Эффект безнаказанности. Часть 2
“Оши Клиффтон. Карлик родился в семье лилипутов, работающих на ферме. Сама семья Клиффтон была родом из деревушки Фоллен Три, которая в урожайный сезон всегда ездила подработать на ферму. Отец Оши занимался подпольным приготовлением самогона на ферме, так как это умение передавалось семьей из поколения в поколение. Вскоре, после неудачного стечения обстоятельств, родители Оши погибли при взрыве самогонного аппарата. Заливая горе отцовским самогоном, Оши был выселен из родительского дома в Фоллен Три и продолжительное время бродяжничал. В международный день инвалидов мотоклуб “Черепов”, занимаясь фальшивой благотворительностью, принял Оши работать в клабхаус мойщиком посуды. Карлик обрел свой новый дом и друзей. Познакомившись с уборщиком Фрэдди Хопкинсом, Оши увидел в нем черты своего отца и не отходил от него ни на шаг. Во время каждой вечеринки в баре друзья слушали байки членов клуба о своих похождениях и вдохновлялись их незаконными поступками. После развала мотоклуба, Оши вернулся к своим братьям в Фоллен Три, чтобы продолжить дело семьи. Самогон “Клиффтон” хоть и варился без лицензии и сертификации, но пользовался огромной популярностью в округе. Оказавшись однажды в Лас-Пьендехас, паренек стал негласным лидером “Белого Мусора”.”
“Патрик МакКлейн. Мужчина тридцати трех лет, служащий офиса шерифа Мидоутауна. Родился и вырос в том же поселении. Пошел в Департамент вслед за отцом-шерифом, который, собственно, и притянул сынульку когда-то. Четко знает правила игры для работы и жизни в небольшом городке. На службе не показывает себя слишком рьяно, пьяного водителя скорее отвезет домой, а не в камеру, не будет создавать лишних проблем. Четко соблюдает негласные правила игры – не борзеет, но не прощает борзости. Хорошо знаком местным пьянчугам и отставным воякам, пропускает старушек вперед в магазине и пользуется заслуженным уважением правильного парня. Адреналиновый наркоман, любит и умеет рисковать. Вне смены увлекается экстремальным спортом вроде паркура и оффроуд-байкинга. Любит оружие и периодически без нужды занимается прочисткой коллекции отца.”
“Остальных членов группировки могу лишь описать по слухам местных жителей или объяснительным запискам самих участников после незначительных правонарушений. Билл МакКалистер Джуниор, сын деревенского лекаря. Пегги Хэтфилд, мусорщица. Уилльям Фицджералд, рейдер-алкоголик, однажды прошедший весь штат пешком в длительном запое. Рафаэль Вега, коп-новичок, городской житель. Гарет Дженкинс, верзила с ДЦП, погиб при загадочных обстоятельствах. Уинстон Флойд, местный алкоголик. Даррел Уэзерс, рейдер малого ума. Клинт Оши, реднек-самогонщик, отсидел длительный срок, является представителем группировки “Арийское Братство”. Билли Састард, бывший дровосек и нынешний алкоголик с амнезией. Диана Байли, неоднократно отсидевшая угонщица, нашедшая пристанище в глуши. Возможно, что некоторых участников группировки уже нет в живых.”
“Прилагаю отрывки дневника Пегги Хэтфилд, который она предоставила главному шерифу нашего округа, хотя ее и не просили… Стоит учитывать, что она не отличается острым умом и пишет про себя в третьем лице, допуская множество ошибок, однако умение писать и хоть как-то формулировать свои мысли на листе достаточно редкое явление для жителей Лас-Пьендехас.”
