Шпион вне времени
И тут, в очередной раз случилось то, чего уж я-то точно не предполагал.
– А ну-ка бросили оружие, смерды! – уже совсем взрослый голос, вероятно проснувшегося в одиночестве и слегка охмелённого моего напарника. – Разрублю на куски всякого, кто поднимет руку на графа!
Нас было только двое. А напротив… если не толпа, то очень много противников. И этот пацан даже не подумал о количестве возможных врагов! Ему было, похоже, наплевать. Это у благородных как-то по генам передаётся? Просто любопытно. Толком подумать об этом мне не хватило времени. Ибо дальше, кто-то из толпы прошёлся по его отцу и матери. Словами. С кем не бывает. Обидно, конечно. Но не вот так же.
– Вам куда надо пройти? – неожиданно деловитым голосом поинтересовался Крайс.
От переизбытка впечатлений я вначале пытался показывать направление руками. И только через несколько секунд смог выговорить:
– За угол вот того дома.
– Дорогу моему графу!
Следом жуткие крики и звон стали о сталь, как непременная музыка всегда сопровождающая жестокую битву. Отмечу, что местные сражались ото всей души. Все вместе, и каждый по отдельности. Их точно кто-то подгонял, ими руководил. Я так подумал, поскольку никогда не наблюдал столь пустых глаз.
Однако закончилось всё довольно быстро. Крайс, всё ещё наполненный адреналином, продолжал помахивать окровавленным мечом над уже недвижимыми телами. Честно признаюсь – я бы так быстро не управился. Если бы вообще смог. Кто-то очень постарался, обучая этого парня боевым искусствам.
– Ты убил всех?
Не знаю, зачем я это спросил. Трупы в два слоя устилали дорогу к порталу.
Мне стоило уже привыкнуть к его ответам.
– Они же Вам угрожали. Я не мог допустить Вашего оскорбления железом.
Я посмотрел вперёд. Тяжело. Даже понимая, что никого из них давно нет, что их тела истлели, как и тела их детей и внуков, и правнуков задолго до моего появления на свет, смотреть на уложенные в два слоя трупы изрубленные моим сумасшедшим напарником было тяжело. Пусть он и спас мне жизнь при всём том.
Однако теперь путь к порталу свободен. И я обещаю сам себе заплатить сторицей всем виновным в бойне. Кроме дурака Крайса. Этот супер-воин просто защищал меня. Как за подобное судить или наказывать?
– Немедленно возвращайся в дом, – велел я молодому князю.
И снова увидел этот взгляд полный непонимания и обиды.
– Зачем вы отсылаете меня?
– Затем, что ты мне нужен здесь.
У меня не имелось времени раскрывать перед парнем мой план. Да он бы всё едино и половины из сказанного не понял.
– А вы куда?
– Туда, где ты со мной уже бывал.
– Тогда и я с вами, – заявил он.
– Я быстро вернусь. Встретимся в доме, – я старался придать своему голосу одновременно и повелительные и в некоторой степени отцовские нежные нотки.
– Но на вас могут снова напасть! – возразил Крайс.
– Не успеют, – ответил я. – Мне осталось только повернуть за угол этого дома. Там находится портал.
Кому я это объясняю? Он и слова такого не знает. В прошлый раз и сам не заметил, как сквозь него прошёл, следуя за мной.
– Тем более вас надо сопроводить. Засада может ждать и там.
Вот же упрямец свалился на мою голову.
– Крайс, – стараясь быть терпеливым начал я, – мы теряем время, которого и так не очень много. А сейчас сюда скорее всего прибудет стража. Ты, меч в крови и куча трупов. Конечно, казнь за убийство не сравнить с ней же за прелюбодеяние…
Даже в полумраке при свете только Луны и звёзд мне было видно, каким бледным вдруг сделалось его лицо.
– А заодно прихватят и меня, – добавил я.
– Не позволю, – сквозь плотно сжатые зубы произнёс он. – Убью всех.
С точки зрения вечности времени у нас было навалом. Вот только в этом конкретном отрезке оно неумолимо истекало. А этот молодец со своими рыцарскими идиллиями путал мне все карты. Что так же могло входить в чей-то план. Ведь кто-то же разбудил его и направил следом за мной по тёмным улицам города. Тогда выходит, учитывая две попытки меня остановить, последнюю из которых он прервал, действует ещё какая-то третья сила?
