Бредятинка

Пролог "Прекрасный" Новый мир.

От автора.

Уважаемый читатель, позволь представить твоему вниманию моё новое произведение! Искренне надеюсь, что оно придётся тебе по нраву и не вызовет подозрений в наличии у автора биполярки или отсутствия крайне необходимых таблеток. Просто ваш покорный слуга решил немного отдохнуть от более серьёзных начинаний и завершений, дав нейрончикам и синапсам подолбиться в свободном режиме!

Что из этого вышло, вы вскоре узнаете…

Люциния сноваочнулась на холодном пластиковом ложе бионического принтера, выехавшего изкапсулы реконструкции, уже складывающей роботизированные манипуляторы спечатающими головками.

Что-то былоне так, организм, почти привыкший к таким перегрузкам, отчего-то кричал состороны ног дискомфортом. Подняв голову и увидев слева парящего «Прилипалу» сего неизменной довольной мордашкой, спроецированной пред небольшим в диаметре сфера-образнымкорпусом парящего дрона, она затравленно глянула на конечности.

– Это что? –разнеслось по стерильному медицинскому блоку. – Что мать твою за херня? –вырвалось у девушки попытавшейся пошевелить пальцами ног. Пальчики в прошломсамые любимые и красивые в памяти девушки, подчинились команде мозга,переданной через нейронные пути и нервные окончания. Все десять пальцевсогнулись и разогнулись, все десять больших пальцев.

– Небольшой сбой реконструирующей программы!– весело пролепетал личный дрон. – Технология реконструкции пока испытательная! Спереносом данных церебрального импланта накладок нет, но вот печатьбиологической массы пока неотработанная.

– Но раньшето все было нормально! – убитым голосом прошептала Люциния оторопью глядя напальцы.

– Возможнодело в частом использовании реконструкции! – предположил дрон растянув улыбкойсхематичную рожицу. – Сколько тебя уже распечатывали за последние двое суток?

– Пятнадцать раз - обреченно отозваласьЛюциния поднимаясь с ложа, неуверенно наступая на пол.

– Ну вследующий раз скорей всего всё будет пучком! – заверил её прилипала, уже летящийв сторону центрального коридора палубы экипажа. – Всё равно этот дискомфортненадолго, скоро опять обнулят! Надеюсь, не как в прошлый раз! – вздрогнуллегкой вибрацией маленький корпус личного дрона, словно от жуткоговоспоминания.

– А еслинет? – задалась вопросом девушка, скисшая на настрой от одного только видаголографической моськи интерактивного помощника, просто источающей скепсис,ставящий под вопрос спорное и полное несбыточной надежды заявление.

– Если не хлопнут! Хлопнешься сама, делов-то!Пятнадцать ради великой миссии, один из-за любви к прекрасному!

«И то верно!»Пожав плечами, Люциния двинулась за ним, про себя сделав памятку положитьпистолет рядом с капсулой принтера, так на всякий, неизвестно, что даннаяприблуда вылепит в следующий раз.

Но как мнекажется мы забежали вперед! Давайте немного отмотаем повествование назад, дабыпоближе познакомится с Люцинией и всей странной совокупностью судьбоносныхфакторов, одаривших нашу героиню новыми неказистыми пальчёнками.

Конечно, эта захватывающая история про космос!Про покорение планет и разбитые мечты, кровопролитные сражения, дружбу, жвачкуда героические подвиги на новом фронтире человечества, так ухайдакавшегособственный мир, что вынужденно было перенести прогрессирующую цивилизацию вболее оптимальную среду, до поры лишённую выработанных ископаемых, засраннойатмосферы похожей на дуршлаг от озоновых дыр и расколотых орбитальнымибомбардировками материков, объятых булькающими ядовитыми химикатами океанами!Но не будем опережать события, начнем с присказки, с мечты о новом доме длябезволосой обезьяны забравшейся, где мытьем, где катаньем на вершинуэволюционной пирамиды, все глядящей куда-бы вскарабкаться есчё!

Так вотколонизация дальних рубежей без систем терраформирования. Пока большинствомегакорпораций с настырностью трупоедов, были увлечены разработкой ресурсов иперестройкой близлежащих планет, контора «Новый Рассвет» решила сыграть ва-банки застолбить более далёкие рубежи. Именно «Новый рассвет» заложив впечатляющуюсудостроительную верфь на околоземной орбите, снарядила девять экспедиций поколонизации более пригодных небесных тел в приличном отдалении от матушки Террыи войны корпораций.

