До конца света

– Я раздобыл доступ к камерам музея, – вдруг сообщил Лиам, спрыгивая со стола. – У них есть слепые зоны. И камеры двигаются по заданной траектории. Если подгадать время, можно пройти несколько участков вообще без засвета.

Парень говорил уже серьезнее, от прежней ленивой ухмылки не осталось и следа. Все-таки он ответственно подходил к делам.

Ривер слабо улыбнулся, скорее из вежливости.

– Спасибо.

В этом коротком слове сквозило изнурение. Раньше все было проще: задание, цель, слежка, драка. Четкая схема, которой нужно было следовать. Но с появлением Элис все стало сложнее. Нападения, медальон, сомнения внутри Ордена… И постоянная необходимость думать на шаг вперед.

Внезапно раздался протяжный и полный отчаяния стон.

– О-о-о. А я предупреждал.

Лиам соскочил со стола и подбежал к плите. Рози яростно размахивала кухонным полотенцем, пытаясь разогнать дым.

– Нет-нет-нет, только не это…

Сковорода выглядела так, будто на ней пережили локальный апокалипсис. Черная, неподвижная масса намертво прилипла к поверхности.

Лиам замер, всмотрелся, а потом вдруг согнулся пополам от смеха.

– Розеллина Лэнгли! – выдохнул он сквозь хохот. – Я же сказал, что твой талант – спалить все нахрен!

Элис и Ривер одновременно повернулись к нему, любопытство победило серьезность.

– Не называй меня полным именем, идиот! – вспыхнула Рози и со всего размаха шлепнула его тем самым полотенцем. – И это вышло случайно!

– Случайно? – Лиам пытался отдышаться, получая параллельно мощные удары от Рози. – Ты врубила максимальный огонь! За что ты так с творением курицы? – Он повернул сковороду к остальным. – Да вы только посмотрите!

И резко перевернул ее вверх дном. Ничего не упало. Вообще ничего. Сгоревшая масса осталась прилипшей к металлу, как бетон. На секунду повисла тишина. А потом Элис расхохоталась искренне и громко. Смех вырвался сам, сбивая остатки тревоги. Даже Ривер не удержался: уголки его губ дрогнули.

Рози продолжала стучать Лиама по бедру, но уже с заметной улыбкой.

– Лажанулась! Подумаешь… – фыркнула она. – Домашний завтрак отменяется. Видимо, я создана только для красоты.

– Это мы давно поняли, – серьезно кивнул Лиам и тут же получил еще один удар.

– Тогда предлагаю не киснуть в этом мрачном офисе, – продолжила Рози, отбрасывая полотенце. – Пойдем в кафе на углу. Я слышала, там подают идеальные круассаны. – Тут Рози метнула взгляд на Лиама и слегка прищурилась. – Хотя для тебя идеальные, только если их подают с виски.

– Хотя бы не горелые, – буркнул он, вытирая выступившие слезы. – Если бы все мои проблемы можно было заесть круассаном, я бы стал самым счастливым человеком в этом городе. Вперед, отряд по спасению мира! Пора вдохнуть запах нормального завтрака.

Элис молча кивнула на предложение, вставая вслед за ними. Она чувствовала: всем сейчас нужно выдохнуть. Час обычного жизни, смех, шум улицы и запах кофе вместо гари.

Даже Ривер вдруг оставил кружку и поднялся.

– Я иду.

Рози театрально ахнула.

– Он умеет отдыхать! Быстрее, зафиксируйте в протоколе. Исторический момент!

Лиам приложил ладонь к сердцу.

– Я тронут, мир меняется.

Ривер закатил глаза, но на этот раз в его взгляде было чуть больше тепла.

Кафе на углу действительно оказалось удивительно уютным. Светлые стены отражали мягкий утренний свет, подвесные лампы рассеивали его золотистыми кругами по столам, в воздухе стоял запах ванили, корицы и свежей выпечки. Где-то негромко играла легкая, почти невесомая музыка, будто созданная для того, чтобы замедлять дыхание.

