История Лэйлы, или Как безопасно изучать ведьмологию

– Откуда такие фразы были в голове у королевы — мы знать не могли, но они, наверняка, имели место быть, так как она участвовала в заговоре против королевы Елизаветы – говорил ведущий спектакля, тоже один из учеников дневной школы.

Лора являлась к ней всё такой же красивой, но уже бледной, в образе совести — на ней было надето пышное белое платье — она смеялась над уверенностью Марии Стюарт и предрекала ей провал её замысла. Когда она явилась к ней в последний раз в день казни за участие в заговоре Бебингтона, Лора снова громко произнесла фразу: "Сгинь!" и дунула на неё. Мария Стюарт в ту же секунду замертво упала на сцене, символизируя совершение казни, так как школа не могла себе позволить даже приблизительно показывать казнь королевы Шотландии. Опустился занавес, спектакль закончился, зрители зааплодировали стоя, пока из-за кулис не послышался крик одной из учительниц — София лежала на сцене бездыханно, её тело было уже по-настоящему бледным и холодным. Охрана тут же налетела на сцену и схватила уставшую и немного напуганную Лэйлу! Через секунду ей ловко удалось развязать узел на верëвке и она помчалась прочь из школы! Охрана кричала:

– Стой!

– Держите ведьму!

– Не дайте ей сбежать!

– Кто-нибудь, остановите эту сумасшедшую! – кричал один из охранников, не в состоянии угнаться за молодой девчонкой.

Лэйла бежала, что есть мочи, не оглядываясь. Она утопала в глубине Витторинбургского леса и уже не слышала никаких криков. Девчонка резко притормозила, когда оказалась на краю обрыва. В этот раз ей был слышан только шум океана. Когда ей послышался голос одного из охранников, Лэйла задержала дыхание и сделала прыжок вперëд. Охрана выбежала из леса, но на краю обрыва и под ним никого не нашли. Они подумали, что девчонка убилась, пока бежала от них. Разведя руками, охрана вернулась в школу. София была ожила, но была полностью уверена в том, что Лэйла её заколдовала, иначе она не пролежала бы столько времени без чувств. Зрители поддерживали девочку. Дженн отрицала её доводы и больше делала акцент на том, что подружка просто завидовала её успехам в мастерстве на сцене, потому что сама играла кое-как, и уже месяц как не общалась с Лэйлой, оттуда и все додумки! Отец Софии, Стефан, решил вступиться за дочь и обвинил Дженн в распущенности девочки:

– Лэйла очень стала похожа на свою мать Эриэл и это не удивительно, ведь девочка выросла в неполноценной семье! – яростно доказывал он. – Она не знает отцовской любви!

– Будто твоя дочь в ней прям купается! – сердито возразила ему Дженн, но вся толпа неожиданно встала на сторону Стефана. Дженн стало обидно от несправедливости и она в слезах ушла домой.

– Хоть бы эта девчонка также сгинула, как и её мать! – резко выпалил ворчливый и недовольный Стефан.

Спектакль закончился, но не празднование Хэллоуина. Правда после такого вечера у людей на душе остался осадочек и никто уже не хотел прыгать через костëр, пока одна из жительниц не уговорила их. Тогда люди развели костëр и прыгали через него, выкрикивая нелестные высказывания в адрес Дженн и её внучки.

Несмотря на это, к ней в гости пришëл Лорэн, чтобы поддержать старушку.

– Я найду Лэйлу. Во что бы то ни стало! Я обещаю! – обещал ей парень девочки.

– Только будь осторожен,внучок! – обнимала его дрожащими руками Дженн. – Спасибо! – бабушка от горя выставила его за дверь.

Прошло 2 дня.

Чëрный вóрон весь вечер настойчиво топтался по волосам Лэйлы, которая лежала на заснеженном берегу озера Эриболл на северном побережье Шотландии. После громкого каркания вóрона, Лэйла наконец-то пришла в себя, и выплюнула воду, которой успела наглотаться в океане. Вóрон активно прыгал по снегу, потом взлетел в воздух, указывая путь девчонке. Она встала, отряхнулась и с интересом последовала за ним. Он привëл её к древнему круглому полуразрушенному каменному сооружению, которое имело маленький вход с массивной треугольной перемычкой. Вóрон громко каркнул и кивнул головой, тем самым указывая девчонке на её дальнейшие действия. Замëрзшая Лэйла кое-как пробралась внутрь полуразрушенного сооружения, спустилась вниз по лестнице и обомлела от увиденного: подвал оказался жилым погребом с перегородками из штор, которые освещал свет длинных восковых белых свечей. Лэйла заметила там своеобразный шкаф для одежды, на кручках которого висели чëрные льняные длинные платья, плащи с капюшоном такого же цвета, чëрная и красная мантии. Рядом с вещами стоял круглый столик со шкатулкой. Открыв её, Лэйла увидела серебряные украшения с драгоценными камнями — серьги и колье с аметистом, заколки для волос агатом, кольца с цирконом; среди украшений ещё была интересная брошь с узором трикветра. Лэйла закрыла шкатулку и спустилась вниз по винтовой лестнице. Там она оказалась в тëмном помещении, которое казалось было в заброшенном состоянии, но хранило в себе всякие баночки с довольно странным содержимым. В них были чьи-то забальзамированные пальцы, волосы, зубы. Также Лэйла нашла шкаф со стеклянными сосудами, у которых были надписи на латинском языке, обозначающие их содержимое: "Sanguis cervinus" (кровь оленя), "Sanguis bufonis" (кровь жаб), "Sanguis invidorum" (кровь завистников), "Sanguis avarorum" (кровь жадных), "Sanguis inimicorum" (кровь врагов) , "Cerumen auriculare" (ушная сера) , "Urina asini" (ослиная моча), "Urina tauri" (бычья моча), "Succus agaricorum muscariorum" (сок мухомора), "Venenum serpentis" (змеиный яд), "Venenum araneae" (паучий яд), и литровая стеклянная банка с надписью "Sanguis iuvenum pulchritudorum" (кровь юных красавиц). Тут Лэйла пошатнулась и со звоном уронила на пол стоящий у шкафа большой железный ржавый половник.

– Можно было внимательнее любоваться моим имуществом? – послышался откуда-то разгневанный хриплый голос. Невозможно было понять кому он принадлежал — мужчине или женщине.

– Простите! Я случайно! – испугалась Лэйла.

– Согрелась хоть? Хах, прям как невеста! – из коморки вышел человек в тëмном рваном одеянии, из под которого на коже виднелись раны от порезов, и отметил внешний вид напуганной потеряшки.

Лэйла не на шутку испугалась, но поинтересовалась:

– Ой, а чем вы так?

– Хочешь, тебя этому научу? – неизвестная личность стала к ней приближаться. Лэйла напугалась ещё больше и громко ответила:

– Нет! – а потом убежала вверх по лестнице.

– Дура! – крикнула ей вслед неизвестная личность.

У лестницы неожиданно исчезло начало — Лэйла никак не могла подняться наверх, её затягивало всё ниже и ниже.

– Ну что, долго ещё топтаться тут будем? – возмутился некто, когда подошëл к ней ближе и предложил ей выпить из глиняной кружки отвар, который он сварил в чугунном котле.

– Нет, спасибо! Не надо. – девчонка вежливо пыталась отказаться от угощения.

– Noli timere! (Не бойся!) Это же не отрава какая-то! Hoc est potio pomorum cum rubis idaeis (Это яблочный чай с малиной). – заговорил с ней

– Вы всегда разговариваете на латинском языке? – поинтересовалась у него Лэйла.

– Тебе-то что? – заворчал он и разбил глиняную кружку. Яблочный чай с малиной растëкся по каменному полу. Вкусный аромат вызвал аппетит у Лэйлы и она заговорила.

– Вообще-то я есть хочу. Уже три дня как ничего не ела.

– А ты бы ещё дольше на траве валялась бы! Еда же сама по себе готовится! – буркнул ей недовольный кто-то и в его голосе послышались женские нотки.

