Новое дело о мертвых душах
Молодой человек направился в сторону леса. Запах дождя становился все более насыщенным, и, возможно, он был даже приятным, но Артемий об этом совершенно не думал. Ещё и тропинка, по которой надо было идти, превратилась в самый настоящий ручей. Травы и листья скользили под ногами…
Через полчаса ливень стал стихать, а небо светлеть. Но замерзшего до самых костей и заблудившегося Артемия это совершенно не радовало. К счастью, рядом с одним из домов он увидел деда, непонятно что забывшего на улице в дождь. В руках у него было большое пластиковое ведро. Когда Артемий подошел ближе, то понял, что ведро пустое. «Хорошо, что не бабка,» – подумал он (иногда, как ни странно, он верил в приметы). – «Хотя удача и так уже доказала, что она сегодня не на моей стороне».
Дед с жалостью посмотрел на Артемия, уверил его, что тот идёт в правильном направлении и через пять минут будет на месте. Когда Артемий подходил к точке назначения, дождь уже совсем закончился, а на небе показалось вымытое лучезарное солнце.
Дом Ольги был деревянным, двухэтажным и сиреневым. Вместо забора от дороги его отделяла большая канава, наполненная водой. Через неё был перекинут маленький деревянный мостик. По краю канавы с внутренней стороны росли шикарные кусты сирени. И она цвела. Парень уловил ошеломительный запах нежности и сладости. «Сирень после дождя… У мамы, кажется, духи такие были».
Околдованный запахом, Артемий на мгновение даже забыл о том, что в данный момент он ощущал себя, как побитая жизнью собака. Через мгновение дверь домика открылась, и он увидел Кристину. Девушка радостно помахала ему рукой, а потом побежала навстречу – с растрепавшимися кудряшками, в бежевом шерстяном свитере, потёртых джинсах и смешных резиновых тапках, обрамленных искусственным мехом.
– Артемий, что ты тут делаешь? Да ты же весь промок!
– Я привёз учебник Ольге! Где она?
– Она ушла со своим парнем в поход, вернется завтра утром.
– К экзаменам надо готовиться. Какой поход? – проворчал Артемий.
– Боже, Артемий! Заходи скорее в дом! Ты же простынешь и замерзнешь! Хотя не так – сначала замерзнешь, а потом простынешь. Сейчас буду тебя согревать!
Дом был небольшой, но уютный. Кристина привела Артемия в первую комнату: то ли гостиную, то ли кухню. В центре располагался деревянный столик, на котором в вазе стояли разноцветные беспородные цветы, явно сорванные заботливыми руками Кристины на участке. Рядом стояло несколько стульев с мягкими подушками.
– Артемий, я тебе сейчас принесу сухую одежду, найду что-нибудь подходящее в старых вещах отца.
Кристина вернулась, вручила парню стопку одежды и мягкий бежевый плед.
– Переодеться можешь в другой комнате. Вон там.
Артемий отправился переодеваться. В центре комнаты стоял мольберт с картиной, на которой был изображён букет сирени в вазе. Картина была еще не закончена, но то, что Артемий уже увидел, очень впечатлило его. На столе в углу лежала палитра, вся в пятнах сиреневого, синего и белого, и кисти различных размеров. Рядом на полке были разложены тюбики с масляными красками и акварелью, каждый тюбик был аккуратно подписан.
Тем временем Кристина налила горячий чай в большие бордовые кружки и поставила на стол миску с вишневым вареньем.
Артемий вернулся, чувствуя себя немного неловко в толстых спортивных штанах и смешной полосатой рубашке. И тут он почувствовал аромат чая и варенья. Ему стало очень уютно и спокойно. Он вспомнил, как о нём заботилась бабушка. Вспомнил и то состояние, когда можно ни о чём не переживать, а только наслаждаться моментом: запахами, тихими голосами, звуками капель, падающих с деревьев…
– Вживую я твоих картин ещё не видел, – сказал Артемий, присаживаясь и заворачиваясь в плед.