– Некогда спорить, – решил я, понимая, что Крайс так и не отстанет, а препирательства лишь отнимут драгоценные минуты. – Сопроводишь меня до портала и быстро вернёшься в дом. В моём мире меня никто не тронет.
Хотелось бы мне в этом быть столь же уверенным, как в тоне, которым я об этом сказал юному князю.
– Договорились?
– Да, граф!
Вот так уже лучше.
– Пошли, – скомандовал я.
– А если всё же там засада?
Учитывая, как этот паренёк умудряется буквально подобно магниту притягивать к себе неприятности, возможно всё. И особенно не думая о последствиях я отдал приказ:
– Тогда убей всех.
А подумав добавил:
– Но не суйся за мной в портал, как в прошлый раз. Быстро беги в дом и там жди. Меня не будет не более четверти часа.
Одна из приятных особенностей перемещения во времени. В своём мире я могу пробыть хоть сутки, хоть месяц, а вернуться сюда через пятнадцать минут. Меньше нельзя. Такова погрешность оборудования порталов. В противном случае велика вероятность встретиться в прошлом с собою самим. Никто не в курсе, что в таком случае произойдёт – коллапс конкретного существа или всей вселенной, но экспериментировать техники не советуют.
– Пошли, – скомандовал я и быстрым шагом направился по залитой кровью мостовой вдоль дома, и свернул за угол.
Мальчишка всё-таки накаркал, как говорил мой прадед. За углом, перегораживая весь узкий переулок и полностью отрезая меня от портала, нас ожидала очередная вооружённая ватага. На этот раз набранная, похоже, из местного криминального элемента.
Поразительно. И где они только нашли поздним вечером такое количество людей в уже уснувшем городе?
– А что я вам говорил, граф?
Мне показалось, или Крайс оказался весьма рад своему сбывшемуся предсказанию? Продолжаю удивляться, как при таких бойцовских качествах и тяге к бесшабашной драке он позволил упечь свою особу в тюрьму. Ведь вряд ли для его поимки использовали целый полк королевских гвардейцев. Пусть даже весьма благородный любитель охмурения незамужних девиц такого внимания к своей потрёпанной на тот момент особе сомнительно чтобы удостоился.
Надо будет при случае у него поинтересоваться точными обстоятельствами ареста и препровождения в место заключения.
– Граф, так мне убить их всех?
Крайс вопросил меня таким голосом и с такой зловещей и, я бы сказал, жестоко-счастливой улыбкой на лице, что первые ряды уголовников попятились назад, наступая на ноги позади стоящим.
До портала мне оставалось пройти метров пять-шесть, прикинул я. Мой молодой князь, вне всякого сомнения, своим мечом и незаурядными боевыми навыками разгонит эту толпу. Но меня не прельщало ввалиться в зал перемещения вместе с кучей дерущихся бандитов из прошлого. Следовательно вариантов, как и обычно, оставалось два.
– Крайс, а ты можешь просто сместить всю эту нечисть метров на двадцать в глубину переулка? – спросил я.
– Я могу выстлать вам дорогу их трупами!
Ну, а что я ещё мог ожидать в ответ от этого вкусившего сегодня крови молодого и благородного воина? Но и с горой трупов в нагрузку мне нежелательно бы появляться в своём времени. А они непременно попадут в сферу действия портала.
Второй вариант. Весьма сомнительный, но имевший определённые плюсы в случае удачи. Пришлось прибегнуть к дипломатии.
– Господа, – выступив вперёд с видом важного вельможи, но не обнажая клинок, начал я, – перед вами молодой князь. Разумеется, вас не волнуют сословные различия. И всё же они имеют место быть.
Слегка обалдевшие от моих изысканных манер разбойники даже опустили руки, сжимающие преимущественно холодное оружие.
– Заключаются же они, к примеру, в искусстве владеть мечом, – продолжил развивать я свою мысль. – И если вы не поленитесь и буквально загляните за угол на улицу, то в этом непременно убедитесь. Ибо буквально десять минут назад этот юноша изрубил там на куски два десятка одетых в броню кнехтов.
В глазах уголовников одновременно читались испуг и недоверие. Они дружно переводили взгляд с меня на князя и обратно.
