Дихотомия света
День 1989
Два месяца ушли на отладку и калибровку систем сканера. Пришло время тестов. Жребий я не тянул – банда сговорилась за моей спиной. Пока я спал, эти позорные мыши прыснули в нос какой-то газ и побрили налысо, не под машинку – бритвой! Я уверен, что за этой акцией торчат рыжие уши.
Первым заржал Логик:
– Свет, ты похож на пацанчика с района!
– С таким взглядом как сейчас, больше на серийного убийцу! – подхватила Лена.
– На помажь затылок! – Псих протянул какую-то мазь. – Лишай поймал где-то.
Я мгновенно перестал злиться и стал разглядывать свою голову на предмет грибка:
– Вот жеж!
– Го! Мне не терпится начать калибровку! – Дима бесцеремонно вытолкал меня из ванной и потащил в бункер.
Спустились по пологому спуску и, открыв тяжелую дверь, оказались в глухом помещении. В центре стояло сложное самодельное кресло и обвязка на тяжелых штативах, вкрученных в пол. Логик стал протирать наш «Мегашлем чтения мыслей», или БЛЯ-3000 – именно столько проблем вылезло при проектировании этой хреновины.
Вводить раствор в кровь пока не стали и проверяли на сухую. Псих прочно зафиксировал мою голову на хитрой конструкции подголовника и водрузил на неё шлем, хотя, вернее сказать, собрал его на моей голове из четырёх отдельных частей.
«Думай о сознании, вселенной и смерти!» – бросил на прощание Вася, его глаза опять светились бесконечной силой и энтузиазмом.
Ребята вышли, освещение потухло. Вокруг стояла гробовая тишина и темнота. Никаких звуков. Время безотносительно остановилось, а когда свет вновь включился, я уже знал, что всё получилось, почувствовал настроение ребят, спускающихся ко мне.
Вася был как на иголках.
– Это на порядок точней всего, о чем я мечтал! Я такое ожидали увидеть только после введения частиц и фокусировки!
– Бро! Опять ты словами кидаешься, порядок, это в десять раз.
– На этот раз он употребил термин грамотно… – Дима был немного рассеян, чего с ним никогда не случалось, он помогал снимать шлем, а пальцы его соскальзывали.
– А с тобой то что?! – я освободился от пут и внимательно посмотрел на Логика.
– Я нашу возню воспринимал как игру, хобби, ни на что всерьёз не надеясь… Ща иначе. Мы сдвинули ход времени…
Лиса не сдержалась.
– Мы родили устройство, которое может изменить мир навсегда. Оно работает и находится перед нами!
– Ага… – поддакнул я, ещё не осознавая случившееся.
– Вы чего расслабились? – нашего нейробиолога аж потряхивало от нетерпения. – Это первая ступень, шажок, мы и близко не подошли к цели, выкиньте из головы и го дальше!
Он был прав. Чёртова нервная система, как же она не любит работать. А как умеет убеждать! В моей голове возникли разлагающие волю мысли, воняющие слабостью. Мозг не хотел заниматься опасными опытами с наночастицами, мол и так уже круто, можно подарить миру технологию, а ученые сами разберутся и всё откроют – это их работа, им за это платят. Бла бла, пора пожимать лавры и батониться!
За вечерним чаем наш коллектив обсудил этот вариант и коллегиально решил, что Вселенная жестоко наказывает тех, кто не идет до конца, особенно когда на руках все карты. Наша цель – это не постройка аппарата, а анализ данных, мы только инструмент анализа собрали, вот и все достижения. Идём по плану и не ноем!
Программу сбора данных мы подготовили заранее. Вася потратил на создание тестов тысячи часов жизни и кучу нервных клеток. Он был уверен в их эффективности на девяносто семь процентов.
Программа заключалась в считывании всей мозговой активности во время прослушивания нужной музыки, показывания разных картин и запахов. А также, в момент мысленного общения с друзьями и знакомыми. Тестов было около сотни, они были четко продуманы, как бы, концентрическими кругами пытались очертить границы нервной системы, сужая поиск.
