Манагер подземелья

Смета расходов (предположительная, потому что точную мы не знали)

Подарок для Мелиссы (что дарят кадровичкам? Скрипт предположил, что хороший отчёт, я отверг эту идею)

Сменная одежда (чтобы не ударить в грязь лицом перед высоким начальством)

Средства связи (магический кристалл, хотя он работал через раз)

Еда в дорогу (потому что неизвестно, когда и где удастся поесть)

Пункт с подарком оказался самым сложным.

- Может, взять что-нибудь из трофеев? - предложил Скрипт. - У нас в кладовке куча барахла от героев.

- Например?

- Ну... меч есть. Правда, ржавый.

- Кадровику - ржавый меч?

- Можно щит. С красивой эмблемой.

- Какой эмблемой?

- Там дракон нарисован. Или змея. Я не разбираюсь.

- Скрипт, дарить начальнику отдела кадров щит с драконом - это как? Что она с ним будет делать?

- В кабинет повесит. Для статуса.

Я задумался. С одной стороны, идея не лишена смысла. С другой стороны, Мелисса производила впечатление существа утончённого. Щит с драконом мог не вписаться в интерьер с плакучими ивами.

- А может, взять что-то съедобное? - предложил я. - Ну, там, деликатесы местные.

- У нас местные деликатесы - это крысы и болотные грибы.

- Крысы - не деликатес. А грибы... они хотя бы съедобные?

- Для кого как. Гоблины едят. Лорх пробовал - сказал, что на вкус как сырость. Но он скелет, у него вкусовые рецепторы атрофировались.

- Значит, грибы отпадают.

- Остаётся только одно. - Скрипт загадочно улыбнулся.

- Что?

- Бутылка болотного самогона, которую гоблины гнали ещё при прошлом кураторе. Она в подвале стоит лет пятьдесят. Говорят, настаивалась на слезах разочарованных героев.

- На слезах?!

- Ну, метафорически. Просто герои, которые проходили подземелье, часто плакали от отчаяния. Гоблины собирали слёзы в отдельную ёмкость и использовали для браги. Получается специфический напиток.

- И ты предлагаешь подарить это начальнику отдела кадров?

- А почему нет? Это же эксклюзив. Нигде больше такого нет.

Я представил, как Мелисса открывает бутылку, нюхает, а оттуда разит гоблинским самогоном пятидесятилетней выдержки.

- Нет. Точно нет. Мы не будем дарить алкоголь неизвестного происхождения.

- Тогда остаются только крысы и грибы.

Я вздохнул.

- Ладно. Берём грибы. Но сушёные. И красиво упакуем.

- В чём?

- В чём-нибудь... эстетичном. У нас есть что-нибудь эстетичное?

- Есть старый сундучок. Там раньше хранились драгоценности. Драгоценности давно съели гоблины, а сундучок остался.

- Гоблины съели драгоценности?!

- Ну, они думали, что это какие-то вкусные камушки. Оказалось - нет. Но попробовали. С тех пор у них с зубами проблемы.

Я решил не углубляться в историю гоблинского стоматологического опыта.

- Сундучок подойдёт. Кладём туда грибы, сверху - красивую ткань.

- А ткань есть?

- А ткань... - я задумался. - Лорх, у тебя есть что-нибудь похожее на ткань?

- Есть саван, в котором меня хоронили, - отозвался скелет. - Но он старый, дырявый и пахнет плесенью.

- Не подходит.

- Тогда не знаю.

Мы сидели и думали. Потом Скрипта осенило:

- А давайте просто перевяжем сундучок ленточкой. Ленточка создаст впечатление подарка.

- У нас есть ленточка?

- Есть верёвка. Почти новая. Только немного грязная.

- Верёвка - не ленточка.

- Если её покрасить - будет ленточка.

- Чем красить?

- Чернилами. У нас чернил много. Гнуск на прошлой неделе закупил целый ящик.

Идея была абсурдной, но других не было.

- Ладно. Красим верёвку чернилами. Самые красивые чернила у нас какие?

- Красные. Для заголовков.

- Отлично. Красная верёвка будет смотреться... празднично.

