью за свою силу и отвагу, приправленные липким чувством вины перед родителями за то, что нарушил запрет.

В тот день он впервые почувствовал себя взрослым, готовым к чему-то новому, и, засыпая, мог думать лишь о полете и свободе, теперь навсегда связанных для него с Айри.

С тех пор они иногда надолго взмывали в небо и носились на полной скорости, подхваченные бурными потоками воздуха и смелыми мечтами. АнивэК искренне любил эти моменты! Несмотря на то, что летать на драконах в их стране было запрещено, они забирались подальше от городов, чтобы не попасться на глаза. Ящер обожал чувствовать легкий вес принцессы на своей спине и слышать задорный смех. От ее прикосновений чешуйки как-то по-особенному вибрировали, отдаваясь звоном во всем его могучем теле. Дракону были особенно дороги мгновенья, когда принцесса подходила к нему ближе, и он мог чувствовать запах волос – цветущая липа и пряный розмарин, – не похожий ни на какой другой. Ани тонул в этом свежем аромате – жаркий летний день в дышащем свежестью лесу.

Зима была самым нелюбимым временем года для Айри: трав в лесу не было, и обычно она просто бесцельно бродила по лесам и полям. Но появление АнивэКа внесло приятное разнообразие в ее прогулки. Впрочем, и жизнь дракона тоже стала веселее. Принцесса оказалась не самым спокойным попутчиком – ее интересовало все на свете, и вместе они периодически попадали в переделки. В первую и вторую зимы АнивэКу пришлось дважды вытаскивать принцессу из ледяной воды: сначала, игнорируя его предостережения, она пыталась перейти горную речку, и лед треснул – благо, река была не глубокой, но Айри вымокла до костей, окунувшись с головой. Второй раз заставил Ани понервничать по-настоящему.

В тот ясный морозный день в конце зимы солнце было обманчивым – ярким, но совершенно не греющим. Айри, опьяненная редкими часами свободы и прозрачным ледяным воздухом, смеялась, кружась на замерзшем озере у подножия хребта. АнивэК стоял на берегу, нервно переступая мощными лапами; чешуя на его загривке подрагивала – он кожей чувствовал, как стонет озерная гладь.

– Айри, назад! Лед здесь слишком тонкий! – в очередной раз крикнул он: обычно спокойный голос сорвался на рык.

– Ну ты и паникер! Сейчас подойду к – договорить она не успела.

Раздался короткий, сухой звук, в тишине леса похожий на раскат грома. Лед под сапогами принцессы разлетелся паутиной трещин. В один миг мир раскрошился на мелкие осколки: взмах рук, испуганный выдох, и темно-синяя вода поглотила рыжее пятно ее волос.

Для АнивэКа время схлопнулось до одной секунды. Его хваленое драконье спокойствие превратился в первобытный ужас. Драконы ненавидят холодную воду – она сковывает мышцы, тянет ко дну, как каменная плита. Но сейчас он не раздумывал.

С тяжелым всплеском ящер обрушился на лед, проламывая его весом своего тела. Вода обожгла грудь, дыхание перехватило. Под водой всё было темным и пустым. Понадобилось время – секунды минуты года – пока он увидел ее – крошечную, судорожно бьющуюся в тяжелых меховых одеждах, которые тянули вниз, в ил.

АнивэК рванулся вперед. Он действовал не как зверь, а с абсолютной хладнокровной точностью, которую приобрел, листая хрупкие свитки огромной лапой, умудряясь их не повредить. Своим длинным когтем, способными дробить гранит, он бережно подцепил край плаща.

Когда они вынырнули, Айри молчала. Её кожа была белее снега, а губы отливали синевой. Лишь вымокшие локоны яркими искрами вспыхивали на солнце. Ани вынес её на берег, чувствуя, как от его собственного тела исходит жар – драконья кровь закипала от паники и страха.

Он прижал девушку к своей теплой чешуе на животе, укрыв крылом, словно живым одеялом.