По задумке, испытуемый получает команды на экране и голосом из изолированных динамиков, о чём и когда думать. Смотреть видео, слушать музыку и осязать пробирки с запахами. Данные собираются в четырехмерные модели и сохраняются для дальнейшего анализа.
Опять я сижу в кресле в окружении разных приспособ. На этот раз мне страшновато. Не окочуриться бы!
– Пришло время жатвы!!! – злобно и торжественно прокричал Псих, наполняя шприц прозрачной жидкостью.
Логик крепил мою голову к креслу и был немного возбужден:
– Сбор метаданных ещё никто так не называл, но мне нравится!
– Дим, братец, ты меня пугаешь, и так не по себе! Ты же сраная скала, робот, прагматик в кубе! Откуда этот кураж?
– Да не ссы ты, всё будет чики! Тебя как хоронить, если что?
– Только не в землю, и не крематорий. Соберите огромный кострище на берегу залива и сожгите ночью, когда будут видны звезды. Хочу стать излучением и улететь путешествовать в космос.
– Шуток совсем не понимаешь? – Дима цокнул языком и подправил магнитную катушку на стойке. Катушек было две сотни, они расположены хитрым элипсом вокруг кресла, их задача при помощи накладывающихся магнитных полей фокусировать наночастицы на разные участки нервной системы.
– Мне нравится, меня так же сожгите! – вклинился Псих и сходу всадил иглу в мою вену.
Ребята не успели выйти, а у меня заболела голова. Еще бы она не болела, как бы до инсульта… Прочь мысли, забудь о страхе, ты и так уже умер, просто не до конца осознал!
Веселье моих друзей по поводу лысины было недолгим, одним человеком выборку не сделать. В итоге побрили даже Лису. Нас было мало, потому пригласили наших новых друзей ученых, инженеров и предпринимателей, что помогали с проектом. Набралось двадцать восемь самоотверженных индивидов, что позволили вколоть себе хрен знает что, а потом еще две недели мучиться с болями в почках, мигренями и проблемами мочеиспускания. Это мы еще про все побочки не сообщали, так бы хрен кто согласился себя калечить. Да, не этично, знаю… Псих чуть не потерял почку – чудом оклемалась.
Спалив еще кучу времени и ресурса, мы, наконец, только-только подошли с нужной стороны и под нужным углом к решению основной задачи проекта. Вышли на угол атаки.
День 2028
Сканер свое дело сделал. Вся работа перекочевала в маленький центр обработки данных, чьи накопители были заполнены петабайтами структурированной информации.
У нас уже были некоторые наработки по просеву этой кучи мусора, но того было недостаточно, поэтому, каждый день наша банда придумывала всё больше идей, что и как искать, что и с чем сравнивать и так далее.
Мы вникали в эти модели, рассматривали под разными углами, делали дополнительные снимки, а они все глубже затягивали нас. Зарывались в них как в зыбучие пески, тратили всё больше времени и сил, а находили всё меньше закономерностей. Арендовали мощности суперкомпьютеров, строили дополнительные измерения, но так ничего и не нашли. Это как изучать муравьев, имея на руках только одного муравья, не зная, что они живут муравейниками.
К нашему величайшему огорчению, чуда не произошло. Мы возились с этими данными больше года, но всё никак не могли нащупать точные паттерны. Подбадривали друг дружку тем, что уже сделали столько небольших открытий в нейрофизиологии, что опубликуй это сейчас, имеем все шансы получить Нобеля, хоть он нам и даром не впёрся. Отправили бы на вручение Лису – она любит внимание.
Мы находили нечто похожее на внешний канал связи, но при тщательном анализе всё было мимо. Командой стало овладевать отчаяние.
Однажды смогли выделить импульсы, отличающиеся от всех. Они были невероятно быстры и имели запредельную частоту, а также были на первый, второй и третий взгляд абсолютно хаотичны. Они, скорей всего, происходили в перинейрональной сети мозга и связывались со всем организмом целиком.
Логику и этого было достаточно, новая зацепка зажгла его на несколько недель. Он, улыбаясь проронил:
– Законы природы тоже казались когда-то хаосом, подумай над этим.
Я по привычке потер подбородок.
– Вась, ты же следишь за открытиями? Интересно, кому-нибудь уже удалось создать стоящий нейроинтерфейс?