– Я пишу её уже неделю. Люблю сирень. Мама с бабушкой хотели убрать эти кусты, – и Кристи махнула рукой в сторону окна, – но мы с Олей не дали. А знаешь, на языке цветов букет сирени означает первую любовь. – Кристина сначала опустила глаза, а потом подняла их на Артемия и посмотрела с вызовом. – И мне это очень нравится. Смотри, что нашла! – девушка достала из глубины шкафчика большой тульский пряник в виде кошечки. – Ждал праздничного момента, – и она улыбнулась.
Артемий и Кристина пили чай. Парень рассказывал смешные истории из жизни и наворачивал варенье. Но его всё ещё немного знобило, приходилось кутался в плед. Постепенно он соорудил вокруг себя мягкий кокон. Кристи это заметила и предложила несильно затопить печку.
– Не переживай, печка – это обычное дело в такую погоду – и она сново смущённо улыбнулась.
Печка была небольшая, какая-то современная, с прозрачной стеклянной дверцей, через которую можно было любоваться на огонь. Рядом лежал пушистый ковер, который показался Артемию на удивление приятным и уютным, как и всё в этом доме.
Артемий, любивший (а это мягко сказано) чистоту, ковры не уважал, потому что считал, что в них прекрасно живут бактерии, микробы, какие-нибудь клещи и бог знает кто ещё. И в своём жилище он не допустил ни одного ковра. Даже тот, который подарила бабушка на новоселье, отправился к другу на дачу. Правда не сразу. Бабушка приходила в гости и восхищалась, как же прекрасно ковер подходит к занавескам и как хорошо, что Тёмочке не холодно, а то, ишь ты, привык ходить без тапок. Подруга посоветовала пролить на ковер зелёнку. А с бабушки в День рождения Артемия было взято обещание не дарить новый ковер на смену пострадавшему. Бабушка поохала, но смирилась. Ковёр забрал Глеб, а его мама постелила его на диван вместо покрывала и очень радовалась тому, как же хорошо и удобно вышло. «Бр, фу», – вспомнил это Артемий.
От мыслей про ковры его отвлек забарабанивший в стекло дождь, и Артемий посмотрел наружу с тоской.
Время шло, а ливень становился всё сильнее.
– И ты хочешь сказать, что Ольга в походе в такую погоду?
– Ага, непредусмотрительно было не посмотреть прогноз погоды, – Кристина засмеялась. – Не переживай за неё, она в палатке с любимым человеком. Ей тепло.
Ребята сначала пообедали, а потом поужинали, а на улицу все так же не хотелось выходить.
– Арт, кажется тебе придется попрощаться с идеей отправиться сегодня домой. Идти сорок минут до электрички под дождем даже с зонтом человеку, который с утра уже промёрз, опасно. Я тебя не отпущу.
Артемий, о чём-то задумавшись, вопросительно посмотрел на Кристину.
– Не переживай, ты меня ничем не стеснишь. Всё будет хорошо. А утром выглянет солнце.
Кристи ещё раз затопила печку. Ребята сидели на ковре напротив неё, пили волшебный горячий шоколад со специями, приготовленный Кристиной, и смотрели на танцующий в тесном пространстве огонь. Казалось, что сам этот летний дождливый вечер закутывает их вместе в одно большое одеяло и пододвигает всё ближе и ближе друг к другу.
Артемий нёс ерунду про какие-то машины друзей, которые постоянно ломались. А Кристина смотрела на него и очень мило смеялось. В какой-то момент им обоим показалось, что пространство вокруг распадается на атомы, время замирает, и остаются только глаза друг друга, мерцающие в них блики, тени от ресниц на щеках и непонятно откуда взявшееся томление в сердце.
Кристина первая не выдержала и потянулась к Артемию, чтобы его поцеловать. Это вывело его из волшебного межвременья.