Скрипт убежал красить верёвку. Я остался сидеть и думать о том, как мы дошли до жизни такой, что дарим начальнику отдела кадров сушёные грибы в старом сундучке, перевязанные выкрашенной в красный цвет верёвкой.

* * *

Утром следующего дня я стоял у входа в подземелье и ждал транспорт.

- А на чём мы поедем? - спросил Скрипт, который увязался меня провожать.

- Я думал, ты знаешь.

- Я думал, вы знаете.

- Я думал, это кто-то организует.

Мы переглянулись.

- То есть, - медленно проговорил Скрипт, - у нас есть командировка, есть подарок, есть приказ, но нет транспорта?

- Похоже на то.

- И что делать?

- Звонить в службу доставки.

- У нас есть служба доставки?

- Есть. Летучие мыши.

- Они же почтовые. Людей не возят.

- А если попросить очень вежливо?

- Можно попробовать.

Мы отправились на почту. Почта в подземелье располагалась в небольшой пещере, где жили летучие мыши. Их было много - сотни, наверное. Они висели на потолке, спали вниз головой и периодически переговаривались противным писком.

Главный почтальон - огромная летучая мышь с седыми усами и очками на носу - сидел за столом и что-то писал.

- Нам нужно в Лунную Долину, - сказал я.

- Срочно, - добавил Скрипт.

- Людей не возим, - равнодушно ответил почтальон, не отрываясь от писанины.

- Это не люди. Это я. Я куратор.

- Куратор - тоже человек. Бывший.

- Но мне очень надо. Командировка.

- У всех командировки. Вон, вчера гоблин из соседнего подземелья просился в Карательные Шахты. Тоже говорил, что очень надо. Оказалось - родственника проведать. А у нас правила: почта - только для корреспонденции.

- А если я отправлю себя как корреспонденцию?

Почтальон наконец поднял голову и посмотрел на меня с интересом.

- Это как?

- Ну... запечатаюсь в конверт. Или в ящик. И отправлю.

- Вес какой?

- Не знаю. Килограмм семьдесят.

- Дорого. Тариф за килограмм - десять адских единиц.

- СЕМЬСОТ?! За одну поездку?!

- А вы думали, почта даром работает? У нас расходы: корм, уход за шерстью, амортизация крыльев.

Я посмотрел на Скрипта. Скрипт посмотрел на меня.

- У нас есть семьсот единиц? - спросил я шёпотом.

- Нет. У нас есть сто пятьдесят. Остальное потратили на премии.

- А если в долг?

- Кто нам даст в долг?

Я повернулся к почтальону.

- А можно как-то дешевле? Ну, например, я поеду не как корреспонденция, а как... багаж?

- Багаж дешевле. Пять единиц за килограмм.

- Триста пятьдесят! - обрадовался Скрипт.

- Но багаж должен быть упакован и не подавать признаков жизни.

- А если я буду притворяться мёртвым?

- Вы и так мёртвый. Технически.

- То есть проблем нет?

- Проблема в том, что багаж не может сам залезть в сумку. Его должен кто-то упаковать.

- Скрипт упакует.

- А кто понесёт?

- А вы не носите?

- Мы - почта, а не грузчики. Мы доставляем корреспонденцию и багаж, но багаж должен быть доставлен к нам и подготовлен к отправке.

Я начал терять терпение.

- То есть, если я сам приду к вам с сумкой, сам в неё залезу и сам застегну молнию, вы меня отвезёте?

- Технически - да. Но это будет странно.

- Мне плевать на странность. Мне нужно в Лунную Долину.

Почтальон пожал плечами.

- Ваше право. Только предупреждаю: багаж перевозят в специальном отсеке. Там темно, тесно и пахнет другими посылками.

- Переживу.

- И лететь долго. Часов восемь.

- Тоже переживу.

- И кормить не будут.

- Я мёртвый. Мне не нужно.

Почтальон с сомнением посмотрел на меня, но спорить не стал.

- Ладно. Через два часа отправление. Оплата вперёд. Если опоздаете - деньги не возвращаются.

* * *

Два часа пролетели незаметно.

Скрипт нашёл огромный мешок, в котором раньше перевозили уголь. Мешок пах соответственно, но других вариантов не было.

- Залезайте, - сказал бесёнок, разворачивая горловину.

