Бессмертные

Алекс хотел договорить, но прервался. Резко обернувшись, он увидел, как к поляне приближается кто-то ещё. Сперва показалось, что идёт ребёнок, но стоило крохотной фигурке приблизиться и скинуть с головы огромную кепку, закрывавшую всё лицо, как все увидели, что перед ними молодая девушка. Сама она была миниатюрной и так утопала в своей одежде, что её фигуру невозможно было различить. Густые тёмные волосы девушки были собраны в хвост на затылке, а бледное лицо выглядело по-взрослому серьёзно.

– Меня зовут Лаура, – сказала девушка, поправляя на плече ремешок сумки.

Она уверенно вышла из тени и остановилась. Все взгляды были прикованы к ней, но Лаура смотрела куда-то перед собой и глубоко дышала.

– Рады вас видеть! – сказал женщина, ставя свой фонарь на землю. – Подходите ближе.

Но, прежде чем кто-либо успел сделать шаг, Ник произнёс: «Стойте», и все замерли, глядя в глубь леса. Когда мужчина увеличил яркость фонаря, никто сначала не мог сообразить, что к ним приближается живое существо: скорее это был призрак. Когда свет фонаря ослепил его, он заслонил глаза руками. Руки, показавшиеся в тот момент из-под рукавов чёрной бесформенной кофты, больше напоминали кости. Когда юноша вышел на поляну, тонкий, чёрный, с длинными паучьими ногами и руками, все смотрели на него и почему-то не могли говорить. Откинув с лица прядь слипшихся чёрных волос, гость нерешительно произнёс:

– Эм… Я Дерек.

– Очень приятно, Дерек, – взяла себя в руки женщина и улыбнулась: – Очень рада видеть вас всех. Меня зовут Ева Патиенс, а это, – она указала на мужчину рядом с собой, – Руди Питибл. Раз вы здесь, то вы нас наверняка уже знаете. Одна маленькая деталь – и мы отведём вас в наш дом.

Ева достала из кармана на рубашке маленькое зеркальце. Внимательно вглядываясь, она изучила поляну с помощью стекла.

– Пойдём, – скомандовала Ева, пряча зеркальце и поднимая фонарь с земли, – скорее!

Она пошла впереди, освещая дорогу, а четверо гостей последовали за ней.

– Ник, – доброжелательно сказал Руди, – ходи осторожнее. Давай я тебе посвечу.

Юноша смутился, а Руди пропустил его вперёд и стал таким образом замыкающим.

– А где же ваш дом? – спросил Ник.

– Да вот же, – ответил Руди, указывая куда-то вперёд.

И действительно: на другой стороне поляны, чуть прикрытый деревьями, стоял домик. У него был всего один длинный этаж, выгнутый буквой «П».

– Я и не заметил его… – признался Ник.

Руди снисходительно улыбнулся: домик был «невидимкой» благодаря магической уловке. Лишь этой ночью всего на час заклятие спало и убежище стало бросаться в глаза. До этого случайные путники проходили мимо домика, но не замечали его. К тому же домик выглядел совершенно нежилым, в то время как внутри кипела жизнь.

– Через дверь мы не ходим, – предупредила Ева, останавливая группу.

Гости с удивлением смотрели, как женщина присела на землю, поставила рядом фонарь и стала разгребать руками настил иглицы. Вскоре что-то блеснуло в свете фонаря – Ева откопала круглую крышку люка.

– Помоги мне, – позвала Ева.

Руди подошёл и тоже оставил свой фонарь на земле. Мужчина без труда поднял увесистую крышку, и открылся путь вниз. Повеяло земельной сыростью.

– Спасибо, – сказала Ева и, обращаясь к своим гостям, предупредила: – Спускайтесь осторожно. Там может быть скользко.