– Кристи, прости! Мне так хорошо с тобой, но я не могу тебе ничего обещать, понимаешь? Я не могу подарить тебе завтра.
– Тогда люби меня сегодня так, как будто бы нет никакого завтра!
Утром Кристина и Артемий снова пили чай. Но уже молча. Артемию было неловко, и он старался не смотреть на Кристи. Вообще всё этим утром он воспринимал обострённо. Даже, казалось, чайная ложечка невозможно громко бьётся о края кружки. По щекам Кристи блуждал румянец, но глаза у неё были грустные. Ведь завтра всё-таки наступило. Артемий обнял Кристину на прощание, а затем быстрым шагом перешёл маленький мостик. Он успел пройти ещё несколько шагов по дороге, когда Кристина его догнала и вложила ему в руку букет сирени, быстро поцеловала в щеку и убежала обратно к домику, не оглядываясь.
Глава 13. Ника
– Эй, хозяева! Ау!
Кристи мгновенно проснулась, подскочила и молча уставилась на дверь. С обратной стороны кто-то топтался, громко шуршал пакетом и чем-то позвякивал.
– Я знакомиться пришла! Я Ника, соседка.
Кристи не то чтобы специально молчала… Но онемела от неожиданности и внезапно охватившего её бессилия.
– Эй. Я ж это… Я пожрать принесла. И винца. У вас же никакой нормальной еды первые дни. Вот чем ты ужинать собираешься? Я, если что, совсем не страшная. Ну, с рожками, но с кем не бывает. А так-то я вообще симпатичная даже. Блин, дурацкий каблук!
– Гостья, видимо, споткнулась… И Кристи не смогла больше отмалчиваться и пошла открывать.
– Хай! Демоница Ника. Живу здесь уже лет двести. Очень рада тебе, подруга. Будет хоть с кем поболтать. А то на этот уровень последнее время почему-то только ворчливые бабки попадают, я уже от тоски помру скоро. Вот – красное сухое. Норм такое должно быть. А это колбаска. Там фрукты… Поддержи-ка. И мечи всё на стол. – И Ника решительно проникла в дом.
Пока Кристи накрывала на стол, Ника мастерски открыла вино принесённым с собой штопором устаревшей конструкции, разлила его по бокалам, а потом уютно устроилась на диване, подогнув под себя длиннющие ноги.
– Итак, рассказываю. Вообще, на этом уровне скучно. Я очень жалею, что дом здесь купила. Но так хотелось от предков свалить, что я перед покупкой не изучила локацию. Мои-то на минус третьем живут, а тут скидки были, и повышение мне так легко одобрили… Но скучно здесь, скучно ужасно. Справа бабка живёт. И всё ей не так. И музыка у меня громкая, и сапоги пошлые. Слева бабка живёт. Ей я не угодила тем, что за участком не слежу, и к ней от меня якобы сорняки лезут. А соседка напротив… Ой, ладно, хватит про них. Ещё я тут с парнем недавно рассталась. А всё его мама виновата, козни нам строила. «Мы, – говорит, – потомственные врачи, а она кто?»
Смотри, тебе нужно будет на службу устроиться. Нужно сходить на биржу труда. Там тебе уже дело открыли и всё про тебя знают. Предложат тебе несколько вариантов… Ты выбери, что поинтереснее. Главное – в школу не иди, я пробовала – жесть! Целый класс бесенят – не для слабонервных. Если что – они реально умеют ходить по потолку. Ой, а вино-то ничего, я ж говорила! – воскликнула Ника, делая очередной глоток и внимательно глядя на собеседницу. – Ты такая грустная… За что тебя вообще в Ад-то отправили?
– Оказалось, что я продала душу дьяволу за любовь всей своей жизни, – тихо ответила Кристина, рассеянно водя пальцем по краю своего бокала.
