Полонное Солнце. 2

- Я оказался прав. У вашего дракона несколько голов, и все изрыгают огонь. Они могут сжечь Юншена быстрее, чем вы думаете. Вам надо решать, как поступить.

Веслав привстал со своего места:

- Что, господин Ю? Что за рисунок сделал Юн? Что это за узоры?

Их собеседник покачал головой:

- Это не узоры, это иероглифы. И они означают имя. Я думаю, это имя того, кто заставил мальчишку уйти из дома, найдя очень убедительный предлог.

- Чье это имя, господин Ю? - Горан тоже поднялся, не в силах усидеть на месте.

Ю медленно выпил оставшийся напиток, вытер усы, причмокнул и произнёс:

- Даже улитка приползет в нужное место, если будет двигаться правильно. Заметьте, друзья, не быстро, а правильно. Юншена надо спасать, ему действительно грозит опасность, но действовать надо ПРАВИЛЬНО, а не быстро, запомните.

- Помоги нам, господин Ю, пожалуйста. Скажи, кто украл Юна, и что нам делать? - Тамир смотрел на китайца во все глаза.

- Юншен начертал имя человека, который станет его палачом.

Все вздрогнули.

- Почему палачом? - Божан таращил свои круглые глаза на господина Ю, понимая и не понимая его.

- Потому что парень, которого я знаю, никогда не согласится на то, что ему предложит этот человек.

- Что предложит?

- Человек-дракон владеет несколькими отрядами воинов. Они способны обратить в бегство многих, даже кочевников. Вам не повезло столкнуться с ним и перейти ему дорогу.

- Что ты ещё знаешь, господин Ю? Говори! – Веслав уже стоял подле стола, сложив руки на груди, чтобы унять гнев и ужас, переплетающиеся меж собой в его сердце. Оно билось так сильно, будто стремилось выпрыгнуть из груди.

- Это отряды наемных убийц, которых он создает из своих рабов и рассылает по всему свету. Юншену предложат или уже предложили стать подобным убийцей. Но он ни за что на такое не пойдёт! А человек-дракон никогда не оставит его в покое. Парень для него, будто слиток золота, какой выпускают из рук, лишь покинув жизненный круг. Потому вам будет трудно справиться.

- Кто этот человек? Пожалуйста, господин Ю, скажи нам!

- Лисе не нужно знать, как зовут волка, чтобы обхитрить его. - Улыбнулся китаец. - Вам придется хитрить. Силой вы его не возьмёте.

- Господин Ю! - Послышались голоса уже с нескольких сторон.

- Юншен большой молодец. Он хорошо знает наш язык. Эти иероглифы - имя человека-дракона.

- Говори, прошу!!! - Веслав поедал глазами китайца, ловя каждое его слово.

- Вы знаете этого человека.

- Кто он?

- Это Камран.

- Камран???

- Да. Его имя не должно обмануть вас.

- Какого рода этот человек? Его лик не сделался нам понятен из нескольких встреч с ним.

- Он живет подле общины персов, но сам не имеет к ним никакого отношения. Это человек с множеством лиц, потому я назвал его человеком-драконом. Количество его голов трудно определить. Он способен менять лики, словно бы оборотень, каждый раз представляясь кем-то другим. - Господин Ю плавно повел рукой, приглашая всех снова сесть. Гости уселись, внимательно слушая его, словно ученики мудрого учителя.

- История его рождения неизвестна. Также сокрыто туманом, какой он крови. Ходят слухи, что он появился на свет в Византии. И долгое время жил там. Он приезжает сюда часто и надолго. У него в Каффе огромный дом, что расположен на берегу. Этот дворец - настоящая крепость. Он более всего похож на замок.

Там есть огромный забор, тяжелые ворота, охранники на стенах. Сам консул Гуаско неоднократно бывал у него и выходил оттуда весьма довольным. Ходят слухи, что Камран проводит у себя в подвалах собственные бои без правил. Но никто не видел этого. Еще ходят слухи, что под его замком расположен целый лабиринт ходов, большая галерея пещер, и многие его гости оттого являются к нему неузнанными и покидают его дом незаметно. В недрах его поместья можно бродить годами. Если Юншен попал туда, и Камран не захочет, чтобы его нашли, мальчишку никогда не отыщут.

- И Юн сам к нему пошел! - Божан закрыл глаза от ужаса.

- У него не было выхода. Камран умеет убеждать.

- А как он учит этих рабов, чтобы они стали убийцами? - Тамир был такой бледный, что глаза казались двумя огромными черными дырами на его лице.

- Точно не знаю. Но выбирает он тех, у кого есть ратные таланты. Особые таланты, как у Юншена. И обучает своим собственным способом

- Это как? - Подал голос Гато.

- Камран весьма бережлив, если не сказать, скуп. Он не любит бросать деньги на ветер. И никогда не нанимает готовых ратников, им нужно слишком много платить. Он покупает, а чаще всего, просто крадет или забирает обманом несвободных бойцов. Невольников. И готовит их по особой методе.

- Какой?

- Сперва он принимается их ломать, превращая в забитое и покорное себе существо. Безропотное. Не способное сопротивляться ему. После в ход идут разные, одному ему известные травы и настойки. Они дают эйфорию, рождают злость и бесстрашие, удесятеряют силы. Он знает в этом толк. После его воины, привыкнув к такому, уже не могут без них обходиться. И готовы на все, ради капли этого зелья.

Веслав закрыл лицо руками.

- Юн не сможет так. Он погибнет.

- Потому я и сказал, что парень написал имя палача. Он понимает это. Юн пошел на смерть. Вернее всего, условием явилась ваша жизнь. Всех вас.

- Во время боя Камран привел своих людей, наших было в разы меньше. Мы еще удивлялись, почему нас не преследуют. - Горан сжал руки в кулаки, рассматривая их так, будто впервые увидел. - А Юн еще сказал, что и не будут преследовать. Он уже тогда заключил эту сделку.

- Наши жизни в обмен на его. Боги! – Тамир зажмурился, будто видел все наяву и не хотел становиться свидетелем увиденному.

- И выстрелили они в Веслава, дабы показать, что сделают, если парень не согласится. – Горан с горечью оглядел всех.

- Он поймал стрелу, сломал ее и бросил под ноги Камрану. Я тогда еще удивился, зачем? А это было знаком, что он согласен. - Веслав положил голову на руки. - Боже, помоги нам!

- Если сидеть на берегу и ждать, когда вынырнет рыба и упадет тебе в рот, умрешь голодным, и сам станешь кормом для рыбы. Нужно брать лодку и плыть на середину реки. - Господин Ю улыбнулся.

- Мы так и сделаем. - Веслав поднялся, кланяясь китайцу. - Спасибо тебе, господин Ю. Ты сделал невозможное.

- Теперь вам остается все остальное сделать возможным. Юн сейчас будто заперт в мире мёртвых. Вы должны вывести его оттуда. Ещё лучше, если он сумеет выбраться сам. Тогда морок спадёт. На нашу помощь можете рассчитывать. Юншен многое сделал для нас. Мой сын поедет с вами и будет вам подспорьем, покуда его друг не вернется.

Горан хотел было возразить, но Веслав сжал его руку и поклонился китайцу:

- Наша благодарность тебе, господин Ю, не знает границ. Не беспокойся, с твоим сыном все будет в порядке, мы станем присматривать за ним все это время. Ю покачал головой, прошептав по-своему: «Ну, кто еще за кем станет присматривать». И широко улыбнулся новым знакомцам:

- Я не сомневаюсь, что доверил своего сына лучшим людям на этой земле.

Вэй, довольный, поднялся и вновь принялся тараторить, что-то показывая пальцами отцу. Тот кивнул, и мальчишка скрылся в соседней комнате, очевидно, пошел собирать вещи.

*

Вэя разместили в небольших покоях по левую сторону от передней гостиной. Сбоку от его двери висел большой щит, который он с интересом принялся разглядывать, качая головой. Он оказался парнем непритязательным. Ел, что дают, пил только воду, много упражнялся. И никому не мешал. Не лез с разговорами (видать потому, что ничего не понимал), ни на кого не смотрел. По дому ходил бесшумно, напросился в комнату Юна, там все внимательно оглядел, облазил, одобрительно покачал головой, рассматривая гвоздь. Забрался под кровать. Провел рукой по стенам. Потом ушел на улицу. Там отправился на стрельбище, вернулся, улыбаясь.

Остальные в это время собрались в комнате Веслава, решая, что делать. Молчану и Калерии рассказали, о чем поведал господин Ю. Калерия вновь расплакалась, вытирая нос платком, и села за стол между Гораном и Веславом. Они оба поглядели на Молчана. Он улыбнулся в усы.

- Мы должны проникнуть в дом к Камрану. – Веско произнес Горан, обведя окружающих свирепым взглядом, чтобы никто не посмел с ним не согласиться.

- Горан, ты, конечно, прав. Но вспомни, что сказал господин Ю. Надо действовать, но действовать правильно. В первую голову стоит убедиться, что Юн и впрямь в этом доме. Ежели мы полезем туда, а его там нет, все испортим. Парня убьют. Камран предупреждал об этом еще перед битвой. Надо знать наверняка. - Нахмурился Веслав.

- Как ты предлагаешь убедиться в этом? - Калерия смотрела с надеждой, будто Веслав знал, что делать.

- Надобно отправить в дом Камрана своего человека. Он станет нашими глазами и ушами там.

- Ю сказал, что там полно подземных ходов, как прикажешь искать в них? Если Камран прячет Юна там, вряд ли мы сможем отыскать его быстро. – Тамир, будто забывшись, говорил сейчас весьма вольно и глядел на Горана, не опуская глаз. Все закивали, даже не заметив этого.

Скрипнула дверь, вошел Вэй, улыбнулся и произнес:

- У некоторых замков, подобных этому, в подземельях обычно есть свой тайный ход. В крепости Камрана, он вернее всего, ведет к морю. Там, где возвышается его дом, довольно высокий берег и в нем несколько небольших пещер. Готов поклясться, что одна из них и есть вход в подвалы дома...

Все открыли рты и переглянулись, а потом дружно рассмеялись. Вэй удивленно посмотрел на них.

- Прости, Вэй, просто мы думали, что ты не понимаешь по-нашему. Мы смеемся не над тобой, а над собой.

- Я понимаю ваше наречие и, как видите, легко говорю на нем. Учитель Линь требовал, чтобы я учил ваш язык. Говорил - раз у тебя друг русич, то и говори с ним на его языке, он же на твоем говорит.

- Ну, что ж, это лишнее доказательство, что ваш учитель был зело мудр. – Веслав повел рукой, приглашая Вэя сесть со всеми. Тот кивнул и опустился на один из тяжелых стульев, поближе к устроившемуся у самой стены Божану. Все они расположились сейчас в огромных комнатах Веслава, избрав их своей цитаделью.

- Слушай, Вэй, а откуда ты знаешь, как у этого Камрана все устроено подле дома? – Тамир с некоторым недоверием глядел на нового знакомца.

Тот скромно улыбнулся:

- Так у меня же не только старший брат есть, но и двое младших. Они, будто ветер, носятся везде. Дети. Так почему же этот ветер не может случайно залететь в подвалы замка Камрана? И что-нибудь увидеть там. Кто станет обращать внимания на поток воздуха, если он не способен сбивать с ног? Никто!

Вэй говорил хорошо, но с характерной китайской мелодикой в речи, и это живо напомнило Веславу Юна. Сердце защемило. Как он сейчас? Что с ним? Мальчишка опять совершил что-то невообразимое. Почему он не рассказал ничего? Не посоветовался? Они бы вместе что-то придумали. Нашли какой-нибудь способ уйти от опасности. Но он, как всегда, все решил сам. Скорее всего еще одним условием было ничего никому не рассказывать. Как Камран смог запугать его? Когда? Это случилось либо за день до боя, когда Юн долго пробыл у Вэя, а после один возвращался обратно, либо сразу перед битвой, когда он отошел сменить одежды.

Поэтому Камран и не дал Веславу пойти с мальчишкой. С ним в это время уже кто-то говорил. Очевидно, кто-то из помощников самого Камрана.

Бедный парень. Он прошел этот путь один. А сам Веслав ни о чем не догадался. Он был занят тем, как уместить Некраса в их жизнь, и почти поверил, что тот сможет измениться, что плен вправит ему мозги. Но увы. Этого не случилось. Некрас, похоже, безнадежен. Нелюбовь отца так сильно изуродовала его душу, что даже лучший лекарь здесь не справится. Все для него окончено.

Голос подал Гато:

- Господин Горан, позволь мне сказать?

- Говори. - Горан холодно смотрел на него. Надсмотрщик стоял, опустив голову, подле стены, туда едва попадал свет, и высокая фигура его почти сливалась с нею. Сумрачное лицо с длинным острым носом было печально, если такое определение можно было бы приложить к его резкой, острой, будто наточенный кинжал, физиономии.

- Камран не знает меня. Я отсутствовал во время боя, я никогда с ним не сталкивался. Сомневаюсь, что он видел меня раньше. А даже, если и видел, что с того? Есть свидетели того, как меня заперли в подвале, как господин Горан люто гневался не меня, собираясь казнить. Я же могу озлобиться, разозлиться на несправедливость и уйти. И пойти прямиком устраиваться на службу к Камрану. Назло всем.

Горан и Веслав переглянулись. Остальные смотрели на Гато с удивлением. И тут Молчан произнёс:

- Пусть он идёт, господин Горан. Он так обращался с мальчишкой, что Камран примет его с распростертыми объятиями.

- Я готов пойти туда, чем бы мне это не грозило. - Гато поднял голову, оглядывая всех:

- Я хочу заслужить твое прощение, господин Горан. И прощение всех вас. Я знаю, что наделал глупостей. Я так обращался с мальчишкой не потому, что хотел навредить тебе, господин. Меня самого так воспитывали. Родители не давали мне спуску. Я привык, что гордость - это плохо, сопротивление – это вызов устоям семьи, грубость сродни преступлению. Убийственны также радость, смех, ненужная смелость. Все это оказалось собрано в парне, которого мы охраняли. Сплетено прочно в клубок пороков, как я думал. Я был уверен, что он потеряет душу, если не признает этого. Думал, что прошлый хозяин обманул его, увел с пути истинного. И это создаст новому хозяину парня тяжелую жизнь. И тем самым бросит тень на моего господина. Такого не должно было случиться! И я решился исправить все так же, как делали мои родители. Со мной. Но в последний раз я и впрямь перестарался. И проклятия мальчишки, да еще сказанные почти что в слезах, меня здорово напугали. Правда это или нет, но в моей жизни началась темная полоса. И я тогда вдруг усомнился в той истине, какую считал привычной для себя. И принялся думать, в чем оказался неправ?

- Ты был не прав в том, Гато, что все делал у меня за спиной. Ты посмел вести себя с Юном так, будто бы сам был его хозяином! - Горан стукнул кулаком по столу. - Я просил тебя об этом? Ты чуть не убил его! Все вы!

Гато опустил голову.

- Прости, господин Горан. Я не лгу. Я и правда хочу все исправить.

- Ты просто хочешь жить, Гато. И все. Не могу тебе этого обещать!

- Позволь мне хотя бы попытаться, господин. Я не подведу, клянусь!

- Тебе и не удастся этого сделать. Ты тогда не проживешь и часа.

- Горан, - Веслав сжал плечо друга. - Не кипятись. Давай попробуем поверить Гато. Он предложил очень хорошую идею. Можем рискнуть. Надобно только все обдумать.

Тамир посмотрел на всех, сидящих вокруг:

- А почему мы решили, что Камран хочет сделать из Юна очередного убийцу? Он мог постараться заполучить его для себя. В качестве охранителя. Человек, способный поймать стрелу рукой! Вы все видели, как Камран смотрел на Юна? Он был готов молиться на него.

- А ведь верно! С ним всегда рядом несколько человек! - Божан говорил негромко, и, казалось, испугался собственной смелости. - А, если с ним охранители, значит у него есть враги...

Веслав повернулся к нему:

- Божан! Да ты голова! А ведь правда!!! А вдруг Камрану угрожает опасность, и он собирает вокруг себя хорошую охрану! Это может поменять все! Враг моего врага - мой друг! Мы найдем того, кому он так сильно не нравится, и поможем ему разделаться с Камраном!

Калерия закрыла лицо руками:

- Вы говорите о таких страшных вещах!!! Ведь в этом сражении Юн может погибнуть!

- Он и так может погибнуть, тетя! Шутки окончились. В игру вступают слишком серьезные силы, чтобы их игнорировать. Надо узнать, не угрожал ли кто-нибудь Камрану последнее время. А, если угрожал, то кто? Да, китаец был прав, быстро все решить не получится. Но нам необходимо доползти до нужного места. И желательно не стать улиткой.

*

Несколько месяцев назад…

- Ну что? Вы что-нибудь узнали?

- Пока нет. Этот человек безвылазно сидит в своем доме, подобраться к нему очень трудно. Поместье - настоящая крепость. Высокий забор, стены не взять штурмом, по стенам ходят охранники. С ним рядом всегда несколько человек. Один он никуда не выходит.

- Вы уверены, что шкатулка у него?

- Да. Женщина, что сообщила о ней, говорила, что рыжий посланец вез вещь с собою.

- Как узнали?

- Среди его людей был лазутчик. Он находился рядом с посланцем с самого начала пути.

- А кочевники?

- Они действуют по своему плану. Им тоже ведомо о шкатулке. Они пытаются получить её. За ней идёт слишком большая охота.

- Ну, что ж. Самое время навестить этот дом. Кстати, жилище мне нравится. Огромный замок! Места всем нам хватит с лихвой! Как вам идея поселиться в нем?

- Разумно. Самое незаметное место – всегда у всех на виду. А самые необходимые люди те, на которых никто не обращает внимания. Он не должен ни о чем догадаться.

- Да он даже представить не сумеет, КТО рядом с ним поселится. Ему такое даже в голову не придет.

*

Тяжелая дверь его комнаты захлопнулась, и снаружи задвинули засов. Все было понятно. Он пленник. Навсегда. К вечеру дверь вновь отворилась, и появился Камран. Юн грустно улыбнулся:

- Зачем все это? Я же пришел, как и обещал. Я никуда не сбегу.

- А у тебя и не получится, парень. Отсюда почти невозможно сбежать. Да и некуда тебе теперь бежать. Сомневаюсь, что твой хозяин простит тебя за побег и примет обратно. Ты теперь беглый раб. Судьба твоя незавидна. Так что в твоих же интересах не противится мне, а согласиться на все, что я предложу.

Юн опустил голову. Камран прав. Господин Веслав никогда не простит его. Тем более, что Юн сам всегда утверждал, что никуда не сбежит. Значит врал. Хозяин не терпит вранья. Юн предал его, предал доверие, что ему оказали. Его не поймет никто, даже Тамир. Интересно, как долго его будут искать? Вернее всего, неделю или чуть больше, покуда не убедятся, что он исчез бесследно. Пусть думают, что он оказался неблагодарным подлецом. Так легче. И им, и ему.

Но тоска была невыносимой. Дни шли. Он почти добровольно стал рабом Камрана. Тот сразу расставил все по своим местам. У него много врагов и завистников, что желают ему смерти. Он не может незамеченным покинуть дом. С ним всегда ходят несколько стражей, что создают вокруг толпу и привлекают внимание, тем самым выдавая его. Так не годится. Посему ему нужен воин, способный заменить собой сразу нескольких человек. Мальчишка именно таким и является. Камран хочет, чтобы он стал его охранителем. Тот быстр, решителен и весьма умел. Один стоит нескольких. Таких воинов нет ни у кого. Стало быть, выхода у парня нет. Придётся подчиниться.

Юн горько улыбнулся:

- Да, выхода у меня нет, господин. Ты прав. Но этот выход перекрыл мне ты! Ты желал смерти моим друзьям! Ты сказал, что твои лучники уничтожат их всех во время боя, если я не соглашусь уйти к тебе!

- Но все же я дал тебе неделю на раздумья. Как ты просил. И ты в конце концов согласился.

- После того, как ты сказал, что сожжешь поместье со всеми его обитателями, если через неделю я не появлюсь в Каффе. Что мне ещё оставалось делать?

- Потому что я привык добиваться своего. Ты умелый воин. Я не мог тебя упустить. Твой прежний хозяин не ценил тебя вовсе. Я был удивлен, что ты при всем этом желаешь ему добра. Я бы на твоем месте не был так снисходителен к нему.

- Мне не стоило ехать в Каффу в тот день, хозяин был прав. - Юн опустил голову. Камран засмеялся, глядя на него.

Этот юный глупец, думал, что Камран первый раз увидел его перед боем. Молодой наивный дурень! Камран уже давно оценил его умения. Еще прежний хозяин парня был жив…

Он помнил тот день хорошо. Это было пять лет назад, тогда в школе Линя состоялся тренировочный бой, и Юн победил трех мальчишек, какие приехали из школы, что располагалась в Солдайе. Их учитель был в ярости. Он требовал от Линя запретить парню участвовать, потому что тот раб. Он считал его победу незаслуженной. Камран был там. Этот учитель пригласил его посмотреть на своих бойцов. А Камран глядел только на Юна. Такой талант он в жизни еще не встречал!

И тогда же он понял, что результатом победы парня являются не только умения, быстрота и потрясающая ловкость. У него оказалась отличная голова. Он строил бой, как стратег, исходя из особенностей противника. А эти особенности он видел сразу, как только тот оказывался перед ним.

Последнее сражение стало тому примером. А идея с дудочкой и вовсе оказалась прекрасна! Мальчишка, наблюдая бой своего соперника, понял, что тот весьма раздражителен, гневлив, и любое лишнее движение или звук приводят его в ярость. А человек в ярости, будто лошадь в шорах, видит все только перед собой. Веселая мелодия создала дикое противопоставление гнетущему настрою ристалища, она звучала будто бы насмешкою над противником, и легко сбила того с пути. Даже огромная сила и немалые ратные умения ему не помогли.

- Жаль, конечно, что ты убил моего бойца. Я забрал бы вас обоих.

Юн поморщился при упоминании Некраса, и Камран усмехнулся.

- Ну, довольно разговоров. Мне пора. Есть кое-какие дела. Мария скоро принесёт тебе поесть. Не смей долго болтать с нею, у нее есть обязанности по дому. Она не будет все время сидеть рядом с тобой.

И с этими словами он вышел. Юн вздохнул. Мария… Она стала единственным светлым лучом в его безрадостной нынешней жизни. Служанка Камрана. Тонкая, почти прозрачная от худобы, с густыми темными волосами, заплетенными в две длинные косы, спускающиеся почти до самых ее коленей, и испуганными глазами, она появилась в его комнате в первый же день его плена по приказу Камрана, принеся ему еды. Камран не стал ходить да около, прямо сказав, что Юн может поступать с ней по своему разумению. Как пожелает. Юн сразу понял, что девушка точно такая же жертва игр Камрана, как и он сам. Отвернись он от нее сейчас, и ее будет ждать весьма незавидная судьба. И сделал вид, что принимает этот нечаянный подарок.

Зацепившись за слова Камрана, Юн объявил её отныне своей, взяв под защиту, и этим невольно спас ее. И она была безмерно благодарна ему.

Скрипнула дверь. Мария принесла ему похлебку, кусок лепешки и кружку. Его передернуло, когда он вновь увидал эту кружку.

Примерно через неделю его нового добровольного плена, Камран заявился к нему в комнату, неся самолично эту кружку в руках. Юн тогда сидел, положив руки на стол, и улыбался Марии, которая собирала посуду после трапезы. Девушка нравилась ему своим добрым нравом, удивительно красивым лицом и косами с колечками на концах. Ее волосы вились, и виски обрамляли тугие темные кольца кудрей, а одна длинная и самая непослушная завитушка все время падала на лоб, и девушка сдувала ее, состроив веселую рожицу, чтобы он засмеялся.

- У тебя такое хорошее лицо, когда ты улыбаешься Юншен. - Мария смотрела на него, и ее темные, чуть раскосые, какие-то лисьи глаза, искрились.

Здесь, в этом доме он назвался своим полным прозвищем. Не хотел, чтобы имя Юн, которым звали его дорогие ему люди, произносили чужие. С Марией ему было интересно. Она не лезла за словом в карман, была умной и смешливой.

В тот вечер они весело перешучивались, когда вошел Камран с кружкой, протянул ее Юну, и, не обращая внимания на Марию, приказал:

- Это для тебя, парень!

- Что это? - Юн поднялся на ноги, увидев, как девушка вскинула голову, испуганно взглянула на Камрана, после на Юна и принялась быстро собирать посуду. Юн заметил, как затряслись её руки. Что в кружке, если она так напугалась?

- Что здесь, господин Камран?

- Не твое дело! Пей!

- Я не стану пить, покуда не узнаю, что там. - Юн сделал шаг назад.

- Ты кто такой, чтобы задавать мне вопросы? - Камран подошел почти вплотную, мигом утратив свой былой добродушный вид. На поверхность сейчас вышло его истинное лицо. Холодное и безжалостное. Мальчишка теперь его собственность, и эта собственность посмела пойти против него! Он такого не терпел.

- Пей, я сказал!

Парень смотрел на него потемневшими глазами, не желая подчиняться, и Камран сделал вид, что сжалился:

- Там всего лишь сонный напиток. Не хочу, чтобы ночью ты передумал и попробовал сбежать. Или расправиться со мной. Пей!

- Не нужно усыплять меня, господин Камран. Когда я в последний раз пил такое, мне было очень плохо. Я чуть не умер.

- Тебя это огорчит, но мне все равно. Пей!

- Пожалуйста, господин Камран. Я дал слово. Я не причиню тебе вреда.

- Ты очень своеволен. Я этого не люблю. Пей!