Вася усмехнулся, как будто давно ждал этого вопроса, и ехидно произнес:
– Смартфон в твоих руках, по сути, нейроинтерфейс.
– Да не! Я имел в виду чип в мозгу, прокладку в нервной системе.
– А я про что?! Смотри, он как прокладка в кольце нервной системы.
– Это же образно, а я говорю про буквально.
– И я буквально! Представь процесс, как состоящий из элементов цикл. Экран смартфона, кодирующий данные в излучение световых волн разного диапазона. Потом сетчатка глаза, она преобразует фотоны в электроны, которые дальше летят по проводам нервного пучка в зрительную кору. Кора посылает управляющие сигналы в соседние двигательные участки мозга, они кодируют, посредством контроля сознанием, порядок сигналов, которые по нервным проводам отправляют электрический импульс в нужных последовательностях на спинномозговые нервы, которые двигают пальцами управляя экраном. Смартфон – интерфейс связывается с интернетом, обрабатывает всё своим процессором и испускает уже иначе упорядоченные фотоны через экран. Кольцо с инородной прокладкой в нервной системе – интерфейс!
Дима аж чаем подавился.
Я удивленно покивал головой сжав губы:
– Ты всё-таки гений, да, заноза, но сука гений!
Вася отвесил реверанс и поклонился, разведя руки в стороны, и довольный собой побрёл искать еду, которой не было. Запасы поела лиса, нет не наша – местная, с пропиской в норе за оврагом.
День 2395
– Смотри, Свет, это что за представление!? – Псих замер с засохшим пряником у рта и смотрел в окно.
Лиса подошла к ставне и обречённо покачала головой:
– Вот ещё этих нам только и не доставало!
Я глянул в окно через головы друзей и широко улыбнулся. Пацанчики на ржавой буханке приехали с двумя ружьями и, похоже, травматом. Видать у местных уже пошли слухи о нашей базе.
Вовремя! Я чувствовал, что закис, а нервная система потухла как у рептилии, регулярно стали появляться пораженческие мысли и уныние.
– Ждите тут!
Не зря готовился! Хах! Я забежал в свою комнату, быстро вынул из-под кровати лёгкий нательный броник и нож. Сверху надел и застегнул просторную парку с капюшоном. Захватил охранный пульт и двинул к посетителям.
Заметив меня на крыльце, вперёд расслаблено вышел главный с ружьем, прижатым к груди двумя руками. Первая беглая классификация пассажиров: опасный, наглый и нормальный.
– Привет парни! Чему обязан?
– А нехило вы тут отстроились, могли бы и зайти, поздороваться, не вежливо! – спокойно сказал главный бандит, одетый в выцветшую пиксельку.
– Так дел много! Не до контактов с местной шпаной!
– Ты, я смотрю, дерзкий, не много ли гонору для ботаника?
– В самый раз!
– Дружить значит не будем?
– Дружить я всегда готов, но ты явно не дружить сюда приехал! – я указал пультом на ружья.
– Так вы поделитесь с местной властью и будем дружить!
– Деньги значит… Всегда всё говно из-за денег…
– Ты что там бормочешь, дядь?! Деньги, ценности несите, или мы сами возьмем, а вам не поздоровится! – это влез в разговор второй, высушенный подтянутый парень, лет двадцати восьми. В спортивном костюме – как банально, блин. Ружье он держал в руках, неаккуратно.
– О как, или-или! Квантовая биполярность. На, бери! – я достал из кармана смятую стопку купюр и протянул старшему. – Предупреждаю, я страшный.
Плотный высокий парень направил на меня берданку.
– Совсем нет!
Сердце ударило по перепонкам. О, тонус вернулся! Так-то лучше!
Тянуть не стал и сходу пошел на обострение – так будет меньше возни и последствий. Я нажал на кнопку пульта под цифрой один и левой рукой закрыл лицо. Бдуухх!!! Очень больно прилетело в левый локоть. Еле мог шевелить предплечьем. В ушах звенело.
