Дочь княжеская

Горбиться дальше над идеально вычищенной клумбой смысла не было. Девушка решительным рывком затянула завязки мешка, понесла его к машине. Смотрела себе под ноги, опасаясь поднять голову и тем самым притянуть к себе внимание. Пронесло. Прошли мимо, не оглянулись. И тогда она тихонько перевела дух.

– Что у тебя с плечом? – резко спросила Хафиза.

Хрийз пришла на перевязку, как всегда. Ей не пришло в голову, что от Хафизы ничего не скроешь, даже если постараешься.

– Ничего…

Взгляд целительницы превратился в лазерный резак.

– Показывай.

Пришлось показать. Хафиза провела ладонью над синяками, и, если судить по лицу, сильно испугалась. Позже Хрийз узнает, что любой маг способен по оставленным следам довольно точно определить того, кто эти следы оставил…

– Откуда это у тебя?

– Вчера, на празднике… – неохотно объяснила Хрийз. – Ну… так получилось…

Вспоминать про воду и желание утопиться не хотелось совершенно.

Тут взгляд целительницы и вовсе превратился в атомное пламя.

– Насилие над несовершеннолетней, – медленно выговорила она, – карается смертной казнью через повешение…

Ей хватило упыря Мальграша, поняла Хрийз. Ещё одну казнь знакомого человека она просто не переживёт.

– Не надо никакой казни! Я… я… я… я сама виновата. – И только сейчас вломилось в сознание, о каком именно насилии идёт речь. – Да не было ничего, Хафиза Малкинична! Не было!

– Рассказывай.

Пришлось рассказать. И про праздник, и про внезапное нежелание жить, и про нечаянного спасителя, чтоб ему пусто было.

– Вот значит как, – сказала Хафиза тихим, но страшным по оттенку голосом. – Ты тут с ней возишься, нянчишься, магический ожог восстанавливаешь. А ей, видите ли, моча в голову ударила утопиться!

Хрийз понуро опустила голову.

– И хорошего человека едва до беды не довела. Ум у тебя в черепушке твоей глупой есть? Или один только межушный ганглий?

– Вы с ним знакомы? – не удержалась Хрийз от вопроса. – Кто он такой?

– Много знаешь – плохо спишь, – отрезала Хафиза.

Встряхнула руки, провела ладонями над больным плечом. Хрийз дёрнулась, зашипела от боли.

– Терпи, – безжалостно велела Хафиза.

Синяки налились на мгновение едким жаром, затем начали потихоньку бледнеть, желтеть, сходить на нет. Магия! Жаль, с обожжённой рукой поступить ровно так же было нельзя. Раны, полученные на Грани, одним только магическим вмешательством не исцелить.

А всё же, рассеянно думала Хрийз, вспоминая вчерашнее, кто же он такой…

– Твоя судьба, – отозвалась на её мысли целительница.

– Что – изумилась Хрийз. – Какая ещё судьба?!

– Столица Островов – славный город Стальнчбов, – заговорила Хафиза странным изменённым голосом, глядя в одну точку перед собой. – Стольный град Островов в жерле укрощённого вулкана. Ледяной буран идёт с севера, огненный ураган – с юга, песчаная буря с востока, восставший пепел с запада. Смерть из земли, смерть из неба. Бойся, берег, седьмого вала, бойся, враг, седьмую дочь из древнего рода…

– Хафиза Малкинична, что с вами? – обрела дар речи Хрийз. – Вам плохо?

Целительница, вздрогнула. Взгляд вновь стал осмысленным. Она потёрла ладонями лицо, резко спросила:

– В чём дело?

Кажется, она что-то пропустила, поняла Хрийз.

– У вас обморок был, – пояснила она.

Хафиза посмотрела на свои руки. Криво усмехнулась, отметив, как дрожат пальцы.

– Врач, исцелись-ка сам, – высказалась о себе с отменной иронией. – Я что-то говорила?

– Да. Бред какой-то… Простите!

– Забудь.

Хрийз почувствовала как вместе с этим повелительным «забудь» к ней метнулось нечто неуловимое, но грозное. «Не хочу забывать!» – возмутилась она про себя. И не забыла, а Хафиза Малкинична не удосужилась проверить.

На полноценную экскурсию в Алую Цитадель не доставало денег. Не просто не хватило чуть-чуть, а вообще, в принципе, не хватало. Сумма требовалась небольшая, при других обстоятельствах с ней можно было расстаться без особого сожаления. Но не в этот раз. Надо же ещё было как-то прожить до очередной зарплаты, целых двенадцать дней. Местных двенадцать, то есть, восемнадцать плюс два. Бесплатная столовая при общежитии – это прекрасно, но ужин там подают слишком рано, а впереди долгий вечер; Хрийз привыкла ходить в булочную на соседнюю улицу. И отказаться от горячей кружки счейга с вкусными плюшками на все эти восемнадцать плюс два дней оказалось выше её сил.

Ничего. Будет и на нашей улице праздник. Не всю же жизнь на уборке мусора сидеть. Планы были громадными: каким-то (каким?)образом выучиться, получить профессию (какую?) и начать зарабатывать (как?) больше, чем сейчас. Чтобы на шляпки хватало, и на платья, и на экскурсии по стране и вообще…

Вариант «выйти замуж» и тем закрыть все свои проблемы даже не рассматривался. Замуж, отлично, а за кого? Богатые женихи выбирают богатых невест, бедные женихи тоже, как правило, смотрят в сторону обеспеченных девушек. Танцевать и обжиматься по вечерам одно, жениться – совсем другое. Это Хрийз чётко усвоила ещё там, дома. Пришла как-то заполночь после компанейских посиделок с гитарой, с отчётливым ароматом пива и косоватыми глазками. Готовилась к скандалу, собиралась яростно отстаивать свою самостоятельность, индивидуальность и прочие права бунтующей личности. Но бабушка не сказала ничего. Спокойно отправила мыться, потом напоила чаем с травками и велела ложиться спать…

А утром сказала одну фразу. Всего одну, но она врезалась в память сразу и навсегда: смотри, внученька, гуляют с одними, а женятся на других…

Как всегда при мысли о бабушке защипало в носу. Хрийз сердито выдохнула. Вернётся ли она когда-нибудь в свой мир? Хотелось бы верить. Но будем трезво смотреть на вещи: вернуться не удастся. Никак. Придётся жить и работать здесь, и в будущем, не сейчас, а когда-то там… лет через десять… строить семью с кем-то из местных. Только вот с кем?

…Золушка на балу – замечательная сказка, конечно же. Но Золушка, на минуточку, сама из дворянского рода, только с временными трудностями в виде злобной мачехи и сводных сестёр. Золушке крёстная-фея помогла попасть в королевский дворец на праздник. Какая фея поможет сотруднику Службы Уборки? На примете имелись целых две феи, точнее, могущественные и уважаемые в обществе магини: Хафиза Малкинична и принцесса императорской крови Чтагар тБовчог. Но Хрийз сильно сомневалась, что они сами ходят на балы к холостым принцам. Этих дам представить себе в придворных платьях попросту невозможно, особенно Чтагар. Ждать же, что они вдруг озаботятся свадьбой какого-нибудь неженатого принца с безродной девчонкой-иномирянкой… Смешно.

И потом, если замуж, то исключительно по любви, большой и чистой, а не так… ради денег и состояния. И, конечно же, не за оранжевую жабу! Ну да, моревичи интересные, особенно военные с Островов, но совершенно не в том стиле, в каком надо бы. Так Хрийз рассуждала тогда.

В Алую Цитадель можно было попасть иначе, не с экскурсионной группой, а самостоятельно, причём с минимальными затратами. Для этого надо было проехать на конечную станцию белой трамвайной линии «Горная поляна», а оттуда подняться наверх пешком по дорожке. Хрийз трезво оценила погоду: взяла в сумочку воду в плоских фляжках. Шляпка оставалась мечтой, пришлось связать платок-косыночку из тонкой нити и повязать её на голову. На косыночку ушла половина вчерашнего вечера, получилась она пёстро-весёлая, потому что понадобилось подобрать остатки. Не выкидывать же их. При скромном бюджете быстро учишься пускать в дело каждую ниточку и каждый лоскуток…

Вечера содержали так много пустого времени, что Хрийз реально маялась, придумывая себе занятия, лишь бы не оставаться один на один в узкой постели носом к стенке и ручьями слёз.

С некоторых пор она возненавидела плакать.

…Вагончик резво шёл в гору, отматывая километр за километром. Утро бодро летело к полудню, поэтому народу почти не было, несколько мамочек с малышами не в счёт. Хрийз прошла на заднюю площадку, к большому окну. Стояла, держалась за поручень, смотрела на убегающий вниз город. За спиной звенели вопросами детские голоса. «Так-так, – стучали колёса по стыкам, – так-так».

Вид на Сосновую Бухту открывался великолепный. Между прочим, сразу было видно, что это не Геленджик, несмотря на одинаковые очертания побережья. Ровные радиальные улицы разбегались лучами от набережной, параллельно которой шли улицы полукруглые. Малоэтажные дома, зелень садов, сосновые парки, площади, бегущие к морю речки, спрямленные в ровные каналы. Геометрически, по циркулю и линейке, точная красота.

Позже Хрийз узнает, что старый город был разрушен войной до основания. После победного парада предстояло всё восстанавливать буквально с нуля, поднимать из пепелища. Тогда-то и был принят генеральный план развития города, которого придерживались до сих пор: Сосновая Бухта строилась строго по принятой после победы схеме. В индивидуальных владениях каждый мог делать, – и делал, – что хотел, но общая концепция оставалась неизменной. Облик города представлял собою единое целое в пространстве и времени.

А у причалов и на рейде перед выходом из бухты стояли боевые корабли островных моревичей. С такого расстояния они казались лёгкими игрушечками. Да уж, хороши «игрушечки». Забава милая, с клыками в виде ракет и пушек. Интересно, а подводные лодки у островных есть? Или не додумались, потому что сами могут безо всяких лодок по дну ползать? А вертолёты с истребителями? Вообще в этом мире есть самолёты или их нет? Кажется, ничего летающего в небе не замечалось за всё это время. Но мало ли. Может, над городом бесполётная зона…