Синткретический человек

— Что скажешь? — сдался он спустя пару минут борьбы с собой. И, вспомнив об особенностях его напарницы, добавил: — Очень кратко, пожалуйста.

Вероника в это время старательно рассматривала что-то на мониторе. Или делала вид, что рассматривает.

— Убийства совершены одной и той же группой лиц, — ответила она, словно только и ждала этого вопроса.

В ту же секунду Шон осознал, наконец, что ещё напрягало его в общении с синтом: она всегда отвечала мгновенно. И хотя его очень интересовали подробности, на основании которых Ника сделала такой вывод, он решил сначала преподать очередной урок очеловечивания.

— Ты слишком быстро отвечаешь на вопросы. Люди так не делают. Даже если мы знаем ответ, почти всегда есть небольшая пауза.

— Я поняла. И уже создала скрипт для анализа этой детали человеческого взаимодействия. Немного позже я внесу коррективы в свою поведенческую модель.

— Хорошо. И ещё — не говори каждый раз «я поняла».

— Но как ты узнаешь, что я тебя действительно поняла?

— Используй другие слова: окей, ок, хорошо, угу, ага, ладно. Иногда можно просто кивнуть.

Синт кивнула. Она действительно быстро училась.

— А теперь скажи — почему ты думаешь, что это банда?

На сей раз Вероника выдержала паузу. Ровно такую, которая понадобилась бы человеку, чтобы собраться с мыслями. Но начала с возражений:

— Я не говорила «банда», я сказала — «одна и та же группа лиц». На мой взгляд, это разные понятия.

— Хорошо, согласен, — не стал препираться Мельников. — Пусть будет группа лиц. Так откуда такие выводы?

— Хотя убийства совершены разными способами, и жертвы на первый взгляд никак не связаны между собой, имеется одна общая деталь — отрезанная прядь волос. Преступники коллекционируют трофеи. Вторая общая деталь — все убийства совершены в другом месте. Тела подкинули, причём так, чтобы их нашли. Это можно сделать в одиночку, но я полагаю, что у убийцы были сообщники. По крайней мере те, кто помогал избегать камер наблюдения.

«А вот об этом я не подумал. Или не успел подумать», — мелькнула досадная мысль у Шона.

Он ещё раз заглянул в дело и нашёл нужную отметку: все тела сканировали с помощью «Франкенштейна» — особого робота, способного разом провести десятка три различных исследований. Он-то и определил, что небольшой участок волос на головах жертв носил признаки свежего среза.

— Группа маньяков? — усомнился всё же Шон в выводах Ники. — Это крайне необычно. И жертв должно быть больше.

— Сообщники убийцы совсем необязательно убивали сами. Возможно, кто-то действовал из корыстных побуждений или по принуждению. Однако ты прав — жертв больше. Я проанализировала сведения о насильственных или подозрительных смертях за последние десять лет, и пришла к выводу…

— Каких ещё смертях? — перебил её Шон.

— Всех, случившихся в ВТО Москва. Кроме того…

— Подожди! Как ты это сделала?

— Подключилась к архиву. Эта информация доступна по запросу любого следователя. У тебя тоже есть доступ.

— А, ну да, конечно, подключилась. Ладно. И сколько жертв ты проанализировала?

— Двенадцать тысяч шестьсот сорок девять. Плюс три тысячи девятьсот двадцать два неопознанных тела, имеющих признаки насильственной смерти.

— Сколько?! — поразился Шон.

Он и не предполагал, что смертей так много. Москва действительно в буквальном смысле сжирала людей.

— Двенадцать тысяч… — начала повторять девушка, но Шон воздел палец:

— Я просто удивился. Не знал этой статистики. Давай дальше по делу.

— Окей. Я полагаю, что число потенциальных жертв предполагаемой преступной группы следует увеличить до четырнадцати. Хотя эта цифра предварительна, данные требуют проверки.

— Четырнадцати? — вновь удивился Шон.

— Предварительно, — ничуть не изменившимся голосом ответила синт. — В их число входит труп, переданный следователю Бурлакову.

— Который? — продолжил изумляться её напарник.

— Яковлев Павел Павлович, одна тысяча…

Шон снова прибег к помощи пальца.

— Не надо так подробно. Достаточно фамилии.

— Угу. У тебя хорошая память.

Теперь Мельников взглянул на Веронику с подозрением:

— Это сейчас что было?

— Я не понимаю вопроса. Уточни.

— Насчёт хорошей памяти.

— Ты сказал, что тебе достаточно фамилии, что говорит о хорошей памяти.

— То есть, это был комплимент или констатация?

— Да, мои слова можно расценить как комплимент, хотя я всего лишь констатировала факт.

— Ясно, — Шон понял, что очередной урок введения в человеческую психологию лучше не начинать, поэтому вернулся к делу: — Так почему ты решила, что на счету этого маньяка или маньяков такая куча трупов?

— Четырнадцать составляют сто семнадцать тысячных процента от общего числа насильственных смертей в ВТО Москва. Почему ты считаешь эту цифру кучей трупов? — неожиданно ответила вопросом Вероника.

— Потому что это очень много даже для банды.

— Но ведь и в прежние, более благополучные времена были преступники, совершившие больше убийств, — продолжала спорить робот.

— Да, были. Но это всё равно редкость. Исключение из правил. В целом люди… — он хотел сказать «гуманные существа и им претят убийства», но потом вспомнил статистику, озвученную Никой пару минут назад. Тысячи насильственных смертей явно не тянули на гуманизм.

— Людей пугают такие вещи, понимаешь? Это нонсенс.

— Я не поняла тебя, но, думаю, к обсуждению этой проблемы можно вернуться позже. Сейчас я просто приму твою точку зрения, — снова удивила лейтенанта разумная машина. — Четырнадцать трупов — это очень много. Но ты должен быть готов к тому, что она увеличится. Теперь, откуда взялась цифра. Я помню, что надо кратко…

Спустя четверть часа Шон и Вероника сидели в кабинете Додонова. Капитан внимательно выслушал выводы синта, покрутил в руках электронный карандаш. Что-то открыл на экране монитора, почитал, снова покрутил стилос.

— Мы получили похожие выводы, — сказал он наконец.

— От кого? — подивился Шон.

Неужели в Управлении работает ещё одна такая же группа?

— От Люды.

Людой прозвали российский аналог китайского «Лю Дуаня» — глобальной нейросети для поиска преступников. Китайская своё название получила по имени мифического существа, способного обнаруживать истину. Неизвестно, насколько хорошо работала оригинальная программа — так называемые партнёры из Поднебесной никогда не раскрывали всех карт, — но к отечественному аналогу у следователей было много вопросов. Настолько много, что «Люда» до сих пор пребывала в тестовом режиме. Тем не менее ей иногда пользовались, особенно когда требовалось разом ввести несколько поисковых запросов.

Примечания