– Может мне можно уже? – спросил тоже ничего не понимающий Крайс. С его меча всё ещё продолжали падать на мостовую капли крови.
– Думаю, если господа пошлют своего доверенного убедиться в моих словах, то и убивать их вам, князь, не придётся, – с улыбкой произнёс я.
В толпе зашептались и наконец вытолкнули вперёд двоих самого свирепого вида. И я отошёл к стене дома, освобождая им проход.
– Они ударят нам в спину, граф, – заявил Крайс.
– Вот уж не думаю, – продолжая улыбаться, произнёс я. – Пусть посмотрят.
И всё-таки дипломатия – великая наука!
Два живодёра вернулись очень быстро. Ещё меньше времени ушло у них на перешёптывание со своими подельниками. А затем, ни слова, не сказав на прощание, вся толпа покинула переулок и рассосалась по ближайшим подворотням.
– А теперь, как и договаривались, быстро беги в дом, – приказал я опешившему от эффективности моего слова парню. – Вернусь скоро.
И открыл портал.
Глава 6
В зале перемещения меня встретил только дежурный техник, что было весьма странно. Моё внеплановое возвращение являлось ситуацией под кодом «чрезвычайная». О таком тут же обязаны известить руководителя Центра, где бы он не находился. Даже если толстяк спал крепким праведным сном, его бы разбудили в соответствие со служебной инструкцией. Не помню точно номер пункта, ибо ранее с подобным сам лично ни разу не сталкивался. А вот про существование его знал точно.
Мелькнула в голове глупая мысль о его причастности. Но я, как быстро она появилась, с той же скоростью сразу её отбросил. Так как не ту величину досталось иметь в нашем деле простому дежурному технику. Он просто возможности не имел воздействовать на время в необходимой степени. Как не может простой формовщик повлиять на качество металла, заливаемого в форму. Поскольку не он его плавил. А дежурный техник даже не решал, кого впускать, кого выпускать из портала. Он только следил за его исправностью. Куда уж ему влиять на ситуацию в прошлом разных миров, или собирать кнехтов для противодействия моему внезапному возвращению.
А вот отсутствие начальства, меня, в известной степени, беспокоило.
Однако мои опасения быстро нашли свой ответ в словах всё того же техника.
– Колобок ожидает вас в своём кабинете, – сообщил он.
Надо же, а я до сих пор и не знал, что даже столь мелкие чины нашей фирмы именуют начальника всего Центра подобны образом. Всегда считал, что такое позволено лишь старейшим сотрудникам, ещё помнившим нашего круглотелого товарища не начальником, а одним из самых продуктивных разведчиков.
И всё же, не очень понятно, отчего он меня не встретил прямо здесь, дабы быстро ответить на мои вполне короткие вопросы и отправить обратно спасать князя.
Будто бы услышав мои мысли, техник ответил:
– Да вы там такую заваруху устроили, что главный побоялся увидеть здесь в зале всю эту кучу изрубленных тел, в придачу с толпой древних уголовников.
Ну да, «профессор дурак, но аппаратура при нём»! Ещё одна фраза из какого-то старинного фильма, который очень любил мой прадед, рассказывая, как с ним познакомил его уже его прадед. Лично я видел только нейро версию и, честно говоря, эти слова единственными оказались, которые я тогда – ещё ребёнок запомнил.
Разумеется, руководитель мог отслеживать каждый мой шаг. Хотя, поскольку вот эта конкретная аппаратура стала доступной совсем недавно, практически никто из молодых разведчиков о ней не знал. А в прошлом (если так вообще можно говорить о нашей работе), было потеряно много отличных парней и девушек именно из-за невозможности руководства следить за их действиями и вовремя прислать помощь.
Однако сейчас, прежде чем пойти на ковёр к начальству, у меня возник вдруг закономерный вопрос к дежурному технику.
– Я не спрашиваю, какую часть ты успел увидеть…
– Это было круто! – не дав договорить мне, с восторгом сообщил он.
– Ты сам видел? – тем не менее спросил я.
Он аж просиял.
– Такое раз увидеть – никогда не забудешь!
К главному для меня вопросу следовало подойти так, чтобы парень ничего криминального, либо грозящего лично ему не заподозрил.
