Марвин и другие. История в жанре фэнтези
Барт удивленно посмотрел на Грэма, с трудом сдержав улыбку.
– А на кой черт ему этот рисунок понадобился? Хотя он у нас всегда был со странностями.
– Да вот в том и вопрос… Зачем он ему? А нам вот теперь бегай ищи его. Ты случаем не знаешь, есть в лесу какие-то убежища или еще что? Куда он мог бы пойти?
– Да ну что вы?! Лес он и есть лес… Где хочешь, там и прячься… Пройдитесь тут поблизости. Вряд ли он далеко где-то бродит.
– Ну, спасибо тебе, Флог! Пойдем мы прогуляемся. Ты только помалкивай и лишнего про нас не болтай.
– Да куда уж там! Вы мне так с Ульвом помогли. Буду молчать.
– Да, кстати, про Ульва тоже постарайся не говорить пока. Меньше слухов – меньше опасностей.
– Неужто могут вернуться?
– А ты сам-то как думаешь?
– Что же делать? – глаза Флога нервно забегали, он с испугом смотрел на друзей.
– Пока ничего. В ближайшее время они не появятся. Мы еще покумекаем, как помочь.
Барт и Грэм вышли из трактира. Солнце светило как-то особенно ярко, пахло свежескошенной травой. Из пекарни, что была по соседству, доносились и приятно щекотали ноздри ароматы корицы и ванили. Казалось, что не было никакой кошмарной ночи, и она была просто неприятным сном, которые порой посещают каждого.
Друзья шли по дороге в сторону леса. Лошадей решили не брать и пойти пешком – оно всяко будет легче, если придется лезть по буеракам – кто ж его знает, где затаился этот рыжий прохиндей.
Разговаривать не хотелось. Каждый думал о своем и в то же время об общем. Сколько всего навалилось: выполнить задание Мастера, помочь Флогу и Ульву, но сначала придумать, как помочь… А Барт, конечно, думал еще и об Эрне, с которой совсем не хотелось расставаться. То ли еще будет! Они оба и предположить не могли о том, что их встреча с Марвином изменит если не все, то почти все.
Так они подошли к лесу. Он стоял перед ними стеной, наряженной в темно-зеленую по-летнему свежую листву. Прямо от проселочной дороги начиналась тропинка, уходившая в глубину чащи, петляя между высокими старыми деревьями.
Грэм первый ступил на тропу, размышляя о том, как же отыскать человека в огромном лесу. Да к тому же человека, который совсем не хотел, чтобы его нашли.
Барт продолжал предаваться своим грезам об Эрне и, казалось, напрочь забыл о том, зачем они сюда пришли. Он следовал за Грэмом, рассматривая цветы, что росли по обочинам тропинки, мысленно собирая их в огромный пестрый букет, который он бы непременно подарил очаровавшей его девушке. В его мечтах она радовалась букету и обнимала его своими тонкими и изящными руками, и тогда Барт чувствовал себя самым счастливым на всем белом свете.
Он и сам не ожидал от себя подобной романтичности. Все эти мысли и образы сами приходили к нему, таяли в воображении, и их место тут же занимали новые, еще более теплые и яркие.
***
Марвин, проснувшись, по своему обыкновению, достаточно рано, встал, потянулся, надел штаны и рубаху, взял котелок и отправился к роднику за водой.
Вчерашний вечер казался ему далеким и как будто описанным в какой-то книге о приключениях. Ему казалось, что все это было не с ним, и не он был главным героем событий.
Он хорошо выспался и впервые за последние пару дней почувствовал себя отдохнувшим. Переживания улеглись, и со свойственной ему беспечностью, он предпочитал не думать о словах Форрестины. Он обладал редкой способностью жить в настоящем и отбрасывать ненужные тревоги о будущем. А сейчас ему было хорошо: светило солнце, щебетали птицы, начался новый день, и он шел босиком по мягкой зеленой траве, чувствуя полное упоение и спокойствие.
Дойдя до родника, он опустился на колени и набрал полную пригоршню ледяной воды, чтобы умыться. Каким бодрящим и приятным было это чувство , когда холодная хрустальная вода смыла следы ночного сна и как будто придала еще больше сил.
Марвин сел на траву и посмотрел на небо. Оно было высоким и синим. Он так долго и зачарованно смотрел на него, что даже голова закружилась. Он думал о том, что оказывается, ему нравится одиночество. Тишина и внутренняя и внешняя наполняет гораздо больше, чем шум, разговоры, особенно те, что бесконечно ведутся в трактирах. Здесь нет нужды быть веселым шутником и паясничать, чтобы тебе простили твою неустроенность и отнеслись снисходительно. Он перестал бояться почувствовать себя собой, и от этого стало настолько легко и радостно, что даже слезы на глаза навернулись. Он начал заново знакомиться с тем Марвином, который много лет жил внутри него, но страшился поднять голову.
Тряхнув рыжей копной волос, улыбнувшись, сам не зная чему, он набрал в котелок воды, встал и отправился обратно к хижине.
– Эх, вот бы сейчас выпить герету! То-то было бы хорошо! Но чего нет, того нет! Травяной отвар, думается мне, будет ничуть не хуже. – проговорил Марвин, ставя котелок на печь и тихонько напевая себе под нос какую-то детскую песенку.
***
Барт и Грэм за неимением сколько-нибудь понятного направления, в котором можно было искать Марвина, просто шли по тропинке в надежде, что уж куда-то, да придут.
Вдруг над головой Грэма начал кружить шмель. Он отмахнулся от него – тот немного отлетел, но тут же вернулся и сел на голову парня, принявшись копошиться в его волосах. Грэм раздраженно тряхнул головой, но шмель остался на месте и не думал улетать.
– Экий ты любимец шмелей! – со смехом сказал Барт и протянул руку, чтобы снять насекомое у друга с головы, как Грэм вскричал:
"Не трогай его!"
Барт удивился, но руку убрал.
Вспомнив сон, который он видел, когда уснул в вишневом саду Пужера, он понял, что шмель пришел, чтобы показать дорогу. Грэм не мог найти никакого убедительного довода в пользу этой идеи, но знал, что чувства его не подводят.
– Его нельзя трогать. Он… он покажет дорогу. Мы найдем Марвина. – слегка покраснев, сказал Грэм.
– Чего? Мы вроде на завтрак одно и то же ели… Может, тебе тот старик что в герет подбросил, и ты бредишь? – взволнованно ответил Барт.
– Нет. Просто поверь мне.
– Поверить во что? В то, что шмель, который вьет гнездо у тебя на башке, знает, где Марвин и покажет нам дорогу? Ты сам-то себя слышишь?
– Ты можешь не спорить, а сделать так, как я прошу?
Грэм поднес раскрытую ладонь к своей голове, шмель перебрался на нее и зажужжал, как будто бы говоря: "Ну, чего мы ждем?"
– Я знаю, что ты прилетел, чтобы помочь. Веди нас. Мы последуем за тобой. – тихо сказал парень.
Шмель взлетел, ушел в сторону от тропинки, ведя путников в самую гущу леса.
Грэм сорвался с места и побежал за своим провожатым. Барт покрутил пальцем у виска и, чертыхаясь на чем свет стоит, последовал за напарником.
***
В это время Марв, заварив себе лесные травы и положив на кусок вчерашнего хлеба окорок и сыр, вышел на улицу и сел, облокотившись спиной на теплую стену хижины, нагретую солнцем. После всех перипетий последних дней неторопливый завтрак был чем-то вроде заветного желания, которое он, наконец, мог исполнить.
Только он отхлебнул горячий отвар из чашки, смакуя все оттенки и послевкусие ароматных трав, как услышал хруст сухих ветвей рядом с хижиной. Внутри все напряглось, неприятно засосало под ложечкой. Он встал и повернул голову в сторону донесшегося до него звука и увидел перед собой Барта и Грэма. От неожиданности Марв выпустил из рук чашку и хлеб.
Все трое несколько мгновений смотрели друг на друга, не смея пошевелиться. Марвину казалось, что он пропал и надежды спастись нет, как вдруг в голове отчетливо прозвучал голос Форрестины: "Чтобы вызвать меня, достаточно бросить ягоду шиповника на землю и произнести мое имя – «Форрестина». Я явлюсь на твой зов."
Он нащупал сухую ягоду, лежавшую в кармане и крикнул: "Форрестина".
Все вокруг засветилось и закружилось, воздушные массы стали стягиваться и закручиваться в небольшой зеленый вихрь, из которого выступила Зеленая Богиня.
Теперь вместе
Появление Форрестины было неожиданным для Барта и Грэма. И если первый о ее существовании не подозревал, то второй сразу же вспомнил деву из своего сна. Она была все такой же: в длинном зеленом платье, покрытом мхом, кореньями и сочной зеленой листвой, с травяными волосами, в которых росли лесные цветы, с завораживающими глазами, в которых отражался круговорот смены сезонов.
Марвин, хоть и сам вызвал Богиню, стоял ошемленный – он до последнего не верил, что из этого что-то выйдет, и ягода шиповника ему как-то поможет.
Все молча смотрели друг на друга.
Первой заговорила Форрестина:
– Вот вы и встретились! Много сил и труда я приложила, чтобы это случилось. Я не могу долго стоять здесь, пройдем в хижину.
Никто не посмел ослушаться или возразить ей.
Барт был напуган. Наверное, впервые он ощущал такой страх, отчего и то и дело пихал Грэма локтем в бок.
–Садитесь. Нам предстоит долгий разговор. – мягко провогорила Форрестина. – А ты, Барт, не бойся меня. Я не причиню никому вреда. Твои друзья уже встречались со мной.
– Грэм-то мне друг, а этот вот рыжий не был им никогда… – пробурчал в ответ Барт.
– Не был, ты прав. Но теперь все изменилось.
– Хватит уже говорить загадками. Чего ты хочешь от нас? – нахмурив брови, сказал Грэм.
Марвин в это время сидел на скамье и молча оглядывал всех. Он уже понял, что избежать этих двоих ему не удастся. Его терзала только одна мысль: "Опять поесть не дали!"
– Марвин, может, ты прекратишь думать о еде и поставишь для меня стул? – с улыбкой сказала Форрестина.
Он быстро поднялся, схватил стул и поставил его в центр комнаты.
Богиня села и заговорила:
– Понимаю, что вам будет трудно понять все, что я расскажу, но иного выхода нет. Мне предстоит вам все объяснить, а вам принять, нравится вам это или нет.
Этот мир появился очень давно по воле Высших Созданий. Творческое начало, жившее внутри них, проявилось в виде здешних лесов, полей, озер, рек и морей, гор, животных и, в конце концов, людей, эльфов и гномов. Все это стало на время их любимым детищем: им нравилось наблюдать за тем, как их мир развивался, как жизнь стала устраиваться сама по себе, без их вмешательства. Высшие – Создания увлекающиеся. В какой-то момент эта Вселенная им наскучила, и они обратили свой взор к другим пространствам. Все же один из Высших, по имени Локир, прежде чем уйти отсюда, создал нас, – Богов и Богинь для того, чтобы мы следили за мирозданием и сохраняли здесь жизнь.
Всего нас Восемь. Я, Форрестина, или Лесовица, защищаю леса и поля. Бог Нирёд ведает морями и океанами. За реки и озера отвечает Белт. Гретёр следит за горными цепями. Торир – Бог ветра, грома и молний. Эльфы поклоняются богу Слерсу, а гномы – Валину. Наша Высшая Богиня – Нанна, она наша старшая и самая мудрая сестра. И все мы – дети Локира. Для людей он Бога не создал, поэтому Нанна взяла на себя заботу о них.
Много тысячелетий мир жил своей жизнью, в которую мы старались не вмешиваться без лишней нужды. Каждый следил за своим домом и помогал миру и живущим в нем, когда это требовалось.
За это время Локир появлялся здесь трижды, когда ему хотелось пройтись по лесам и долам, проплыть по океану, покорить горные вершины, поудить в озере рыбу, полетать над миром с ветром, спуститься в чертоги гномов и послушать эльфийские песни.
В последний раз он был здесь в этот самый день триста лет назад. Тогда он выдал нам Пророчество и поручил Нанне открыть его нам.
Мы все собрались в большом зале дворца Нирёда в Торуге, где узнали о том, что нас ждет. В послании говорилось следущее.
Как только Форрестина произнесла эти слова, в воздухе появился светящийся лист пергамента, на котором Барт, Грэм и Марвин прочли послание Локира детям:
Дочери мои и сыновья,
Я был одним из создателей Мира, в котором вы все живете. Я породил вас, чтобы беречь и поддерживать в нем жизнь. И я вижу ваши старания – Мир по-прежнему красив и красочен. Но вы забыли об одном: жизнь остается жизнью только тогда, когда есть движение. Я приходил к вам трижды и не видел различий. Горы не росли, моря и океаны, не становились глубже, животные в лесах были все те же, люди, эльфы и гномы перестали быть искусны и изобретательны, реки не стали быстротечными и полноводными, и даже ветер, казалось, ослаб. Печаль одолела меня.
Я желаю помочь вам, дети мои! Верю в то, что вы справитесь.
В вашем распоряжении еще есть время. Через 250 лет после того, как Пророчество будет вскрыто, в мире родится человек, которого нарекут Пернон Карсиваль. Все будут знать его под именем Мастера. Он родится в Пужере, что в провинции Монван, и станет колдуном настолько сильным, что посоперничает с самой Нанной. Он захочет власти и сможет заточить каждого из вас в той стихии, которой вы ведаете. Вы потеряете связь друг с другом, и лишь одна Нанна, старшая и мудрейшая, будет вхожа в каждый из ваших чертогов. Он будет стремиться к власти. Соберет войска из живых и мертвых и пройдет по всем странам и провинциям, водворяя свою волю везде, где только ступит нога его.
В помощь вам родятся два человека, что смогут остановить Мастера. Вы их узнаете по неугасаемой искре, которой будут наделены лишь они двое из всех людей. Оба будут рождены в семьях обычных простолюдинов. У одного волосы будут огненными, точно мои собственные. У второго – цвета спелой пшеницы. Оба будут сиротами. И у каждого будет по родимому пятну на левом запястье. Они вызволят вас и дадут свободу. Помогайте им во всем, и тогда вы победите, а Мир, наконец, изменится.
Обещаю вернуться к вам после победы. Если же ее не случится, вы оставите свой Мир навсегда, и в нем воцарится хаос.
Прочитав текст Пророчества, Марв, Барт и Грэм смотрели на Форрестину, не смея вымолвить и слова.
– Я искала вас, Марвин и Грэм. Приходила к разным детям во снах. Все эти годы я не прекращала поиски. Вы теперь знаете, что я и мои братья заточены каждый в своей стихии, и лишь одна Нанна может посещать нас и передавать новости. Марвина я нашла первым. Ты тогда был еще малышом. Я устроила для тебя эту хижину. Остальным сюда хода не было, поэтому ее все и побаивались. И только здесь я могу находиться сколько угодно долго – она закрыта от колдовства Мастера. На плотном плане я могу пробыть не дольше десяти минут и то лишь в пределах леса. Теперь все боги этого Мира постоянно живут только на тонком плане, невидимом глазу людей.
Грэма я нашла позже, но некоторое время сомневалась, тот ли ты, кто нам нужен. Я наблюдала за тобой в полях и лесах. Видела пятно у тебя на руке, чувствовала, что именно тебя мы искали, но хотела удостовериться. Был еще один человек с пятном и светлыми волосами, но пятно у него было выше, около локтя. Эльф, которого ты встретил в Пужере, не служит в охране герцога. Это был Слерс, Бог Бессмертного Народа. Именно он почувствовал в тебе искру и направил тебя в сад, где ты уснул по его воле. А дальше ты все и сам знаешь. Катри, Анасти и Лексис служат Нанне. Они помогали тебе, пока наша Старшая добиралась в Пужер из Торуги.
Что же до Мастера? Он знает о Пророчестве. Оно хранилось в чертогах Валина. Мы спрятали его поглубже в земные недра, но оно было найдено сподвижником бога гномов Валина. Он предал нас – выкрал текст, отдал его Пернону Карсивалю и перешел на его сторону.
Пернон тоже приступил к поискам. Когда мы поняли, что Грэм сам идет в руки Мастера, то решили не мешать, так как вряд ли колдун стал бы искать одного из вас двоих в своем окружении.
Его тайные слуги – люди Красной и Синей Розы – обошли всю Империю, в попытках найти вас. И, если я сначала нашла Марвина, то они обнаружили Грэма. Какое-то время, чтобы не привлекать лишнего внимания, они пытались договориться с твоим отцом, Грэм. Говорили, что приглашают тебя на службу. Он не верил им и раз за разом они уезжали с отказом. Потом они стали угрожать, но и это не заставило отца дать согласие. В конце концов, они нагрянули в твою деревню ночью и, поняв, что тебя нет в доме, заперли его и сожгли.
Услышав это, Грэм сжал кулаки и опустил голову. Барт похлопал его по плечу, а Марвин с сочувствием посмотрел на него.
– Мастер прознал про тебя, Грэм, когда ты уже начал служить в Замке. Скорее всего ему помог все тот же сподвижник Валина. Мы подозреваем, что этот человек умеет видеть искру, но это еще предстоит выяснить. Мы также допускаем, что в Замке тебя мог увидеть кто-то из солдат Розы, искавших тебя до этого, хотя, насколько мы знаем, они никогда не приходят в Замок, и встречаются с Мастером в каком-то тайном месте. Как к Пернону попала информация о местонахождении Марвина, нам тоже пока неизвестно. Вопросов, как видите, у нас много, но мы точно знаем, что у Мастера родился план: Грэм поймает Марвина, приведет его в Замок, и вы оба перестанете представлять для него опасность.
– Это все звучит, как бред! – выпалил Грэм. – Я не верю ни одному твоему слову!
– Посмотри на свое запястье, Грэм. И на запястье Марвина. Ваши родимые пятна абсолютно одинаковой формы и размера. Как ты думаешь, каковы шансы на то, что природа в точности повторит такое у двух разных людей?
Марвин закатал рукав и протянул руку Грэму. Нечего было и сомневаться – Форрестина говорила правду.
– И что нам с этим со всем делать? – озадаченно спросил Барт.
– Для начала вам надо выпить герет, чтобы успокоиться, пока мы ждем Нанну. Она придет до заката. – проговорила Форрестина и взяла со стола чайник.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов