Держись правой стороны

– Если тебя оторвёт от борта и унесёт в космос… – начала она.

– … То ничего ты не сделаешь, так как не найдёшь мой остывший труп. Я отвечаю за работы, и я не знаю, что у Новака происходит. Я вызову тебя, как доеду до него.

– Хорошо, – после паузы ответила Глорис. Её тон тем не менее не сулил ничего хорошего.

Кран стоял на своём месте, и с виду всё было хорошо. Даниэл попытался затормозить, не доезжая до крана вплотную. Ему удалось, но собраться перед рывком тела вперёд по инерции не успел. Страховочный кабель отработал на славу, и громко звякнув шлемом об борт, Даниэл сумел схватиться за поручни по бокам от монорельса. В следующий миг, отстегнувшись от крюка, и забыв о страховке, он, перехватываясь руками, ракетой взвил по ножке крана вверх, к центральному экрану.

Первое, что он увидел, это два огромных глаза с длинным хоботом на месте пилота крана. От неожиданности он не сразу понял, что это надетый на голову Яна аварийный шлем с замкнутой системой подачи воздуха:

– Ян, чёрт побери, что у тебя происходит?!

Но тот не слышал и, похоже, не видел его.

Даниэл прижался шлемом к экрану крана и повторил. Уж это Ян должен был услышать через вибрацию.

Тот энергично затряс головой, маша руками, указывая куда-то влево на стену. Даниэлу вибрацией передавался лишь едва различимый звук голоса. Всё остальное заглушали приборы крана и сама Станция. Закрывшись рукой от нарастающего солнца, Даниэл попытался заглянуть внутрь крана на настенные панели. Разглядеть команды и цифры было невозможно в любом случае, но увидев красные аварийные сигналы в определённых зонах, он понял: «Пожар!». В следующий момент он увидел в руке Новака бортовой огнетушитель. Он энергично стучал пальцем по боку огнетушителя, показывая, что он уже пустой.

– Понял тебя. Вызываю капитана Глорис Андерсон! Срочно!

– Докладывайте! – Глорис явно ждала у передатчика.

– В кране пожар, внутренний. Связи с Новаком нет, но он жив, находится в аварийном скафандре. Судя по датчикам, горит основание крана, преграждая дорогу инженеру к выходу. Внутренние огнетушители использованы, но пожар продолжается. Перемещаюсь к внешнему огнетушителю, приступаю к тушению!

– Действуй, Даниэл! Я вызываю помощь, – взволнованный голос Глорис моментально отключился с характерным звуком, что означало её переключение на станционную связь.

Даниэл одобряюще махнул рукой Яну, и, отпихивая в сторону мешающийся страховочный карабин, перелетел на нижний сегмент крана, где располагался короб с большим огнетушителем, предназначенным для подключения во внутренние системы крана снаружи. Вытащив длинный баллон с коротким раструбом на конце, Даниэл второй рукой, на несколько секунд зависнув в пространстве без страховки, вырвал защитный клапан на месте подключения огнетушителя в ножку крана. Затем, размахнувшись, как при забросе удочки, воткнул баллон во входное сопло противопожарной системы. Проверив фиксацию, он дёрнул рычаг огнетушителя.

Но ничего не произошло. Он бросил взгляд на бок огнетушителя, где увидел надпись на миниэкране «давления нет». «Великолепно! Он пуст!» – подумал разъярённый Даниэл. – «Просто великолепно!»

Нужно было что-то делать. Пока придёт помощь, Ян или сгорит, когда огонь дойдёт до него, или задохнётся, так как запас кислорода не вечен.

Лихорадочно ища выход, Даниэл вспомнил, что через несколько сот метров, на территории Сегмента Южноамериканского Согласия есть такой же кран с таким же огнетушителем. Больше ни капли не сомневаясь, он решительно подключил страховочный карабин к нужному рельсу скоростного движения, и умчался от крана. Ему надо всего лишь доехать до перемычки Сегментов, вовремя переключиться на другой рельс, проехать по ней, и повторить действие уже на территории другого государства.

Всё получилось, как по учебнику. Он потерял на дорогу меньше пяти минут. Возле чужого крана местные южноамериканские астронавты проводили какие-то работы. Даниэл молнией промчался мимо них, по пути отстегнувшись от рельса на скорости, и уже в свободном полёте пролетел остаток пути до заветного щитка с огнетушителем, врезавшись в него на солидной скорости. Скафандр выдержал, и вот уже Даниэл, не теряя ни секунды, промчался мимо ошалевших коллег по рельсу скоростного движения в обратном направлении, увлекая за собой полный до отказа огромный цилиндр огнетушителя.

Он успел практически в последний момент. Кабина крана уже была вся в дыму, откуда едва виднелась мечущаяся тень Новака. Вырвав пустой огнетушитель из гнезда подачи, отправив его в межпланетный полёт, Даниэл вставил привезённый полный. И через вибрацию скафандра понял, что внутрь ножки крана пошёл хладон. Новаку газ никак не угрожал, тот был в скафандре. А вот пожару пришёл конец. Дождавшись окончания процесса, Даниэл поплыл к кабине крана. Прижавшись к нему всем телом, он пытался что-либо разглядеть в дыму. Не увидев Новака, он постучал по экрану металлическими фалангами пальцев скафандра несколько раз. Ян моментально откликнулся, внезапно проявившись из тумана. Он задрал правую руку вверх, подняв большой палец. И только теперь Даниэл облегчённо вздохнул.

– Будь осторожен при спуске! Поручни могли раскалиться так, что тебе повредит скафандр, – крикнул он, прижавшись шлемом к экрану. – Лучше пролети вниз, ничего не касаясь!

Видя, что Ян закивал, он отлип от экрана. Махнув рукой, показывая, что можно начинать спускаться, он сам стал снижаться к основанию крана, к иллюминаторам соединительной камеры, ведущей в Станцию. Прижавшись к иллюминатору, Даниэл терпеливо ждал появления Яна. Тот вполз в камеру спустя три минуты, помятый и весь в копоти, но целый. Ян снял шлем, оглянулся на иллюминатор с прижавшимся к нему Даниэлом и улыбнулся. Даниэл сердито ткнул пальцем в настенный коммутатор. Тот понял.

– Иванов, помощь прибудет через три минуты, они уже в нужном секторе, – раздался голос Глорис. – Что с Новаком?

– Я думаю, он сейчас сам тебе скажет – Даниэл смотрел, как Новак разговаривает по коммутатору. На экране он разглядел лицо капитана. Они что-то бурно обсуждали, судя по мимике Глорис и размахиванию руками Яна. Минуту с интересом понаблюдав эту картину, Даниэл вспомнил, что запасы кислорода в скафандре не безграничны, а он уже как полчаса должен был быть на борту.

Вернувшись к шлюзу, он ввалился внутрь. Только сейчас он понял, как сильно устал. Но выбравшись из скафандра, он сразу направился в капитанскую кают-компанию. Его всё равно вызовут, поэтому не стоило терять времени.

Как по сигналу, сработал сигнал «смотрителя». Голос Марочко сообщил:

– Даниэл Иванов, срочно явиться в кают-компанию капитана.

– Уже иду, – коротко бросил Даниэл, и отключил связь.

У входа в отсек он обнаружил довольно многочисленную толпу людей. Среди обычных инженеров он заметил весь руководящий состав Сегмента, телевизионщиков в характерной яркой спецодежде и невостребованных спасателей. На Даниэла никто не обратил внимания, шла подготовка к экстренному телевизионному эфиру. Обычная картина на Станции. В другом случае он бы поспешил скрыться, но сейчас требовалось дать отчёт капитану. Он аккуратно протиснулся внутрь помещения, глазами нашёл Глорис, беседовавшей с Иваном.

– Даниэл, подойди – заметила его Глорис.

Он подчинился. Глорис отвела их в сторону, что бы никто не слышал беседу. Иван, осмотрев Даниэла, с лёгким оттенком брезгливости сообщил:

– Ты мог принять душ, прежде чем идти к капитану? Ты весь мокрый.

– Когда ты меня вызывал, ты учитывал это? – вопросом на вопрос ответил Даниэл. Глорис прервала начинающийся скандал:

– Расскажи вкратце, что произошло. Новак свою часть уже изложил.

– Я бы тоже послушал, что он сообщил. Мне известно только то, что у него был пожар.

– Некачественная проводка силовой установки крана. Перегрев и воспламенение. Новака частично спас второй люк и твоя помощь. Специалисты чрезвычайной службы не успели бы, – пояснила Глорис.

– А теперь докладывай, что делал ты – вмешался Иван.

Даниэл быстро рассказал о своих действиях. Капитан и первый помощник одобрительно кивали. «Сейчас я вас огорчу», – подумал он. О чём вслух же и сообщил:

– Но есть нюанс.

– Та-ак, – изменившимся голосом произнесла Глорис. – В чём?

– Стационарный внешний огнетушитель оказался пуст, – Иван сразу достал свой планшет и принялся писать. – И я слетал за другим.

– Куда? У нас только один исправный кран – Глорис уже догадывалась.

– К соседнему. В Южноамериканский Сегмент. И меня видели.

Глорис взмахнула руками и отвернулась, схватившись за голову. Иван, оглядываясь на толпу телевизионщиков, злобно прошипел, наклонившись к Даниэлу:

– Ты что, с ума сошёл?! Ты что наделал?!

– Какие у меня были варианты?

Пока они разговаривали, Глорис ходила поодаль, что-то набирая в личный планшет. Они негромко переругивались, но постепенно обстановка накаливалась. Когда она освободилась и вернулась к ним, в беседе уже бушевали страсти:

– Ты мог слетать в Североамериканский! О чём ты думал? – Глорис попыталась остановить Ивана, взяв за руку. Но его несло – Это же международный конфликт! Ты хоть понимаешь, какие у нас отношения с их блоком?

– Я бы не успел! Он в три раза дальше.

– Не говори глупостей, между Новаком и пожаром был герметичный люк. Он мог продержаться до прихода спасателей.

– Не продержался бы, – возразил Даниэл. – Люк заклинило от температуры, он пропускал воздух. Я видел это через экран на системных мониторах. Я успел в последние минуты, в кабине всё было в дыму, а кислорода в аварийном скафандре немного. Новак бы умер.

– Ты рискнул отношениями наших стран ради одного человека!

– Иван – предупредила Глорис, заметив, что на них оглядываются.

Теперь понесло Даниэла:

– Слушай, ты, бюрократ! Это наш коллега, и твой подчинённый, между прочим! Я взял бы этот огнетушитель в любом случае, чтобы его спасти. А твоя задача думать не о международных отношениях, а о том, почему наш огнетушитель оказался пуст!

– Не надо из меня делать злодея! Ты подумал, прежде чем делать, что теперь из-за одного человека могут погибнуть тысячи других, если Согласию нужен повод для войны?! – парировал Иван.

– Хватит! – Глорис резко прервала всех. Повернувшись к остальным присутствующим, оглянувшихся на шум её голоса она спокойно сказала – Продолжайте, мы скоро будем готовы.

Затем она увлекла обоих в свою каюту, толкнула обоих к дивану, и повернувшись, закрыла за собой дверь.

– Остыли? – спросила она у обоих. Не дожидаясь ответа, она произнесла – Это действительно грозит большими проблемами. Да, у нас сложная международная обстановка между Европейским Союзом, Североамериканскими Штатами и Согласием. Пока вы ругались, мне сообщили, что им уже известно об инциденте. Я пригласила их представителей участвовать в этой телевизионной сессии о спасении. Я договорилась с их капитаном. Они тоже не хотят проблем, поэтому долго упрашивать не пришлось. Таким образом, мы повернём ситуацию так, как будто это было наше совместное решение: Мы попросили о помощи, они нам предоставили технику пожаротушения. Это приведёт к другим проблемам, но они уже намного меньше по значению. Иван, иди готовься к выступлению, ты выступаешь третьим представителем от Сегмента после меня и Франка.

– Франка Майера? Он же третий по статусу, я первый помощник! – возмутился Иван.

– Полимат, Иван! Германия выступила неделю назад с важной инициативой по восстановлению отношений с Южноамериканским Согласием. Он будет стоять вторым, и точка. Иди.

Марочко секунду размышлял, борясь с желанием оспорить, но всё же встал, и вышел из каюты, ни на кого не смотря.

Даниэл с лёгким чувством восхищения посмотрел на Глорис. Она это заметила:

– А ты что улыбаешься? Ты не инженер, а генератор чрезвычайных ситуаций.

– Я просто знаю, что у меня отличный капитан, который всё выправит на положительный результат, – просто ответил он.

– Льстец. К тому же неумелый, – хоть капитан и не подала виду, но Даниэл видел, что она польщена. Не дав ей опомниться, он спросил:

– Я, надеюсь, присутствовать на эшафоте видеовидения не обязан?

– Извини, исходя из ситуации, тебя в этой схеме спасения не было. Ты закончил свою работу с африканцем и вернулся на Станцию.

– Эх, грамоту не получу, – деланно огорчился Даниэл.

– Это точно. Я дам команду на сегодня твой рабочий день завершить. Иди отдыхай, пока мой диван не пропах твоим потом. Ваши скафандры хоть моют?

– Автоматически после каждого выхода. Так что кроме моего запаха тут не будет ничьих других, – многозначительно произнёс он, подняв одну бровь.

– Всё, исчезни.

Даниэл профессионально обошёл всех присутствующих, смешавшись с монтёрами, и покинул помещение практически незамеченным.

Но миновав коридоры офицерских палат, на выходе он столкнулся с Яном и Оливером.

– Даниэл, стой! – схватил его за руку Новак. Он не удержался и обнял Даниэла.

– Ну ты зря, Ян. Я так и не успел принять душ, – но Новак не отпускал его.

– Неважно. Спасибо тебе. – сказал Новак, едва не раздавив его в объятиях.

Даниэл заметил в их руках штрафные планшеты:

– А это что? Объяснительные пишите?

– Да, Марочко заставил. Ты прости, я написал всё. Полимат, – Новак откровенно расстроился и пытался оправдаться, но Даниэл остановил его.

– Я понимаю, не извиняйся. И ты должен знать – У меня при твоём спасении были абсолютно корыстные мотивы. Я не смог бы жить без твоих клёцок.

– Теперь для тебя я буду всегда делать эксклюзивный заказ каждую неделю. По пятницам, запомни! – заверил Новак.

Они посмеялись и расстались. Даже Оливер, уходя, хлопнул Даниэла по плечу, расчувствовавшись.

Даниэл на секунду задержался, смотря им вслед. Затем вздохнул, и, уловив неприятный запах от себя, вспомнил о своей цели. Следующим делом после душа он намеревался пообедать и пойти немного поспать. «Смотритель» молчал, что означало его свободу на остаток дня.

«Не буду тратить его на раздумья в коридорах», – подумал он и помчался в душевую.

Вечером, отдохнувший, переодевшийся и потому спокойный Даниэл сидел в столовой, неторопливо поедая десерт. На экране шли новости, где мелькали знакомые лица капитана и её первого помощника. Ведущий новостей браво сообщал о героическом спасении сотрудника Станции.

– Смотришь с грустью и печалью? – Возник ниоткуда Раилов.

– Опять ты, – констатировал Даниэл, и не отвечая, с наслаждением вгрызся в кекс. Олег с интересом смотрел на его реакцию. К приветствиям Даниэла, а точнее к их отсутствию уже все давно привыкли. Его интересовало другое, о чём он незамедлительно и поведал:

– Хм, ты даже рад. Почему ты так не любишь выделяться?

– Может быть потому, что это меня и выделяет? – пошутил Даниэл.

Олег присел напротив в кресло. Посмотрев на экран, на выступающего в тот момент Франка Майера, он задумчиво произнёс:

– А вот я бы расстроился.

– Я больше расстраиваюсь тому, что ты не даёшь мне своими грустными размышлениями доесть этот великолепный кекс. Давай сменим тему: Как там твой камень – летит?

– Ты про астероид? – оживился Олег. – Летит. Слушай, это какой-то странный объект.

– Что я наделал… – закатил глаза Даниэл, но Олега уже было не остановить. Он с жаром принялся рассказывать:

– Пришли новые данные от исследователей Центра наблюдения космических объектов. Это необычный камень, как ты выражаешься. Применялись все известные методы, начиная от фотометрического, изучали движение. Вроде булыжник булыжником, но, когда он пролетел мимо Марса, учёные не заметили никакого изменения орбиты, скорости вращения и прочих параметров, что происходит с любым объектом, попадающим в мощное гравитационное поле. Он даже не изменил скорость! Ты понимаешь?

– Он ведёт себя, как объект, корректирующий своё движение, – не дав Олегу радостно подтвердить, Даниэл закончил – или как очень скоростное тело. С какой скоростью он летит?

– Мне этого не сообщили. Сказали, я и так задаю слишком много вопросов. Надеюсь, ты не прав. Ты же не астроном и не баллистик.

– Мы оба не астрономы, не баллистики и даже не астрофизики. Я не знаю, может он супертяжёлый, или вращается так, что это совпало с воздействием гравитационных полей. К тому же, будь это что-то иное, оно бы уже давно начало тормозить, если оно не хочет пролететь мимо Земли с такой же невозмутимой скоростью, как ранее миновало Марс.

– Ну почему ты всё портишь, Дан? – произнёс Олег огорчённо. – Не даёшь помечтать.

– Извини, просто я реалист. В любом случае, ты увидишь эту космическую скалу в достаточно близком расстоянии. Я устал, Олег, пойду в каюту. – Даниэл встал с кресла, и махнув гидропонику рукой, пошёл к выходу.

– А как же обязательное посещение кают-компании? – крикнул вслед Олег.

– Плевать, у меня отгул сегодня.

Даниэл закрыл за собой дверь каюты, и рухнул на кровать. Он соврал Олегу, что устал. Ему не хотелось сегодня опять присутствовать в общем помещении и рассказывать, как он героически украл баллон огнетушителя у вражеского Сегмента. А весть о его геройствах уже давно разлетелась по всему Сектору.

Внезапно запищал вызов на мониторе компьютера. Даниэл радостно вскочил, и нажал кнопку ответа, ожидая увидеть своего шахматного друга Алфи.

Но вместо невозмутимого смуглого лица африканца на экране появилось широкое лицо жителя явно тихоокеанского региона: Даниэл готов был поклясться, что предки незнакомого гостя из народности маори.

Первые же слова гостя развеяли все сомнения:

– Киа роа, господин Иванов, – изрёк новозеландское приветствие гость. – У вас есть несколько минут?

– Смотря на что, – осторожно ответил Даниэл.

– Я представитель АвстралоОкеании Этан Тейлор, – представился гость. – Сегодня весь наш Сегмент был поражён вашей храбростью, и готовностью рискнуть всем ради своего коллеги. Мы это уважаем.

– Я не участвовал в спасении, – всё это становилось очень подозрительным, и Даниэл предпочёл осторожность. – Всё сделала спасательная команда двух государств.

Этан снисходительно улыбнулся:

– Мы знаем и официальную версию, и настоящую. И потом, сверить записи всех наших внешних космических камер не составляло труда. Вы летели по аварийному монорельсу, как болид «Формулы 1». Очень захватывающее зрелище, надо признать.

– Спасибо, – перестал скрываться Даниэл. И сразу же спросил – И что вы хотите? Вы же не просто так позвонили в другой Сегмент, чтобы похвалить меня. У вас имеется допуск к межсегментным контактам по инсайднету?

– Конечно, всё законно. И я действую в рамках полимата. Я много могу, и даже чуть больше, чем обычные граждане. Я имею право нанимать работников других Сегментов на определённые работы. Например, я бы хотел предложить работу вам. Нам очень понравилось, как вы действуете в критической ситуации. Нашим сотрудникам есть, чему поучиться.

– И что я должен делать?

У Этана на экране появился планшет, с которого он стал читать уже деловым тоном:

– В ваши обязанности будет входить обучение наших сотрудников методам техник и контроля всех систем жизнеобеспечения Станции, но в особенности важных структур энергоснабжения, воздушных фильтров, средств видеосвязи Станции и сателлитов. Обучение будет проходить в определённые часы нерабочего времени, два раза в неделю.

– Интересно, – соврал Даниэл. – Обучение, понятное дело, по инсайднету?

– Конечно, строго в соответствии с полиматом. Вы установите на своём рабочем голодеске программу для связи, и будете создавать мероприятия в указанное время. Она написана специально для вашей системы. Программа находится на общестанционном ресурсе, она проверена вашей службой безопасности, так что всё легально. Ну как вы согласны?

– Вы ничего не сказали об окладе, – напомнил Даниэл. Он уже понял, кто перед ним, и просто играл роль дальше.

– Не могу предложить больше установленных норм, – предупредил Этан. – Только половину расчётной нормы.

– Хм, неплохо. Я хочу подумать.

– Отлично! – Этан дружески улыбнулся в экран. – Тогда завтра жду от вас решения. Хорошей ночи!

– И вам, – Даниэл выдавил из себя подобие улыбки.

Этан отключился.

– Завтра я пойду в отдел к этим компьютерным червям, и устрою взбучку, – сообщил в пустоту Даниэл. – Вербовка с целью шпионажа, и ни один из их сенсоров не сработал.

Он встал с кресла, намереваясь всё-таки лечь спать. Делать ничего не хотелось.

Но не успел он раздеться, как снова прозвенел звонок.

На этот раз это был Алфи.

– Партейку? – вместо приветствия заявил он.

В этот вечер Даниэл лёг спать поздно.

Утром, завтракая в столовой, он ощутил какую-то нервозность коллег. Прислушавшись, он снова услышал разговоры про астероид. Поморщившись, он продолжил трапезу, больше не отвлекаясь ни на что.

После завтрака он сразу направился в другой конец Сегмента, намереваясь посетить отдел информационного обеспечения. Несмотря на время утреннего совместного посещения главной кают-компании, он точно знал, что в отделе будет как минимум один человек.

Возле двери отдела повелителей инсайднета столпилась кучка роботов доставщиков, как совсем недавно возле его кабинета. Даниэл, заглянувший за дверь, заметил только одного человека, истинного нёрда и гика, начальника отдела Кепу Субисаррету, представителя басков от Испании. Отреагировав на открытую дверь, роботы радостно помчались вглубь помещения, едва не сшибая с ног Даниэла.

– Кепа, ты в курсе что у тебя тут маленькое столпотворение?

– Привет, Дан. По этому вопросу тебе нужно обратиться к моим коллегам, которые сейчас где-то в глубинах Станции сплетничают об астероидах в кают-компании. Какими ветрами тебя ко мне занесло, и почему ты не со всеми? – Кепа привстал, чтобы пожать руку. Затем рухнул в кресло снова, махнув рукой на свободное. Даниэл не заставил просить дважды и погрузился в кресло, выпрямив уставшие ноги. Затем сказал:

– Меня несло ветрами свободы, гуляющей по коридорам Станции. Я знал, что здесь будешь только ты, без своих тупоумных подчинённых с одной извилиной на всех. У меня к тебе одна просьба.

– Показать летящий к нам астероид?

– Нет, – со вздохом закатил глаза Даниэл. – Меня интересует, почему твои подопытные, которых ты почему-то называешь коллегами, не контролируют доверенную им зону ответственности.

– Это как так? – Удивлённо поднял брови Кепа.

– Вчера вечером, мне позвонил агент службы разведки АвстралоОкеании – не стал тянуть Даниэл. – Ну или кто он там, я не знаю. По крайней мере, представился он рекрутером. Сказал, что я им интересен, буду обучать его коллег своему делу.

– Это ты про Этана? Я видел входящий звонок. Всё нормально, он имеет права присутствовать в инсайднете, как и все, с кем ты общаешься. И искать кандидатов для работы тоже – я видел его инфокарту.

– Он агент, я это однозначно тебе говорю. Из новеньких, зелёных и не обстрелянных.

– Он показал тебе корочку агента спецслужб и пообещал именной пистолет? – сострил Кепа. – Я не понимаю, с чего ты так решил?