Женщина первая аккуратно слезла вниз по торчащим из стены ступенькам. Руди помог ей спустить и фонарь, и тогда Ева стала следить, чтобы гости не поранились при спуске, бережно поддерживая их. Но это оказалось излишним: все четверо ловко справились с неудобными ступеньками. Последним спускался Руди, он же задвинул крышку на место. Когда люк закрылся, в подземном тоннеле стало душно и тесно, но Ева уже уверенно шла вперёд, освящая гостям путь.

– Вскоре после публикации мы переехали, – рассказала она. – Мы не хотели, чтобы нашей работе мешали на таком ответственном этапе. Лучше этого домика места не найти. Мы перевезли сюда всё самое необходимое и взяли нескольких самых верных помощников. Всего нас шесть на этом месте, включая Руди и меня. Но вот мы и пришли.

Тоннель стал забирать вверх, и вскоре показались ещё одни ступеньки. Ева поднялась и открыла дверь наверх. Из проёма в тоннель полился тёплый электрический свет.

– Добро пожаловать! – сказала Ева, чувствуя, как её заполняет радостное волнение.

Её настроение передавалось и остальным: гости чувствовали себя детьми на празднике, которые знают, что вот-вот получат какой-то подарок.

Несмотря на неказистый вид, домик внутри был весьма уютным. Гостей провели в небольшую комнатку, одну из тех немногих, что не была занята лабораторией. Здесь горели лампы, на полу лежал мягкий ковёр, стояли стулья и пара кресел. Только окон не оказалось – все они были или заложены кирпичами, или заколочены досками. Стулья и кресла Ева и Руди расставили полукругом, а сами плечо к плечу сели за небольшой деревянный стол.

Присев, Ева снова с интересом оглядела своих гостей: ясноглазого великана с золотыми волосами, смуглого юношу с орлиным носом и пятнышками родинок, миниатюрную девушку с умными синими глазами и странного тощего юношу со спутанной кудрявой шевелюрой и тяжёлым взглядом. «Какими бы они ни были, – думала Ева, – я буду помогать им». И она искреннее улыбалась новым знакомым.

В это время Руди раздобыл из шкафчика в столе записную книжку и ручку. Увидев, что всё готово, Ева снова заговорила с гостями:

– Я вижу, что вы устали. Вы проделали долгий путь, и уже совсем скоро вы отправитесь отдыхать, потому что впереди у вас сложная и, не буду скрывать, даже опасная процедура. Но прежде нам нужно узнать кое-какие данные о вас и взять у вас образцы крови. Надеюсь, это вас не пугает. Это нужно для того, чтобы высчитать, какое количество лекарства необходимо каждому из вас. Также мы попросим вас подписать некоторые бумаги о том, что вы даёте согласие на простые медицинские вмешательства…

– Мы правда можем подписывать такие документы? – перебила Лаура, подозрительно сощурив глаза, и добавила: – Я имею в виду, не все здесь совершеннолетние…

– На самом деле можете, – парировала Ева. – Все наши процедуры являются простым медицинскими вмешательствами, на которые вы можете давать согласие самостоятельно, начиная с четырнадцати лет. Вам же есть четырнадцать?

– Да давно уже, – смутившись, ответила девушка.

– По крайней мере, мы теперь знаем, что резать нас тут не будут, – хохотнул Ник, но его шутка упала в тишину, как брошенная на пол монетка.

Ева предложила начать опрос и заодно подписать согласия, и ребята молча закивали. Ева опрашивала каждого по очереди, а Руди записывал полученные данные в книжку. Руди написал:

– Николас Альб,17 лет, потомственный оборотень-волк. Полностью перевоплощается.

– Лаура Рикке, 16 лет, потомственный вампир. Перевоплощается не до конца, вампир активно проявляет себя.

– Алекс Хоук, 18 лет, потомственный оборотень, обращается в ястреба. Перевоплощается полностью.

– Дерек?

– Муд, – ответил он и добавил: – Это не настоящая моя фамилия. Настоящую я не знаю.

С Дереком оказалось сложнее всего. Ему будто тяжело было произносить слова: он говорил медленно, тихо, каждый раз делая паузу перед новой фразой.

– Так сколько тебе лет?

– Я не знаю, – признался юноша.

– Ну хотя бы примерно.

– Больше девяти, – вздохнул Дерек.

– Ладно… – Еве оставалось только пожать плечами.

Руди сложил всё, что удалось вытянуть из парня, и записал:

– Дерек Муд, возраст неизвестен, вампир в результате укуса. Перевоплощается полностью.

Неловко зажав ручку пальцами правой руки, Дерек на секунду застыл над документом.

– Нужна твоя подпись, – напомнил Руди.

– Подпись? Да, я помню, я делал это несколько раз раньше. Но я не помню, какая у меня подпись.

Ева и Руди переглянулись: неужели и на этом этапе возникнут проблемы?

– Дерек, да? Можешь поставить букву «Д», например, – нашлась Ева.

– Хм… это так неудобно, – признался парень, и немудрено, что ему было неудобно: он держал ручку, словно первоклассник, впервые в жизни взявшийся за письмо.

– Может, ты левша? – подал голос Ник. – Я вот левша, мне правой рукой неудобно! Попробуй.

Покрутив ручку и так, и эдак, в правой и в левой руке по очереди, Дерек вывел желаемую букву в нужных строках. Все как будто немного выдохнули, когда опрос и сбор подписей был закончен, Ева принесла оборудование для взятия крови, отчего в комнатушке сразу установился характерный запах медицинского спирта.

– Кровь нужна из вены, – сообщила женщина и поспешила успокоить: – Не бойтесь, у меня рука лёгкая. Руди, включи мне, пожалуйста, больше освещения! – попросила она.

Ник никогда раньше не сдавал кровь, поэтому занервничал. Но Ева обращалась с ним очень бережно, и парень действительно почти ничего не почувствовал. Горячая кровь оборотня разогрела шприц в руке Евы. Алекс был следующим и без боязни поднял рукав рубашки, подставляя руку. Дерек явно робел, но не сопротивлялся процедуре; кровь вампира была чёрной и холодной и всё никак не желала останавливаться. Лаура испуганно вжалась в кресло, будто пыталась спрятаться в нём. Когда Ева подошла к девушке, но та отдёрнула руку.

– Что-то не так? – тихо спросила Ева.

Взгляд Лауры забегал, и она закусила губу.

– Не бойся, – убеждала её Ева, – это вовсе не больно, – она кивнула на других гостей, – даже парни не плакали.

Лаура улыбнулась, чувствуя себя комфортнее, но дать свою руку всё же не решалась.

– Я не могу, – наконец сказала девушка.

– Слушай, – сказала Ева, присаживаясь на краешек кресла рядом с девушкой, – я врач. Всё будет в порядке.

– Можем мы выйти из комнаты? Только мы вдвоём, – попросила вдруг Лаура.

– Конечно.

Руди внимательно наблюдал за ними со своего места, а когда Ева и Лаура встали и направились к выходу, тоже удивлённо подскочил с места.

– Что случилось? – шёпотом спросил он у Евы, подойдя ближе.

– Не беспокойся, – ответила женщина. – Мы отойдём на секунду. Девочкам надо пошушукаться. Останься пока с ними.

Руди кивнул, и Ева с Лаурой покинули комнату. Вскоре они нашли безлюдную лабораторию, которая удовлетворила Лауру. Когда девушка подняла рукав своей большой водолазки, Ева сразу всё поняла.

– Я просто… – девушка хотела начать оправдываться, но Ева прервала её.

– Я понимаю. Я никому не скажу.

Лаура почувствовала тепло рук этой женщины; и это тепло, и сказанные ею слова быстро переменили настрой. Теперь Лаура чувствовала: если и есть в мире кто-то, кому стоит доверять, то это Ева Патиенс. Лауре действительно не было больно: шприц, казалось, едва касается кожи. Бережно неся образец, Ева вернулась и передала его Руди. Лаура пришла вслед за ней и уселась в своё кресло, спокойная, как никогда раньше.