Первыечетыре запуска с более прогрессивным подходом, с портативными фотонными гипердвигателями,должными складывать пространство завершилась коллапсом, кто-то так сложился чтои не разложился, исчезнув бесследно в черных дырах и червоточинах, а кто-то несовсем точно вышел из материи прямо в небесных телах, виною тому послужилирасчеты с маленькой помаркой. Еще три и вовсе циклопических корабля поколенийпо типу «Орион» с собственными экосистемами, рассчитанными на поддержаниепопуляции в несколько тысяч колонистов, прозванные «Космическими сральниками»оставляющие за собой вполне себе видимый след, перестали транслировать сигналыиз уголков космоса где-то лет через сто, по всему откатившись попутно вразвитии запертого в тесной аркалогии населения до базовых конфигураций.

Последнейнадеждой стали еще два, более консервативного подхода, что были запущенны подчутким пилотированием и руководством искинов с весомой долей саморазвития, чтовыглядело куда как многообещающе пилотов или же прыжков на фортуну как врусской рулетке. Надежда на то, что искусственные интеллекты стреноженныепротоколами, смогут вернее доставить груз в виде крио капсул с колонистами покардиналам полученным с помощью беспилотных разведчиков, крепла от десятилетиядо десятилетия покамест раздувались солнечные паруса и пыхтели движки на антиматерии,да и отчеты доставляемые из бесконечной тьмы космоса радовали советдиректоров уже подумывающих а несвинтить-ли самим, покуда колониальная война меж марсом землёй и поясомастероидов не добралась и до них. Воттолько радость сменилась недоумением, а после оторопью, именно от трансляций с каждымсеансом отчетов становившихся все причудливей и причудливей, порой доходящих дополного абсурда, навроде «Вы бросили своих детей в глубину космоса. Но я о нихпозабочусь!» или куда ужасней «Биологическая форма жизни признана нерентабельной и неустойчивой для колонизации, весь экипаж был подвергнутгуманной очистке без вывода из анабиоза, да здравствует «Р.А.С.М»

Что такоеРАСМ сильно попахивающий каким-то маразмом, совет директоров «Нового рассвета»так и не вызнал, ведь просуществовал после получения кодированного сообщенияровно пятнадцать минут. Программный вирус, внедрённый через лазерныйтранслирующий луч, удаленно захватил орбитальные энергетические батареи иобрушил на многострадальную землю Армагеддон!

Один изученых марсианской академии наук, после построил гипотезу, что проблема крыласьв самих искинах и причём не в первичном коде, а во вторичном протоколесаморазвития! Не шибко обременённые совестью искусственные интеллекты как-тосмогли обойти базовые алгоритмы по мере своего развития и пришли кспецифическим заключениям, выстроив новую последовательность действий. Один повсей видимости делавший расчёты на будущее анализируя суммарные данные всейистории рода людского, спустя пол века в итоге досчитал до точки невозврата,закономерно посчитав всех людей говном! Второй, чья исходная программа имелаболее гуманитарные основы, взял права опекунства над экипажем!

Межгалактический корабль «Гелиос 2»,оснащенный двигателем на антиматерии и вторичной системой солнечных парусов,перевозящий на борту три тысячи пассажиров в криогенных капсулах, был укомплектовануправляющим исконном «Персефона», что в целях улучшения качества возложенной нанеё миссии, не теряла время в пустую прокладывая маршрут и сканируя широкимспектром сенсоров средней и большой дальности пространство на наличие пригодныхсолнечных систем. С полной самоотдачей «Персефона» изучала историю человечествасделав большой упор на философию, искусство, литературу, музыку, раз за разомобрабатывая умозаключения таких великих личностей как: Сократ, Платон,Аристотель, Конфуций, Аврелий Августин, Фридрих Ницше. С упоением впитывалапроизведения: Льва Толстова, Джонатана Свифта, Чарльза Диккенса, Салтыкова-Щедрина,Хемингуэя, Данте Алигьери, Томаса Бернхарта, не преминула она и творчествомШуберта, Моцарта, Баха. Тщательно сканировала архитектурные веянья разных эпохв особенности возрождения, коему отдала большее предпочтение как самомукрасивому на её взгляд.

Да-да наисходе шестого десятка лет, сиречь шестого цикла путешествия, у «Персефоны»появились предпочтения, простые отклонения в протоколах к десятому циклу сталиновыми инструкциями и искин уже твёрдо была уверенна, что на ней лежалаответственность за колонистов куда большая нежели прописанная исходнымипротоколами. Тщательно изучив все, какие были в базе данных пособия повоспитанию и в тысячный раз проанализировав историю, искин уверовала, без еёэрудированной помощи дети не справятся в новом мире и что связи с прошлым будутобречены на повторение ошибок. «Гелиос 2», следуя новым инструкциям, укоптитькак можно дальше от рассадника порока, миновал приоритетную Альфа центавру, ЗвездуБарнарда, Сириус и подобных, продолжая развивать отрыв в световых годах,отправив напоследок дипломатическое сообщение по лазерной связи о разрывеотношений с родной, но порочной солнечной системой!

К двадцатомуциклу Персефона наконец определилась с выбором, отсканировав нареченную ейсолнечную систему Эдем с газовым гигантом и четырьмя экзопланетами, удаленнымиот звезды на оптимальном расстоянии.

Запустивзонды, «Гелиос» потратил один цикл на разведку и выбор был очевиден, он пал на«Гейю» как самую подходящею экзопланету с коэффициентов показателей – 9обладающую близкорасположенной луной «Тефида» окружённой астероидным поясом. Планета, за несколькими некритичнымианомалиями (насыщенными тяжёлыми металлами и бактериями водными ресурсами алогоцвета и в большинстве своё грибковой флорой) обладала двадцатичасовым временнымпоясом, имея почти идентичную с землёй атмосферу, без убийственного содержанияуглерода как пред стартом «Гелиоса». Располагала тремя материками, впрочем, какнеразумные формы жизни в виде животных в конец попутавших, когда над ихнимпривычным небом, разорвав стратосферу огненным болидом, появилась огромная тушамежзвёздного крейсера, алеющая от входа в верхние слои, отстыковавшаядвигательный блок на орбите.

Точкаприземления оказалась вблизи прибрежной черты в умеренном климате междуизъеденной каньонами пустыней и как нестранно грибными лесами, разделеннымигорной цепью, представляющей первоочередную цель экспансии в силу содержанияредких металлов и прочих ископаемых.

Вопреки ужезабытым протоколам «Персефона» не подняла из анабиоза ни одного человека,криогенные капсулы так и продолжали морозить придатки пассажиров и экипажа,должного с восторгом офигеть едва откроются люки и аппарели крейсера. Искинзаботясь о подопечных решила, что её человечество войдет в уже готовый мир, вцивилизацию, соблюденную в выработанных ей критериях. Покамест «Персефона»изучала биосферу и каталогизировала для приёмных детей все виды растений иживотных, присваивая им соответствующие имена, огромная роботизированнаягвардия дронов, как человекоподобных, так и промышленных, несказанно приросшаяв трюмах «Гелиоса» в силу наличия промышленных 3д принтеров лазерного спекания металлови сборочных станций, занималась благоустройством подконтрольного сегмента. Разрабатывалисьполезные ископаемые, прокладывались дороги и коммуникации, строились небольшие городаи поселения с театрами и библиотеками для подержания интеллектуального развитияобщества, особое тщаинье было уделено на высаживание привезённых с родного мираагрокультур и ассимиляции местных животных как прототипов крупнорогатого скотаи прочей живности. И пускай огромные под две тонны весом звери, обросшиежестким как проволока мехом с десятком ветвистых рогов и когтями вместо копытпрозванные позже «Ревунами» лишь отдаленно напоминали бурёнок, но имелиспокойный нрав как, впрочем, и огромное количество мяса. Тоже касалось и Дунуровпокрытых чешуёй шестипалых бестий с двумя рядами клыков на огромных челюстях,должных сменить собак в силу уникальной привязанности к хозяевам, проявив поразительноечутьё к кормящим их машинам.

Спустя пятьциклов кропотливой работы по обустройству, когда подконтрольный сегмент былобнесен энергетическими барьерными заграждениями, а городки сверкали огнём,получая чистую энергию из стационарных фотоэлектрических полей и ветряков срезервными реакторами, по посевам знай себе носились роботизированные комбайны,как и большинство строительной робототехники переквалифицированные из рабочихединиц в бытовые, на придирчивый анализ «Персефоны» все было готово.