Ребята устроились у окна. За стеклом лениво тянулось утро, редкие прохожие спешили по своим делам, а внутри все казалось отдельной маленькой вселенной.

Лиам первым схватил меню и, не особо вчитываясь, заявил:

– Берем два пирога. Нет, три. На пробу.

– Ты собираешься их пробовать до закрытия? – хмыкнула Рози, поджимая губы.

Элис заказала черный кофе и пирожное с абрикосом, Рози же долго листала меню, хмурилась, кусала губу, пока наконец не остановилась на жасминовом чае и круассане с шоколадом.

– Я вот думаю, – протянул Лиам, откидываясь на спинку стула и сцепляя руки за головой, – если сегодня ночью нас поймают, хочу, чтобы вы знали: это были лучшие пироги в моей жизни.

– Прекрати, – засмеялась Рози. – Тебя, скорее всего, поймают за то, что ты не оплатишь счет.

– Всё ради Ордена, – трагически выдохнул он, прикладывая ладонь к груди.

Элис наблюдала за ними и поймала себя на странном ощущении, будто только что вынырнула после долгого пребывания под водой. В легких снова появился воздух. Смех звучал легко и искренне. Никаких шепотов, тревог, планов. Просто кофе и выпечка.

Ривер сидел напротив, закинув одну ногу на другую, и держал в руке чашку с чаем. Он почти не участвовал в перепалке, лишь изредка его губы трогала едва заметная полуулыбка. Но взгляд он не прятал.

Элис подняла глаза и наткнулась на него. Ривер смотрел на нее спокойно, без своей привычной холодной отстраненности. От этого внутри стало странно тихо и тепло.

Она первой отвела взгляд, делая вид, что изучает кофейную пенку.

– Тебе нужно расслабиться, – сказала она, чтобы скрыть легкую неловкость. – Ты всё ещё хмурый.

Ривер чуть склонил голову, словно рассматривая ее в ответ.

– Я просто думаю, как всё пройдёт ночью.

– Это будет, – вмешалась Рози, театрально взмахнув ложечкой, – наша величественная опера «Медальон и меч». В главных ролях – вы оба. Лиам – оператор и ворчун. Я – бесполезный отвлекающий манёвр.

– Бесполезный? – возмутился Лиам. – Серьёзно?

– Шучу. Ты наш главнокомандующий по камерам. Просто не забудь, где правая сторона. В прошлый раз ты спутал.

– Один раз! – он воздел палец – Один. И то – было темно.

Ривер тихо посмеялся. Элис заметила, как у него расслабились плечи. От этого стало почему-то легче на душе.

Она отпила кофе, думая: пусть всё ещё сложно и страшно, но сейчас всё правильно.

– И всё-таки, – Ривер посмотрел на часы, и в его голос вернулась собранность. – Нам нужно будет быть на месте за час до закрытия.

Ребята взглянули на него со скрытым раздражением. Всем хотелось хотя бы на какое-то время просто расслабиться.

– Есть, босс, – кивнул Лиам. – Но сначала… ещё один пирог?

Смех снова прокатился по столу, и напряжение, едва появившись, растворилось. Элис смотрела на Лиама с искренней благодарность. Если бы не он, Орден давно бы задохнулся от собственной серьезности. Она не понимала, как ему удавалось так легко относиться к опасности. Может, это и была его форма храбрости.

Кафе постепенно наполнялось все большим светом. Столик ребят утопал в мягком золотистом сиянии. За окном облака лениво скользили по небу, прохладное утро становилось теплым днем.

– Знаете, – протянула Элис, отхлёбывая кофе, – я вот подумала… Мы вместе уже какое-то время, но я понятия не имею, как вы вообще познакомились. Вы все встретили в Ордене?

– Именно, – первым ответил Ривер, лениво помешивая чай. – Лиам был самый первый в Ордене, потом появился я, а на какой-то из тренировок появилась уже Рози.

– Ха! – рассмеялся Лиам. – Это была легендарная тренировка. Помнишь, Рози почти расплакалась?

Рози фыркнула, поднимая бровь.

– Я не «почти расплакалась». Я просто не понимала, зачем вы все так орёте, пинаетесь и пытаетесь друг друга пырнуть.

– Это называется «учебная модель ближнего боя», – с пафосом заметил Лиам, вытягивая спину. – А вообще, я был великолепен. Уверен, Ривер тогда подумал: «Вот это да. Вот это звезда».

– Я подумал: «Надеюсь, его выгонят», – невозмутимо ответил Ривер.

Рози рассмеялась в чашку, а Элис сдержанно улыбнулась.

– Ты правда был таким… – она сделала паузу, подбирая слово, – громким?

– Был? – хором переспросили Ривер и Рози.

– Ой, да ладно вам! – Лиам взмахнул рукой. – Я просто знал, как произвести впечатление. В отличие от некоторых, – он покосился на Рози, – которые прятались за колонной, когда надо было просто подойти и сказать «привет».

– Я была испуганным ребенком, никого не знала, и, извините, общение с людьми раньше не было моей суперспособностью, – с достоинством заметила Рози. – И всё равно, как-то ужилась с вами.

– Ты не просто ужилась, – сказал Ривер, сдержанно улыбаясь. – Ты одна из лучших. Даже Лиам это знает.

– Конечно, знаю, – кивнул тот. – Я же не идиот. Просто громкий, стильный, харизматичный и…

– И не скромный, – перебила Элис.

Лиам театрально хлопнул себя по сердцу.

– Вот видишь, Элис уже влилась в команду. Умеет правильно подколоть.

Элис вновь улыбнулась. И вдруг почувствовала на себе взгляд.

– А ты, Ривер? – спросила она, слегка подавшись вперед. – Ты каким был тогда?

– Ривер с первого дня был Ривером, – ответила Рози, поставив чашку на блюдце. – Холодный, собранный, правильный. Помню, как он первым сдал зачёт по тактике, а потом ушёл, даже не дождавшись остальных.

– Я не люблю сидеть без дела, – спокойно пояснил он.

– Ещё скажи, что ты не знал, что выглядишь, как главный герой сериала о сверхсекретных агентах, – поддел Лиам. – Помню, девчонки с этажа танцев за тобой следили по коридорам, а ты делал вид, что никого не замечаешь.

Ривер пожал плечами.

– Я и правда никого не замечал.

И на секунду его взгляд снова остановился на Элис, на этот раз уже дольше, чем обычно. Она почувствовала, как к щекам приливает тепло. Опустила глаза в пирожному, будто оно внезапно стало чрезвычайно важным. В груди кольнуло странное и необъяснимое чувство, смесь неловкости и тихой надежды.

– В любом случае, – сказала Рози, – если бы не Орден, мы бы никогда не встретились. Никогда бы не стали тем, кем стали.

– А стали кем? – тихо спросила Элис.

Наступила пауза, музыка зазвучала отчетливее, где-то звякнула чашка.

– Семьей, – неожиданно серьёзно сказал Лиам. – Со всеми тараканами, ссорами, идиотскими планами, но… да. Мы как семья.

– И теперь ты часть этого, – добавила Рози, глядя на Элис с лёгкой улыбкой. – Даже если всё ещё сомневаешься.

Элис опустила взгляд и кивнула, горло вдруг сжалось.

– Спасибо, – выдохнула она.

Тепло, простое, не напускное – это был, пожалуй, самый искренний момент, что она испытывала с тех пор, как попала в Орден. Впереди ночь и опасность. Но сейчас… было просто хорошо. Все переживания о том, что ее в чем-то подозревали, просто улетучились. Эти трое, которые сидели здесь рядом с ней, стали для нее действительно кем-то близкими. Хоть у нее и были сомнения, что ее никто не спасет, но они доказывали обратное. Они не оставляли ее в беде ни разу. В особенности Ривер, который спас ее дважды, а на него у нее были вообще большие подозрения после рассказа Лиама.