“Кто-то кричал за спиной Пэгги, но та бежала со всех ног и не оглядывалась. Мало того, что Пэгги снова сбежала из очередного замызганного мотеля, не заплатив, она еще и прихватила денег, когда заприметила, где управляющий мотелем прячет ключ от кассы. Целых четыреста долларов – огромные деньги для Пэгги, такой суммы она не видела и не держала в руках за всю свою девятнадцатилетнюю жизнь… Кто такая Пэгги? Ошибка природы, генетическая случайность, зачатая в пьяном угаре. Фетальный алкогольный синдром Пэгги заметен издалека как минимум по выражению лица и некоторым физическим особенностям. А уж если она откроет рот… Тем не менее, умственная отсталость Пэгги соседствует с необычайной бытовой хитростью, везучестью, а главное – живучестью. На нее травили собак, ее многократно избивали владельцы магазинчиков за мелкие кражи, но ей все нипочем. Что такое медицинская помощь, Пэгги не знает. Ей всегда поможет бутылка дешевого пойла, а может и не самого дешевого – смотря, что сможет украсть или найти на мусорке. Копаться в мусорках доставляет Пэгги особое удовольствие, там она находит много ништяков, от одежды и облезлых бусов до еды и недокуренных бычков. Как-то раз Пэгги откопала на помойке шедевр – вместительный туристический рюкзак, в котором и утрамбовала все свое добро, которое раньше таскала за собой в облезлых пакетах… Пэгги бездомная с пятнадцати лет. Предки сгорели вместе с трейлером, когда в очередной раз напились вусмерть и уснули с сигаретой. Надо сказать, следствие так и не установило, кто был виновником торжества. Да и маловероятно, что это дело вообще серьезно расследовали. С тех пор Пэгги таскается по пригородам и лесам, ест, что найдет, поймает или украдет, спит в изрядно потрепанной палатке, украденной у рыбаков. Когда ночи становятся холодными, Пэгги идет к ближайшему городку, ищет ночлежку для бездомных или самый дешевый мотель. Пэгги не чуждо желание обычного человеческого комфорта, а потому мотели ей нравятся больше. Каждый раз она прикидывается уставшим туристом и сочиняет историю, согласно которой деньги вот-вот принесут другие, такие же туристы, только они чуть отстали. Что странно, в эти ее рассказы управляющие мотелями всегда верили, и Пэгги могла жить там днями, а иногда по две недели, пока управляющий не приходил ее выгонять, наконец-то осознав, что никаких отставших туристов не существует. Убегая ночами из мотелей, Пэгги прихватывала то дешевый фен в треснутом корпусе, который затем выменивала у кого-то на еду, то расческу или даже сувенирную тарелку с ресепшена. В этот раз ей повезло как никогда. Украсть деньги ей довелось впервые, красть ей нравилось. Что удивительно, даже если она попадалась, ее ни разу не сдавали полиции. Били, таскали за волосы, но позвонить в полицию – никогда… У Пэгги была мечта – желтый молоковоз, который она заприметила у одного фермера на животной ферме. Водить она не умела, да и водительского удостоверения у нее не было. Весь ее водительский опыт – краденые велики, каждый из которых был разбит или сломан о дерево, дорожный знак или забор… Пэгги со скрипом училась в коррекционном классе, полном таких же дебилов, что и она. После смерти родителей Пэгги сбежала и в школу уже не вернулась. Что примечательно, коррекционка была самым многочисленным классом, и большинство детей – с одним и тем же синдромом. Любили сельские жители выпить… много и часто… Два месяца Пэгги пряталась в лесу. Она берегла украденные деньги, постоянно меняя место заначки в многочисленных карманах потрепанного спортивного костюма или рюкзака. На что потратить такую сумму, Пэгги не знала, потому что считала, что у нее все есть, ну кроме желтого молоковоза, который нужно было не купить, а непременно украсть, поэтому просто пересчитывала купюры и вновь прятала. Считать деньги она, как ни странно, умела. Питалась белками, которых умела очень ловко ловить, воду добывала из ручья… Двузначного айкью Пэгги хватило осознать, что за такую добычу ее точно станут искать. Собрав палатку и свои нехитрые пожитки, Пэгги отправилась на север, миновала Мидоутаун и волею судеб оказалась в Лас-Пьендехас.”
“Помимо вечных пьянок, дебошей и проявлений неадекватного поведения в местном баре, оставшимся единственной достопримечательностью в городке, толпа неблагополучных жителей угнали грузовик для откачки канализаций из Мидоутауна и залили содержимым резервуара расположившийся неподалеку стриптиз клуб, посчитав их конкурентами из-за неразберихи во внутренних отношениях. Пожалуй, этот случай можно считать самым серьезным проступком местных дикарей.”
В последующих снах Юстасу Приксу вспоминалась его давно ушедшая молодость с ее захватывающими авантюрами. Однажды, расположившись у побережья с палаткой и костром, он наслаждался вечерним закатом и звуками дикой невинной природы. Звонок неизвестной женщины прервал созерцание.
– Приветствую, последователь и потомок Краффа Всемогущего! Наша цель – искоренить корень зла… в лице рыжеволосых! Все мы родом из одного дерева – факт! – монотонно звучал голос Минервы Сфорзы.
– Однако… есть и рыжие адепты. – перебил Юстас.
– Все мы связаны друг с другом… кроме рыжих адептов – факт!
– Что ты знаешь об этом?
– Я прибыла в этот мир по зову единственного дерева, его шепот разбудил меня в этом безжалостном мире непросвещенных невежд!
– Когда и где мы можем поговорить об этом?
– Я была рождена сто пятьдесят семь лет назад, именно тогда, когда этот мир был создан… и это очередной факт! Если ты такой же просвещенный в этой стезе вселенского масштаба, то ты сможешь услышать голос одинокого дерева, находящегося вдали от цивилизации! Я буду ждать тебя именно там, где и была возрождена! Киффлом – счастье твое, Киффлом, брат-брат!
Мистик воспарил высоко над землей и начал медленно падать, постепенно набирая скорость. Около поверхности на него взглянула Минерва и Юстас тут же оказался перед ней. Странная дама не спеша оперлась на огромное дерево и встала на ноги.
– Эй, это ты мне звонила? – шагал навстречу юный Прикс.
– Киффлом, брат по вселенскому знанию и полному осознанию нынешнего бытия Краффа! – по струнке задрала руку во время приветствия.
– Киффлом, сестра-тетя! Что тебе известно о культе? Ты адепт?
– Сегодня я была послана, чтобы принести и исполнить завет мироздания великого Краффа! Все, что нам нужно – это заботиться об одиноком дереве Тьмы.
– Это именно то дерево, от которого мы все произошли? – удивленно уставился на одинокое огромное дерево. – Даже рыжие?
– Именно в этом месте, программа Эпсилон начала свое существование… Крафф был ключевой фигурой и основателем этого движения Истины в Четвертой Парадигме!
– Ага-а, значит ты хочешь присоединиться к нашей команде, чтобы прояснить нам истину?
– Именно, я услышала ваш монолог на одной из местных радиостанций по радиоприе… по нашей внутренней связи между потомками Краффа… теми, кто были созданы в Четвертой Парадигме!
– Я, конечно, понимал, что приближаюсь к Истине, ища новых просвещенных… но не настолько, чтобы Всевышний сам послал нам кого-то.
– У меня множество разных имен. Нас называли Богами, Одаренными… на самом деле, мы просто были созданы раньше вас!
– А какое имя даровал тебе Крафф для этой Вселенной?
– Нынешние жители, населяющие этот порочный мир забыли о своей истинной миссии и цели, а именно – о покровительстве Краффа и защиты от рептилоидов и прочих адептов. Моя цель заключается в том, чтобы искоренить корень зла в лице Правительства и зеленых ящеров, что по сути структурно одно и тоже!
– Адепты – враги? Что?! Я считал адептов Краффа своими тайными союзниками.
– Тебе многое предстоит узнать, брат-дядя! Рыжая часть населения является отступниками от базового трактата Эпсилон, рыжие и прочие адепты несут лишь раздор для истинных последователей Краффа!
– Прости меня, простого землянина… я так заблуждался насчет адептов… – чуть ли не упал на колени перед Минервой. – Надеюсь, что ты сможешь мне помочь познать Истину!
– Ты должен помочь разобраться с этими существами, которые тянут нынешних последователей Эпсилонизма на верную погибель… Правительство и ящеры здорово тянут за ниточки, чтобы свести особенных, таких как ты, на нет!
– Что же мне делать? Я давно занимаюсь этим вопросом… однако не получал никаких знаков… никаких сигналов…
– Нынешнее духовное руководство, которое было создано множество лет назад, было нагло похищено из рук одного стража законченного трактата…
– Кто же он? Нужно найти его немедленно!