– Дыши! – хрипел он, чувствуя, как сердце колотится о грудную клетку. — Только не смей засыпать, слышишь?

Айри затрясло в припадке кашля, и она вцепилась ледяными пальчиками в его жесткую чешую. А АнивэК впервые понял, насколько хрупка жизнь существа, ради которого он был готов идти против правил своего рода.

Дракон велел ей открыть сумку на его лапе и достать запасной плащ, потом полетел в ближайшую деревню, чтобы ее отогреть: всю дорогу Айри распевала песенки на его спине, отчаянно стуча зубами. Поначалу Ани смущали ее шутливые стишки и песенки, сочиняемые «на ходу», но потом он понял – это лишь способ скрывать свои страхи и сомнения, и зауважал еще больше.

Сам же дракон во время одной из длинных прогулок попал лапой в охотничий капкан, но благодаря толстой шкуре почти не пострадал – хотя принцессе едва удалось высвободить его. В тот день Айри поделилась с ним своим желанием навсегда запретить использование капканов в охоте, потому что, по ее мнению, они обрекают животных на долгую и мучительную смерть.

АнивэК живо интересовался жизнью принцессы и как-то раз, прогуливаясь весной по размытым дождями дорогам, решился расспросить, почему хранитель трона Лаврий держит ее при дворе и как так вышло, что она может покидать дворец без сопровождения. Айри одарила его одной из своих отточенных озорных улыбочек:

– Готов к уроку истории, дракон?

– Увольте, ваше высочество! У меня он был вчера и длился четыре с половиной часа!

– Тогда я начну! – сделав вид, что не услышала ни слова, девушка откинула длинную косу и начала: – В Загорье было всего лишь две правящие династии: Парио и Рикардо. Однако вот уже на протяжении двух столетий Загорьем правят «временные» государи – так называемые «хранители трона»

– Серьезно? Ты до сих пор называешь их «временные»?! На самом деле они уже давно считают себя постоянными и передают трон от отца сыну, – недовольным басом добавил раздосадованный Ани. Айри согласно кивнула.

Они вышли на довольно широкую дорогу, вдоль нее тянулся ряд разрушенных построек – раньше здесь было поселение, но местные уже давно его покинули.

– Правящие династии Загорья угасли или же не имеют прямых наследников. Первая правящая династия – Парио. Я их потомок.

Между тем они остановились у остова старой кузницы.

– Посмотри на эту разруху, Ани! Мои предки правили страной восемь сотен лет! Тогда в этих кузнях горел жаркий огонь, в мастерских кипела жизнь! А теперь? – она пнула обломок обугленного камня. – Лаврий и его предшественники превратили все в руины!

Дракон задумчиво покопал когтем остатки пола, ему показалось, что в воздухе все еще пахнет дымом и пеплом. Айри тяжело вздохнула и проговорила:

– Тысячу лет назад

– Издеваешься?! Может еще пораньше начнешь рассказ? – раздраженно прервал ее ящер.

– Будешь бухтеть, и начну! – процедила сквозь зубы девушка и как в чем не бывало продолжила: – Так вот, тысячу лет назад, во время войны с темным войском мятежного демона Кеера, когда поражение казалось неизбежным, один из верных рыцарей короля – Сириус из рода Рикардо – сошелся в поединке с демоном Кеером. У Сириуса был необычный меч небесно-голубого цвета – по легенде, он был выкован гномами в эльфийских кузнях и способен ранить даже демона

– Да-да! – снова перебил ящер. – А еще говорят, что тому, у кого в руках этот меч, помогают ангел и демон – глупые сказки для детей! Давай уже поближе к делу – почему ты живешь во дворце с Лаврием, а не со своей семьей?

Принцесса закатила глаза и специально неторопливо продолжила:

– В любом случае, Сириус сумел ранить Кеера этим клинком, вымоченным в демоническом сонном отваре, – Айри задумалась. По ее остекленевшему взгляду Ани понял, что она погрузилась в свои алхимические мысли и обдумывает, что же за отвар такой.

