— А вот и наши лучшие охотники, генерал-майор, — натянутым как струна тоном объявил полковник Фернандес. — Мы все гадали, решитесь ли вы поприветствовать нас из-за своего укрытия.
Они виновато поднялись с паркета на ноги. Мария таки урвала яблоко и запустила им в Альваро. Он поймал его, и довольный надкусил.
— Если вы закончили, то может, нам кто-нибудь объяснит, какого дьявола здесь происходит?! — нетерпеливо взревел отец Варо.
— Отец, Дон, давно не виделись! — Альваро сверился с временем на своем телефоне. — Целых четыре часа с нашей последней встречи. Я почти успел заскучать. — Он закинул руку на плечо Мари и приобнял. — Только посмотрите, кого мне посчастливилось встретить.
— Здравствуйте… — неловко поздоровалась она.
Полковник Фернандес зажал переносицу.
— Рад видеть тебя, Мария. Что вы оба делали за долбаной барной стойкой?
— Вряд ли ты захочешь знать, — подхватил Варо и многозначительно покосился на нее.
Генерал Уилсон, в отличие от полковника, был настроен дружелюбнее. Его позабавил возникший конфуз, и он задал вопрос:
— Суарес, любишь неожиданные появления? Мы как раз с Серхио говорили о тебе.
Она сама до конца не осознавала, что конкретно привело ее в штаб-квартиру. За те месяцы, что Мария провела вне отряда, работая в одиночку на северо-востоке Атлантического побережья, она успела заскучать по месту, в котором выросла и провела сознательную жизнь.
Секунду думая, Суарес выдала:
— Приехала повидаться. Сначала хотела наведаться в лагерь, но потом передумала. Я надеялась встретить кого-нибудь. Уронила это несчастное яблоко… — Мари так грозно окинула Альваро, что тот чуть не подавился. — Потом пришли вы, и я решила, что мне и за стойкой вполне неплохо, — честно призналась она и, вспомнив о существовании вежливости, неловко прибавила: — Извините.
Воодушевленно взъерошив волосы Марии, Варо разбавил неловкую паузу:
— Наша оторва снова с нами!
— И я был бы не прочь узнать о ее планах, — заявил полковник, не спуская с нее глаз.
— Я не строила ничего особенного, Серхио.
Суарес позволяла себе неформальное общение с бывшим командиром. До их разногласий он приходился близким другом ее покойного отца — Хьюго. Полковник всегда относился к ней как к родной дочери. Фернандес-старший обучал Мари охотничьему делу с пяти лет вместе с ее отцом.
После смерти отца Альваро и Серхио стали для нее главной поддержкой. И за это Мария была им очень благодарна. Но после того, как полковник выставил ее из дела, ставшего неотъемлемой частью жизни, душу поработила тяжесть обиды.
Разумеется, отставка не помешала Мари продолжить дело. Она собрала вещи, стащила оружие и боеприпасы из лагеря, а затем укатила работать в другие города штата на машине тайной организации.
— То есть ты не собираешься пополнить наши ряды? — будто не поверив услышанному, переспросил Серхио.
— Ты меня выгнал, помнишь?
— Помню, — подтвердил полковник и добавил: — Я могу пересмотреть этот вопрос, если отныне ты перестанешь самовольничать и будешь следовать правилам штаба.
— Больше не боишься, что я похороню группу заживо? — припомнила Мари его слова.
Варо дернул ее за рукав, но она даже не обратила на него внимание.
— Мария, твоя прошлая выходка чуть не стоила тебе жизни! — рявкнул Серхио. — Ты подчиняешься лишь себе и своему неудержимому безрассудству.
— Я не могла не ослушаться приказа! Если бы я ничего не сделала, гражданских разодрали бы вампиры!
— И тебя вместе с ними. Тебе крупно повезло, что отряд вынужденно поменял тактику и прибыл тебе на подмогу! — Полковник ударил кулаком по столу.
Суарес впилась глазами в побагровевшее широкоскулое лицо.
— Риск в нашем деле не предотвратим. Смерть неизбежна. Конец всегда один.
— Закончим на этой позитивной ноте? — вмешался Альваро, выдавив неуклюжую улыбку. — Мне кажется, или нам пора?