– Минерва даст тебе знать, что нужно делать и как действовать после того, как она засечет частоты субдермального нейрофона, благодаря единственному дереву Тьмы!
– Минерва… я понял… поддерживай со мной связь… прошу… – глаза Юстаса блестели как у ребенка, смотрящего на вожделенную новую игрушку.
– Держи эту рац… – протянула странный прибор. – КУПД! Этот Квантовый Ускоритель Передачи Данных, чтобы я всегда могла с тобой связаться, несмотря на все противодействующие методы адептов, рыжих и ящеров, наряду с Правительством. Мои последние слова на сегодняшний день будут такими… Путешествуй безопасно, путешествуй красиво. Они все должны прочитать полноценный трактат Эпсилона со всеми фактами… но пока что… ты не достиг тех знаний и навыков, чтобы ты смог синергировать с моим духовным наследием, включая других созданий Краффа…
– Да-да, конечно! – закончил осмотр прибора и бережно положил его в нагрудный карман куртки. – Просто будь со мной на связи… поддерживай ее!
– В связи с этим, я могу лишь тебе сказать, что Эпсилон смеется над тобой! Ты еще не готов к транспортизации своего разума и тела в новую стезю времени… Ступай и занимайся поисками всех тех ужасных существ, которые были созданы во время Каскадного Распада Краффа. Уничтожь их всех, чтобы ослабить влияние всех прочих адептов!
– Всевышние… не гневайтесь! Я сделаю все, что в моих силах!
Минерва лишь хмыкнула на слова Прикса и прыгнула с обрыва, исчезнув без следа и оставив молодого мистика наедине со своими мыслями. Как только Юстас почесал затылок, составляя в голове план действий, из прибора прозвучало: “Киффлом, брат-дядя! Если ты хочешь проявить себя, доказав первой Цивилизации и самому Краффу, что ты достоин нашего общества, ты должен достать законченный трактат Эпсилон. Рыжеволосый простофиля обитает в Пустынном Округе. Заброшенная электростанция, где он и прячет нужную нам вещицу. Электростанция находится на границе Северного и Пустынных Округов.” Прикс лишь положительно кивнул и направился к указанному месту. Около сторожки стоял рыжеволосый афроамериканец, который потягивал бутылку пива и закуривал его вкус сигаретой.
– Эй, ты! – нахмурился Юстас, вынимая из кобуры пистолет. – Сраный мудак, у тебя есть то, что нужно мне!
– Вот дерьмо! – быстро осмотрелся по сторонам, швырнул недопитую бутылку в неприятеля и побежал прочь в сторону электрических сетей, пытаясь спрятаться от выстрелов. – Я так просто не сдамся! Адепты и те ящероподобные создания заплатили мне за это кучу бабла!
– Гони священный трактат сюда, поганый ублюдок! – увернувшись от бутылки, помчал за парнем. – Я все знаю!
Пара-тройка выстрелов не достигли своей цели, вызывая лишь рикошет от электрических установок и крупные искры скрежета. Однако одна из пуль все же угодила в голень. Раненый беглец, оставляющий за собой следы крови, становился с каждой минутой все более легкой жертвой. Игра в прятки надолго не затянулась. Очередная смена локации оказалась неудачной и парень схватился за оголенные провода, мгновенно загоревшись и сверкая как праздничный салют. Юстас осмотрел поджаренного беглеца и не обнаружил при нем никаких блокнотов, записей или хотя бы записок. Решив не притрагиваться к дергающему трупу, мистик осмотрел сторожку и нашел несколько неизвестных ему символов, которые он наспех записал в свою номерную книгу.
Юстас моргнул глазами и оказался в баре “Йоуклс” за спиной Бобби Митчелла. Новоиспеченный президент стянул черно-белую бандану с головы и поглощал ледяной напиток из кружки, уставившись куда-то на стенку.
– Мда… что же происходит с чаптером? – обновил содержимое под напором пивного крана. – Перед тем как Старину Джо закрыли эти чертовы федералы здесь было полно людей, а теперь никого… к тому же проклятые проспекты захватили власть, даже не появляясь в баре… Наверное, торгуют наркотой и оружием, ха-ха! Как же мне, черт возьми, не хватает былых дней, когда все мы одной командой решали дела клуба… а теперь кто куда… дерьмо!
– Эй, Бобби! – окликнул президента крепкий блондин в возрасте, вставший за барную стойку. – Как дела, старик?
– Дуайт! – сменил настроение на более радостное. – Как жизнь? Не думал, что здесь кто-то объявится.
– Да, как обычно. Ничего особо не происходит. Тебе может чего покрепче плеснуть?
– Нет-нет, пока только холодное пенное, хех. Какого хрена здесь пусто вообще?
– Сам не знаю, кто где…
– Молодняк считает, что раз президента клуба, старика Гранта, больше нет, значит можно забить на других полноценных членов?
– Их приструнить нужно конкретно так, Бобби.
– Полностью согласен. Как думаешь, может мне стоит взять этот чаптер?
– Тут даже думать не нужно… бери его в свои руки.
– Переплюнуть старика Джо не выйдет конечно… но я учился всему у него. Да и последняя воля Гранта была таковой…
– Даже не смотря на мой возраст и тот факт, что мы были чуть ли не ровесниками, ха. Он всем нам был как отец.
– Пора брать дело в свои руки… разогнать всякий сброд типа молодняка, который делает, что хочет… да и начать рулить чаптером.
– Да! Это нам сейчас и нужно, Бобби Митчелл! Слушай, я вот чего узнать хотел… на складе стоит байк старого образца… ему лет как мне наверное. Чье барахло-то? Парни тут иногда говорят, что старая гвардия хочет его на стену прилепить.
– Ах… этот… это дань… в честь покойного брата Джо. Был у него брательник родной, Джошуа звали.
– Он мне про него почти ничего не рассказывал.
– Джо об этом мало кому рассказывал. В общем, это было в те времена, когда они просаживали деньги в Фолт-Сити. Насколько я помню… этот байк был собственностью одного из лидеров байкеров местных.
– О как, а я думал это байк Джошуа! Трофей все-таки!
– Ну, об этом мы уже не узнаем…
В дверях появился Терри Торн, увидев братьев по патчу, принялся улыбаться и подошел к стойке, похлопав Митчелла по плечу и отбив кулачок Дуайту.
– Дуайт, старый хрен! Мне виски! – уселся рядом с Митчеллом Терри.
– Как тебе вчерашняя заварушка с мудаками из Уайлдвудс? – повеселел Бобби.
– Когда? Днем? – придвинув пепельницу поближе к себе.
– Ага-а, здорово они огребли.
– Днем меня не было в клубе, а так, если эти придурки получили, то так оно и надо! Слушай, Боб, хоть я и проспект какой-то, все же хочу поделиться.
– В чем дело?
– Берн… Бернандо воду мутит на стороне.
– Что именно? Переметнулся к членососам из “Черепов”?
– Да хрен его знает, я все же пытался его разговорить… в итоге, ничем не поделился, только позвал. Пока я с ним на тачке катался, он по мобиле базарил. Какую-то империю хотел построить на чем-то. Он договорил, поехали мы с ним в бар… он на улицу вышел, а мне велел ждать внутри.
– А ты понял, о чем именно там шла речь?
– Вообще не понятно, я тут вчера с Чейзом встретился… ну, тот самый черныш.
– Знаю этого ниггера, он постоянный клиент нашего товара, хех.
– Он поделился кое чем… в тот день, когда они устраивали бои на блоке, Бернандо к ним наведался, да стал предлагать наши темки по двойной цене, мол, ты запретил за меньшую цену толкать. – осушил рокс с алкоголем. – Потом Клэй подъехал… я понял, что он свою жилку таращит… ну, дал ему оплеуху и все в принципе…
– Черт… да и этот Клэй мне не нравится… какой-то засранец напыщенный! Не могли из материнского чаптера кого попроще заслать!? Что же насчет Бернандо… будто он хочет испортить наши общие дела со “Стретчами”. Надо бы пристальнее за ним наблюдать… займешься этим?
– Конечно-конечно, но про вчерашнее ты узнал не от меня…
– Базар, Терри! Давай-ка прокатимся до соседнего села, м?
– Даже знаю куда именно… я готов!
– Хорошо вам повеселиться, парни, ха! – попрощался Дуайт.
Терри и Бобби доехали до бара вражеского клуба. Забравшись на парковку, парни выхватили карманные ножи-бабочки, повалили все байки и порезали колеса.
– Ха, Бобби, ты только посмотри на каком мусоре они ездят! – открыл бензобак и принялся мочиться в него. – А это что?! Коляска для инвалидов что-ли?!
– Эти мудаки только на том дерьме и могут ездить, сейчас мы им косметический ремонт оформим! – смеялся Митчелл, разбивая фары мотоциклов.
– Косметический? Что насчет капитального?
– Ну прямо так жестко не надо! Инвалиды без колясок передвигаться не смогут, ха-ха!
– На такси будут ездить! Недостойны они ездить на двухколесных американских жеребцах! Валим из этой помойки!
Картинка вновь сменилась и теперь Юстас наблюдал за Бобби Митчеллом, который разбирал какие-то датчики и электрические провода в старом разломанном банкомате. То и дело периодически выпуская дым, денежная машина не хотела подчиняться хозяину. На пороге хижины появилась Минерва Сфорза.
– Эй, ты кто нахрен? – уставился на непрошенную в загадочной мантии гостью Бобби. – Стоп-стоп, ты Минерва, верно?
– Приветствую тебя, углеродная форма жизни, которая тщетно пытается постичь Истину и главную суть той данности, которая тебе была дана при рождении! – собрала пальцы в пирамиду.
– Значит это точно ты… Юстас говорил, что ты можешь помочь. Причем не только мне, но и всем остальным, ага? – отбросив все попытки разобраться с непослушной техникой.
– Неплохое у тебя местечко, довольно уютно и … банально для такой простейшей формы жизни в углеродном формате и Третьей Парадигме существования.
– Это штаб-квартира просвещенных… храм тайных знаний! – гордо окрестил деревянную халупу, напичканную хламом. – Так что попрошу без оскорблений… так ты поможешь постичь тайное?
– Юстас отлично себя проявил, выйдя на связь с той, которая имеет связь и синергию с миром до и после написания священного трактата Эпсилон. Он проявил свою инициативу и желание возвыситься, покинув эту злачную и навязчивую Парадигму.
– Кстати… насчет трактата… его расшифровка оказалась очень сложной, посмотри, что здесь написано. – бросился к рабочему столу и схватил несколько бумаг, после чего протянул их Минерве.
– Великий Крафф ищет тех, кто понимает всю сущность человечества, если вы не способны на решение такой простейшей кодировки, то это может говорить о том, что вы и являетесь скрытым адептом, лишь пытаясь казаться Просвещенным! – намеренно отмахнулась от листов и отрицательно покачала головой.
– Нет-нет, ты о чем… ты же доверяешь Юстасу, значит можешь довериться и мне!
– Я доверяю лишь создателю – Краффу, ведь именно ему я обязана служить и подчиняться… На сегодняшнее столетие – именно я являюсь Мессией этого мира!
– Часть я разобрал… – бегая глазами по абзацам текста. – Тут написано про священные догматы, а вот с другой частью… непонятки появились… вот-вот… здесь! Тут история создания мира!
– Именно так и есть! – высоко задрав голову и хмыкнув, согласилась Минерва. – Теория Большого Взрыва, наличие Богов, все это лишь приведет к неминуемой гибели всех тех, кто недостаточно просвещен и даже не знает о существовании нашего культа!
– Вот оказывается в чем дело… каков наш следующий шаг?
– Мы обязаны заработать налич… нет… ты обязан заработать уважение для высших создателей программы Эпсилон. Я могу свести тебя с Крисом Формажем!
– С самим Крисом Формажем? Быть не может… что нужно сделать?
– Но для этого ты должен освободить от тяготы жизни одного из фанатиков нового движения, которое идет наперекор истинной программе Эпсилон.
– Как мне это сделать? Мне следует перестать заниматься исследованиями мистического характера? Как без этого?! Тут везде творится куча всякого паранормального дерьма!