Совершенный мороз

Но ужасные забавы Старика длились ровно одну ночь. Затем из-за горизонта пробивалось утро, и он вынужден был вернуться в свои владения. Все дальнейшие морозы хоть и отличались суровостью, его разрушений переплюнуть не могли. Разве что поддержать на уровне «приемлемо лютый» недельку-другую.

Кто-то, уже и не припомнить кто, уверял Ефима, что Старику, наоборот, живой мир пришёлся по нраву. Вот он его и студит. Хочет, мол, к своему царству присоединить. Только Ефим не поверил. Кто же губит то, что ему нравится? Не по-людски как-то…

Тьфу ты!

Хозяева выбранного Пургой дома немного постояли, не уверенные в том, есть ли кто на улице или нет.

– Вроде никого. Проверить?

И что же такие назойливые, когда не надо? Идите к тёплой печке поближе и не тревожьтесь понапрасну. Нет здесь никого! Живого уж точно.

– Отказываешься, значит? – Пурга взвилась над крышей и принялась заваливать трубу снегом. Вот ведь вредное создание! Хотя делу-то своему верное. – До них сперва доберусь! А потом и с тобой поквитаюсь! – заявила она.

Забить дымоход не получилось, и она наслала на дом сильный ветер из завываний и стонов. На первый взгляд хилая постройка затрещала, но устояла. Из снега полезли мерзляки, начали заглядывать в окна, давить на них. Стёкла в раме заходили ходуном, затрещали.

– Бунтовать, значит, вздумали! – сильнее разошлась Пурга. – Ну ничего! Ещё пожалеете! Что сразу не сдались! В этот раз времени у нас будет предостаточно! А ты! – метнулась она к Ефиму! – Чего не помогаешь? Никогда! Никогда не дам тебе покоя! Будешь вечно с холодами ходить, людям горести приносить!

Пурга схватила его, подняла над селением, а потом швырнула на землю. Ему-то особой печали от этого не было, а ей забава на время. Пускай злится сколько влезет. Пока им занята, зла меньше делает.

Однако когда она снова потащила его наверх, чуть ли не к самому месяцу в товарищи, мир неожиданно замер. Даже дым, валивший из труб, застыл. Ефим не сразу догадался, что случилось. Ждал себе смиренно, когда в очередной раз косточки пересчитают. Но вот, будучи сам мертвецом, он ощутил жгучий холод, а после такая тишина навалилась, что в ушах от неё зазвенело.

Волчонок потыкался мордой в зеркало, отвернул его к стене и на том успокоился. Что не сказать про Олега. То и дело до него долетали бормотания и шепотки.

«Ты узнаешь!» «Разве не хочешь увидеть будущее?» «Вы не спасётесь!» «Я покажу выход!»

Олег упорно притворялся, что ничего не слышит. Удалось отвлечь себя разговором с волчонком. Тот нехотя рассказал про Калинов мост и причину, по которой нужно на него отправляться.

– Тут ничего сложного, – заверил он, зевая. – Главное оказаться в нужном месте в нужный час.

– Сомневаюсь, что мне так повезёт, – отрезвил его Олег. – Говоришь, этот мост соединяет мир духов и мир людей? – Волчонок лениво кивнул. Его затуманенный взгляд блуждал по избе, избегая Олега. – То есть нужное время и нужное место одним словом это смерть?

– Не обязательно. – Волчонок сел к нему спиной и начал внимательно рассматривать висящую на стене маску. Искажённая рожа козла смотрела на них снизу вверх мутными глазами. – Через обряды можно попробовать. Колдовство…

– Здешняя хозяйка всё-таки колдунья? – Сердце зашлось. Олег не был поклонником сказочной ведьмы, однако предвкушение сейчас боролось с первыми задатками ужаса. – Она правда попробует меня съесть?..

– Что-то я притомился, – перебил его волчонок. Ему-то всё равно, будет кто кого есть или нет. Ему главное, чтобы Олег перестал быть неестественным. Или как это у них называется? – Прилягу недолго, сил наберусь. А ты… – начал он.

На самом деле волчонок повторял ему запреты чуть ли не каждые пять минут, потому Олег без особого энтузиазма продолжил за него:

– Ничего не есть. Ничего не трогать. Лишнего не говорить.

– И без моего надзора не спи. Место непростое. Живому может и обычным сном навредить. Задремлешь ненадолго и уж никогда глаз не откроешь.

Многообещающе.

В общем, ничего нельзя. Удивительно, что дышать разрешили.

Когда волчонок перестал ковылять по комнате, улёгся у печки и засопел, Олег аккуратно снял со стола скатерть и подошёл к болтливому зеркалу. Оно шептало без умолку, аж голова разболелась.

– Я тебе всё расскажу! – не сдавалось оно. – Выслушай! От тебя не убудет! Думаешь, этот шерстяной мешок тебя спасёт? – засмеялось зеркало. – Да он только о себе волнуется! А ты! Ты навеки застрянешь в своих страданиях. Разве не видишь? Без него в твои кости вернётся холод. Разве не хочешь освободиться? Разве не хочешь, чтобы злые духи отстали от тебя?

Олег не двигался, только легонько переминал пальцами скатерть.

– А тебе какая польза?

Зеркало не ответило.

Олег покосился на волчонка. Тот сладко дремал, даже ухом не повёл. Значит, точно не слышал, врать-то и притворяться он не умел. Олег это уже вычислил.

Подумав ещё немного, Олег откинул скатерть и повернул зеркало к себе.

– Тебе какая от меня польза? – переспросил он громче и увереннее.

– Скучно мне, – заверило отражение, точь-в-точь Олег, только значительно веселее.

– Ну, разумеется. Других причин у нечисти и не бывает, да?

– Тебе не всё ли равно? – Угрюмое лицо осунулось, ссохшаяся кожа прилипла к скулам. – Раз помрёшь и так и так, от меня хоть безболезненно!

Олег принялся искать, куда откинул скатерть.

– Постой-постой, – залепетало отражение. Блеснула улыбка, возвращая ему живость. – Я имел в виду, что ты ничего не потеряешь, если хотя бы попытаешься.

Олег вернул взгляд к зеркалу.

– И что нужно, чтобы… погадать на будущее?

– Зажги свечу и спроси, что хочешь знать, – загадочно усмехнулось отражение.

На мошенника похож. Такому доверять себе дороже.

– У меня нет свечи, – отмахнулся Олег, посчитав отговорку достойной. – Так что перестать лезть мне в голов…

– В сундуке лежат, – кивнуло отражение за спину Олега.

– Огонь…

– Тот, что в печке, – поспешило ответить зеркало, – подойдёт как нельзя лучше.

Олег неторопливо прогулялся до сундука. Действительно, в нём нашлись свечи. Лежали поверх прочих предметов, даже рыться не пришлось. Прихватив одну, он прокрался мимо волчонка к печи и поджёг фитиль.

Вернувшись к зеркалу, Олег увидел, что отражение тоже держит свечу. Сперва он удивился. Мозг уже решил за него, что отражение – личность отдельная, с ним не связанная. Но вот оно стояло с точно такой же свечкой в руках, и пламя на ней теплилось ровно так же.

– Повторяй за мной! – воодушевилось отражение. – Я!

– Я, – покосился на волчонка Олег.

– Хочу!

– Хочу…

Сказано было не подходить к зеркалу. Опасно. Но разве не хуже снова встретить ту ведьму? Или кто она? Дух? Богиня? Олег мотнул головой, пробуждаясь от мыслей. Плечи, вылеченные волчонком, заныли от призрачной раны.

Отражение пристально смотрело на него. Прослушал.

– Увидеть! – терпеливо повторило оно.

– Увидеть…

Он собирался спросить, как избежать ужаса наступающей ночи, о котором упоминал волчонок, но отражение что-то прошептало. Олег снова не услышал. В этот раз вина была не на нём.

Отражение тихо повторило, и Олегу пришлось наклониться ближе.

– Увидишь, – наконец расслышал он.

Затем отражение протянуло руку и, схватив Олега за локоть, полезло прочь из зеркала. Выйдя наполовину, оно дёрнуло Олега вперёд, и тот полетел ему за спину. Он-то думал, что впечатается носом в зеркало, а пролетел дальше, будто не было никакой преграды. Отражение успело задуть свою свечу. Олег прикрыл свой огонёк ладонью, не давая его затушить, однако не успел и провалился в полный мрак.

Произошла эта хитрость в долю секунды, не более, но когда Олег поднялся и попытался пойти туда, где, по его предположению, стояло отражение, то получил смешок:

– Дурачок!

И всё.

И больше ничего.

Что это за место такое? Не было в комнате темно, и холодно не было.

– Живой? Живой! – раздалось со всех сторон.

Олег не видел, но слышал топот тех, кто его окружал.

– Кто…? – пробормотал он, но не успел договорить.

– Кто нарушил порядок?! – раздалось у него над головой. От грозного возгласа мурашки пошли по коже. – Кто посмел пройти без моего ведома?!

По куртке прошлись острые когти. Мягко, будто поглаживая. Затем свеча в руке Олега зажглась. Два длинных скрюченных пальца держали шерсть волчонка, вероятно, случайно приставшую к одежде, над фитилём.

От света вновь вспыхнувшего огня существа отскочили, спрятались в темноте. Все, кроме твари, что помогла его зажечь. Олег поднёс пламя ближе, чтобы её разглядеть.

Что… Что это за чертовщина?