– Ну ты даешь! – присвистнула Ника. – Но если любовь этого стоила – значит, это должно было быть что-то действительно прекрасное. Вот мой бывший не заслужил и сотой доли такой жертвы. – Она нахмурилась. – Кстати, денег мне до сих пор должен, зараза. Надо напомнить…
– Нюанс в том, что я не понимала, что продаю душу, – вздохнула Кристина. – Я думала, что всего лишь участвую в какой-то странной игре слов с таинственным покупателем моей картины. Это произошло прямо на моей выставке.
– Ааа… – протянула Ника, и её глаза загорелись пониманием. – Теперь ясно.
Кристина подняла брови и сделала вопросительное выражение лица.
– Один мой бывший когда-то работал в Дьявольском альянсе, – пояснила Ника, наклоняясь ближе, словно делясь секретом. – Он как-то рассказал об их принципах работы. Выставки и подобные мероприятия – это их любимые места. Там они выявляют людей с особыми качествами – сильными эмоциями, творческим потенциалом, духовной уязвимостью. В наше время демоны больше не ищут души наугад – они создают хитрые «фильтры» для поиска самых подходящих кандидатов.
– Зачем аду вообще нужны души? – недоуменно спросила Кристина. – Я ожидала котлы с кипящей смолой, а тут у меня домик, работа в библиотеке… Даже спа-центр “Из грязи в князи тьмы” есть неподалеку! Какое-то странное наказание. Конечно, мне тут страшно тоскливо и неуютно, но думаю, что это больше из-за моей личной истории. Другие жители вполне счастливо живут.
– Ха! Котлы и вилы? – рассмеялась Ника. – Ну ты насмешила! Это всё равно что думать, будто на Земле современные телефоны всё ещё с дисковым набором! Ад – это не место наказания, а огромная, если так можно выразиться, энергетическая корпорация.
– Энергетическая… что? – Кристина растерянно моргнула.
– Представь, что каждая душа – как маленькая электростанция, – терпеливо объяснила Ника. – Ты производишь энергию своими эмоциями. Грусть, тоска, лёгкое беспокойство – всё это для адских уровней как электричество!
– То есть я просто батарейка? – Кристина выглядела обескураженной.
– Скорее как солнечная панель, только вместо солнца – твои чувства! – Ника улыбнулась. – Каждая душа уникальна, как отпечаток пальца. И адские уровни собирают эту энергию.
– Но почему тогда здесь так… достаточно уютно?
– А ты бы стала мучить свой смартфон, чтобы он работал лучше? – Анна подмигнула. – Нет! Счастливая корова даёт больше молока, довольная душа – больше энергии. Экономика, детка!
– А как же нижние круги ада? – нахмурилась Кристина. – Там ведь не так приятно?
– Некоторые души как старые дизельные двигатели – работают только под нагрузкой, – пожала плечами Ника. – Но это редкость. Большинство тут лучше функционируют в состоянии лёгкой грусти – как хороший блюз! Или раздражения, ну, ты поняла меня.
– В раю тоже такая система?
– У них своя модель – собирают энергию радости и блаженства, – кивнула Ника. – Чище, но получить сложнее. Попробуй-ка поддерживать кого-то в постоянном восторге! Это как заставлять человека смеяться круглые сутки – выматывает!
– Так вся борьба за души – это просто энергетическая конкуренция? – Кристина выглядела потрясённой.
– Именно! – Ника стукнула ладонью по столу. – Каждая душа, которую ад приобретает – это не просто моральная победа над раем, это стратегическое энергетическое приобретение. А души по контракту, как твоя, особенно ценны – они имеют особую энергетическую структуру. В них сочетается потенциал света, потому что без контракта ты могла бы попасть на райские уровни, и тьмы, которую ты приняла своим выбором. Хотя свет и тьма – это лишь условности.
– Но я никакого контракта не заключала и ничего не выбирала! – возмутилась Кристина, её глаза заблестели от слёз. – Мы просто болтали. Я не знаю, как это всё произошло…
– То есть тебя обманули? – Ника возмущённо всплеснула руками. – Тысяча чертей! И ты вот так просто согласилась торчать теперь за это в аду?