– Ну, на сегодня хватит с вас. Уже к утру клонится. Отдыхайте, – скомандовал Руди и удалился в лабораторию, чтобы разложить полученные образцы.

Под руководством Евы гости умылись, распределились по свободным комнатам и отправились отдыхать. Несмотря на волнение, всем четверым удалось уснуть. Еве оставалось им только позавидовать. Вместе с Руди дождавшись пробуждения помощников, она отправилась в лабораторию высчитывать для новых пациентов их идеальную порцию лекарства.

Оно выглядело, словно разлитый по сосудам перламутр зелье, способное превратить вампира в человека. Синий электрический свет в лаборатории создавал впечатление космического корабля. Фантастический блеск усиливал это впечатление. Сосуды с зельем были аккуратно расставлены по белым шкафам. Помощница бережно достала один сверкающий сосуд из хранилища и поднесла Еве. Обе они – помощница и Ева – были в белых халатах и перчатках, которые тоже сияли. Аккуратно держа сосуд, словно это было нежное живое существо, Ева поднесла его к своим пациентам.

– Оно имеет такой цвет, – сказала она, – из-за содержащихся в нём частичек серебра.

Четверо пациентов казались чужими в этом чистом бело-синем сиянии. Они щурились от яркого света и нервно перетаптывались на месте.

– На солнце оно не хранится, – продолжала Ева, покрутив сосуд в руках. Она не могла не думать о том, как красиво он переливается.

Но заметив, как неуютно её подопечным, Ева взяла себя в руки и отвлеклась.

– Давайте сядем в гостиной, – сказала она. Приглашая пациентов к выходу. «Гостиной» она называла ту небольшую комнатку с креслами и столом, где они сидели ночью.

Синий электрический свет сменился на более привычный жёлтый. Теперь, сбросив с себя усталость, которая застилала глаза вчера, гости стали ощущать себя некомфортно. Они оказались в незнакомом месте, они не знали друг друга, а также не знали, что им предстоит. Впрочем, этот последний вопрос уже скоро должен был разрешиться.

Ева усадила свои подопечных в кресла и окинула их взглядом. Николас, по-видимому, чувствовал себя увереннее всех. Его красивое открытое лицо посвежело, на щеках появился румянец. Парень сидел в непринуждённой позе и выдавал своё беспокойство только тем, что постукивал пальцами по ручке кресла. Даже в мягком удобном кресле Алекс сидел прямо. Он был совершенно сосредоточен. Казалось, весь он был сжатой пружиной, готовой в любой момент распрямиться и немедленной действовать. На Лауру дневной отдых не подействовал. Девушка была смущена и растеряна, и её взгляд всё время бегал. Неизвестно, что напрягало Лауру больше: сложная процедура, которая предстояла ей, или незнакомцы. Ева была той единственной, чьё присутствие немного успокаивало. По Дереку было непонятно, спал он или нет. Он сидел на самом краешке кресла, устало сложив свои длинные тонкие руки на коленях, и выглядел так же статично, как стол или шкаф. Он просто молча наблюдал. Но у него был тяжёлый взгляд, и Ева даже боялась смотреть Дереку прямо в лицо, потому что эти чёрные глаза, казалось, могли просверлить в человеке дыру. Ева не сомневалась, что это именно Дерек притащил за собой Чёрные Тени, которых она ощущала сегодня ночью. За некоторыми сильными вампирами всегда следуют Тени, желая разделить с вампиром добычу. «С этим парнем будут проблемки», – заверил Еву Руди, когда они вместе трудились, делая анализы крови пациентов. Сейчас, глядя на Дерека, Ева подумала, что Руди был прав. «Но, – повторила она про себя, – какими бы они ни были, я буду им помогать».

Ева прислонилась к краю стола и вздохнула, чтобы собраться с мыслями. Под белым халатом у неё был весёлого цвета жёлтый свитер и простые джинсы. Она была высокой и всё ещё очень худой. Долгое время Ева подстригала свои чёрные волосы очень коротко, чтобы они не мешали ей и не падали на глаза, и большую часть времени, женщина была очень занята, чтобы думать о том, как она выглядит.

– Идея о том, что можно осуществить переход от вампира или оборотня к человеку, пришла мне, конечно, после случая с моим дядей, – начала говорить Ева; все взгляды тут же сосредоточились на ней, из-за чего она почувствовала себя немного смущённой.

– Мы считаем, что вампиры и оборотни – это существа, в которых сочетаются две разные сущности, – продолжала она. – Эту теорию предложили ещё очень давно, и она больше всего похожа на правду. Тут надо также принять теорию о том, что жизнь существует не только в материальных телах, – то есть наших, которые из плоти и крови, – а также и в каких-то нематериальных формах. Вы поймёте, о чём речь, когда я скажу, что на данный момент мы знаем три формы. Их называют существа Света, существа Огня и существа Тьмы.

Ева увидела, что её слушатели действительно поняли; Алекс даже чуть подался вперёд в своём кресле. Конечно, будучи вампирами и оборотнями, они не могли не слышать о таком.

– Эти существа, – продолжала Ева, – чаще всего всё-таки обретают телесную оболочку. Существа Огня – это животные, птицы, насекомые, – в общем, всё, что живёт и растёт. Люди внутри у них живёт существо Света. Самые загадочные – существа Тьмы. Многие знают их как Чёрных Теней, которые питаются страхом.

По лицу Дерека пробежало какое-то выражение и тут же исчезло, но Ева смогла уловить в нём испуг. «Он точно знает, что такое Тени», – решила она и продолжила говорить:

– Вампиры и оборотни – это два существа, живущие в одном теле. Оборотень сочетает в себе сущность Света и Огня, а вампир – сущность Света и Тьмы. Они крепко связаны друг с другом, и если их вдруг разделить, то это может привести к последствиям. Что чуть было не случилось с моим дядей. Всю свою жизнь он был вампиром и вдруг получил зелье, которое резко разделило двух существ. К счастью, Светлое существо оказалось достаточно сильным, чтобы восстановить организм. Он снова стал функционировать, но теперь уже как человек. И это натолкнуло меня на мысль. Что если создать зелье, которое действовало бы похожим образом, но было бы более безопасным?

Ева вновь покрутила перед слушателями сосуд с перламутровой жидкостью.

– Чтобы обезопасить процесс перехода, – сказала женщина, – мы сделали его медленным и постепенным. Переход займёт примерно месяц. Но вы должны понимать, что это индивидуальный процесс и здесь влияет всё: ваш возраст, ваше здоровье, а главное, то, насколько сильна ваша сущность Огня или Тьмы и насколько сильно вы с ней связаны. Но я обещаю, что если вы проявите терпение, то сможете превратиться в человека. Мы подобрали для каждого из вас индивидуальную концентрацию лекарства. Начиная с сегодняшней ночи, вы будете получать свою порцию. Как выяснилось, эффективнее всего оно работает, если вводить его в виде капельниц. Надеюсь, это вас не пугает. И ещё: несмотря на то, что мы работали – и продолжаем работать – над безопасностью, риск при переходе всё ещё есть. Если вы сомневаетесь, то сейчас – последний момент, чтобы уйти. Если вы остаётесь, это значит, что вы уверены в своём желании и даёте своё согласие на то, что мы будем делать.

Ева ожидала, что кто-то поднимется и уйдёт, но слушатели даже не дрогнули. Казалось, этих ребят ничем не испугать.

– Хорошо, – Ева не ожидала, что её пациенты окажутся такими молодыми и такими смелыми. – Есть и другие важные вещи, которые вам придётся сделать: изменить образ жизни, привыкнуть к солнечному свету, начать есть разнообразные продукты. Всё это понадобится вам для перехода. Мы начинаем сегодня, потому что это первые дни новолуния и у нас ещё достаточно времени до Полной Луны. Надеюсь, к следующей Новой Луне вы уже будете чувствовать себя иначе. Мы же будем следить за состоянием каждого из вас и стараться, чтобы всё прошло как можно лучше.

Улыбнувшись смелым молодым людям, которые решились остаться с ней ещё на месяц и одними из первых совершить невероятный эксперимент, Ева сказала:

– Мы можем одновременно взять на капельницу только двоих. Кто хочет быть первым?

Первыми пошли Николас и Дерек. Комната, в которую их провела Ева, была затемнена. Там всего-то и было, что две кровати, маленькие столики рядом с ними и держатели для капельниц. Ребята улеглись, и теперь им оставалось только ждать, пока волшебное перламутровое зелье будет по капле смешиваться с их кровью.

Поставив капельницы, Ева вышла, сказав, что процедура займёт всего двадцать минут. Но прошла уже, казалось, вечность, а Ева всё не возвращалась. Николас повернул голову и посмотрел на соседа. Дерек неподвижно лежал, глядя в потолок и лишь изредка моргая. По сравнению с Николасом Дерек казался тончайшей тростинкой, однако чутьём Николас ощущал от Дерека угрозу. «Это потому что он вампир, – сказал себе Ник, – я ведь раньше не встречался с вампирами. Вампир он, или нет, – продолжал размышлять Николас, – скоро мы уже не будем этого чувствовать. Мы будем одинаковыми». Успокоившись этим, Ник шёпотом позвал:

– Эй, Дерек!

В ответ Дерек повернул голову и уставился на соседа. «Ну и глазищи», – невольно подумал Ник.

– Что ты думаешь, – немного нервничая, спросил Ник, – о том, что сейчас рассказала Ева? Ты в это веришь?

Дерек задумчиво закусил нижнюю губу и сказал:

– Я впервые слышал о таком. Я даже не знаю… Но её слова очень похожи на то, что я вижу.

Николас аккуратно, чтобы не задевать капельницу, повернулся к Дереку и с любопытством спросил:

– Что ты видишь?

– Я вижу, что все вокруг светятся. И свет у всех разный. У животных он красный или оранжевый. У оборотней свет похож на свет животных, но он немного… другой. Он жёлтый или разноцветный. У людей свет бывает почти белый или голубой. Но у меня нет света и у Лауры нет. Я думаю, у всех вампиров его нет. Вокруг нас как будто облако, такое серое или чёрное.

– Так ты знал, что я оборотень, как только увидел меня?

– Да.

– И давно ты всё это видишь?

– С тех пор, как стал вампиром, наверное… или чуть позже.

Николас откинулся на свою подушку. «Так вот почему у него такой взгляд – он видит нас всех!» Ник посмотрел в потолок, сомневаясь, стоит ли ещё расспрашивать странного паренька, но любопытство взяло верх.

– А как мы светимся? – Ник снова повернулся к Дереку. – Как… лампочки?

– Почти. Как будто внутри тела есть светящиеся ниточки. Их много-много, они по всему телу. Но больше всего их в голове. Почти у всех они светлые…

– Почти?

– У меня они красные и немного другие, чем я видел…Просто мои нити слушаются меня. Они могут вплетаться в чужие нити, поэтому я могу… могу управлять другими.

Ник удивлённо уставился на Дерека:

– Ты – гипнотизёр?

– Да. Поэтому меня взяли работать в цирк. До вчерашней ночи я там жил и работал.

– Ты ушёл?..

Дерек улыбнулся:

– Я не получал ничего за свои выступления. Я спал вместе с животными, потому что все люди меня боялись. Единственное, что мне давал хозяин, так это защиту, когда мне нужно было поохотиться. Это и ещё угрозы – больше он ничем не мог меня удержать.