– Как Вас зовут? – поинтересовалась у него Лэйла.

– Cum cibum coques, tibi dicam. (Когда приготовишь еду, я тебе скажу).

– А из чего мне её готовить?

– Sume pugionem meum e armario et ascende. Cum foras exieris, cape leporem et huc refer. Hic coque!

(Возьми мой кинжал, что лежит на полке шкафа, и поднимись наверх. Выйдешь на улицу, поймаешь зайца — принеси сюда. Здесь его и приготовишь!) – грозно приказал ей кто-то с женскими нотками в голосе.

Лэйла удивилась услышанному, схватила кинжал и отправилась на охоту.

Лэйла забыла взять накинуть на себя сверху какой-то плащ, чтобы было теплее, но уже вспомнила об этом выйдя из полуразрушенной башни, а вóрон своим карканием и грозным видом не позволил ей вернуться обратно.

Лэйла бродила по заснеженной земле в поисках зайца. Вдруг среди хвойных деревьев появились длинные серые ушки зайчика, шерсть которого готовилась ко смене летней шубки на зимнюю. Она осторожно подкралась к нему и хотела вонзить кинжал со спины, но он развернулся к ней мордочкой и заглянул ей в глаза. У Лэйлы от жалости дëрнулась рука и она спрятала кинжал за спиной, как вдруг кинжал вошёл со спины зайца, но уже от рук некто в чëрном плаще. На снег пролилась кровь невинного зайца, а ощущения от его бьющегося сердечка навсегда останутся в памяти Лэйлы. Некто накрыл её чëрным плащом, чтобы укрыть от холода, но она его с себя скинула и, плача, ушла в полуразрушенное сооружение.

Кинув тушку зайца на стол, некто приказал ей приготовить его. Но как только Лэйла взяла тушку в руки и понесла к тазику с кувшином воды, чтобы помыть её, некто тут же ударил еë по рукам и отругал:

– Вначале нужно снять шкуру с тушки зайца, затем промыть её и потом уже делать всё остальное!

Лэйла со слезами начала снимать с него шкурку.

– Это нужно было сделать на улице! А не в доме! Потом дом устанешь оттирать! – снова разгневался некто.

– Я этого делать не буду!!!– расплакалась Лэйла.

– Ты хочешь стать настоящей ведьмой? Тогда не ной, а делай, что я говорю!!! – разкричался некто.

Лэйла ревела в три ручья, её руки дрожали не столько от холода, сколько от ужасной процедуры, которой она раньше не занималась.

С горем пополам Лэйла сняла шкуру зайца и вернулась обратно. Там она её промыла, нарезала на средние кусочки и собиралась его потушить.

– Вот тебе горстка дубовых желудей. Обжарь их на слабом огне, а потом добавь к зайчатине. – дал ей некто и когда увидел, как она кинула эту горстку в чугунный ковш и зажгла под ним огонь, вскрикнул. – Дура! Их же нужно вначале от кожуры очистить!!!

– Будете так кричать, останетесь без ужина одни! – выпалила Лэйла.

Некто истерично засмеялся.

– Ты сама-то хоть подумала над тем, что сказала? Не я из школы сбежала, а ты! Так что я не расстроюсь, если ты покинешь мой дом! Знай — ведьмами просто так не становятся! Мы проходим трудный путь, который не каждый в силах его преодолеть. Если ты справишься с этим испытанием — значит ты ведьма. Нет — не смей себя так называть. Не притворяйся тем, кем не являешься и не в силах являться!

Лэйла хотела что-то ей возразить, но потом смирилась и продолжила готовить.

К мягкому тушëному зайцу она добавила немного душистого перца, что пришлось самостоятельно перемолоть в глиняной ступке, дольки чеснока, что лежал у некто в коробке, одну чайную ложку соли, одну чайную ложку сахара и обжаренные орехи жëлудя.

После сытного и необычно вкусного ужина, некто заговорил:

– Ты находишься в доме, который на самом деле не является моим с рождения. И носит он название — Брох Дун Дорнаигил. История у него очень туманная и скрытая от посторонних глаз и ушей. Я им нелегально завладела. Пока меня не нашли — буду здесь жить.