Сориентировался. Схватил табурет у крыльца и углом в висок приложил пытавшегося подняться главного, второй не двигался, третий – спортивный и высокий парень со светлыми волосами стоял на четвереньках пытаясь остановить кровь, текшую струёй из носа. Хотел пожалеть, вродь нормальный, но секунды поджимают. Удар по голове – упал.
– Чёт вы быстро, я рассчитывал на разминку! – весело крикнул оживший я.
Заряд с резиновыми шариками, прикрученный к столбу, сработал отлично! Хорошо, что не нажал третью кнопку, там гайки и подшипники, пришлось бы добивать и утилизировать тела. Только обысков не хватало…
Я собрал оружие и подошел к, как я думал, главному и попинал носком по лицу. Тот, стоная пришел в себя и резко сел. Хм… красавчик… быстро сообразил!
– Сколько выстрелов из травмата по коленям ты выдержишь, прежде чем отключишься от боли?
Я обернулся на бледных друзей, выскочивших на крыльцо.
– Ребят, делаем ставки! Интересно же!
– Солнце, прошу тебя, не надо, они всё поняли!
– Неа, видно, что не поняли! Уже размышляет, как нас завтра поиметь. Такие люди понимают только язык силы, лучше сейчас, пока ситуация не привела к непоправимому!
Другие бандиты уже пришли в себя и смотрели дикими глазами. Я направил пистолет на бедро того, второго, наглого, и нажал на крючок. Он заорал и стал кататься по земле.
– Что ты там хотел от меня получить? Пулю?
– Нет, нет, пожалуйста! Я же пошутил! Это так, на понт брал! Да и какая пуля, ты чё, так попугать решил!
Я переломил его ружьё и достал патрон.
– Картечь?! Попугать решил?!
– Пассажир стал отползать с испуганными глазами.
Я выстрелил из травмата в живот, он свернулся. После перевел прицел на главного и повторил туда же. Подозвал ребят и отдал парням ружья.
– Ну что, господа разбойники?! Вы на ссыкунов не похожи, тупенькие, да, но не конченные. Пойдете ко мне бойцами?
Нападающие, стоная, поднялись и переглянулись только им знакомыми знаками.
– А что по деньгам? – сходу спросил наглый.
– По деньгам, хм… – я почесал мушкой пистолета висок, предварительно прижав пальцем курок, – Достаточно чтоб вы были счастливы, но недостаточно, чтоб стали охуевать!
Старший со стоном разогнулся и встал на ноги, покачиваясь:
– А делать то чё?
– В основном, охранять этот объект, прикрывать, проводить небольшие силовые операции – всё как везде!
– Подумать время есть?
– Думай, сколько душе угодно! Захочешь напасть ещё раз, подвешу вниз головой и выпотрошу!
– Принял!
– Валите, кумекайте!
Лиса была в бешенстве:
– Просто?! Просто взял и собрал мину направленного действия? Сделал запалы. Привязал к охранной системе? Это просто? Служил он солдатиком!
– Армия тут при чем? Я инженер.
– Ты где электродетонаторы взял? – с любопытством поинтересовался Псих.
– Я не взял, просто сделал.
– Просто сделал?!
– Эмм, что удивительного? У меня хватит квалификации на проектирование, постройку и настройку крупного ЦОДа, считаешь, не могу собрать простой электродетонатор?
– Ты дурака не включай! – вмешался Дима. – Детонаторы хрен сделаешь и хрен достанешь, там непростая химия! Ты бы по времени не успел! Я видел, как ты держался, как вышел, как говорил. Этому нельзя научиться по книжкам. Невозможно!
– Да что такого-то?! – буркнул я, довольно разбирая трофеи и готовя их к чистке, балбесы совсем не ухаживали за оружием.