– Короче, Кеер уснул, тогда демоны и забрали его обратно во Тьму, где заточили в клетку, – скороговоркой вставил дракон, чтобы отвлечь принцессу от алхимии.

Она кивнула и продолжила:

– За этот подвиг рыцарь был вознагражден – король из рода Парио, у которого не было прямых наследников, перед смертью отдал свою корону в руки Сириусу, а вместе с ней и судьбу Загорья.

– Скорее обрек его на мучения, – усмехнулся АнивэК. – Править послевоенной страной – то еще «вознаграждение»! Король явно за что-то невзлюбил Сириуса! Так какое это отношение имеет к тебе?

– Во время правления великой династии Рикардо страна достигла своего расцвета. Но и династия Парио никогда не покидала дворца – у трона правителя всегда был советник из моего рода. Рикардо восседали на троне почти тысячу лет Что до меня – потомка Парио – меня взял в семью хранитель трона Лаврий, чтобы укрепить свои притязания на престол и предотвратить посягательство моих родственников, – закончила Айри и они молча двинулись дальше.

АнивэК тяжело сглотнул, поняв кое-что о ее характере: он хорошо помнил, какой замкнутой она была сначала – не любила рассказывать о жизни во дворце, но с течением времени, проникаясь доверием к добродушному и открытому Ани, она и сама научилась чувствовать внутреннюю свободу рядом с ним – научилась говорить о себе. Так ящер смог проникнуться сочувствием и уважением к смертной девушке, с таким самообладанием выдерживающей все выпавшие ей тяготы.

Он знал, что ее рано забрали из семьи – она была трофеем при дворе, заложницей хранителя трона, власть которого пошатнулась от глубинной коррупции, взяточничестве в высших дворянских кругах и стремительно пустеющей от растрат казне. Вырастила ее няня, которая была опытным алхимиком. Айри была сильно привязана к ней, но за год до встречи с Ани та умерла. Потеря оказалась для девушки невосполнимой, и от тоски ее спасали лишь прогулки в лесу и поле, где она собирала лекарственные травы, как когда-то делала с няней, а еще работа в лазарете с больными и приготовление лекарственных мазей и отваров. Время во дворце она проводила либо в алхимической лаборатории, составляя новые формулы и испытывая их, либо в библиотеке, изучая книги и рукописи, либо со своим названым братом Микелем, сыном Лаврия. Почти ровесники, они вместе росли, учились всему тоже вместе, и их связала долгая история царивших вокруг придворных интриг и жестокости. Ей пришлось выживать и адаптироваться.

Бесхитростная и мягкая от природы Айри на собственном горьком опыте научилась, что верить нельзя почти никому: во дворце в атмосфере лжи, лести и интриг она прошла долгий путь от доверчивой девочки до замкнутой и закрытой, а иногда и жесткой принцессы, умеющей скрывать чувства, мысли и эмоции за красивой улыбкой. Принцесса никогда не выходила из своей комнаты без меча, спала с кинжалом под подушкой – и это уже многое объясняло о ее закрытом характере. Айри не любила, когда к ней прикасаются чужие; даже легкие прикосновения к ее коже вызывали у нее чувство отвращения, поэтому балы, когда приходилось танцевать с незнакомыми мужчинами, становились для нее настоящей пыткой.

Дорога окончательно превратилась в месиво грязи и снега. Пытаясь обойти очередную лужу, сапог принцессы крепко увяз. АнивэК молча подставил ей лапу и не мог оторвать взгляд от лица девушки, стараясь уловить каждую ее эмоцию, каждое чувство, отраженное в зеленых глазах. Выбравшись на относительно ровную дорогу, девушка с грустью проговорила:

– Жаль, конечно, что последний король рода Рикардо потерял своего единственного сына. Ребенок короля и эльфийки должен был укрепить связи между людьми и эльфами, но вышло все иначе.