Острые невидимые когти, принялись снова скрести едва зажившие раны. За годы службы охотникам нередко приходилось учиться прощаться с сослуживцами. Память Марии о близких, что девушка успела потерять, никогда не была просто воспоминанием. Она являлась ее неразрывной частью. Преследующей тенью, что не отпускала ни на секунду.
— Мария, — Серхио с шумом и разочарованием выдохнул ее имя, готовясь читать нотации.
— Нам действительно пора… — опустив темную кудрявую голову, промямлил себе под нос Варо.
— В нашем деле от необдуманных поступков обычно возникают большие потери, которых можно было бы избежать, детально продумав тактику и подготовившись, — полковник невозмутимо пропустил комментарий сына мимо ушей. — Ты рисковала не просто собой, а вдобавок жизнью своего капрала. Итикава тоже могла погибнуть из-за неосторожности твоего решения, ведь она была вынуждена отправиться за тобой. Я требую, чтобы впредь, перед тем как буквально нестись сломя голову в огонь, ты просчитывала шаги и риски наперед.
C одной стороны, она была согласна с позицией командира, а с другой — не могла выбросить воспоминания о том, с какой силой вцепилась в нее маленькая девочка, оказавшись на волоске от смерти. И с какой благодарностью ее плечи обнимали дрожащие руки матери той малышки. Мария вытащила дочь женщины из клешней вампира.
Она верила, что поступила правильно. Гордость не позволила принять предложение полковника. Да и охотиться отдельно от отряда, девушка уже привыкла.
— Я все обдумала и пока не вернусь. Спасибо за предложение, Серхио.
— Не вернешься?! — чуть ли не задохнувшись от неожиданности, выпалил Варо. Овал лица парня вытянулся от удивления.
Полковник, поджав губы, встал изо стола. Генерал-майор поднялся следом.
— Серхио, если наш план действий конечный, то я вас оставлю, — подметив, как накалилась обстановка, объявил генерал, попутно забирая записную книжку.
— Не-е-е-т! — взмолился Альваро. — Дон, не бросай меня с этими коршунами, я чувствую себя рядом с ними Теодором из «Элвина и Бурундуков»!4*
У Уилсона вырвался смешок от приведенного сравнения, и он отсалютовал крестнику:
— У тебя бывала компания и похуже, парень.
Переведя внимание на сына, полковник насупился.
— Мария приняла решение. На этом наш разговор с Суарес окончен. — Задрав подбородок, Фернандес-старший мимоходом поинтересовался: — Мари, ты случайно не осведомлена, куда и каким образом с твоим отъездом пропала одна из наших машин и рабочий инвентарь из арсенала штаба?
Она скрестила руки на груди и на корню признала вину:
— У меня есть деньги, чтобы заплатить за него.
— Я надеюсь, и верни в гараж джип.
— Уже вернула.
— Как долго ты сможешь обеспечивать себя, если никто больше не оплачивает твою работу? Северо-восток неплохо почищен. Полагаю, твоих рук дело?
— Что если и так?
— Охотники других штатов были подняты на уши количеством брошенных тобой трупов. Я так понимаю, насколько опасно работать в одиночку, мне тебе напоминать смысла нет?
— Это больше не твоя забота, — склонив голову набок, Мария c невозмутимым видом обратила слова Серхио против него.
Полковник Фернандес огорченно наморщил лоб и затем твердо отчеканил «принято», дав понять, что теперь разговор точно окончен.
Генерал-майор Уилсон прочистил горло.
— Что ж… — досадливым тоном протянул мужчина. — Рад был повидаться, Суарес. Надеюсь, я о тебе еще услышу. И будем верить, на сей раз хорошие новости.
— Это вряд ли, генерал.
***
Альваро метался взад-вперед по своей комнате, меряя ту шагами и изливая ей на родном испанском накопившееся недовольство, ведь до этого в присутствии Уилсона приходилось говорить на английском.
Одна из просторных спален расположилась на первом этаже элитной резиденции внушительных масштабов. Помимо спален и ванных комнат, в апартаментах также находились, две переговорных, обширная кухня, соединенная со столовой, огромная гостиная, бассейн, оборудованная площадка для тренировок, спортзал и склад с оружием на минусовом этаже. Доступ к штабу имел определенный круг лиц: охотники штата и члены секретной государственной организации по борьбе с вампирами.
— Ты правда не вернешься? — Плюхнувшись на мягкий пуф, Варо заломил пальцы в замок и занес за затылок.