– Но как ты оказался там, в цирке? Где были твои родители?

Дерек откинулся на подушку и закрыл глаза. Он стал дышать, считая до пяти: пять – вдох, пять – выдох. Так он привык справляться с непонятной ему болью в груди, которая приливала, когда что-то спрашивали про семью. Боль стискивала всю грудную клетку, заставляя сердце бешено биться, она душила, но Дерек знал – это проходит, надо только не переставать дышать, не дать этому забрать весь воздух. И парень дышал.

Увидев, что с Дереком что-то не так, Николас растерялся. Он и не мог знать, что его расспросы заденут так сильно.

– Эй, ты в порядке?

Дерек ещё раз вдохнул и выдохнул, а затем, не открывая глаз, тихо ответил:

– Мои родители не хотели ребёнка-вампира.

– Чёрт, Дерек… прости меня, – растерянно проговорил Ник. – Это паршиво.

Дерек открыл глаза и постарался улыбнуться:

– Ты не хотел обижать меня, я знаю. Я вижу. У тебя чудесный золотой свет, он очень чистый и яркий.

Николас был польщён таким описанием.

– Хорошо, что ты пришёл сюда, – сказал Ник. – Теперь у тебя всё пойдёт по-другому.

Дерек в ответ лишь чуть улыбнулся: «Надеюсь, что так».

– Ты говорил Еве? – спросил Ник. – Ну, про способности. Может, это имеет значение для твоего перехода.

Дерек задумался:

– Да, пожалуй… ты прав, я должен рассказать ей.

Остаток времени парни молча пролежали, глядя в потолок и ожидая окончания процедуры. Николас обдумывал слова Дерека и размышлял, смогут ли они стать друзьями. Дерек сам от себя не ожидал, что расскажет едва знакомому парню так много.

Когда вошла Ева, первая порция лекарства для Николаса и Дерека закончилась. Спустя двадцать минут парни не чувствовали, что они друг другу незнакомцы.

***

Первым Ева уложила под капельницу Алекса и лишь потом пригласила Лауру. Бережно поставив катетер, Ева прикрыла обнажённую руку Лауры простынёй, чтобы Алекс не смог её увидеть. Благодарно улыбнувшись, Лаура откинулась на подушку. Ева ушла, и девушка не заметила, как начала дремать.

В полусне Лаура продолжала думать. Существа Света, Огня и Тьмы. Тьма, разлитая по всей вселенной, окутывающая звёзды, которые своим Светом борются с окружающей разрушительной пустотой. И в этой борьбе на крохотных островках возле сияющих звёзд загорается жизнь – Огонь. Существа Огня живут быстро, но, умирая, они дают возможность жить другим таким же. Существа света, они как звёзды. Вся их жизнь похожа на сражение. Желая понять всё кругом, они часто путаются и блуждают в потёмках, совершают много ошибок.

И есть существа Тьмы. Они, как и Тьма, холодные. Тьма вечная, безразличная, она проглатывает звёзды и раздавливает планеты. Они ещё не жили – она была, они умрут – а она будет. А её существа будут вечно бродить по живым и мёртвым мирам, стремясь затушить любой свет, даже самый маленький огонёк.

В любом случае, она знала, что существа Тьмы точно существуют – одно из них жило вместе с ней. «Но теперь, – подумала Лаура, – не пришла ли пора расстаться?». Она знала, что внутри у неё есть Свет, и это обнадёживало её.

Алекс решил, что Лаура уснула, и старался быть потише: ему казалось, что он даже дышит слишком громко. Иногда он невольно поворачивал голову в сторону девушки, и она казалась ему такой маленькой. Ну разве можно мешать спать ребёнку? Хотя Алекс знал, что Лаура всего на два года младше его, он в это с трудом верил. Он где-то слышал, что дети-вампиры могут плохо расти, а потом в какой-то год резко превратиться во взрослых. Очевидно, Лаура ещё не достигла этого возраста.