– Новая аппаратура?
– Классная вещь!
– И можно следить за всеми разведчиками?
Техник откровенно засмеялся.
– А то! Особенно, когда вы там в прошлом девок имеете!
– Чего прикольного-то, – даже сбившись с плана, не сразу понял я.
– Да вы там типа трахаете мумий!
– В смысле?
– Они же все давно умерли, – поздно сообразив, с кем разговаривает, уже не так весело ответил техник.
Нам действительно не запрещалось вступать в сексуальные контакты. Это разумно. Ведь некоторые из нас находились там годами. И мужчины, и женщины. И у некоторых случались дети. Ведь это почти нормально. Вот только дети, рождённые в прошлом, оставались в прошлом. У большинства даже могил не было. А если у кого и существовали, то очень не рекомендовалось на них наведываться. Смотреть на могилу своего ребёнка, его детей и внуков, и правнуков – ещё то «удовольствие». И всех нас сплачивало лишь одно – этот мир не наш!
Когда знаешь, что существуют параллельные реальности, весьма легко поддаться страсти, или материнской любви, и предать своих. Не понимая, что погибший сын там – не он. А пропавшая дочь – не она. Это совершенно иные люди с совсем другой судьбой.
Вот так они и появляются – предатели, множащие реальности.
Один такой перед судом попытался вывести меня из себя. Он спросил очень просто, и, в то же время больно:
– Как бы ты поступил ради возвращения к жизни своего ребёнка?
Но я подобное проходил много раз.
Объяснить человеку, как-то нашедшему дорогу в наши миры, что девочка похожая на его дочь совсем не его – весьма сложно.
Обычно, для подобных случаев рекомендуется личная встреча. Вот только редко кто из родителей её выдерживает. Один погибает от инфаркта. И его дочь абсолютно не наблюдает причин к такому событию. Второй, поняв всё, кончает с собой.
– Так ты наблюдал потасовку меня и князя? – поинтересовался я.
Вот здесь никак нельзя было ошибиться.
– А то! От минуты до минуты!
– Но, я же не сражался.
– Там и не стоило! – подтвердил техник. – Твой князь быстро раздолбал этих кнехтов! Никогда не видел, чтобы так орудовали мечом!
И вот настал момент истины.
– А до кнехтов что было? Далеко мы ушли? —стараясь сдерживать эмоции голоса спросил я у него.
– Я только драку с кнехтами видел, – честно сообщил он. – И потом остальное, – парень начал понимать, что нечто сложилось не так.
Всё-таки и простой техник чего-то значит. Выходит так, к сожалению. Ведь никто не станет менять наблюдателя прямо во время события. Подобное в нашем Центре может позволить себе только тот, у кого есть право на вмешательство в события.
– А кто дежурил до тебя? – поинтересовался я.
Задал вопрос без особой надежды на успех. И оказался прав.
– Новенький, – сообщил совершенно деморализованный парень.
– Имя? – потребовал я.
Тело техника сжалось, словно его зажали в тиски. Он застонал.
Нам запрещалось применять подобную практику на обычных людях. Я мог за секунды сжать его плоть до размера футбольного меча. Но здесь мне требовался ответ. И я этого не делал.
Дело в том, что смена этого измочаленного моими особенными способностями товарища, никак не вязалась по времени. А ведь это не я сейчас убивал его.
Значит вот теперь начинается настоящая драка.
Мой противник был скрыт, и это его сильно ослабляло мою позицию. Я же был весь на виду. И пусть изначально наши силы не ровнялись, в данной ситуации я был всё же много опытнее и мощнее.
– Имя, – вновь потребовал я.
Волна чужой ненависти буквально выжигала меня.
Я мог ответить. Сильно ответить. Послать ответный удар по тому невидимому проводу, который сейчас соединял его с жертвой. Но мой противник на это и рассчитывал. Мой удар отобрал бы у меня те силы, которые теперь я тратил на никчёмного техника, дабы узнать имя его сменщика на аппаратуре. Хотя, по большому счёту, само имя нам бы дало очень мало. Гораздо важнее имя того, для кого он открыл проход.
На нас не просто так нападали там. И не просто так атаковали здесь. Некто очень могучий пытался контролировать события и там, и здесь.