— Мне нравится охотиться в одиночку, — развалившись на кровати, ответила Мария. Она почувствовала на себе его внимательный взгляд и понадеялась, что друг не затронет неприятный разговор, ставший для них последним в день ее отъезда. Мари повернулась к нему. Кожу покалывали невидимые иголки. — Почему ты так смотришь?
— Да так… Пытаюсь понять как ты?
— Как я? — Она изогнула бровь, будто простой вопрос мог показаться странным, и беззаботно пожала плечами. — Лучше всех. Убийство кровососов прекрасная альтернатива психотерапии. — Суарес пронзило жуткое напоминание о недавней поездке, в которой она потеряла контроль.
— И не поспоришь, — встречно ухмыльнулся Варо. — Не подумай, что я в любви тебе тут распинаюсь, но я скучал.
— А вообще-то мог бы! — посмеявшись, Мари мягко ответила ему: — Я тоже скучала.
— Сложно смириться с тем, что ты снова уедешь. Мне понятны причины: после похорон ребят в городе невыносимо. — Болезненное напоминание о гибели друзей отозвалось мелкой дрожью в позвоночнике.
— Предложение поехать со мной еще в силе. Я задержусь в Нью-Йорке. Куда выдвинусь потом, не знаю, но если надумаешь, погнали. В любом случае мы будем поддерживать общение, как и всегда.
В отличие от Мари, Альваро никто не отстранял от службы. Он мог оставить должностные обязанности, только сбежав. Вряд ли правительство обрадовалось бы и стало сидеть, сложа руки. Варо был бы объявлен в розыск. И дело было не только в ограничениях организации, но и чувстве ответственности перед сослуживцами и семьей.
— Я ценю, но тебе уже известно, что я как самый настоящий идиот, останусь здесь, — тактично отказался Фернандес и продолжил нападать с вопросами: — Почему не предупредила, что собираешься приехать? Я бы встретил тебя. И что тебя дернуло следить за отцом и Доном?
Мари перевернулась на живот.
— Хотела сделать сюрприз. Слежка за начальством была не запланирована. Знаешь, я давно не контактировала с Серхио. — Охотница подавленно обняла синюю подушку. — C тех самых пор, как он меня выгнал. Не представляла, что скажу ему…
Фернандес сочувственно кивнул.
— Отцу тебя тоже не хватает. Но он слишком гордый осел, чтобы это признать.
— Принимаю к сведению и все равно не хочу работать ни под чьим давлением.
— Кстати, о давлении. Майя превратилась в сущего демона! Эта девчонка требовательнее моего отца, — буркнул он.
Суарес усмехнулась.
— Ты отдуваешься за мои грехи. — Она не переваривала Итикаву. Та и впрямь была невыносимой, однако полковник Фернандес в глазах Марии затмевал в этом соревновании любого.
Альваро выпрямился в полный высокий рост.
— Итикава стала еще страшнее, чем была. Ты представляешь уровень катастрофы?
— Ты столько писал мне о ней, что я почти уверена: Итикава скоро станет не просто твоим кошмаром, а фантазией, — Мари звонко рассмеялась.
Подняв янтарно-карие глаза к потолку, Варо сделал вид, что уже расстегивает штаны, а потом с глупой улыбкой подогнал хихикающую Марию:
— Поднимай мощи, нас ждет миссия.
— Миссия? — Суарес приняла сидячее положение и с прищуром оглядела друга.
Альваро взъерошил свою и без того растрепанную темную шевелюру и с загадочным видом открыл дверь.
— По дороге расскажу. Ты со мной или так и будешь обжиматься с моей подушкой?
— Между прочим, я тебя так и не задушила.
— Оу, жаркие объятия? — искренне удивился парень, в замешательстве потерев горбинку на носу. — Это я люблю.
— Придурок! — Мария подскочила, схватив его за широкую смуглую шею. — Да я тебя закопаю, за то, что ты нас на кухне выдал!
— Я не специально, — совершенно бессовестно заявил Варо, в шутку отпихивая ее в сторону.
Суарес отвесила Фернандесу такой тяжелый подзатыльник, что тот споткнулся.
— Я не специально.
***
Как только друзья оказались в центре города, их окружили небоскребы и на них обрушилась бурлящая жизнь вечернего Манхэттена. Сигналы авто раздавались со всех сторон. Прохожие спешили кто куда.
