Эхо забытой расы. Цикл: "Сага о последней Сэйнтари".

Сестру Эрина назначили ответственной за бывших наложниц: ей предстояло составить списки тех, кто хочет покинуть замок, и тех, кто останется, а также выяснить их умения для распределения работ. Похищенным девушкам, желающим вернуться домой, Дэрион пообещал выделить денежные компенсации — после проверки сокровищниц.

К слову, богатства оказались внушительными. Сокровищницы ломились от золота, драгоценностей, и даже магических артефактов. Продовольственные склады и винные погреба были забиты до отказа.

В подземельях крепости обнаружились измождённые пленники.

— Отвести их в нормальные комнаты, накормить, вымыть и передать местной знахарке, — распорядился Дэрион.

За несколько дней он осмотрел крепость, от подземелий до зубцов башен. Отдал распоряжения по укреплению стен, ремонту построек и организации стражи. Работы закипели по всему периметру: чинили покосившиеся ворота, укрепляли башни, ремонтировали казармы, ковали новое оружие и доспехи, прокладывали дополнительные ходы, устанавливали сигнальные огни.

В крепости же всё шло своим чередом, чётко и слаженно.

Мариэль сдержала слово: флот Урхорна не появлялись несколько дней — их задержала буря на море. Ближе к полудню третьего дня один из Воронов доложил:

— К крепости приближаются три крупных пиратских корабля. К ним присоединился четвёртый — от пристани материка. Будут через несколько часов. Среди них те, кто ранее покинул крепость.

Дэрион выслушал донесение с холодным отстранённым видом.

«У них был шанс выжить, а теперь…» — мысленно отметил он и сразу призвал к себе начальника стражи, мастера боя и хранителя защитных чар.

Через четверть часа крепость выглядела так, словно все вымерли. Всем мирным жителям было велено укрыться внутри и не покидать убежища. На стенах остались только лучники, занявшие позиции у бойниц, и стража, вооружённая мечами и алебардами.

Когда всё было готово, Дэрион коротко бросил:

— Снять защиту. Пропустить всех желающих внутрь. — Страже — не высовываться.

Тьма внутри Дэриона ликовала в предвкушении. Он не собирался сражаться. Он собирался убивать