(Не)желанная невеста дракона
– Ксалор сделал мне предложение, – парировала я. – Письмо подлинное, вы его читали.
– Понятия не имею, зачем он его отправил, – вырвалось у Рендала. – Веларионы не простят нам этого. Итог может быть ужасен. Для вас. Для Хартвуда. Для леди Марлены!
Ага, взывает к моему разуму и ответственности. Во мне снова вспыхнул строптивый огонек. Было страшно, да. Но пойти на поводу означало остаться ни с чем. Проиграть Ксалору, законам и будущее Марлены.
– Мое решение окончательно, – припечатала я, закрывая тему. – Я становлюсь невестой Ксалора Велариона. Точка.
Рендал уставился на меня с тем же немым порицанием, что и драконья свита днем.
– Тогда… – Его плечи бессильно опустились. – Я вынужден начать подготовку. Согласно обычаю, помолвка должна быть публично объявлена на королевском балу. Ближайший на следующей неделе, в столице. В присутствии их величеств.
Сердце екнуло. Публичное объявление на королевском балу… Сцена готова. Ловушка захлопывается.
– Отлично, – произнесла я, храбрясь. – Подберу самое роскошное платье. И Марлене тоже. Пусть все видят, что Хартвуд возрождается.
Рендал молча поклонился и вышел, оставив меня одну в огромной, внезапно похолодевшей гостиной. Я подошла к камину, где тлели догорающие поленья. Несколько дней. Если точнее, всего четыре. До бала, который все усложнит и для Ксалора, и для меня, поскольку отменить свадьбу станет гораздо сложнее.
Он не допустит публичного объявления. Задумал что-то и будет действовать. Драконы не из тех, кто ждут удара. Они наносят его первыми!
Я закусила губу, глядя на язычки пламени. Ладно, пусть ищет «причину». Вряд ли найдет. Это я заставлю его разорвать помолвку. Заплатить за свою дерзость и учиненное надо мной издевательство.
Удар последовал уже утром: от Веларионов прибыли господа маги для проверки моей совместимости с драконьей энергией и способности продолжить их род. Изящное унижение!
Магов было двое. Один – пожилой, второй – помоложе. Оба с гербом, вышитый на мантиях: клятым драконом, обвивающим пламенеющий меч. Услышав, зачем их прислали, я не сдержалась:
– Скажите, не беспечно ли сперва присылать письма с предложением брака, а лишь потом озаботиться вопросом, возможен ли он физиологически?
Уверена, мои слова будут доведены до сведения Ксалора! Младший маг ухмыльнулся, старший остался непоколебим.
– Такой порядок допустим, леди, – степенно ответил он. – Процедура проверки проводится после выражения взаимного намерения, но до публичного объявления помолвки.
Передо мной, на стол в гостиной, положили темный кристалл размером с куриное яйцо. В нем, словно тлеющие угли, пульсировал золотисто-багровый свет. От него исходило тепло. Древнее. Чужое.
Отпечаток драконьей сущности. Мне предстояло коснуться его и позволить своей магии отозваться. Если наша энергия совместима, кристалл проявит это. Если нет… Считай, Ксалору повезло.
– Пожалуйста, начинайте, – попросил младший маг.
Демонстративно не торопясь, я протянула руку. Провела пальцами по гладкой поверхности.
И мир взорвался.
Точнее, взорвался свет внутри камня: ослепительным золотом, пронизанным жилками алого огня. Заполнил гостиную. Тепло сменилось жаром, пульсирующим в такт биению моего сердца. В ушах зазвенело, волоски на коже встали дыбом. Резонанс… Что-то во мне откликалось на зов этого древнего пламени.
Кристалл вернулся к былой тусклости, но теперь в ней тлел ровный золотой свет с багровыми всполохами.
– Совместимость есть, – произнес старший маг с некоторым почтением. – Ваша магия, леди Корделия, сильна и гармонирует с драконьей энергией. Этого более чем достаточно для продолжения рода.