– Думаю, слишком опрометчиво возлагать на малыша, который даже не достиг года, такие надежды. Не глупи, Айри! Он мог вырасти полной бездарностью, – ввернул свое мнение дракон.

– Ну, этого мы никогда не узнаем. Это произошло около двухсот лет назад. Того бедного наследного принца во время крестин прокляла ведьма. Даже имя его уже все забыли.

– У эльфов есть легенда

– Какая? – встрепенулась принцесса – она была жадной до знаний.

– Говорят, мать-эльфийка выкрикнула ответное проклятье колдунье: «Когда стране будет грозить настоящая опасность, наследный король вернется! А ты, встретив моего сына в следующий раз, знай, что это знамение твоего краха и скорой смерти!»

–Какая глупость! Ни той ведьмы, ни принца наверняка уже давно нет в живых, а этой стране грозит опасность развала с тех пор, как на престол взошли хранители трона! – разочаровано буркнула Айри. – Последний король Артур сглупил, когда стал преследовать ведьму с небольшим отрядом. Это была засада и его убили. Говорят, мать после этого вернулась обратно к эльфам? Эльфы же не стареют. Может она еще жива? – с надеждой посмотрела она на собеседника.

– Не стареют, – сухо подтвердил дракон, – но сердце ее не выдержало боли и она умерла. Проклятый малыш бесследно исчез. Род Рикардо прекратил свое существование. Вот такой бесславный конец этой красивой истории!

– Знаешь, иногда ч думаю о том расколе, который произошел после того, как к власти пришли хранители трона. И у меня непопулярное в кругах людей мнение

Ани с интересом на нее посмотрел.

– Хорошо, что тогда этот раскол произошел и эльфы с гномами почти никак не связаны с людьми, – она с грустью посмотрела на заброшенную мельницу, мимо которой они проходили. – Ты хоть представляешь, в каком плачевном состоянии пребывает королевство людей? – обронила Айри с горечью. – Казна почти истощена расточительством хранителей трона, высокие посты во всех ведомствах у Лаврия занимают его родственники и друзья, которые берут взятки, воруют и не бояться правосудия! Налоги душат население, добыча полезных ископаемых и производство почти полностью остановилось, армия в упадке, так как денег на ее содержание выделяется крайне мало. Сама же семья хранителя трона и ее приближенные живут на широкую ногу, устраивают балы и званые обеды, в то время как народ голодает, – губы ее скривились и дракон увидел как нервно дернулось плечо под меховой накидкой.

– Если бы все было так плохо, то разве народ не поднялся бы на бунт? – уточнил ящер, с болезненной ясностью осознавая всю глубину проблемы.

– Бунты подавляются жестко, Ани, – пожала плечами девушка, – личная гвардия хранителя трона – настоящие головорезы! Тех, кого задерживают, убивают прилюдно на площадях без суда и следствия! Оставшись без законного правителя, Загорье осиротело. Род Рикардо оборвался, оставив нам только руины и «временных» правителей вроде твоего дяди, – Айри посмотрела на свои руки, все еще испачканные сажей кузницы.

– Значит, спасать нас некому. Ведьма победила, принц стал пылью, а мы с тобой – единственные, кому есть дело до этой разваливающейся страны, – АнивэК шел следом, чувствуя странный холод внутри, несмотря на жар своего тела.

– Интересно, как дела у других народов? – вскинула на него взгляд принцесса – во дворец эти сведения не доходили. Айри подозревала, что Лаврий не хотел знать, как живут другие народы, боялся узнать правду или что ее узнают другие.

– У народов все совсем неплохо. Гномы по-прежнему лучшие каменщики, они добывают руду, обрабатывают металлы и строят кузницы. Эльфы непревзойденные фермеры, скотоводы, охотники. У гномов и эльфов очень тесная связь, они помогают друг другу