Я посмотрел внутрь. Там было темно, тесно и, как обещал почтальон, пахло другими посылками. То есть неизвестно чем.

- А может, я лучше верхом на мыши? - предложил я без особой надежды.

- Верхом дороже. И мыши не подписывали договор на перевозку пассажиров.

- А на багаж подписывали?

- На багаж - да. Это стандартная услуга.

Я вздохнул и полез в мешок. Скрипт заботливо подложил мне под голову свёрток с подарком.

- Грибы не помнутся? - спросил я.

- Должны выдержать. Они же сушёные.

- А если я их раздавлю?

- Тогда подарите крошку. Скажете, что это «грибная мука» для выпечки.

Я представил, как вручаю Мелиссе мешочек с трухой и говорю: «Это для пирогов». Картина была та ещё.

Скрипт затянул горловину мешка. Стало темно.

- СЧАСТЛИВОГО ПУТИ! - донеслось снаружи.

- СПАСИБО! - крикнул я в ответ.

Мешок дёрнулся, потом ещё раз, потом меня куда-то потащили. Судя по звукам, меня грузили на летучую мышь.

- Аккуратнее! - заорал я. - Тут человек!

- Багаж не разговаривает, - строго ответили снаружи.

Я замолчал. Багаж действительно не разговаривает.

* * *

Путешествие в мешке оказалось тем ещё испытанием.

Во-первых, было темно. Во-вторых, было тесно. В-третьих, летучие мыши летели не очень плавно. Мешок постоянно дёргался, переворачивался, иногда, кажется, даже переворачивался вверх ногами. Я потерял ориентацию в пространстве где-то на втором часу полёта.

Вокруг слышались голоса других посылок. Справа от меня кто-то тихо плакал - то ли посылка была живая, то ли мне казалось. Слева кто-то ругался на неизвестном языке. Сверху, кажется, ехала коробка с битым стеклом - она постоянно звенела.

- Эй, - позвал я шёпотом, обращаясь к соседу справа, - ты кто?

- Не твоё дело, - ответил голос. - Я багаж. Багаж не разговаривает.

- А ты разговариваешь.

- Я исключение. Меня неправильно упаковали.

- А что у тебя внутри?

- Секрет.

- Коммерческая тайна?

- Можно и так сказать.

Сосед слева перестал ругаться и прислушался к нашему разговору.

- Вы чего там шепчетесь? - спросил он.

- Общаемся, - ответил я.

- Багаж не общается.

- Мы не багаж. Мы... э... разумные посылки.

- Разумных посылок не бывает.

- А я? - возразил я. - Я вот разумный. И в посылке.

- Ты нарушаешь правила перевозки.

- А кто проверять будет?

Сосед слева замолчал, обдумывая мой аргумент. Сосед справа всхлипнул и сказал:

- Меня везут к невесте. Она меня ждёт двадцать лет. А я всё никак не доеду.

- Двадцать лет? - удивился я. - Это ж сколько ты в пути?

- Пятый год.

- А почему так долго?

- Почта медленная. Сначала меня отправили не в тот город, потом потеряли, потом нашли, но перепутали адрес, потом снова потеряли, потом нашли, но выяснилось, что у меня неправильно оформлены документы, и отправили обратно. И так по кругу.

- И сколько кругов ты уже сделал?

- Три. Сейчас четвёртый.

- И ты не пробовал сбежать?

- Куда? Я же багаж. Багаж не сбегает. Багаж ждёт.

Я проникся уважением к этому существу. Пять лет в пути, три круга туда-обратно, и всё ради того, чтобы встретиться с невестой. Это ли не подвиг?

- А что у тебя внутри? - спросил я.

- Я сам. Я - посылка. Меня отправили как живого груза.

- Как и меня.

- А ты тоже к невесте?

- Нет. Я в командировку.

- Повезло. Командировки быстрее идут. У меня друг в командировку ездил - за три дня обернулся.

- Три дня - это быстро?

- Для почты - очень. У нас сроки доставки измеряются декадами.

Я задумался. Если почта такая медленная, сколько же я буду добираться до Лунной Долины? Почтальон сказал восемь часов, но, судя по рассказам соседа, восемь часов могли растянуться на восемь дней.