Писательская академия "Созвездие"

Глава 4. Умный смиряется, глупый надувается

Они вошли в просторную светлую аудиторию. Стелла с удивлением обнаружила, что вместо привычных парт или столов со стульями стоят конторки, оборудованные экранами для связи с преподавателем. Студенты проходили и занимали места. Вместо привычной кафедры для преподавателя — конторка, но более длинная. На ней удобно разместился монитор компьютера и высокие стопки книг.

— Мы будем слушать лекцию стоя? Кошмар…— прошептала возмущённо Стелла.

Лео улыбнулся и тихо сказал:

— Не всегда. В других аудиториях есть высокие удобные стулья. А ты разве не знала, что многие классики творили шедевры стоя?

— Не-е-ет… А кто? — заинтересовалась Стелла.

— Я тоже этим интересовался. Брат помог, рассказал, что Гоголь, Жуковский, Пушкин, Белинский и другие их современники писали за конторками.

— Фу-у-у, кто придумал такое! Писать стоя, — скривилась Стелла.

— Эх! Ты, оказывается, вообще ничего не знаешь! За что тебе сертификат только дали? — Лео закатил глаза, вспоминая новые фамилии. — Эрнест Хемингуэй писал стоя, Вирджиния Вулф, «Алису в стране чудес» Льюис Кэрролл написал стоя. А Чарльз Диккенс?

— Я поняла, тоже стоя писал книги. Да уж… Здорово ты подготовился, просто сейф со знаниями, — Стелла недоверчиво посмотрела на Лео. — Нет, это не для меня. Я люблю посидеть, подумать, стоя не очень-то поразмыслишь!

— Ха-ха! — усмехнулся Лео. — Думою не своротить камня с пути! Знаешь такую пословицу? Брат её часто говорит, когда я задумаюсь. Меньше думай! Работать стоя очень полезно, сама убедишься в этом.

— Интересно, кто изобрёл это? Кто на такие муки обрёк меня… — грустно протянула Стелла.

— Слушай, Стелка, ты не расстраивайся. Мне брат рассказал про них давно. Конторка появилась благодаря Петру Первому. Конторку сделали в Лондоне по его чертежам в 1717 году. И указ об учреждении Академии наук он на ней и подписал! Представляешь? И над планом Кронштадта работал Пётр стоя! Он многое изменил в России! Великий новатор!

— Повезло тебе с братом! А у меня кроме мамы никого. Мы с ней как сёстры, но она мало времени проводит со мной. Много работы, я почти всегда одна… — На глазах Стеллы проступили слёзы. — Ладно, посмотрим. Спорить пока не стану.

Стелла встала за конторку. Перед ней лежала папка с чистыми листами бумаги и набор ручек. В выдвижном ящичке пока было пусто и она аккуратно сложила туда бумагу и ручки.

— Надевай наушники, сейчас лекция начнётся, — прошептал Лео.

— Зачем наушники… ерунда какая-то! — снова возмутилась Стелла.

— А это чтобы студенты во время лекции не болтали, а слушали преподавателя, — улыбнулся Лео, поднося наушники к ушам, но Стелла вновь задала вопрос:

— Ручки… бумага… прошлый век. Экран…, а экран на конторке для чего?

— Это ты прошлый век! Чтобы писать конспект, тогда лучше запомнишь материал. Умнее станешь! А экран для связи с преподавателем. Ответы будешь записывать, отвечая на вопросы преподавателей.

— Откуда ты всё знаешь? Брат рассказал? — снова удивилась Стелла.

— Да, рассказал, он меня капитально готовил к обучению, чтобы я не выглядел глупцом, как сейчас выглядишь ты, — Лео улыбнулся. — Обиделась, что ли? Умный смиряется, глупый надувается… Ну, улыбнись, Стелка.

— Я не успела обидеться, Лео. Просто завидую тебе…

Хотя было видно, что Стелла чувствует себя неловко. Ей не понравилось хвастовство Лео. «Подумаешь, умник, брат ему всё рассказал! Как будто сам здесь учился… Пословицами отстреливается, вооружился! Я и сама узнала бы обо всём!»

—Да, ещё забыл тебе сказать! Не удивляйся, здесь все преподаватели работают под псевдонимами…

— Уж об этом я знаю! В учительской на стенде видела их псевдонимы.

В эту минуту в аудиторию неспешно вошёл солидный мужчина в строгом чёрном костюме. Он прошёлся по аудитории, внимательно посмотрел на каждого слушателя, словно пытаясь запечатлеть в памяти.

Глава 5. Кто больше знает, тому и книги в руки

— Разомнёмся, уважаемые слушатели Писательской академии «Созвездие». Преподаватель Аппиус задержится на несколько минут. Я профессор, изучаю грамматику русского языка. Мой псевдоним — Грамматиус. Можно звать меня просто профессор Грамматиус. Будем заниматься языкознанием. Языкознание широко связано с разными науками… А грамматика — это раздел языкознания. Она изучает грамматический строй языка, закономерности построения правильных речевых оборотов, словоформ, синтагм, предложений, текстов и так далее.

Профессор увлечённо, но монотонно, словно автомат, читающий текст, рассказывал о значении предмета, о функции слов:

— Например, вы слышите слово, обозначающее предмет, и каждый представит свой образ этого предмета. Называя, например, окном предметы разного размера, формы, назначения, мы отвлекаемся от особенностей конкретных предметов и говорим об их основных чертах, отражающих существенные признаки. Это застеклённая рама, закрывающая отверстие в стене. Именно эти рамы позволяют отличать одно окно от другого. Или слово «яблоко». Представьте его. И я уверен, что ваше яблоко отличается от яблока коллеги цветом, вкусом, размером. Хотя это всего-навсего яблоко!

Профессор задумался, посмотрел на часы и сказал странную фразу:

— Моё время на исходе. Ваши вопросы, уважаемые слушатели.

По аудитории пробежал шёпот. Слушатели переглядывались, пожимая плечами. Вдруг со стороны окна раздался голос Виктора:

— Профессор, говорят, в академии повсюду можно встретить роботов. И их трудно отличить от человека. Например, в вестибюле…

— Да, это правда. Ректор академии увлекается робототехникой. Он сотрудничает с компанией АО "Заслон". Роботов можно встретить не только в вестибюле. Продолжим работу, уважаемые слушатели академии. Хочу ещё вам сказать…

— Профессор, извините, говорят, однажды роботы в стенах академии взбунтовались. В коридорах было страшное побоище. Ректор не боится…

— Нет, не боится. С каждым днём наши роботы становятся умнее, функциональнее. Если вы читали фантастику, то должны знать: о роботах люди мечтали с древних времён. Основное предназначение наших машин — улучшить условия труда для работников и преподавателей академии. А ваша задача — получить знания! Отставить вопросы! Мы отклонились от темы лекции, продолжим!

— Профессор, а расскажите…

— А расскажите лучше вы мне! Напишите, какие бывают роботы?

Стелла поняла хитрость профессора Грамматиуса: по какой-то причине ему не хотелось вести беседу о роботах. Стелла вспомнила домашнего робота-пылесоса. Мама с ним общалась, как с живым, дала ему имя «Клава» в честь молодой певицы, которую очень любила слушать. Но особенно ей нравилось смотреть, как Клава тщательно, по-хозяйски выполняла работу, иногда комментируя действия. И мама ей отвечала. Было смешно наблюдать за их общением со стороны.

И сейчас Стелла готова была заплакать, вспомнив приятные моменты. Но тут же, стряхнув воспоминания, не задумываясь, напечатала слова: «добрый, любимый, друг».

На интерактивной доске одно за другим стали появляться слова: новый, железный, маленький, домашний, первый, независимый, тяжёлый, лёгкий, огромный, человекоподобный, боевой, вражеский медицинский, универсальный, промышленный, запрограммированный, многофункциональный, крошечный, сельскохозяйственный, древний, механический, металлический, строительный, летающий, полицейский, высокий, человекообразный…

Профессор Грамматиус, неуклюже поворачиваясь то к экрану, то к аудитории, неестественно шевелил губами, как будто заучивал текст. Наблюдая за профессором, Стелла вдруг поняла, что перед ними не настоящий человек, а…

В это времяв аудиторию стремительно вошёл красивый юноша. На нём была форма как и у слушателей академии, но отличалась цветом: костюм кобальтовогоцвета с серебряными пуговицами отлично сидел на нём.

— Спасибо, профессор Грамматиус, что выручили меня.

Профессор поклонился и не спеша покинул аудиторию.

В наушниках тут же зазвучал голос:

— Здравствуйте, уважаемые слушатели Писательской академии «Созвездие». Ваша группа впервые на моих лекциях. Меня зовут Аппиус. Аппиус — значит пчела. И я не зря выбрал этот псевдоним: да, я, как пчела, могу жалить! — он рассмеялся. И его смех помог немного расслабиться.

Стелла вздохнула, а Аппиус продолжил: — И вы в этом сами убедитесь. Надеюсь, будете внимательными слушателями. Кто больше знает, тому и книги в руки. Незнайке книга не поможет. Начинаем! Вы решили стать писателями, раз я вижу вас здесь. Итак, кто же такие писатели? Жду письменные ответы на экране.

Студенты начали спешно писать на экранах стилусами. Стелла посмотрела на Лео: он уже дал ответ и смотрел на интерактивную панель, на ней начали появляться оценки за ответ.

Стелла задумалась. «Вопрос кажется лёгким, с одной стороны, а с другой стороны, видимо, задан не просто так. Вон уже и двойки появились на доске. Лео получил высший балл, конечно. А напишу, что это… прозаик. Пишет романы».

Стелла отправила ответ и стала ждать результат. На доске против её имени появилась жирная двойка!

— Ничего себе! Почему? — воскликнула Стелла. Но никто её не услышал. В наушниках уже звучал второй вопрос:

— Коллеги, подберите синонимы к слову «писатель». Не менее пяти. На выполнение задания три минуты.

Стелла сникла. Она снова начала себя укорять за спешку:

«Зачем я приехала сюда, если ничего не могу, ничего не знаю! Синонимы… синонимы… а-а-а, это ж слова, похожие по значению. Точно! Но произносятся по-разному. Та-а-ак… например, журналист, романист, драматург, что же написать ещё? Время кончается! Таймер щелкает, не остановишь! Так, вот, пусть будет сочинитель и литератор. Да, ещё поэт! И эти определения можно назвать одним словом ─ писатель. Уф… отправляю!»

— Пятёрка! — взвизгнула Стелла и посмотрела на Лео. Он нахмурил брови и приложил палец к губам, показывая, чтобы она умерила эмоции. Стелле это не понравилось. Разве можно сдерживать эмоции? Она же имеет чувства, которыми можно поделиться.

Не успела она обидеться на Лео, как дверь аудитории открылась, и на пороге появилась… Эмилия. Она прошла мимо Стеллы и толкнула её. Стелла успела схватиться за конторку, а то упала бы.

— Эмилия, ты с ума сошла? — прошептала ей вслед Стелла.

— Подожди, ещё не то будет… — пригрозила Эмилия и надела наушники.

Глава 6. Новых друзей наживай, а старых не теряй.

Эмилия и Стелла — неразлучные подруги с песочницы. Их дружба началась ещё в детском саду и казалась незыблемой. Стелла появилась на свет чуть позже. Каких-то полгода разницы, но этот факт возвёл Эмилию в ранг старшей, подарив негласное право командовать. Когда настала пора школы, Стелла задержалась в подготовительной группе, но это не мешало им оставаться подругами. В выпускном классе их пути вновь сошлись. Эмилия, не сдав выпускные экзамены с первой попытки, осталась учиться в классе со Стеллой второй год по той же программе. Стелла, верный оруженосец, старалась поддержать подругу, но Эмилия принимала эту помощь как должное, словно Стелла была её личной служанкой. Стелла подчинялась, не в силах вырваться из плена странной покорности, причины которой боялась осознать.

Одноклассники, привыкшие к их неразлучности, не замечали, как сложно Стелле даётся эта дружба, как отчаянно она пытается вырваться из-под властного крыла Эмилии.

Эмилия росла в атмосфере достатка и вседозволенности. Каждое её желание, каждая прихоть исполнялись мгновенно. Ласковое солнце морей, умиротворяющая тишина санаториев, даже головокружительные аттракционы московского «Острова мечты»… Родители щедро осыпали её дарами мира, пытались во всём угодить капризной дочери. Эмилия гордилась путешествиями, с восторгом рассказывала о них, вызывая зависть у многих ребят, ведь никто из одноклассников не мог похвастаться посещением парка «Острова мечты» или круизом на яхте по Чёрному морю!

Стелла же не покидала пределов родного города. Лишь однажды они с мамой съездили в Сочи по путёвке на пару недель. Эта поездка ей запомнилась навсегда. Такого великолепия и буйства красок она нигде пока не видела.

Мама вечно занята работой, отец был дома редким гостем, а затем и вовсе исчез из их жизни, оставив в сердце Стеллы глубокую рану. Но она, словно неприступная крепость, скрывала эту боль от посторонних глаз.

Стелла часто погружалась в воспоминания, где витали боль и отчаяние. Отец недавно ушёл из семьи, а Стелле пришлось приводить маму в чувство почти год! Конечно, она сама была в трансе, тяжело переживала трагедию в семье. Но ей было жаль маму. Она слышала её плач по ночам, утром видела заплаканное лицо. Мама приносила вино, прятала в шкаф. А вечерами, думая, что Стелла не видит, пила его и снова плакала. Стелла незаметно выливала вино в раковину. Мама приносила новую бутылку и прятала в шкаф.

Однажды Стелла не выдержала. Она достала из шкафа бутылку вина, поставила перед мамой и твёрдо сказала: «Мама, выбирай, она или я!» В глазах мамы отразилось потрясение. Она открыла рот, но ничего не смогла сказать.

Стелла ожидала всего: трёпки, крика, унижения. Но случилось чудо. Мама, словно очнувшись от кошмара, вылила вино. В тишине раздался приглушённый шёпот: «Конечно, дочка, я выбираю тебя. Я потеряла твоего папу, не хватало ещё потерять и дочь…» Они долго сидели, обнявшись, и слёзы, горькие и обжигающие, смывали их отчаяние.

Родители в своей слепоте часто не замечают, что происходит в душе ребёнка. Дети — чуткие свидетели драмы, разворачивающейся в семье. Они видят, чувствуют, но не умеют выразить словами боль, переживая её в одиночестве, в безмолвном страдании.

Через год утром на пороге появился отец с букетом и запоздалыми извинениями, моля о прощении и возвращении. Мама захлопнула перед ним дверь, и Стелла поддержала её решение. В памяти всплыла фраза Толстого, ставшая горькой истиной: «Когда тебя предали — это всё равно, что руки сломали. Простить можно, а обнять уже никогда не получится».

Стелла встречается с отцом, пытается понять его, найти оправдание поступкам. Но простить… простить не сможет. Как и мама. Разве можно простить ложь и предательство? Ведь поступок отца нельзя назвать иначе: год мучительной лжи — он вёл двойную жизнь, скрывая существование другой семьи…

Эмилия, окутанная безмятежной отстранённостью, не купалась в сочувствии к внутренним бурям подруги. «Каждому своё», — сказала она однажды, когда Стелла, попыталась рассказать о тревогах, мучавших её. С тех пор Стелла замолчала, осталась в одиночестве с домашними неурядицами.

На выпускных экзаменах в колледже Стелла отдала все силы, чтобы помочь Эмилии. Но заветный сертификат так и не оказался в её руках. В порыве гнева избалованная Эмилия обвинила Стеллу в своей неудаче, упрекая в недостаточно хороших подсказках и отсутствии поддержки. Стелла слушала подругу и не верила, что та обвиняет её в том, чего не было.

Для одноклассников разрыв их многолетней дружбы стал громом среди ясного неба. Невозможно было поверить: как две неразлучные души смогли поссориться, ведь казалось, что они были вместе всегда!

Поэтому поведение Эмилии и для Стеллы стало неожиданным и странным, она никак не могла понять, почему Эмилия так ополчилась против неё.

«Не хватало мне ещё этого переживания! — думала она. — Ладно, может быть, всё уладится. Ведь недаром говорила мама: «Новых друзей наживай, а старых не теряй». Всё будет хорошо…»

И вот подруга Стеллы неожиданно появилась в академии. Да ещё в плохом настроении, с агрессией, с претензиями.

Глава 7. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним

Между тем Аппиус продолжал:

— Итак, коллеги, подведём итоги. Но вначале хочу предупредить: если у вас в течение недели три двойки, наказание обеспечено. Ваше имя будет занесено в журнал-кондуит. Чтобы исключить себя из него, необходимо быть примерным студентом и три месяца не получать двоек. Объясню более понятно последовательность наказаний. На второй неделе отстающий получает значок «Бумагомарака». Напишите, кто знает значение этого слова? Так-так-так...

Стелла была в панике! «Что написать? Я же впервые слышу это слово! Нигде не встречала его. Ой, что делать, что делать. Напишу так: это тот, кто зря переводит бумагу, пишет ерунду!»

Стелла взглянула на экран и увидела своё имя в списке незнаек. «Ну почему? Почему? Откуда я это могла знать!»

— Вот теперь я понял, кто внимательно читал комедию Гоголя «Ревизор». А кто не читал… Кто же не читал? Та-а-а-к, останется сегодня после занятий и будет чита-а-ать комедию классика. И выучит наизусть монолог Городничего! Семь человек! Весёлая компания проведёт время в нашем литературном карцере вместе со мной. Ловите свои имена, други мои!

Но вдруг запись исчезла и появилась новая: «Я подумал и решил, что ваше определение не точно, но является правильным. Авторы бездарных произведений, действительно, пишут ерунду! Вы правы, Эстелла!» Стелла не верила своим глазам! «Вот это да! Ура!»

Она оглянулась на Эмилию. Эмилия была в списке, и Стелла хотела по привычке поддержать подругу. Но та сверкала глазами: она была недовольна результатом и показала Стелле кулак. Стелла никак не ожидала такой реакции. Для неё это было странно и неправильно.

— Всё-всё, успокойтесь! — Аппиус сделал паузу, затем продолжил. — С третьей недели недобросовестный ученик носит значок со званием «Щелкопёр». Да-да, щелкопёрам несладко придётся.

По лицам ребят Стелла видела, что студенты смеются. Но перспектива не выглядела весёлой.

— Вижу, вам смешно! Но хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Мы ещё вернёмся к этому выражению Жана Пьера Флориана. На самом деле ничего смешного нет, посмеются те, кто не получит этого значка. Я не буду вас спрашивать, кто такой щелкопёр, скажу сразу, что этим словечком частенько пользовался Гоголь, он любил иронические определения. Можно сказать, что это люди, «щёлкающие перьями». Ха-ха-ха… как же точно я выразился! И скажу вам, уважаемые, слово возникло из простейшего словосочетания «щёлкать пером». Кто скажет, что значит — щёлкать пером?

Аппиус, не скрывая усмешки, смотрел на слушателей. Все молчали, делая вид, что думают. Стелла посмотрела на Лео. Но и он молчал, опустив голову. Стелле стало даже обидно за друга.

— Говорите, Виктор, — Аппиус обратился к единственному желающему ответить.

— Ну-у-у, я думаю, что зачем-то щелкали пером, — неуверенно произнёс Виктор, краснея.

— А вы бы зачем щелкали пером, Виктор?

— Наверное, если бы я не знал, о чём писать, сидел бы и щёлкал пером. Металлическим. Раньше такими писали. У нас есть в столе такие перья, папа каллиграфией занимается, пишет ими.

— И щёлкает… — добавил Аппиус.

Раздался взрыв хохота. И Аппиус поддержал всех заразительным смехом.

— Хорошо, неучи, слушайте, что я вам расскажу. В старину писали расщеплёнными гусиными перьями, но некоторые лентяи не умели правильно подготавливать перо и писать им. Такое перо цеплялось за бумагу, щёлкало и брызгалось чернилами.

— Да! Я вот так хотел сказать, — воскликнул Виктор.

— А вот в словаре Даля сказано так: «щелкопёр — это писец, писарь в суде, приказный, чиновник по письмоводству, пустой похвальбишка и обирала». Можете открыть словарь под редакцией Владимира Ивановича и убедиться в этом. Есть и синонимы к этому слову: графоман, бездарный литератор, рифмоплёт, сочинитель и так далее.

Стелла посмотрела на Лео. Он что-то записывал на листке бумаги, не обращая на Стеллу внимания. А Стелла окончательно расстроилась и потеряла веру в себя. Она представила, как у неё на груди будет красоваться значок, а на нём красивыми буквами с вензелями будет написано «Щелкопёр», на голове венок с перьями, и они щёлкают, щёлкают… А вокруг смеются слушатели академии. Это было так ужасно, что Стелла чуть не заплакала.

— … вы думайте, уважаемые слушатели, а я вам дам немного теории, чтобы окончательный результат задания был на балл выше. Я не буду вам рассказывать, чем занимается писатель. Это вам вполне известно. Вы, молодой человек, что скажете? Представьтесь.

— Влад Миров. Это человек, который пишет произведения, чтобы их читали. Так я думаю!

— Хорошо. А какими качествами должен обладать писатель? Можно выкрикивать. Я не против такого обмена информацией.

— Усидчивостью!

— О! Видимо, вам её не хватает. Вертитесь много.

Раздался смех. Но тут же стих.

— Правильно. Смеётся тот… Дальше сами произнесите это изречение. Можно не вслух. Шутки в сторону. Работаем.

— Наблюдательность!

— Он должен быть любопытным!

— Неужели? А любопытной Варваре на базаре нос оторвали. С этим как?

— Ну-у-у… Если писатель не будет любопытным, как же он новости узнавать будет? Или как станет добывать материал для произведений?

— Доказал. Браво!

Аппиус стремительно передвигался по аудитории, подбадривая слушателей, этим вовлекая их в работу.

— О, я понял! Трудолюбие! — выкрикнул высокий юноша, хлопая себя по лбу!

— Точно! Без него никуда. Ленивому не написать даже строки! Ленивому и лениться-то лень. Он будет стоять посреди реки и просить воды, чтобы напиться. Так что — в сторону лень. Работаем! Помогу вам продолжить список качеств, необходимых писателю! — Аппиус поднял указательный палец. — Первое: важно обладать логическим мышлением. Без него невозможно выстроить интересный сюжет. Ниточка хорошего сюжета не должна прерываться. Подробнее об этом поговорим позже. Но это важный факт. Что ещё добавите, молодой человек?

— Усердие! Усердие и труд всё перетрут. Вот.

— Хорошее качество в современном значении слова. Усердие — это старание, прилежание. А в устаревшем значении — заботливое отношение к кому-то. Например … к читателю! Согласны?

В аудитории стоял рабочий шум. Слушатели пытались как можно больше назвать качеств, присущих писателям.

— Тишина! — Аппиус похлопал, но безрезультатно, хлопков никто не слышал, в наушниках только голос преподавателя. — Тише-тише, работаем. Назовите плюсы в работе писателя. Почему многие молодые люди хотят стать писателями? Запишете одной фразой. А я выведу ваши ответы на экран.

На экране стали одно за другим появляться записи.

— Можно стать известным. Творческая работа. Нет начальников, пиши сколько хочешь. Не надо ходить на работу. Хорошо заработать.