– Тротил с электродетонаторами где взял? Не лечи что сделал! – Пластид. Доработал обычные детонаторы. – Сук, не беси! Взял, где?! – У знакомых пацанов выменял, коробочку, на пару топовых телефонов и прицел с тепловизором. – Коробочку?! – Ну… ящичек… – я развел руками где-то на полметра, чего они привязались то, обычное дело? – Ты охренел?!! Так подставиться! С головой не дружишь?! Вот от кого не ожидал, Свет, так это от тебя! – Да не гони, всё норм! Они числятся израсходованными. Там и без него всё само взорвалось. – В смысле?! – Прапор со старшиной на утилизацию ехали, затупили от недосыпа и всё пошло не так… – Не так? – Ага, не по плану, а телефоны и теплак моральная компенсация. У одного лунка от осколка в пластине, с кулак. Фиолетовое нечто на всю грудь. Дышит с помощью мата, несколько трещин, спасибо маленьких, быстро зарастут. Второму половину уха оторвало осколком. Прикинь?! – Мудак ты Свет! – Че опять Свет? Работаю на опережение!
– А если бы убил кого? Мало ли… щепки от столба.
– Обошлось, и слава богу, – Псих махнул рукой на Логика, взял лопату и пошел засыпать кровь во дворе.
– А если они сдадут тебя? – не унимался Логик.
– В смысле? Кто? Местные на буханке?
– Военные!
– С дуба рухнул?!
– Мало ли, всякое может быть…
– Тогда, прежде чем информация выйдет за пределы регионального командования, она пройдет несколько ступеней, каждая из которых попытается дело замять. Со своими сами разберутся, как и со мной.
– То есть, максимум тебе вставят пиздюлей по полной и расскажут какой ты долбоёб в резкой форме?
– Типа того… Может оплеуху ещё, если хамить буду…
Я благоразумно предпочел умолчать про десяток боевых зарядов, сделанных по типу МОН с залитыми воском гайками, и раскиданных по ключевым точкам лагеря.
День 2399
Разбойники объявились в десять утра. Выглядели опрятно и свежо, если не считать того, что все были в синяках. Не грубили, улыбались и были весьма учтивы.
Старшего звали Хмурый, служил в ВДВ. Сразу после учебки подписал трёхлетний контракт. Вернулся домой старшим сержантом с должностью замком взвода. На отложенное за три года жалование полностью перестроил старый родительский дом и жил последние годы перебиваясь разными шабашками.
С ним Кощей и Саня. Кощей, такой типичный пацанчик, с замашками и словечками уголовника. Саня же, наоборот, обычный парень, самый обычный, добрый и улыбчивый.
Ребята жили в деревеньке недалеко от нашей базы, местные алкаши им напели про нас, вот от безденежья и скуки решили поиметь этих «Лошков».
Я взял банду под крыло. Бойцы занимались охраной и обходом территорий вокруг комплекса. Подкидывал разную работу, законную и не очень. Присматривал за ними и воспитывал – глядишь, выйдет какой толк.
Мне нужна была одна деталька из лаборатории, сканер хотел улучшить. Вот и спланировал им операцию. Заодно обкатал и посмотрел на их поведение в стрессовой ситуации. Парни оказались с яйками. Весело было, но рассказывать не буду – стыдно.
День 2436
В целом, этот период отличался особенным спокойствием, тишиной и размеренностью. Как любит повторять Псих: «Нервной системе нужно дать время чтобы подстроиться под задачу и создать связи её решающие. А чем сложней задача, тем больше месяцев, а то и десятилетий, может потребоваться на решение».
Месяц мы пытали новую зацепку. Перепробовали всё что могло помочь, синтезировали припасенные на потом идеи, просили совета у всех сведущих, но с места так и не двинулись. Вопреки общим заблуждениям, мозг оказался штукой не столь большой и сложной – да, куча нейронов разных типов и в сто раз больше связей между ними, но не могут они давать такого эффекта! Мы как будто потеряли целого слона в маленькой комнате.
Все вздрогнули, когда рабочий зал огласил надрывный протяжный крик Логика, скидывающего одним движением хлам с заваленного рабочего места: «Всё, я сдаюсь! С меня достаточно! Хватит!!! Мы видим наводки активности, но не видим их причину. Это как половина стозначного уравнения! Нужен иной подход! Я к этой ссанине кошачьей больше не подойду!!!»
Дима, красный от своей тирады залез под стол и вырвал силовой кабель. Угол, жужжащий и светящийся без перерыва вот уже два года, резко замолк. Уши прорезала звенящая тишина – это компенсаторные нейроны продолжали работать, вызывая активность.
Два дня наша команда ходила угрюмой, как будто увидела сношение слона и енота. Мы даже не переговаривались. А на третий день Лена взяла ситуацию в свои руки.
– Так, котятки, всем встать и умываться, завтрак готов! – Лиса била скалкой в кастрюлю проходя мимо наших кубриков. – Сегодня никакой работы, идём общаться с нормальными людьми!
– Где это ты нормальных людей нашла, не припомню таких… – сонным голосом прохрипел Василий, выходящий из их общей комнаты, и выругался, больно получив скалкой по бедру.
– Что ты там опять выдумала? – Дима, похоже, вовсе не спал.
– Сегодня первый день фестиваля, поедем на природу, с людьми пообщаемся, музыку послушаем. Эй, опять он спит!
Дверь в мою комнату открылась ногой, мерзкий звенящий бой стал невыносим:
– Свет, солнце, подъем!
– Нахрена?
– Поедем на фестиваль! Моя подруга… – она подло улыбнулась, – …красотка и умница, она очень хочет с тобой познакомиться!
– Это угроза?
– Тьфу на тебя!
– Что там за фест? Тот, где собирается весь цвет неформал-маргиналов, упарываются всяким в сопли, а потом ходят по лесу и охотятся на сказочных существ?
– Откуда в тебе столько цинизма? Где романтик?
– Романтик? Я ненавижу романтизм, а романтиков считаю паразитами без чести и достоинства!
– Так ты едешь?
– Утром вернёмся?
– Вставай, я приготовила завтрак.
К обеду были у озера. Мы, как бедные и одичалые сироты, прибились к небольшому лагерю друзей Лены. Шабаш нечисти только собирался.
Как же сковано мы с парнями себя чувствовали! За столько лет напряжения, самоконтроля и дисциплины парни совсем разучились вести себя естественно. Наверное, так бы чувствовали себя девятиклассники математического лицея на панк-концерте под Ростовом.
– Эй, ты чего так зажат, на расслабься, – девушка с фиолетовыми волосами протянула мне кусок сахара.
– Работа не отпускает. Тут много?
– Двойная.
Я взял кусочек сахара и бросил его в Димину кружку с квасом, пока тот оживленно о чем-то спорил с челом, похожим на учёного биолога.
– Нехорошо так поступать с другом, – покачала головой собеседница.
– Согласен, но он давно зашел в тупик и продолжает проламывать стену, в надежде что там будет что-то кроме скалы.
– А если он прав, а ты сейчас сбил его с пути, когда оставалось совсем чуть-чуть? Мы не можем знать чужого пути.
– Тогда я совершил ошибку, но решение я принял сам, сам и понесу ответственность.
– Я Мая, – девушка улыбнулась и протянула лапку.
– Свет.
– О прикольно, это по паспорту?
– Угу.
– Что ты тут делаешь, Мая?
– Я тут питаюсь людьми, считай шведский стол.
– Ммм…
– Эмоциями, энергией, любовью.
– Ааа! Тоже нужное дело! Я пройдусь, прости что оставляю, не принимай на свой счет… – встал и побрел смотреть что там наваяли участники в своих уголках, тем более я давно зарёкся держаться подальше от такого типа женщин. Эта духовность и доброта лишь средство манипуляции и образ. На деле же, в большинстве своем, это наглые беспринципные люди, считающие, что им все всё должны просто так, по воле вселенной.
Я бродил по редкому лесу от одной сцены к другой. От костра к костру. Общался с людьми, меня угощали едой и выпивкой. Время пролетело щелчком. Уже вечерело, набрел на нашу парочку, они разрисовывали огромный белый баннер красками.
– Что делаете?
– Нас попросили нарисовать что-нибудь психоделическое! – отозвалась измазанная довольная Лиса, она здесь как рыба в воде, ей явно не хватало людей.
– Ты только следи чтоб этот скелет ничего такого не сожрал, и, особенно, держи его подальше от стимуляторов.
– Не маленькая, знаю, – буркнула она в ответ и чмокнула Психа в щеку.
– Что Димыч делает? Давно его не видно, – весело поинтересовался Вася.
– Я его оставил у того костра, за озером, больше не попадался.