— Прогуляемся до бара? — Альваро попытался перекричать вечернюю суету. — Он в трех милях отсюда. Это лучше, чем оказаться прижатым чьей-нибудь задницей в забитом автобусе.
— Что насчет миссии? Ты уже передумал?
Варо покачал головой и объяснил:
— Бар и есть наша миссия. Мы как раз его застанем, если прибавим скорость.
— Застанем кого? — не унималась с расспросами Мария.
— Нашу жертву.
— Мы ищем тебе девушку? Так бы сразу и сказал.
— Маленькая стерва. — Друг устроил тяжелую ладонь у нее на макушке. — В штабе новый подозреваемый. Мы будем шпионить за медийной личностью в подпольном баре.
Внутри вспыхнул интерес.
— Ты меня заинтриговал. Конечно, не так сильно, как меня могла бы заинтересовать горячая пицца, но выкладывай!
Путь друзей лежал через центральную площадь Таймс-Сквер, украшенную к Хэллоуину. Вдоль огромных, подсвечивающихся рекламных билбордов, бутиков брендов с мировым именем, что прятались за декоративной паутиной в преддверии Кануна Дня Всех Святых.
— Ты же по-любому помнишь певца и продюсера «TETSU»? Сначала он выпускал собственные песни, саундтреки к фильмам, потом дополнительно начал продюсировать знаменитостей. Он еще выпустил заглавный трек к вышедшему триллеру с Туеном Уайт-Хиллом в главной роли.
Миновав аллею, усыпанную тыквами, Мария непонимающе моргнула, пытаясь вспомнить, откуда ей было знакомо это имя.
— Глянь на рекламные щиты, — Варо указал на самый крупный, — из всех дыр орут о премьере. Ну, Тетсу Нильсен-Майерс! Ты его знаешь лучше меня!
— Я не интересуюсь личной жизнью незнакомцев так активно, как ты.
Альваро напел одну из самых известных песен исполнителя.
— А-а-а-а, — протянула она, узнав мелодию, — он сменил псевдоним. Мы с папой часто слушали его песни в машине.
До тех пор, пока отец не умер и Мари не постаралась абстрагироваться от лишних болезненных напоминаний…
— Именно поэтому я и сказал, что ты должна знать о нем больше, чем я.
Затем ее посетила мысль. От разочарования она резко сдвинула брови.
— Только не говори мне, что он вампир.
— Этого мы точно не знаем, — успокоил Варо. — Cемейка, конечно, у него подозрительная. Мужик особо не распространяется. Из интернета известно только то, что у него четверо детей и можно найти их фотки.
— Многие знаменитости скрывают своих родственников от неадекватных фанатов. Что в этом подозрительного?
— То, что его младшего двадцатидвухлетнего сына Чикаго видели в сомнительной компании, — на последних словах Альваро сделал особый акцент.
— Его сына зовут Чикаго?
— Это единственное, что тебя смутило? — Губы Варо сжались в тонкую полоску. — Так вот, он проводил время с блонди, которую мы никак не можем прибить.
Друзья дошли до перекрестка.
— Получается, Чикаго либо угрожает огромная опасность, либо он уже вампир, — вынесла гипотезу Мари. — Знать бы, как давно Нильсен-Майерс ошивается с ней.
— Ага, — подтвердил Фернандес. — В месте, куда мы направляемся, я недавно тусовался с отрядом. Мы решили, осмотреть бар лишним не будет, и ввалились туда группой. Администраторша заведения оказалась изрядно щедрой на сплетни, особенно если ее задобрить выпивкой, — подмигнул парень. — Она поделилась со мной ценной информацией о том, что к ним чуть ли не каждый вечер заходит набирающий популярность молодой адвокат. Вдалеке от посторонних глаз он проводит встречи со своими клиентами.
— Сложив два плюс два, я подумал: им вполне может оказаться наша потенциальная цель. Звездный сынишка даже удостоился чести попасть на обложки журналов. Насколько я понял, раньше он работал моделью. А недавно Чикаго засветился в статье в роли начинающего адвоката, отпрыска знаменитости, прокладывающего себе путь через тернии к звездам. — Фернандес драматично закатил глаза. — В любом случае, проверить стоит.
— Интересно... — выдавила из себя Мари. — Тогда его семья тоже может быть в опасности.