Я отдернула руку, изобразив робкую улыбку:
– Хорошо. Ведь мне пока неизвестно, какой именно у меня дар.
– Такова природа женщин, леди. У вас он проявляется лишь после… заключения брака. Или от глубокого, трансформирующего душу потрясения, которого я вам не желаю.
Улыбка с моего лица сползла. По их мнению, случившееся здесь три года назад не тянет на потрясение?.. Крики, огонь, кровь. Боль. Дикая, неконтролируемая. То, что я прятала глубже всех тайн, за семью печатями страха и стыда. Никому не понравится мой дар. Боги, только бы он не вырвался наружу когда-нибудь снова.
Маги склонились в поклоне, забрали камень и удалились. Когда их шаги затихли в коридоре, я позволила себе выдохнуть. Все хорошо. Кристалл показал только силу и совместимость, а не суть моего дара. Ксалор получит отчет о проверке. О, как же он будет беситься! Надеялся найти причину для разрыва помолвки? Не вышло.
Глава 4
Три дня без происшествий могли бы стать подарком, если бы я не чуяла подвох. Нервы звенели натянутыми струнами. Боги, до королевского бала и объявления помолвки оставался день. Целый длинный день, и наверняка Ксалор Веларион вынет что-то в самый последний момент! Эта мысль преследовала неустанно, и я каждую минуту подспудно ждала удара.
Старалась не паниковать, по возможности, конечно. Отчаявшись подобрать эффектные наряды в наших с Марленой шкафах, полезла в сундук матушки для «особых случаев», пахнущий лавандой и прошлым. Шелка, бархат, парча… Великолепие классического кроя, не утратившее актуальности, но смотреть на него было больно. Ностальгия, помноженная на горечь утраты. Мы с сестрой бережно перебирали платья долгие часы.
– Ох, какая прелесть! Тебе идеально подойдет… – Марлена расправила юбку парчового золотого платья, расшитого драгоценными камнями. – Примерь. Будешь в нем истинной драконьей невестой.
– Излишне пафосно, – покачала я головой и указала на изумрудный бархат. – Надо что-то посдержаннее, понимаешь? Чтобы не кричать о своем статусе, а тонко намекать.
И не выглядеть полной дурой на фоне вероятного скандала…
– Тогда я возьму это. – Марлена не устояла перед нежно-розовым шелком. Еще бы, это платье было похоже на лепесток пиона. – Элрик такое обожает…
Глядя на ее сияющее лицо, я не сдержала улыбки. Хотя бы ее счастье было реальным, не построенным на лжи и риске.
Выбор платьев немного отвлек. Тревога, разумеется, не ушла. Так, подло притихла на время. Что Ксалор задумал? Его бездействие после визита магов воспринималось затишьем перед бурей.
О, я не ошиблась, буря пришла тем же вечером. Раздался гулкий нарастающий рокот, стекла в окнах задрожали. Угасающее солнце перекрыла огромная тень, пронеслась над башнями, обдав двор ледяным ветром.
– Дракон! – вне себя от ужаса заголосил часовой с башни. – Над замком дракон!
Поднялся переполох: слуги суетливо метались, лошади бились в стойлах. Я выбежала на балкон своей спальни, и желудок скрутило в тугой жгут.
Над замком кружил ящер цвета закатного неба. Да-да, существо из легенд, снизошедшее до простых смертных. Обошлись бы без такой чести, право слово! Зрелище тем не менее завораживало. Глубокий золотистый оттенок переходил в синеву на кончиках гигантских кожистых крыльев и когтистых лап, дыхание клубилось паром в прохладном воздухе.
Ксалор прилетел запугать нас окончательно?.. Но нет, определенно не его энергия.
Дракон опустился к парадному крыльцу с дивной для своих размеров грацией и сложил крылья. Голова на длинной змеиной шее повернулась, глаза-угли уставились прямиком на меня, пронзая насквозь жгучим взглядом.