Спустя некоторое время их стол опустел: на тарелках остались только крошки да разводы крема. Лиам с видом человека, совершившего подвиг, откинулся на спинку стула и объявил, что тройная порция – это минимум для поддержания боевого духа.

Когда они вышли на улицу, их сразу окутал городской шум. День окончательно проснулся: машины гудели, на перекрестках вспыхивали светофоры, люди спешили с бумажными стаканчиками кофе в руках. От ближайшей пекарни тянуло корицей и свежим тестом – слишком мирным для их реальности.

Ребята растянулись вдоль тротуара, не спеша идя вперед.

– Всё равно странно, – протянул Лиам, сунув руки в карманы, – мы сейчас такие спокойные, а через несколько часов, возможно, будем бегать от охраны с мечом за пазухой.

– Если ты спрячешь его за пазухой, мы точно сбежим, – усмехнулась Рози. – Он в два раза больше твоей грудной клетки, – напомнила она ему.

– Сарказм? От тебя? – Лиам театрально схватился за сердце. – Это что, конец света?

Ривер шел чуть в стороне. Руки тоже в карманах, шаг размеренный, взгляд скользил по витринам, по прохожим, по углам домов – привычная оценка пространства. Но время от времени он смотрел на Элис. Взгляд точно не был случайным.

Она чувствовала это почти физически, как легкое касание по коже. И каждый раз, когда их взгляды пересекались, внутри что-то тихо переворачивалось.

В какой-то момент они свернули во дворик, где уже собралась небольшая толпа. Оттуда доносилась живая музыка. Небольшая сцена, натянутая гирлянда огоньков, скрипка выводила протяжную мелодию, гитара мягко вторила, а на фоне легкая электронная пульсация.

Элис замерла, вглядываясь в лица, в эту обыденность, которая вдруг показалась невероятно далёкой от всего, что творилось в их жизни.

– Хочешь подойти ближе? – тихо спросил Ривер, оказавшись рядом так незаметно, что она вздрогнула.

Он стоял слишком близко. Она чувствовала тепло его плеча, едва уловимый запах одеколона и прохладного воздуха.

Элис кивнула.

Они сделали несколько шагов вперед. Музыка стала яснее и объемнее. Скрипка вдруг взлетела вверх, отчего у девушки по коже пробежали мурашки.

– Они играют что-то красивое, – сказал Ривер.

– Да, – прошептала Элис. – Как будто это из другого мира.

Он посмотрел на нее, а не на сцену.

– Или из того, каким он мог бы быть, – ответил он.

Мелодия разливалась по дворику, мягко вибрируя в груди. Как будто музыка пробивалась сквозь стены, которые Элис воздвигла вокруг себя за последние дни.

– У тебя было такое? – вдруг спросила она. – Момент, когда всё кажется… правильным? Хотя бы на секунду?

Ривер не сразу ответил. Он посмотрел на музыкантов, потом на нее, скользя взглядом по лицу, задержавшись при этом на губах.

– Был, – сказал он. – Прямо сейчас.

Воздух будто стал плотнее. Элис прикусила губу и отвела взгляд, чувствуя, как щеки предательски теплеют. Музыка продолжала играть, но теперь девушка слышала собственное сердцебиение.

Позади Лиам и Рози спорили о чем-то, смеясь. Их голоса звучали привычно, заземляюще. Баланс. Мир держался на контрастах.

Когда мелодия стихла, люди начали расходиться. Ривер слегка наклонился к Элис.

– Пойдем. У нас еще вечер впереди.

В его голосе снова появилась та собранность, но что-то мягкое все еще оставалось.

Она кивнула. В этот момент она не думала ни о пророчествах, ни о богах, ни о видениях. Только о том, что ей нужна была эта передышка. Эта улица, музыка и он рядом.

Мир может рушиться, но пока есть такие секунды – он не окончательно потерян.

***

Солнце медленно опускалось за линию крыш, окрашивая стекло в густое золото. Тени вытягивались, город словно замирал в этом мягком свете, слишком красивом, слишком спокойном для того, что должно было случиться ночью.

В офисе Ордена стояла иная тишина. Не уютная, а настороженная. Воздух казался плотнее и тяжелее. Такое ощущение возникает за секунду до старта, когда тело уже готово рвануть, а сигнал еще не прозвучал.

Команда собралась на кухне. В такое время сюда почти никто не заходил, и единственная лампа над столом отбрасывала четкий круг света. В этом круге лежала смеха музея, исписанная пометками, стрелками, временем. Рядом лежал планшет с открытой системой охраны. Лиам с гордостью заявил, что «одолжил» доступ благодаря своим связям и особому обаянию.

– Итак, – начал Ривер.

Он стоял у стола, опираясь ладонями о край. Голос ровный и четкий, ни намека на сомнение.

– Как только стемнеет – выходим. Каждый знает свою задачу. Повторим еще раз.

Он перевел взгляд на Лиама. Тот сидел, закинув ногу на ногу, и лениво жевал мармеладку, но в глазах не было прежней беспечности.

– Я на крыше, – сказал он, щелкнув по экрану. – Камеры вращаются, но у каждой есть слепая зона. Я просчитал цикл. Смотрите.

На планшете замелькала схема: красные дуги, ритмично перекрывающие пространство.

– Когда скажу «чисто», у вас будет девять секунд, чтобы перейти в следующий сектор.

– Девять секунд? – уточнила Рози, хмурясь. – А если вдруг кто-то из нас на каблуках?

– Никто не виноват, что ты хочешь быть самой красивой даже на миссии, – подмигнул ей Лиам.

Подушка, лежавшая на стуле, прилетела ему точно в плечо.

– Не забывай, кто отвлекает охраны, – сухо сказала Рози. – Если я ошибусь – операция рухнет.

– Не ошибешься, – спокойно вставил Ривер. – Ты самая незаметная из нас. А когда нужно – умеешь быть достаточно громкой.

Рози гордо вскинула подбородок.

– Научилась у лучших.

Элис всё это время молча сидела на краю дивана, перебирая пальцами край рукава. Она чувствовала волнение. Не страх, еще нет. Но где-то под кожей дрожала настороженность, как у зверя, который знает, что скоро придётся бежать.

Ривер обернулся к ней.

– Ты готова?

Она подняла на него взгляд.

– Если я скажу «нет», ты оставишь меня здесь?

– Нет, – ответил он очень мягко, словно улыбался словами. – Но я выслушаю.

– Тогда скажу «да».

Мгновение они смотрели друг на друга слишком долго для обычного разговора. Кухня, план, остальные – все отступило. Элис почувствовала, как под его взглядом дыхание становилось медленнее, а сердце – громче.

Ривер первым отвел взгляд, слегка прокашлявшись, и выпрямился.

– Изначально придерживаемся плана А, это наша основная тактика. Если все пойдет к чертям, переходим к плану Б. Без моего указания лишних движений не делать! Понятно?

Ривер строго на всех посмотрел, сейчас он казался главой Ордена, а не обычным рядовым, который выполнял стандартные миссии. Он умел говорить, командовать и держать все в своих руках. А другие его слушались, даже Маркел – пятая звезда, всегда требовал от Ривера высказывать мнение. Все знали, что он был рассудительным, он не говорит лишнего и не ошибается по мелочам.

Все трое кивнули на указ своего командира, никто даже и не подумал бы перечить ему.

– Через сорок минут выдвигаемся, – заключил Ривер.

Команда начала расходиться. Стулья тихо заскрипели, шаги растворились в коридоре. Кто-то отправился за экипировкой, кто-то переодеваться. Элис же осталась.

Лампа над столом продолжала светить, выхватывая из темноты схему музея. Она подошла ближе, провела пальцами по нарисованному маршруту.

Вот вход, вот зал с экспонатами, вот меч.

Десять минут, чтобы изменить слишком многое.

Она прикрыла глаза. В груди зрел выбор стороны. Как бы ни было страшно, назад пути нет.

Она схватила план с планшетом, не оставляя после команды улик, и вышла прочь из кухни.