— Скорее всего, они будут под нашим наблюдением.
Бар носил название «Гранат» и прятался на Норфолк стрит среди контраста архитектуры. Ничем неприметные, обшарпанные кирпичные здания, побитые жизнью и временем, соревновались с новостроенными стеклянными высотками за шанс показать себя. Разнообразные граффити перепрыгивали с одной стороны на другую и украшали вход в катакомбы, скрывавшие бар.
Варо кивком пригласил спуститься вниз. Обойдя тускло освещенный мрачный коридор катакомб и преодолев несколько лестниц, они достигли пункта назначения. Фернандес позвонил в звонок. Дверь открыла огневолосая девушка с милыми веснушками. Широко улыбнувшись, она поприветствовала посетителей.
— Добро пожаловать! Назовите, пожалуйста, пароль.
Мария послала улыбку в ответ и повернулась в сторону Альваро с надеждой на то, что тот располагает паролем.
— Луи точно знает, как играть на трубе, он красавчик в этом деле! — без проблем отчеканил парень.
— Проходите, — администратор распахнула дверь пошире и пригласила гостей внутрь.
С порога их встретило глубокое разнообразие звучания музыкальных инструментов и рождающийся среди них магнетический мужской голос, сообщающий о том, что у него настала новая счастливая глава жизни. Кавер-исполнитель на небольшой сцене словно проживал бессмертный хит «I feeling good»5*:
«Это новый рассвет, новый день, новая жизнь для меня,
И я чувствую себя отлично!»
Выдохнув с облегчением, Суарес искренне удивилась тому, что Фернандес вообще запомнил такую длинную фразу.
— Ты ее записал, что ли? — Мария пихнула Альваро в бок.
— Это был намек на то, что я тупой?
Пробираясь сквозь оживленную толпу и забитые столики, Мари закатилась заразительным смехом.
— Мария, — настороженный тон Варо стер былую непосредственность и заставил вернуться к реальности, — я его вижу.
ГЛАВА 3.
Ход событий, который ты захочешь изменить
Arctic Monkeys — Do I Wanna Know?
Мария
Альваро указал подбородком в конец зала на светловолосого молодого человека, восседающего в элегантном костюме в дорогом кресле. На соседнем диване спиной к охотникам сидел его компаньон плотного телосложения.
— Как выглядит наша цель? — прошептала Мария ему на ухо.
Варо наклонился к ней и еле слышно уточнил:
— Надменного блондинчика, видишь? Это он.
Охотница кивнула. Подозреваемый являлся обладателем утонченных острых черт лица. Бледной кожи, которой тусклое освещение придавало еще более болезненный вид. Прямой королевской осанки и длинных ног. Одну ногу он представительно забросил на другую. Чикаго не тянул на двадцать два года. Мария дала бы ему от силы лет восемнадцать, и то за счет строгого деловитого смокинга.
Мари достала из куртки мобильный и напечатала Фернандесу смс. Варо поднял бровь и разблокировал дисплей смартфона. На экране высветился текст.
Мария: «Переходим в мессенджер. Здесь шумно, но перестраховка лишней не будет. Если захочешь сказать что-то по поводу миссии — пиши сюда».
Варо: «Вас понял. Только хотел предложить».
Друзья вдвоем расположились на диванчике, обтянутом мягким велюром. Назвать укрытием столик, за которым они сидели, сложно, но зато отсюда Нильсен-Майерса было идеально видно. Вскоре принесли заказ: холодный персиковый чай для Марии и бурбон для Альваро.
Наконец, оторвав глаза от груди официантки, Варо в благодарность кокетливо подмигнул ей. Сделав глоток, Суарес с многозначительной улыбкой покосилась на друга. Мари была искренне рада, что после пережитой трагедии он смог двигаться дальше. Ей так и не удалось.
— Чем дольше мы здесь сидим, тем быстрее моя шутка про девушку выходит из-под контроля. Ты уверен, что алкоголь — хорошая идея?
Варо взболтал бурбон и, наклонив голову, ответил:
— Для меня — да, а для тебя эта идея плохая не только сегодня.
Закатив глаза, она легонько пнула Фернандеса по ноге.