А затем произошло невероятное, пусть и ожидаемое. Гигантское тело начало сжиматься, светясь изнутри. Чешуя слилась с этим светом, крылья взяли и втянулись. Через несколько секунд на месте громадного ящера возник человек. Высокого роста и завидной стати, в темно-синем камзоле, лишенном всякого лоска. Светлые волосы с проседью у висков, лицо с резкими чертами. Глаза такие же золотисто-янтарные, как у Ксалора, но холоднее, мудрее и глубже. Озеро расплавленного металла под вековым льдом, иначе и не скажешь…
Мориус Веларион, отец Ксалора. Невозмутимый, как гора.
– Леди Корделия Хартвуд, – донесся до балкона вибрирующий голос, полный неоспоримой власти. – Соблаговолите спуститься.
Сердце ушло в пятки, но я кивнула, стараясь не демонстрировать ни капли страха. Мориус показывает силу, устраивая зрелищный спектакль? Нет, ему это ни к чему. Его визит – послание. Весомый, как удар драконьим хвостом.
Я спустилась, заставив ноги ступать твердо. Перепуганная Марлена догнала меня в коридоре и хотела последовать за мной, но я остановила ее и спустилась одна. На ступенях крыльца уже стоял Рендал, заваливая Мориуса льстивыми приветствиями.
– Входить я не буду, – сказал ему дракон в человечьем обличье, едва глядя на моего опекуна, – мы с леди пройдем в сад. Нас не побеспокоят.
Это был не вопрос, а требование. Рендал поклонился, не в силах вымолвить ни слова.
Мы с Мориусом направились в розовый сад. Его осанка была столь прямой, что выдавала врожденное превосходство, въедливый взор скользил по мне как по дорогому, но сомнительному товару, отмечая черты лица, стан и походку. Но видел ли он что-то еще?
– Вы впечатляюще спокойны, – сказал Мориус, едва мы остановились между пышных кустов роз. – Для смертной, только что узревшей облик дракона.
– Вид был безусловно впечатляющим, лорд Веларион, – не стушевалась я. – Но я полагала, что будущая супруга вашего сына должна реагировать именно таким образом.
– Верно. – Уголки строгого рта приподнялись в одобрительной усмешке. – Но, признаюсь, выбор сына стал для меня неожиданностью.
Стало ясно: он не знает о пари, Ксалор не посвятил семью в детали. Для его отца это необъяснимый порыв наследника? Эдакая стыдная выходка?
– Брак – шаг величайшей важности для дракона, – назидательно продолжил Мориус. – Не просто союз, а сплетение судеб, ответственность перед предками и потомками. Неслыханная для смертной честь, но вместе с тем и немыслимое бремя. Жить среди нас по нашим правилам… Леди Корделия, вы уверены, что готовы к этому?
В его словах не было снобизма, только беспощадные факты. Этот брак ему совсем не нравился, но он уважал решение сына.
Внутри меня все вопило: «Скажи ему! Скажи, что это фарс! Пусть запретит!» Однако это было бы и дерзко, и неосмотрительно. Скорее он вынудит меня разорвать помолвку, нежели наложит запрет в ущерб семейной репутации. Сперва делать предложение, а после отказываться без веских причин не позволено даже драконам.
– Лорд Веларион, – я стойко встретила его взгляд. – Я прекрасно осознаю серьезность подобного шага.
Он изучал мое лицо, выискивая ложь. Нашел только стальную решимость. Кажется, это его озадачило.
– Ваша уверенность заслуживает уважения, – произнес он наконец. – Но понимаете ли вы, что отречетесь от привычной жизни? Ваши дети будут дышать пламенем. Вы состаритесь гораздо раньше супруга.
– Понимаю.
Ветер шелестел листьями кустов. Лорд Веларион смотрел куда-то вдаль, за стены сада, в сторону гор.
– Ксалор импульсивен в своем молодом возрасте, – сказал он тихо, больше себе, чем мне. – Надеюсь, он осознает, что делает.
Надеюсь, его сын осознает, как сильно не хочет этого делать! Или отец поможет ему это осознать.
– Если лорд Ксалор передумает, – осторожно вставила я, опустив глаза, – я приму его решение с пониманием. Но свое слово я дала и отзывать его не стану, это было бы недостойно Хартвуда.
Я подчеркнула последнее. Пусть знает – я не сбегу. Позор отказа должен лечь на них. На Ксалора.
Мориус повернул голову, его непроницаемые глаза снова уставились на меня.
– Вы необычная женщина, леди Корделия. До встречи на балу.
Прощаться он не стал. Просто отступил на несколько шагов, и воздух вокруг него снова заструился золотым светом. Форма начала меняться, сквозь ткань камзола проступила чешуя. Через мгновение на дорожке стоял исполинский дракон. Он взмахнул крыльями, подняв вихрь опавших листьев, оторвался от земли толчком мощных лап и взмыл в темнеющее небо, быстро превращаясь в удаляющуюся тень, а затем и вовсе исчез из вида.
Я стояла одна посреди сада, обняв себя руками. Отец Ксалора не одобрял этот брак, это было очевидно. Но он не стал его запрещать. Не стал давить. Лишь предупредил.
Глава 5
Столица встретила нас огнями фонарей и праздничным шумом, но мое сердце стучало в такт не веселью, а тревожному маршу. Карета, увешанная гербами Хартвуда, пробиралась к королевскому дворцу. Напротив меня ерзал Рендал, подпрыгивая на несуществующих кочках. Марлена сидела рядом со мной, сияя в нежно-розовом шелке, как весенний бутон. Ее рука покоилась на моей ладони, согревая своим теплом и подбадривая.
– Ты прекрасна, Корди, – сказала она, когда карета остановилась. – Ох, как же мне будет сложно дотерпеть до объявления твоей помолвки и ничем не выдать, что о ней знаю!
Я поправила тяжелый изумрудный бархат на плечах. Платье было весьма скромным, но безупречно подчеркивало тонкую талию.
– Просто будь рядом с Элриком, – подмигнула я. – Наслаждайся балом. Обо мне не беспокойся.
Мы вышли из кареты на дорожку, устланную алым ковром, поднялись по широким мраморным ступеням. Из распахнутых дверей слышались голоса, смех и музыка, воздух был пропитан ароматами цветов, дорогих духов и воска сотен свечей. Обыденные запахи, но сегодня они душили.
Бальный зал ослеплял. Хрустальные люстры, подобные замерзшим водопадам, лили магический свет, в глазах рябило от позолоты, драгоценных камней и отражений гостей в зеркалах во всю стену. На тронах восседали их величества. Король, седовласый и важный, в парадном мундире. Королева, хрупкая и элегантная, будто бы неподвластная годам. Мы с Марленой склонились перед ними в глубоком реверансе, чувствуя на себе тяжесть их взглядов. Пришлось ответить на стандартные вопросы о том, как поживает наша семья, естественно, не углубляясь в детали.
Пройдя вглубь зала, я тут же увидела его.
Ксалор Веларион стоял у выхода на балкон, окруженный своими пламенными приятелями. Они всегда обособленно держались немногочисленной компанией, но сегодня у них случилось пополнение. Рядом с ним была очень приметная девушка. Несомненно драконица. Изящная, в платье цвета расплавленного золота, облегавшем каждую линию ее безупречного тела. Волосы – огненная медь, собранная в сложную прическу, открывавшую длинную лебединую шею. Ее желтовато-медные глаза скользили по гостям с высоты, на которой обитали лишь боги. Лираэль – мелькнуло в памяти. Из древнего, но менее влиятельного драконьего рода. Я встречала ее однажды – не на балах, на королевской охоте, один единственный раз.
Ксалор повернул голову, наши взгляды на миг скрестились, как клинки. Быстро потеряв ко мне интерес, он что-то сказал Лираэль. Она коротко ответила, положив руку с длинными ногтями на его предплечье. Посыл был предельно ясен: «Вот кто достоин наследника Веларионов, именно на такой мне и положено жениться! А ты на что рассчитываешь, смертная?»
Вдобавок вокруг не стихали обсуждения: «Что происходит, зачем Ксалор ее привел? Лираэль – его невеста?»
Мой кулак сжался под складками бархата, но не от ревности. От бешенства. Он делает это специально, чтобы подчеркнуть пропасть между нами. Я сделала глубокий вдох, успокоилась и… улыбнулась. Широко, тепло, как будто увидела подругу. И направилась прямиком к ним, сквозь толпу, внезапно притихшую. Вслед мне поползли шепотки: Хартвуд идет к драконам? Она с ума сошла? Они же с Ксалором как кошка с собакой!
– Лорд Веларион, – мой голос прозвучал громче, чем я планировала, перекрыв музыку. – Какая прелестная у вас спутница! Представите нас?
В его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся подозрительностью. Лираэль приподняла бровь.
– Леди Корделия Хартвуд, – представил он сквозь зубы, без тени любезности. – Моя… давняя знакомая. А это леди Лираэль Игнисарр.
– О, как приятно! – Я протянула руку драконице, та сдержанно коснулась ее кончиками пальцев. – Я столько слышала о вас и всегда восхищалась родом Игнисарр. Жаль, что вы не посещали балы раньше.
– Меня пригласил Ксалор, – молвила она надменно.
– Конечно… – Я сочувственно покачала головой, глядя на нее, как на жертву несносного ребенка. – Сегодня такой важный для всего драконьего круга вечер.
На лице Лираэль промелькнуло замешательство, она одернула руку. Невозмутимость Ксалора дала трещину – на скуле дрогнул мускул. Его свита замерла, ошеломленная. Они еще не знают?
– Я не понимаю, о чем вы говорите, леди Хартвуд, – отчеканила Лираэль, бросив на спутника взор, полный недоверия. – Прошу меня извинить.
Она резко развернулась и скрылась на балконе, унося с собой облако дорогих духов.
Победа. Маленькая, но сладкая. Ксалор остался стоять без драконицы, окруженный недоумевающими взглядами своих приятелей и всего двора. Он наклонился ко мне и процедил на ухо так тихо, что услышала только я:
– Очаровательно… Что ж, по-хорошему вы не хотите.
– Вы так обходительны с девушками, – ответила я отнюдь не тихо и с нескрываемым ехидством.
Его глаза запылали настоящим драконьим огнем. Я спокойно отошла, внутренне торжествуя. Пусть объясняется со своими… Если пожелает!
Меня мгновенно окружили поклонники.
– Ого, – прокомментировал дважды вдовец Вистер. – Наша ледяная роза пустила шипы. Раньше вы никогда не отвечали лорду Ксалору на его дерзости.
– Все же говорить в таком тоне с наследником Веларионов не стоило, – поделился мнением пустоголовый красавчик Годрик. – Кажется, вы разозлили всю драконью свиту.
– А что такого? – пробормотал Кельвин, уже успевший перебрать с вином. – Тоже мне небожители.
На него покосились с неодобрением, Вистер даже забрал у него бокал, чтобы он не доболтался до чего-нибудь непоправимого. Беседа переключилась на всякую светскую ерунду. Я слушала ее вполуха. Всю ту вечность, что длилось представление оставшихся гостей королевской чете.
Наконец музыка сменилась – зазвучали первые аккорды вальса. И во мне что-то щелкнуло. Теперь мой ход!
Опасаясь, что меня кто-нибудь пригласит, я быстро подошла одинокому Ксалору, тщетно пытающемуся слиться с колонной. Улыбалась при этом во весь рот, с обожанием в глазах, которого на самом деле и близко не было.
– Лорд, я обещала вам первый танец…
Я взяла его за руку. Он вздрогнул, как от удара. Пальцы у него были обжигающе горячими, по моей спине пробежала дрожь.
– Когда это обещали? – выдавил дорогой жених, пытаясь высвободиться, но я вцепилась мертвой хваткой.
Не станет же он стряхивать меня при всех? Не стал.
– Когда вы выходили из кабинета моего отца, потому, вероятно, и не услышали, – защебетала я, утягивая его за собой. – Идемте… Ах, какая волшебная мелодия! Мы еще ни разу не танцевали, нужно немедленно это исправить.
Цепляться за колонну Ксалор счел ниже своего драконьего достоинства, и я вытянула его в центр зала. Все взгляды прилипли к нам. Шепотки превратились в гул. Хартвуд и Веларион? Собираются вместе танцевать? Мир сошел с ума! Я видела растерянное лицо Рендала и Марлену. Ее ладонь покоилась в пальцах Элрика, и в его глазах горели тем огнем, которого так не хватало сейчас мне.
Нас с Ксалором захлестнула музыка. Его рука легла на мою талию – жестко, властно. Я почувствовала жар, исходящий от его тела, уловила тонкий, дымный аромат кожи. Не отпрянула. Наоборот, прошептала медовым голоском:
– Вы прекрасно танцуете, мои подруги лопнут от зависти.
– Прекратите этот фарс, – его губы почти не шевелились, но слова впивались иглами. – У вас нет никаких подруг.
– О, вы такой шутник… – Я хихикнула, как будто он сказал что-то восхитительно остроумное. – Но вы покорили меня именно этим!
Рядом ахнула какая-то графиня. Его пальцы впились мне в талию, губы почти коснулись моего уха. Дыхание было горячим, но слова – ледяными:
– Если вы немедленно не перестанете, я обниму вас так, что вопросы о воспитании и репутации леди Хартвуд возникнут не только к вам, но и к вашей сестре.
Страх сковал горло. Ксалор действительно может так сделать, ему-то что! Паника сжала горло, я чуть не споткнулась. Он почувствовал мою дрожь, его пальцы сжали мою талию еще сильнее, но со стороны это выглядело как необходимый элемент танца.
– Не наступите мне на ногу, – шепнул Ксалор с отчетливой усмешкой в глазах, – а то будет неловко.
Я не могла говорить. Моя игра в любовь дала сбой. Он нашел мою болевую точку – Марлену… Музыка гремела, мы кружились, а я мысленно отсчитывала секунды и смотрела куда угодно, только не на партнера по танцу. Кельвин с неприятной ухмылкой поднял в нашу сторону вновь раздобытый бокал. Годрик мрачно смотрел на мою руку на плече Ксалора. Вистер внимательно изучал выражение моего лица, словно пытаясь разгадать шахматную партию. Господа драконы недобро переглядывались. Всеобщие взоры, недоуменные шепоты – все смешалось в оглушительный вихрь. Я видела, как король что-то спрашивает Рендала, указывая на нас взглядом. Мой опекун растерялся еще больше.
Танец закончился. Я чуть не упала от облегчения, но Ксалор крепко держал мою руку. Он поднес ее к губам. Его поцелуй был долгим, театральным. Губы обжигали кожу.
– Благодарю за танец, – сказал дракон так формально, что я почти поверила в его равнодушие.
Он отпустил мою ладонь и уверенным шагом направился прочь, хотя мне было заметно – его спина слишком напряжена. Не понравилась реакция общества и приятелей на наш танец? Еще больше ему не понравится буря, которая поднимется на объявлении нашей помолвки! Пусть отказывается от меня поскорее, пока ущерб не столь существенен.