– А зовут Вас как? – осторожно поинтересовалась Лэйла.

– Зови меня Соя. – признался некто женским голосом, не открывая своего лица.

– От слова сойка?

– Практически. Так звали моего любимого.

– А что с ним случилось?

Соя встала из-за стола.

– Прибери здесь всё. Спокойной ночи. – она спокойно ответила и удалилась в свою коморку.

Соя имела удивительную особенность спать стоя. Она не любила все эти нежности перьевых подушек и мягких шерстяных одеял. Она всегда была на бегу, спала очень мало, но при этом её энергия всегда била через край. И эта энергия не всегда другим приносила пользу! Скорее только ей самой, ведь кто если не она будет заниматься заготовками для отваров различных снадобий? Именно потому Соя проснулась уже через час и убрала в коморке свои разбросанные вещи.

– Доброе утро! Вы уже не спите? – заглянула к ней Лэйла.

– Пошла вон отсюда! Только я имею право сюда заходить! – крикнула на неё ведьма.

– Да пожалуйста! Возитесь себе на здоровье в своём хламе! – девочка не растерялась и ушла обратно наверх.

Когда Соя поняла, что была слишком строга к юной гостье, то вышла из коморки и поднялась наверх в комнату, чтобы извиниться перед ней. Лэйла лежала на матрацах, накрытых белой простынью, и что-то ворчала себе под нос.

– Ты зачем тут порядок навела? – не сдержалась Соя.

Лэйла промолчала.

– Хорошо, извини. Просто я к нему не привыкла. Матрацы тут всегда валялись без дела. – смягчилась ведьма.

– Я заметила, что здесь царил один бардак!

– Ты смотри! Маленькая ещё, чтобы меня отчитывать! И вообще, идеальный порядок наводят только психически неуравновешенные люди! Они таким образом тратят свою энергию и заставляют это делать других! – возмутилась Соя, скрестив руки на груди.

– Неуравновешенные? А кто по Вашему мнению хранит в баночках весь этот ужас? – Лэйла от возмущения привстала с матрацев.

– Это не твоё дело, что и где я храню! Может быть это такая защита от воров! Ты не подумала об этом? – возразила ей ведьма.

– Воров? Вы прям в таком людном месте живëте, что не протолкнуться!

– Вот поэтому здесь никого и нет! – сердито подытожила Соя.

В комнате воцарилась тишина.

– Хотите, я буду здесь прибираться два раза в неделю? – спокойно предложила ей Лэйла.

– Я смотрю, ты домой не торопишься.

– А смысл? Всё равно меня там никто уже не ждёт. – девчонка грустно ответила.

– Прям никто! – удивилась ей ведьма.

– Ну кроме бабушки, Бусика и Лорэна — никто.

– Так-так-так... А Лорэн — это кто такой? – Соя была заинтригована и села с ней рядом.

– Нет, я не скажу. – Лэйла засмущалась.

– Любимый мальчик... Я поняла. Ну а Бусик кто? Чëрный кот?

– Лучше! Это мой пушистый друг-паучок! Он прибыл к нам из дальних странствий в чемодане несчастного путешественника! Бабушка говорила, что тот путешествовал по послевоенной Мексике, вот он и забрался к нему в чемодан. По прибытию в родной город, он был чем-то мучительно болен, и когда его чемодан вскрыли, оттуда выбежал маленький лохматый паучок, прибежал к нам и забился в угол моей комнаты! Мы с ним подружились... – поделилась с ней Лэйла. – А у Вас есть любимый домашний питомец?

– Ох, да... Геворг! Сюда! – позвала она кого-то.

– Кар-р-р! – закаркал тот самый чëрный вóрон.

– Вот, знакомься! Геворг – и шëпотом продолжила. – XVI.

– А почему шестнадцатый? – тихо спросила её девчонка.

– Мрут как мухи. – ответила ей Соя шëпотом. – Шутка. Звучит солидно! – и погладила вóрона по голове.

– Ха, ха-ха-ха, ха-ха... Смешно. – Лэйла пыталась изобразить искренний смех. – На самом деле нет.

– Ну тебе не угодишь! – фыркнула ведьма.

– Мы так и будем здесь сидеть и ругаться или пойдëм завтракать?

– А ты приготовила? – Соя снова взялась за своё.

– Это невозможно... – и уставшая от ведьмы, Лэйла встала с матраца и спустилась вниз искать ингридиенты для завтрака. Вóрон Геворг XVI полетел вслед за ней.

Оказалось, что завтракать было особо не чем. Только сварить в чугунном котелке яблочный чай с малиной, хрустеть сушëным банноком (шотландской лепëшкой) и ложкой есть клубничный джем.

– М-м-м... Какой вкусный джем Вы сварили! – похвалила её Лэйла.

– Ты что? Я такой ерундой не занимаюсь! – Соя отнекивалась от чужого труда.

– Не Вы? А кто же тогда? Откуда у Вас этот джем? – Лэйла начала с пристрастием её допрашивать.

– Как-то мимо моего дома проезжала карета с прицепом. В нём старушка везла банки с джемом на продажу.

– Старушка? – Лэйла вдруг подумала о своей бабушке, которая любила варить всякий джем. – А откуда она его везла?

– Из форта Огастуса, где в этом году весной, на берегу у озера Лох-Несс заметили какое-то чудовище. Старушка в панике оповещала жителей о нём, чтобы они были осторожнее!

Лэйла поняла, что речь шла о другой старушке и продолжила свой допрос.

– Ой, а что это за чудовище было, она рассказала?

– Кажется, что она говорила о двухметровом горбатом чудовище, у которого будто было четыре слоновьи ноги!

– Ничего себе! А он опасен? – не унималась любопытная Лэйла.

– Ты бы помылась, дитя моё! А то скоро ты станешь опасной для окружающих! – Соя сделала ей замечание, плотно прикрывая рукой у носа тëмную маску на голове. – Платье уже не такое изящное, да и ты изрядно испачкалась.

– Где же мне помыться? Здесь нет ванной комнаты! – Лэйле стало стыдно за свой внешний вид.

– У меня в каморке. И потом переоденься в одежду, что я тебе там подготовила.

– Спасибо! – девчонка потянулась к Сое, чтобы обнять её, но та брезгливо оттолкнулась.

– Иди уже, благодарная! Помоешься — вот и будет мне твоя благодарность, а то теперь свою берлогу проветривать нужно! – ворчала ведьма.

В это время Лорэн ходил по Витторинбургу и искал Лэйлу. Спрашивал у прохожих про девушку в белом платье с чëрными как уголь волосами. Но никто из них такой не видел. Только один старик, что в тот день удил рыбу, сказал ему, что видел, как что-то похожее упало в воды Атлантического океана, но не видел, как оно всплыло. Эта новость подарила Лорэну надежду на то, что его любимая девчонка жива.

Лэйла помылась в специально вырытой для этого яме жëсткой мочалкой из расщепленных дубовых веток с использованием воды, набранной в колодце, а также цветков лаванды. Её кожа больше не была нежной и бархатистой, она была вся в мелких порезах от мочалки. Одеться ей пришлось в растянутые чëрные льняные рубахи, повязать на талии пояс из тëмно-зелëных лент, на ноги она надела коричневые хлопковые штаны и обула ботинки, которые ей были немного малы.

– Ничего, разносятся! – отреагировала Соя на слëзы Лэйлы, что ей было больно в них ходить. – Зато ты теперь приятно пахнешь и выглядишь как я в свои лучшие годы!

– Так сколько Вам лет?

– Всё, иди отсюда! Отдохни и погрейся у костра, что я разожгла для тебя. – предложила ей Соя.

Лэйла послушно пошла к чугунному котелку, в котором варилось что-то непонятное — то ли серого, то ли зелëного цвета.

Лорэну потребовалось пару часов наблюдений за водным течением, чтобы не сделать ошибку и пойти на поиски Лэйлы в нужном направлении. Путь его был сложным и долгим... Через заснеженные горы и холмы.