Пока я не понимал, зачем это вообще ему надо. Но, как только пойму, то ему не уйти. И не от того, что я такой принципиальный. Всё проще. Я единственный видел, что происходит с миром, который меняют.
Контакт прервался так же быстро, как и возник. Рядом лежал мёртвый техник. А в дверном проёме стоял босс.
Некоторое время мы разглядывали друг друга. С некоторым любопытством, я бы сказал. Будто не знали один другого много лет.
– Не начинай оправдываться, – первым нарушил тишину он, произведя нечто подобное кивку своей лишённой шеи головой в сторону трупа. – Я знаю, что не твоих рук дело.
– Ваших?
Мой вопрос выглядел глупо в этой ситуации. Ведь тогда надо было убивать меня, а не безобидного техника. Что тут же подтвердил короткий ответ Колобка:
– Идиот.
Однако он сам пришёл сюда, покинув уютный начальственный кабинет. А значит, очень понимал важность момента. Как я уже говорил, в прошлом он был лучшим агентом вне времени, какого только знал наш Центр.
– Зачем явился? – спросил он.
– У меня имелось всего лишь пара вопросов, – ответил я.
– Теперь их стало больше?
– Даже не сомневайтесь.
Босс сделал движение, которое у человека обычной комплекции явилось бы пожатием плечами. В его случае больше походило на втягивание черепахи головы под панцирные пластины. Что смотрелось бы смешно при иных обстоятельствах.
– И этот мир несовершенен, – с явным сожалением произнёс он.
Любопытно. То, что разведчик экстра-класса успел за долгую свою карьеру поработать и пожить во множестве миров не было чем-то из ряда вон. Но ведь никто не знал с точностью, из какой именно временной и исторической ветви родом он сам.
Все видели и охотно обсуждали его необычную внешность. Но никто не задавался вопросом: а на сколько она необычна для его мира? Ибо все, по факту, считали его рождённым на привычной нам временной ветви Земли. Иных вариантов, на сколько я помню, никто не предполагал. Несмотря на то, что в Центре работали люди из многих параллелей. По этому поводу среди сотрудников ходило немало порой вполне невинных, а иногда и обидных шуток. Вот только ни одна из них, если не считать прозвища, к Боссу не прилипала. Про его происхождение никто и никогда даже не задумывался.
– А среди миров есть совершенный? – рискнул спросить я.
– Увы, нет, – спокойно ответил он.
– Тогда вы мне сразу назовёте имя предателя?
– Увы, нет, – со вздохом повторил он.
– Но он, или его пособник, который пытался не допустить моего возвращения, должны были, или был, пройти через портал. Мы же всё фиксируем! Иначе зачем было нужно убивать простого техника? Он же мог назвать имя.
Толстяк с некоторым сочувствием, как мне показалось, посмотрел на мёртвое тело того, кто мог нам дать хотя бы мелкую зацепку.
Наверняка за свою долгую службу он насмотрелся на немалое количество трупов в разных состояниях. Как любил повторять мой прадед фразу из какой-то старой книги: «мне приходилось видеть не только голых женщин, но и женщин с начисто снятой кожей».
Вот только в этот раз он взирал не так, как смотрят на мертвеца. Мне показалось, что на моих похоронах, он не станет столь сантиментален. А просто произнесёт дежурные фразы, да и бросит ком земли.
– Вот он и фиксировал, – совершенно без примеси эмоций, сказал Босс.
– Камеры, записи мы можем просмотреть?
Колобок бесшумно засмеялся.
– Вы только что изменили прошлое. Чего именно вы желаете от камер?
Я не сразу понял, о чём он говорит.
– Желаю увидеть того, кто распорядился до последнего техника, – потребовал я.
– А если вам это не понравится? – поинтересовался Колобок.
Уже тогда холодок пробежал по моей спине. Он, похоже, знал, что это кто-то из моих друзей. Кто бы ещё знал и смог? Но и я совсем не распространялся о своей миссии. Знал только сам Босс и его заместители, возможно.
– А очень напрасно, что ты никому не рассказывал.
Кто-то мне говорил, что он может читать мысли. Только самые яркие.
– Рассказал бы, и всего этого мы могли избежать.
Боже, подумал я, если это его затея, то никто уже не справится. А я, выходит, столько лет работал на монстра. Нет мне прощения среди людей.