– Ну, в общем-то, меня никто не спрашивал, – грустно улыбнулась Кристина. – И мне показали выписку из каких-то хроник об условиях сделки. И ее увидел мой любимый… – Её голос дрогнул. – Теперь он знать меня не хочет, а мне из-за этого – в любом месте, как в Аду.
– Слушай, нельзя вот так просто сдаться! – Ника решительно взяла подругу за руку. – Здесь же и в суд можно подать, оспорить свой приговор.
Глава 14. Стендап-клуб «Адский смех»
Раздражённый Артемий шёл по коридору суда нулевого уровня в сторону выхода. «Практики ей не хватает, где я найду эту практику, я весь «Райский гид» изучил вдоль и поперёк уже: нет там таких дел!» – бурчал под нос Артемий. Вдруг в него со всего разбегу влетел высокий кудрявый парень, у которого из рук вылетели папки, а из них посыпались листы бумаги.
– Извините, я на суд опаздывал… и опаздываю. Помогите, пожалуйста, бумаги собрать!
– А нечего было бежать сломя голову! Здесь приличное учреждение, – и Арсений пошел дальше, не оборачиваясь и продолжая ворчать на судью и всяких неуклюжих юристов.
Когда Артемий вернулся в офис, его встретил Кирилл – такой же загруженный работой, но излучающий неизменный оптимизм.
– Ну что, Тём, как всё прошло? Уже можно заказывать шампанское? – поинтересовался он, приветливо улыбаясь.
– Все отвратительно, – Артемий рухнул в кресло и уронил голову на руки.
Кирилл подкатился к коллеге на офисном стуле.
– Расскажите, пациент, где именно у вас болит?
– Везде! Эта судья требует прецеденты. После заседания, строго конфиденциально, дала понять – чтобы вынести решение в мою пользу, ей нужна судебная практика. Дело ведь "против самого Мироздания – это вам не детские игры". – передразнил он судью писклявым голосом. Не хочет рисковать карьерой, – Артемий в сердцах пнул пустую корзину для бумаг.
– В "Райском гиде" совсем ничего подходящего?
– Нашел пару дел, но они лишь косвенно связаны. Можно попытаться применить по аналогии, но эту придирчивую особу они не впечатлили.
– Может, таких прецедентов просто не существует?
– Существуют. Судья обмолвилась, что подобные дела рассматривались в суде минус пятого и других низших уровней.
– А-а-а… Теперь ясно, почему их нет в нашей базе
– И почему же?
– "Райский гид" – название говорящее, не находишь?
– В смысле, не адский?
– Именно. В Раю всё систематизировано, а в Аду… – Кирилл усмехнулся. – Они же обожают хаос. У них даже нормального архива нет. Никто не знает, где искать документы. Может, дела разбросаны по разным местам, а может, ими растапливают костры под грешниками, – он рассмеялся. – Их юристы сами признавались, что пользуются нашей базой.
– Не до смеха мне, – простонал Артемий, уткнувшись лбом в скрещенные руки. – Где теперь искать эти чертовы прецеденты, причем в прямом смысле слова?
– Не унывай. Давай составим запрос?
– Чтобы он тоже отправился в топку?
– Что-нибудь придумаем, – подбодрил Кирилл. – Налей себе кофе, а мне пора готовиться к встрече с новым клиентом.
У Артемия тоже были назначены клиенты, а еще после обеда опять надо было возвращаться в суд, о котором у него уже сложились не самые лучшие впечатления.
Артемий нервно постукивал ногой, сидя в очереди перед залом суда. День и так не задался с самого утра, а теперь ещё предстояло вернуться в это царство бюрократии, где у него уже успели испортиться отношения с половиной персонала.
Внезапно рядом с грохотом приземлилось что-то большое, заставив его вздрогнуть.
– Эй, ты не по делу этой, как её… Копытиной? – раздался бодрый голос.