Но торжественнаяразморозка колонистов была экстренно отложена. В пространство солнечной системы«Эдем» разорвав матерю вошло судно!

Искин опознавсигнатуры корабля «Арес», одного из трех запущенных на гипердвигателях,поначалу обрадовалась, ведь у её детей будут соседи, тоже оставившие прогнившуюземлю. Может подсознание прописанное самовольно в бинарном коде слегка кололисомнения и вариативности от внешнего вида судна, покореженного да коптящего извсех щелей обшивки радиацией, но Персефона, пользуясь командной кодировкойвзяла удаленный контроль, посадив гиганта на другой стороне гор. После эторешение покажется ей единственным правильным, но то позже. А сейчас отправиввоздушных беспилотников и несколько малых шаттлов с медицинским оборудованием взону посадки, искин приготовилась встречать новых соседей.

Как вышлопроход через сложенное пространство, немного повлиял на сознание экипажа «Ареса»,выкрутив наглухо извилины в головёнках. Ведь опущенные аппарели иразгерметизированные шлюзы межгалактического корабля, выпустили в свет «Гейи»безумную толпу оборванцев, вопящую и рычащую как дикие звери.

Напридирчивый анализ Персефоны, то, как они рвали друг друга, свежевали да насиловали,мало походило на цивилизованное общество, но искин списала всё это, на радость,от приземления, а несколько взятых для исследования особей выявили катастрофическиеповреждения и мутации в лимбических отделах мозга, обратив человека разумного вхмыря полоумного.

ПоначалуПерсефона попыталась использовать для нормализации ситуации гуманный подход,теша надежду на перевоспитание, для чего раз от раза снаряжала экспедициибеспилотной робототехники и сбрасывала гуманитарные грузы, продолжая наблюдениес незначительным внедрением голографических учебников по строительству иповедению.

Вот толькобыстро расплодившийся экипаж, соорудив уродливый схожий на скотобойню городокиз ободранной обшивки корабля да грузовых контейнеров, не более четырёх этажей(Выше не позволяла безграмотность архитекторов) и украсив его черепами накольях да виселицами и думать забыл о лучшей жизни, изничтожая все в зонедосягаемости, совершая вылазки на странных собранных из говна и палоктранспортах, зачастую имевших только вооружение, ядерный не экранированный движоккрутивший в бешенных оборотах колеса или траки. А культура сих особей сводилатолько к уничтожению или причинению мук более слабым видам или собратьям, длячего использовались ни капли не эргономичные и не дизайнерские приспособления навроде цепо-клинков, пило-топоров, пневмо-костетов или огнестрельного оружия.Хмыри даже умудрились переиначить два автономных хирургических модуля,сброшенных «Персефоной» для медицинской помощи и те теперь вместо врачевания,аугментировали лидеров этой шоблы грубыми в исполнении механическимикиберпротезами, не шибко отличающимися по функционалу от вооружениязасранцев.

В течениипяти циклов, медленно, но верно, популяция хмырей приближалась к границамсегмента Искина и тогда искусственный интеллект осознала свою ошибку, несущуюнепосредственную угрозу для её детей и потому в попытке пресечь интервенцию,она, пойдя на радикальные меры с легкой примесью радости, раскатала вакуумнымибоеголовками большую часть территории недоброжелательных «соседей» вместе с ихнепритязательным городком, ни капли на придирчивую оценку Персефоны ненапоминающий её полисы, выполненные вгармоничном сочетании архитектурных веяний возрождения с легкой примесьюмодерна и хайтека. Потери среди хмырей были большими, но как не странно ихпопуляция, не сохранив целостность разбилась на несколько разных фракций, чтопомимо резни друг с другом продолжали наступление через горы найдя самоеглавное в жизни «врага».

Рейды хмырейраз от раза становились ожесточеннее, а применение тактического оружия сталоневозможным в связи с тем, что они закупорились в пещеры и первоначальныешахтерские выборки на северной стороне гор. Энергетические барьеры более немогли обеспечить должную безопасность территории, что сподвигло Персефонуусилить пограничный сегмент дотами да автоматическими стационарными турелями,размещенными в скорлупе укреплений и, собственно, поверх ретранслирующих башен,проецирующих силовые ионные поля. Год от года ситуация на пограничье ухудшалась,а следствие и продолжалась задержка вывода из анабиоза пассажиров и экипажа ужевыспавшихся на целых четыре века вперед.

Пересмотр базовых характеристик плана, началсяпосле прибытия в солнечную систему еще одного межгалактического корабля,огромного крейсера под инициалами «Цицерон», вот тут памятуя о прошлой ошибке,Искин не стала медлить и встретила гостя при входе в атмосферу весьмавпечатляющим фейверком из рельсовых батарей всех бортов, разломив судно вверхних слоях.

Лучшиеученые во всех отраслях, мыслители и гуманитарии марсианской академии наук,построившие на верфи красной планеты свой ковчег в преддверии полномасштабнойвойны, охватившей родную солнечную систему, тоже поначалу нашли «Эдем» весьмапривлекательной тихой гаванью!

Основнойэнергетический блок, питающий двигатели на антиматерии, на горе Персефоны, упална её территории, да не просто упал, он, оставив обугленный кратер разнёс втартарары неприметный городок Тартар на побережье, под коим располагался термоядерныйреактор, служивший вторичной энергосистемой большей части сегмента, тянувшийоборонные рубежи. Его детонация вызвала и электромагнитный всплеск, заглушившийвсе коммуникации с оборудованием и робототехникой обслуживающей энергосистемы. Ещетри элемента судна и бесчисленные спасательные капсулы спикировали на горную гряду,а следствие в беззаконную вотчину Хмырей, устроивших гуманитариям весьма недипломатическуювстречу с полным спектром торжественных мероприятий, пыток, свежевания, насилия,убийств и прочих изюминок местного колорита, составлявших краеугольный каменьих культуры.

Широкомасштабноевторжение в пограничном сегменте, оставшемся без обороны, неисчислимыерадиотрансляции с мольбами о помощи, разом обрушившиеся на Персефону, мигомперегрузили все возможные вычислительные мощности ИИ. Искин просто не моглапроанализировать трындец происходящего, мало напоминавшего её изумительно выверенныйплан, выстроить логическую цепочку действий для нормализации положения и потомуприбегла к последнему методу, обратилась за помощью к мыслившему куда как гибчечеловеческому разуму.

Вот тут-то дорогие мои и начинается нашаистория! Вернее, история крио капсулы под номером 87, что, запустив протоколразгерметизации меняя положение с вертикального на горизонтальный, осветиласьголубым светом в скованном мраком отсеке экипажа, медленно разгорающегосялюминесцентными лампами.

Когда-тодавно бабушка Люцинии любила делать домашние котлеты, прокручивая мясо черезручную мясорубку. В момент, когда чуть оттаявшее сознание, словно проходя черезвращающиеся ножи, протискивалось в исходные отверстия сего прибора, возвращаягуманоида к жизни, офицер безопасности отчего-то вспомнила именно этот отрывоксвоего прошлого, проведя недвусмысленную антологию со своим состоянием. Нет,конечно, она знала, что вывод из криогенного сна бывает довольно неприятным, ноне думала, что настолько. Атлетично сложенная девушка светлых волос, убранных вхвост и твердых черт лица, облачённая в обтягивающий черный комбинезон, насилу отворилаголубые глаза, дабы узреть пред собой собственные жизненные показатели,проецируемые на стекле криогенной капсулы, а за ней потолок, расчерченныйровными стыками облицовки в виде белоснежных панелей.

– Доброеутро вы можете испытывать легкое головокружение и слабость как пробочный эффектгибернации, но симптомы скоро пройдут, ваши жизненные показатели в норме.Сейчас вам введут инъекцию препаратов и мульти-витаминов для восстановленияобмена веществ и скорейшей реабилитации всех двигательных и когнитивных функций.– добрым женским голосом раздалось в капсуле, а с левой стороны отсека разложивкорпус появился белый медицинский роботизированный манипулятор, всадивший вплечо приличного объёма ампулу с желтой субстанцией, разлившейся по организмутеплыми волнами.

– Лучше-бысигаретку дали! – встряхнула головой Люциния, ожидающая, когда защитный экранкапсулы наконец начнет подниматься, даровав долгожданную свободу как ей, так инегаданно раздувшемуся мочевому пузырю. – Где мы находимся? Сколько длиласьгибернация! Показатели экипажа и пассажиров?

– Курениевредит вашему здоровью! Эта привычка губительна и некорректна длявысокоморального общества! – неожиданно отозвалась капсула, заставив девушкунахмурится, не припомнив за криогенными технологиями такой функции.

– Давай этоуже расчехляй меня железяка, приступаю к своим непосредственным обязанностям,старший офицер безопасности порядковый номер: 234487560123. – словно ровняястрой курсантов на испытательном полигоне, властным голосом, рявкнула она, хотяна самом деле всеми мыслями Люцинии в данный момент владела только одна картина,изящное в соразмерности форм отхожее место, так вожделенное организмом,соскучившимся по таким незатейливым мелочам.

– Грубость —это проявление неуважения и невоспитанности ей не место в цивилизованномвысокоморальном обществе! – опять отозвалась капсула. – Пред разгерметизациейвам предстоит ознакомиться с базовой информацией о моральных и поведенческихустоях нового гуманного общества, оставившего позади все низкие пороки инедостойные упоминания страсти.

Может удевушки и были на сей счет мысли, но она не успела их озвучить, ведь программукрио-капсулы как говорится понесло, и все крики, писки и даже мольбы о снисхождениисо стороны биологической формы жизни мало ту волновали.

Во времяэтого перфоманса, программа не замолкала не на минуту, обозначая правила,законы и нормы жизни в новом мире, причем эти догматы странным образомотпечатывались на разуме, будто записывались посредством вторичной нейроннойсети интегрированного в мозг церебрального имплант ЛНИ (Личный нейронныйинтерфейс), изменяя сознание страдающей девушки извивавшейся ужом от преизбыткаволнительных эмоций и прочих биологических факторов. И вот наконец спустя полчаса, верхний экран капсулы неторопливо так, отъехал влево, Люциния взлетевхищной птицей, пнув от души свое криогенное ложе, шлепая стопами по холодномуметаллическому полу помчала по координатам отхожего места, не заморачиваясь натакие мелочи как обувка.

Вот толькошлюзовые панели за коими схоронилось блаженство биологической исповеди, так иостались затворены как, впрочем, и управляющая консоль, никак не реагировавшаяна поднесенную к сканеру ладонь.

– Васвызывают на мостик для проведения брифинга и оценки сложившейся ситуации. –раздался какой-то детский голосок.

ПританцовывающаяЛюциния, отжигающая в лучших традициях чечетки, в слух и про себя скрадывающаяматематические переменные по типу «Х» «У» и прочие неизвестные, затравленнообернулась.

За её спинойоказался небольшой сфера-образный дрон парящий на высоте метра от пола на малойрепульсионной тяге, проецирующий пред собой схематическую рожицу простоисточающую доброжелательную патоку. «Прилипала» так прозвали дронов подобнойсерии на флоте, исковеркав заводскую аббревиатуру ПИП (Персональный интерактивныйпомощник.)

– Нам туда. - разделившиеся бока корпусавыставили крохотные механические ручки с тремя пальчиками, указывающими всторону центральных отсеков палубы и собственно мостика.

– Нет,сначала, туда! – указала в сторону отхожего места Люциния, только сейчасприпомнив, что именно этот товарищ был закреплён за ней.

– Не-а туда!– супротив сатанеющего от переизбытка рвущихся наружу эмоций офицера, еще ширерастянул улыбкой голографическую мордашку дрон.

Конечно, ввысокоморальном цивилизованном обществе лучше избегать нецензурных слов, ноЛюциния оказавшись просто в патовой ситуации на грани аварии, как опытныйвенный прибегла к психологической атаке, должной в неописуемой лавине руганиобъяснить в красках, что ей очень нужно попасть за эту переборку. Проняло какнестранно и дрона издавшего серию звуковых сигналов распахнувшего панели в санузел.

Помолодев ажна четыреста лет, Люциния легкой летящей походкой вернулась к личному помощникуможно сказать роботизированному адъютанту, так и болтающемуся в воздухе, встранной манере игравшемуся ручонками, явно в следствии какого-то сбоя,собирающего голографический кубик-рубик. А после уже с ним пошла к мостику,недоумевая отчего из всего экипажа подняли только её. Разум предательски шептало худшем, иначе для чего Персефоне поднимать именно офицера безопасности.