– Когда бреешься в зеркало смотришь? – неожиданно поинтересовался Колобок.
Терять теперь уже было нечего. Он всё равно победил.
– Тебя я там не вижу, – ответил я.
Я очень желал вернуться к порталу. Тем более, что теперь обладал информацией. Мне никто не препятствовал, однако и портал не открылся.
Я поглядел на толстяка, и мне стало страшно, ибо он улыбался.
А улыбался он первый раз на моей памяти. И рванулся к порталу снова. Всплеск света, острая боль и забвение.
Наверное, именно так умирают. Но мне подобное счастья явно не грозило. Размежив веки, я обнаружил склонившееся на до мной всё то же толстое лицо.
Терять мне было нечего. Я знал, как поступают с отслужившими оперативниками. Самым заслуженным просто стирают память. Однако я уподобился узнать слишком многое. Очень обидно исчезнуть с подобной информацией. Хотя, мне докладывали врачи, это совершенно неопасная операция. И человек просыпается вновь счастливым!
Кто-то колдовал на до мной. Мои руки были прикованы к кровати. Вокруг стояли вооружённые охранники. Так происходит дознание только с предателями.
А что происходит после допроса?
Это я тоже знал.
Оставалось узнать – за что?
– А вы, мил человек, забавный, – поведал мне некто в белом халате. – Подельники уже признались. Паровозом вас тянут.
– Какие подельники? Какой паровоз?
За непонимание я тут же получил удар кулаком по рёбрам в районе печени. И это стало самым больным моим воспоминанием.
– Хорошее зеркало, да?
Я очень медленно приходил в себя.
И не думал, что однажды в него посмотрю. Мало кто выживал после такой экзекуции памяти.
Сил не осталось даже физически сопротивляться. Я и не пробывал эту бестолковую затею. Ибо вначале стоило просто понять, что происходит. А биться с гвардией Центра, со всей, я всё равно не смогу.
Мне налили кофе и дали в руки пончик.
– Как я вас понимаю, босс, – обжигая разбитые губы горячим напитком, произнёс я. – Каждый предатель признается после столь изощрённого унижения.
Он улыбнулся мне так мило.
– Вот и признавайся без пыток.
– В чём? – не понял я.
И тогда мне показали записи с камер.
Глава 7
Глава седьмая
Смотреть самому на себя, ещё тот интерес. И очень он интересен, когда последует трибуналом. За что? Статью они сами придумают.
А я теперь смотрел на то, как убиваю техника и запугиваю второго. Как я отправляюсь через портал и возвращаюсь через положенные пятнадцать минут и начинаю беседу с новым техником, заменившим бежавшего в испуге прежнего. Ну, это своё возвращение я уже помнил, в отличие ото всего происходившего на записи до того.
Но это были записи с камер. С ними не поспоришь… Или поспоришь?
– Босс, – надеясь, что пока ещё сохранил право так к нему обращаться, – вы же только что сами сказали о ненадёжности камер, раз я своими действиями изменил прошлое, а значит и настоящее.
Толстяк ничего не ответил, но и прерывать меня не стал.
– Зачем мне было допрашивать последнего техника, если я и так всё знал?
Тот сделал движение должное обозначать у обычного человека пожатие плечами.
– Может знал, а может и не знал, – произнёс он без тени неприязни в голосе. – Ты точно знал только одно, что изменил будущее, вмешавшись в прошлое. О том, как именно всё отразилось на настоящем, ты даже догадываться не мог. Вот и допрашивал несчастного. Хотел узнать, как тут всё происходило в новой версии. Можем такое предположить?
Я поймал себя на мысли, что наш разговор больше походит если не на дружескую беседу, то на спокойный деловой разговор начальника с подчинённым, но никак не на допрос подозреваемого в предательстве. Похоже сомнения в моей виновности всё ещё имели место быть. По крайней мере у Колобка. Он на своём веку повидал не мало. И главное, он сам был в прошлом разведчиком и знал, как бывает, когда твои личные неизменённые воспоминания вдруг сталкиваются с изменившейся действительностью. А значит мне необходимо доказать ему свою невиновность. Или, как минимум, посеять сомнение. Подвести его к мысли о вмешательстве посторонней силы, присутствие которой я недавно почувствовал.