Верни меня домой

— Да нет, жив пока…вроде

— А про какого Старшего ты говоришь?

— Увидишь. Вот он, кстати, идет.

— Ну как. Мы ж на войне были. Вот и погибли. В лазарете в местном. Умирать тоже не так просто, как кажется. Пока переходишь из живых в мёртвые, можно запросто угодить в Безвременье. Место, откуда точно никто не возвращается. Смерть у каждого разная. Моя смерть не пришла быстро. Меня пытали, Вась. Долго пытали. Потом я лежал с лихорадкой в лазарете фрицев. А позавчера я вдруг проснулся и понял, что у меня больше ничего не болит. Поэтому для меня смерть пришла как облегчение

— А мы не знали что и думать, — то ли ты погиб, то ли раненый где-то лежишь, то ли к фрицам перебёг

— Мой тесть тоже думает, что я перебёг. И жену к этой мысли подталкивает, зараза. Всегда меня недолюбливал

Увидеть-то можно. Поговорить нельзя. И спуститься к ним нельзя. Можно только смотреть. И то нечасто.

Смерть у каждого разная. Моя смерть не пришла быстро. Меня пытали, Коль. Долго пытали. Потом я лежал с лихорадкой в лазарете фрицев. А позавчера я вдруг проснулся и понял, что у меня больше ничего не болит. Поэтому для меня смерть пришла как облегчение.

Кто-то из живых, конечно, перебегает, я не спорю, но всех под одну гребёнку, под одно клеймо...Пока мест будет так, у нас покоя не будет. Наша война продолжается.

— Может лучше действительно быть в Межвременье, чем мучиться в плену у фрицев или считаться предателем.

— Главное, что мы сами про себя знаем — мы не предатели.