Краем уха они люди улавливали незначительные обрывки разговора Чикаго и его клиента, как потом поняла Мари. Она старалась по долгу не пялиться и цеплялась за детали вокруг: за лед в чае, антикварный интерьер, музыкантов, отдающих себя скромной сцене. Пару раз Мария все же не сдержалась. Возвращаясь взглядом к адвокату, охотница внимательно изучала его.
Ее немного удивило то, что Нильсен-Майерс ни разу не посмотрел в их сторону. Это странно для вампиров, если брать во внимание их резкие инстинкты. Странно даже для людей. Какой человек невольно не поймает на себе взгляд? В особенности того, кто на тебя постоянно таращится. Хоть Альваро и Мари старались поглядывать аккуратно и не часто, не заметить их мог только слепой.
Подозреваемый держался напыщенно, холодно и неприступно. Так, будто ему скучно. Будто никто не достоин его времени и интереса. Изредка Чикаго вставлял свои замечания, просматривая бумаги и что-то в них помечая. Создавалось впечатление, что ему абсолютно безразлична проблема клиента и он слушает вполуха, а на документах рисует цветочки. Ну или петлю…
«Зачем выбирать работу, в которой от твоей личной отдачи зависит половина успеха клиента, если тебе по факту плевать на него и собственную репутацию?» — задумалась Суарес.
Усердно убеждая себя в том, что не должна делать поспешные выводы о тех, с кем не знакома, она вновь взглянула на Чикаго. Рука потянулась к телефону, и Мари поймала себя на желании кинуть им в адвоката, чтобы разбудить его, ведь он практически спал.
Мария: «Я готова его уже прибить, вне зависимости от того, вампир он или комар!»
Ответ пришел почти сразу.
Варо: «ХА-ХА. Живодерка!»
Мария: «От его вида надменного индюка меня уже тошнит. К этому индивидууму за юридическими услугами не обращаемся ха-ха».
Варо: «Заметила что-нибудь необычное в нем?»
Мария: «Нет… Никаких признаков, повадки человеческие. Дышит, моргает, естественно двигается, клыков я не замечала. Может он хорошо умеет притворяться».
Варо: «Не будем исключать. Единственное понятно то, что одним днем слежки нам точно не отделаться. Может, попробовать разговорить его? Потому что пока ни черта не ясно».
Суарес закрыла лицо ладонью. Чего и следовало ожидать. Друг ободряюще похлопал ее по плечу.
Внезапное движение со стороны объектов наблюдения заставило шпионов одновременно отложить телефоны и насторожиться. Кресло, в котором Чикаго сидел секундой ранее, опустело. Изящно подхватив плащ и перекинув его одной рукой за спину, он собрался уходить.
Нильсен-Майерс подошел ближе к клиенту, подскочившего следом за ним. Судя по взволнованному состоянию мужчины, у них с адвокатом что-то пошло не по плану. «Удивительно».
Группа музыкантов на сцене принялась отбивать громоподобный ритм. В ход пошла электрогитара, набирающая резкие обороты, и подключился вокалист. Его властная манера подачи песни «Do I wanna know?» британской инди-рок группы «Arctic Monkeys»6* ворвалась в толпу и опьяняющим тембром окутала зал.
— Все по-честному, — бесстрастно пожав плечами, вкрадчиво заявил Чикаго.
— Вот урод! — накинулся с оскорблениями клиент и нервно начал озираться по сторонам.
«А я говорила», — про себя восторжествовала Мари.
Уголок рта Чикаго дрогнул в мимолетной ухмылке, и он иронично переспросил:
— Чего еще ожидать от сосунка, верно? — после жестко и без доли эмоций добавил: — Всего хорошего. Желаю вам сдохнуть.
«Прирожденный дипломат».
Хихикнув, она быстро напечатала cмс:
Мария: «Если ты такой общительный, можешь поговорить с этим “милашкой” сам :)».
Суарес оторвалась от телефона и в тот же самый миг встретилась с хищными колючими глазами. Впервые за все время Нильсен-Майерс обратил на друзей внимание. Невежда не просто смотрел. Он буравил душу насквозь. Это был долгий, жалящий, испепеляюще пронизывающий, полный ледяной ярости взгляд. Если бы им можно было бы убить, то Чикаго Нильсен-Майерс, не моргнув, уже хладнокровно бы пустил ей пулю в лоб. Вполне возможно, он сделал это мысленно.
«У тебя бывает страх, что ты не можешь повлиять на ход событий?» — будто издеваясь, пропел вокалист.