Глава 6
Преследуемая чужими взглядами, я нырнула в толпу в попытке затеряться. И наткнулась на своих поклонников, лица которых выражали смесь ошеломления, ревности и откровенного непонимания.
– Это невозможно, – бормотал Годрик. – Она же его ненавидит…
– Очаровательная наглость, – усмехнулся граф Винтер. – Впрочем, зрелище было увлекательное. Веларион выглядел так, будто готов сожрать ее живьем.
– Подавится, – поддато икнул Кельвин, но первым заметил мое присутствие. – Милая Корделия, просветите нас, что это было?
– Танец, – пожала я плечами.
– Разве? – сипло хмыкнул герцог Эльбрук, мой самый неприятный поклонник. Его масляный взгляд скользил по мне так откровенно, что хотелось немедленно пойти помыться. – Похоже, что наша неприступная леди Хартвуд высказала дракону расположение…
– Господа, иногда танец – это просто танец, – отрезала я и направилась в уборные – освежиться и перевести дух.
План не удался, в коридоре я наткнулась на стайку девиц на выданье. Одинаково лощеных, как на подбор. Их платья шелестели, духи смешивались в тяжелый цветочный коктейль. Улыбки были сладкими, как патока, а глаза – холодными и злыми.
– Корделия, какой смелый шаг, – защебетала леди Элоиза, дочь графа Бейнбриджа, закатывая глаза. – Танцевать с самим Ксалором Веларионом! И он позволил вам это! Просто невероятно. Вы, наверное, теперь его единственная смертная… подруга?
В ее голосе явственно прозвучало «игрушка».
– О, да! – подхватила ее спутница Сильвия Лавьер с деланным восторгом. – Вы выглядели просто очаровательно вместе. Такой… контраст.
Она сделала акцент на последнем слове, заставив меня мысленно скривиться.
– Мне льстит ваше внимание, – ответила я с неизменной вежливостью. – Лорд Ксалор был удивительно галантным партнером.
– Нам показалось, он не хотел идти с вами танцевать, – заявила далекая от этикета Лорейн из недавно разбогатевшего дома Граусонов. – Дорогая, все же неприлично вот так навязываться.
– Вам показалось, – парировала я. – Не хотел бы – не пошел, верно? Вряд ли дракона можно к чему-либо принудить.
– Ваш союз крайне маловероятен, – язвительно заметила Элоиза. – Веларионы никогда не примут в семью смертную без веской причины. Вы либо страшно наивны, либо чрезмерно самоуверенны…
Она замолчала, всем видом давая понять, что склоняется к двум вариантам сразу.
– Ну что вы, – отмахнулась я, – уверяю, я трезво расцениваю свои шансы.
Они переглянулись, улыбки стали еще слаще, еще фальшивее. Ксалор прав. У меня не было подруг. Ни одной. Только завистливые «соперницы» или пустые светские куклы. Единственный близкий человек, моя Марлена, была сейчас с Элриком, и от каждого взгляда на них у меня кололо под ложечкой. Он был весьма мил: невысокого роста, с русыми кудрями и трогательными ямочками на щеках… Полная противоположность драконам!
Освежившись, я вернулась в зал и старалась вести себя как обычно, но украдкой все же наблюдала за драконьей компанией. Ксалор стоял чуть в стороне. Судя по позам и жестам других драконов, там кипели нешуточные страсти. Лираэль отсутствовала. Наверное, все еще зализывает раны после нашего «приятного» знакомства. Мысль об этом согревала.
Бал близился к финалу, до объявления помолвки оставалось не больше часа. Рендал, почти в полуобмороке, жался к краю зала, ведь за неимением у невесты живого отца, выступать перед публикой предстояло ее опекуну. Чувствуя, что теряю самообладание, я отступила в дальний угол к одинокому столу с закусками. Закрыла глаза на секунду, пытаясь унять дрожь в руках и бешеный стук сердца.