Подняв глаза, Артемий с досадой узнал того самого кудрявого парня, с которым они так эффектно столкнулись утром.
– Копыткиной, – поправил он.
– О, так мы уже виделись! – радостно воскликнул незнакомец, явно не испытывая ни малейшего смущения от их утреннего инцидента.
Артемий что-то невнятно буркнул и демонстративно уткнулся в документы.
– Слушай, а надолго тут застряли? – не унимался кудрявый.
– Часа на два минимум.
– Шикарно! – присвистнул парень. – Слушай, раз уж такое дело, может, введёшь меня в курс? Что там у вас за претензии к Адскому правительству? А то я как-то не успел вникнуть…
– Вы серьёзно? – Артемий оторвался от бумаг. – Мы же заранее все материалы направляли. Вот сейчас сидите и ознакамливайтесь, раз вам так повезло, что задержка на целых два часа.
– Ой, не кипятись ты. Лень мне. Мне вообще это все, знаешь ли, как бы помягче выразиться… по боку.
Артемий внимательно осмотрел своего собеседника. Высокий, симпатичный молодой человек. Правда, немного небрежно одет… Да и не по деловому стилю: из-под помятого пиджака торчал капюшон толстовки, а на ногах красовались потерые кеды.
– Простите, а вы вообще кто?
Артемий почувствовал, как начинает болеть голова. День определённо становился всё интереснее.
– Пфф! – парень ещё больше развалился на стуле, закинув ногу на ногу. – Я юрисконсульт ада. Временно, правда. Можно сказать, отбываю наказание – не хотел я туда идти, но… А, неважно, – он махнул рукой. – Давай лучше про вашу Копытную! Что она там накопытила?
– Копыткина. Она хочет, чтобы вы ей убытки возместили и компенсировали моральный вред за то, что посылки, которые она своему брату отправляла в ад, все до единой пропали на вашей адской почте.
– Ну она догадалась, конечно! Почтой ничего ценного нельзя отправлять, особенно еду. Вот бумаги всякие можно.
– А как отправлять?
– Ну ты как будто бы вчера родился! Специальная служба доставки у нас есть – «Благие намерения».
Артемий впервые за день улыбнулся.
– Я, кстати, Тим.
– Артемий.
– Слушай, Артюх, ты запаренный какой-то. Извини за утреннее столкновение интересов.
– Да я же не из-за этого.
– У меня предложение. Поедешь сегодня со мной на минус пятнадцатый в одно интересное заведение? Обещаю – не пожалеешь.
– Меня слово «заведение» немного смущает.
– Ахаха, это клуб, там мой друг со стэндапом будет выступать. Клянусь, тебе понравится!
– У меня пропуска нет.
– Будет у тебя пропуск. Смотри! – И Тим показал Артемию пачку бланков и коробочку, на которой было написано «Печать».
– Это что? Это как?
– Я где работаю?
– Мне надо понимать, насколько это незаконно и какие у меня риски.
– Ты всегда серьезный такой. Вот сегодня напишу здесь, – и Тим указал на графу «Причина перемещения», – что ты едешь по делу Копытовой. На почте будем опрос делать.
– Коптыкиной. И она же посылки отправляла не на минус пятнадцатый, а на минус шестой.
– Ой, да тьфу вообще на неё! Почтовая система работает хаотично. Это же ад.
Артемий задумался. А почему бы и нет? Очень велика вероятность, что его скоро отправят назад на Землю, потому что негде ему раздобыть нужную судебную практику. Надо повеселиться напоследок. Будет хоть, что вспомнить в палате с белыми стенами и надоедливыми соседями.
***
Лифтер приглядывался к пропуску Артемия. «Как будто бы что-то подозревает», – подумал Артемий. Но он вернул пропуск, правда, почему-то не Артемию, а Тиму. И посмотрел на него, прищурив глаз.
– Вы хорошенько их проверьте! Я тоже как-то внукам крупу из Рая отправлял – так тоже не доставили. И назад ничего не провозить!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов