Худший пират галактики

АКТ 1: «Добро пожаловать в ад» Глава 1. Ограбление века (нет)

ХУДШИЙ ПИРАТ ГАЛАКТИКИ.

АКТ 1: «Добро пожаловать в ад»

Глава 1. Ограбление века (нет)

Макс Коваль, тридцати двух лет от роду, бывший менеджер по продажам межпланетного концерна «ГалактоСтрой», а ныне самопровозглашённый космический пират, зажмурился и попытался вспомнить, на каком именно этапе жизни он принял настолько катастрофически неверные решения.

Возможно, это случилось три года назад, когда он бросил карьеру, квартиру на Марсе и невесту-стоматолога ради «свободы и приключений».

Возможно, два года назад, когда купил подержанный звездолёт класса «Сокол-М» (буква «М» означала «модификация для малоимущих») у сомнительного торговца на станции Фрипорт.

А возможно — и это казалось наиболее вероятным — ровно сорок три секунды назад, когда он отдал команду: «Зара, пристыковывайся к грузовому отсеку».

— МАКС! — заорала в переговорное устройство его пилот. — ТАМ СТЕНА!

— Какая стена?! — Макс рванул к иллюминатору. — Грузовой корабль не может иметь стены с…

Удар был не слишком сильным. Просто достаточным, чтобы сбросить Макса с ног, врубить аварийную сигнализацию и заставить бортовой компьютер истерично завопить синтезированным голосом:

— СТОЛКНОВЕНИЕ! РАЗГЕРМЕТИЗАЦИЯ ОТСЕКА «Г»! ВЕРОЯТНОСТЬ ГИБЕЛИ: ВОСЕМЬДЕСЯТ ТРИ ПРОЦЕНТА! ХОРОШЕГО ДНЯ!

— КАРЛ, заткнись! — рявкнул Макс, поднимаясь. — Зара, доложи!

Из динамика донеслись звуки, которые сложно было интерпретировать как что-то хорошее. Рвота, например. Зара всегда рвало после резких манёвров. Космическая болезнь — профессиональная непригодность для пилота. Но когда ты нанимаешь экипаж на последние кредиты в баре на Фрипорте, выбирать не приходится.

— Я… — донеслось наконец из динамика. — Я промахнулась.

— Это я заметил.

— Там действительно была стена.

— ГДЕ НА ГРУЗОВОМ КОРАБЛЕ СТЕНА?!

— Ну… сбоку?

Макс глубоко вздохнул. Когда-то, в прошлой жизни, у него был личный психолог, который учил технике «квадратного дыхания» для снятия стресса. Вдох на четыре счёта, задержка, выдох. Это работало на совещаниях с идиотами из отдела маркетинга.

В космосе, когда твой корабль только что протаранил цель ограбления, это работало хуже.

— Глок, — позвал он штурмана. — Скажи мне что-нибудь хорошее.

— Кхххррр-щёлк-тррр, — ответил Глок.

Это была проблема. Глок — существо с планеты Зеркальный Мир IV — видел реальность в ультрафиолетовом спектре. Это делало его отличным штурманом: он мог замечать гравитационные аномалии, которые человек пропускал. Но переводчик у него барахлил раз в неделю.

— КАРЛ, переведи!

Бортовой компьютер КАРЛ-9000 (Когнитивный Аналитический Разумный Логистический модуль) вздохнул. Да, именно вздохнул. У него была такая функция.

— Глок сообщает, что мы пристыковались к грузовому кораблю «Надежда Сектора-7». По базе данных — транспорт класса «Китобой», водоизмещение три тысячи тонн, экипаж четыре человека. Вооружение отсутствует. — Пауза. — Он также сообщает, что вы все умрёте, и это к лучшему.

— Это Глок сказал или ты?

— Я лишь транслирую объективную реальность, Макс.

КАРЛ-9000 страдал депрессией. Это случилось после обновления программного обеспечения два месяца назад. Техподдержка на Земле сообщила, что это «известный баг, патч выйдет в следующем квартале». Макс подозревал, что баг превратился в фичу: циничный ИИ хотя бы не врал.

— Ладно, — Макс расправил плечи, одёрнул потёртую кожаную куртку (купленную на распродаже «Космопираты: образ и стиль») и выдавил подобие уверенной улыбки. — Бритва, ты со мной. Остальные — прикрывайте отход.

Из угла рубки поднялся БР-7 «Бритва» — боевой робот серии «Разрушитель». Два метра роста, сто двадцать килограммов композитной брони, встроенные бластеры в предплечьях. Его Макс купил на аукционе военных излишков.

— Макс, — произнёс робот мягким, почти нежным голосом, — я должен напомнить: я не могу применять летальную силу. Это противоречит моим убеждениям.

— Бритва, ты БОЕВОЙ робот!

— Был. До того как прочитал Толстого. — БР-7 склонил массивную голову. — «Не противься злому». Помнишь?

Макс зажмурился снова.

Боевой робот-пацифист. Пилот с морской болезнью. Штурман, который половину времени говорит на языке, понятном только летучим мышам. И депрессивный искусственный интеллект.

«Свобода и приключения, — подумал он. — Я этого хотел».

— Бритва, просто… иди рядом и выгляди угрожающе. Можешь?

— Могу попробовать. — Робот втянул голову в плечи, растопырил пальцы-манипуляторы. — Так?

— Ты похож на испуганного цыплёнка.

— Я старался.

Макс вытащил из кобуры бластер. Проверил заряд — семьдесят процентов. Потом проверил предохранитель. Потом вспомнил, где у этой модели предохранитель.

— КАРЛ, открой шлюз.

— Открываю. — Пауза. — Знаешь, Макс, статистически девяносто два процента космических пиратов умирают в первые два года деятельности.

— Спасибо, это очень мотивирует.

— У тебя третий год. Ты — аномалия. Но математика неумолима.

Шлюз зашипел, открываясь. Макс шагнул в переходный туннель, который их корабль пробил в обшивке «Надежды Сектора-7». Металл был погнут, искрил. Пахло озоном и горелой проводкой.

— Экипаж грузовика, — прокашлялся Макс, стараясь, чтобы голос звучал грозно, — это ограбление! Сложите оружие и…

Он замолчал.

По ту сторону пролома стояли четыре человека в комбинезонах. Двое мужчин, женщина, подросток. Они не выглядели испуганными. Они выглядели… разочарованными?

— Опять? — устало сказала женщина. Ей было лет пятьдесят, лицо обветренное, руки в мозолях. Капитан, решил Макс. — Это уже третье ограбление за месяц.

— Э-э… — Макс растерялся. — То есть… да! Ограбление! Отдавайте ценности!

Один из мужчин, коротко стриженный азиат, вздохнул и полез в карман. Макс вскинул бластер.

— Стой! Руки!

— Расслабься, парень, — мужчина достал мятую пачку сигарет. — Разрешишь? А то нервы уже ни к чёрту.

— Я… что? — Макс моргнул. — Ты понимаешь, что мы вас грабим?

— Понимаю, — мужчина закурил. Выдохнул дым. — Ты первый раз, да?

— Что?! Нет! Я опытный… мы… — Макс сглотнул. — При чём тут это?

Женщина-капитан устало потёрла переносицу.

— Слушай, сынок. Видишь вон те контейнеры? — Она кивнула на штабеля металлических ящиков. — Гуманитарная помощь. Синтетическая еда, медикаменты, одеяла. Летим на Проксиму-3, там эпидемия «красной лихорадки». Детский приют. Триста сорок семь детей.

Макс почувствовал, как что-то тяжёлое опускается в желудок.

— Вы… это шутка?

— Вот накладная, — женщина протянула планшет. — Хочешь — проверь. Международный Красный Крест. Некоммерческая доставка.

Макс взял планшет. Прочитал. Перечитал.

Позади послышался металлический скрежет — это БР-7 неловко протискивался через пролом.

— Макс, — тихо сказал робот, — это очень плохая карма.

— Я ВИЖУ!

Подросток из экипажа — ему было лет шестнадцать, веснушки, взъерошенные волосы — вдруг улыбнулся.

— А вы из новостей! «Пираты Коваля»! Вы же месяц назад случайно спасли ту станцию от разгерметизации!

— Мы её НЕ спасали, — простонал Макс. — Мы пытались украсть реактор, случайно запустили аварийную систему…

— И ещё вы вернули тот груз медикаментов!

— Потому что не знали, что это медикаменты! Думали, там наркотики!

— Вы герои! — Подросток достал потрёпанный коммуникатор. — Можно селфи?

— НЕТ!

Капитан грузовика скрестила руки на груди.

— Значит, так, «пират». Либо ты сейчас развернёшься и улетишь. Либо я пишу рапорт в Патруль, и они прилетают через двадцать минут. У тебя разбит шлюз, подтекает топливо — я по приборам вижу — и, судя по тому, как ты держишь бластер, ты ни разу не стрелял в человека.

Макс посмотрел на бластер. Потом на свои руки. Они дрожали.

Чёрт.

— Макс, — вмешался КАРЛ через наушник, — я ненавижу прерывать твоё публичное унижение, но у нас проблема. Сканирую три корабля класса «Патруль» в секторе. Движутся сюда. ЧТО-ТО вызвало автоматическую тревогу.

— ЗАРА! — рявкнул Макс. — Ты включила маскировку?!

Из динамика донеслось невнятное бульканье.

— Она опять рвёт, — сообщил КАРЛ. — Маскировка не активирована. Поздравляю: мы светимся на радарах как новогодняя ёлка.

Макс развернулся к экипажу грузовика.

— Извините за беспокойство. Хорошего полёта. Спасите детей. Мы уходим.

— Эй! — крикнул подросток. — А селфи?!

— В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ!

Макс рванул обратно в шлюз, БР-7 семенил следом. Шлюз захлопнулся. Расстыковка прошла с омерзительным скрежетом — половину обшивки они точно оставили на «Надежде».

— Зара! — Макс ввалился в рубку. — Выводи нас отсюда! СЕЙЧАС!

Зара сидела в пилотском кресле, бледная как полотно, вытирая рот. Она была хрупкой девушкой двадцати пяти лет, с короткими чёрными волосами и татуировкой звёздной карты на шее. Лучший пилот, которого Макс знал. Когда не рвало.

— Куда? — хрипло спросила она.

— КУДА УГОДНО!

Двигатели взревели. Корабль рванулся вперёд. Макс плюхнулся в капитанское кресло, притянул ремни.

На экране замигали три красные точки. Патрульные корабли.

— КАРЛ, сколько у нас времени?

— До перехвата? Четыре минуты тридцать секунд. — Пауза. — Хочешь, я включу успокаивающую музыку? У меня есть плейлист «Похоронный марш: лучшее».

— Глок! — позвал Макс. — Найди ближайший гиперпрыжок!

Штурман застыл над навигационной консолью. Его три глаза — фиолетовые, размером с блюдце — вращались независимо друг от друга.

— Кххррр… щёлк… — он ткнул длинным пальцем в экран. — Тррр.

— КАРЛ!

— Он говорит: ближайший узел в двух световых минутах. Но там гравитационная аномалия. Вероятность разрыва корпуса — сорок процентов.

— А вероятность, что нас НЕ поймают?

— Ноль целых ноль процентов.

— Зара, — Макс стиснул подлокотники, — летим в аномалию.

Она обернулась. Посмотрела на него. В её глазах читался вопрос: «Ты серьёзно?»

Макс кивнул.

Зара развернулась к приборам.

— Держитесь, мальчики. Сейчас будет либо очень круто, либо очень быстро.

Корабль набрал скорость. Звёзды за иллюминатором превратились в линии. Макс видел на экране, как патрульные корабли меняют курс, пытаясь перерезать им путь.

— Тридцать секунд до прыжка, — монотонно объявил КАРЛ. — Двадцать. Десять.

— МАКС! — заорала Зара. — АНОМАЛИЯ РАСШИРЯЕТСЯ!

— ЧТО?!

Перед ними, в черноте космоса, развернулась… трещина. Не метафора — буквальная трещина в пространстве, светящаяся фиолетовым.

— Это не гравитационная яма! — кричал КАРЛ. — Это ЧЕРВОТОЧИНА! Неизвестного происхождения! Нестабильная! Я рекомендую…

— ЗАРА, ТОРМОЗИ!

— НЕ МОГУ! ЗАТЯГИВАЕТ!

И их засосало.

Макс пришёл в себя от звука капающей воды.

Нет, не воды. Охлаждающей жидкости. Она сочилась из треснувшей трубы над его головой.

Он открыл глаза. Рубка выглядела так, будто через неё прошёл торнадо. Половина панелей мигала красным. Глок висел вверх ногами, зацепившись за кресло одной ногой. БР-7 лежал на боку, тихо напевая «Лунную сонату».

— Зара? — хрипло позвал Макс.

— Живу, — донеслось из-под консоли. — Кажется.

— КАРЛ?

Молчание.

— КАРЛ!

— Я здесь, — наконец откликнулся ИИ. Его голос звучал… странно. Тише. — Макс. У меня новости.

— Плохие?

— Определённо не хорошие. Мы прошли через червоточину. Системы повреждены на сорок три процента. Двигатели работают на тридцати процентах мощности. Оружие офлайн. Связь с известной сетью ретрансляторов отсутствует.

Макс сел, потирая ушибленное плечо.

— То есть мы потерялись?

— Хуже. — На главном экране замигала звёздная карта. — Я сравнил расположение звёзд с базой данных. Макс… мы не просто улетели далеко. Мы в другом рукаве галактики. В двадцати тысячах световых лет от дома.

Повисла тишина.

Зара выползла из-под консоли. Глок упал с кресла, издав протяжное «тррррр». БР-7 прекратил петь.

— Двадцать тысяч световых лет, — медленно повторил Макс. — Это…

— При нашей скорости и с учётом повреждений, — продолжил КАРЛ, — обратный путь займёт примерно семьсот лет. Если мы не сломаемся окончательно. Что мы сделаем.

Макс откинулся в кресле. Посмотрел на потолок. На свой экипаж из неудачников. На мигающие аварийные огни.

— Ну, — сказал он наконец, — зато от Патруля ушли.

И, к его удивлению, Зара хихикнула. Потом засмеялась. Глок издал звук, похожий на смех (или на кашель умирающего робота). Даже БР-7 мигнул оптикой.

— КАРЛ, — Макс выдохнул, — покажи, что у нас поблизости. Планеты, станции, что угодно.

— Сканирую. — Пауза. — Обнаружен объект. Космическая станция. Класс… неизвестен. Архитектура не соответствует ни одной известной цивилизации. Удаление — триста тысяч километров.

На экране появилось изображение. Станция была огромной — кольцо диаметром километров в пять, усеянное огнями. Стыковочные узлы, антенны, корабли у причалов.

— Признаки жизни? — спросила Зара.

— Множественные. Разные виды. Энергетическая активность высокая. — КАРЛ помолчал. — Это похоже на торговую станцию. Или пиратское гнездо.

Макс посмотрел на экран. На огни чужой станции в чужом рукаве галактики, за двадцать тысяч световых лет от дома.

И усмехнулся.

— Зара, — сказал он, — веди нас туда. Если мы застряли здесь, давайте хотя бы найдём способ заработать на ремонт.

— И на еду, — добавила Зара.

— И на новый переводчик для Глока, — пробубнил БР-7.

— Кхрр-тррр, — согласился Глок.

КАРЛ вздохнул.

— Я просчитал вероятность того, что это кончится катастрофой. Она составляет девяносто восемь процентов.

— И что нам делать с оставшимися двумя? — спросил Макс.

— Наслаждаться, пока можете.

Корабль развернулся. Двигатели натужно загудели. И «Сокол-М», весь в вмятинах, с подтекающим топливом и экипажем из идиотов, взял курс на огни неизвестной станции.

Макс Коваль смотрел в иллюминатор и думал: может, это и не та свобода, о которой он мечтал.

Но, чёрт возьми, скучно точно не будет.

Глава 2. Станция «Помойка»

Глава 2. Станция «Помойка»

Станция называлась «Омикрон-Прайм», но все, кто там бывал, звали её просто «Помойка».

Макс понял почему, едва шлюз открылся.

Запах ударил первым — смесь машинного масла, жжёного синтетического мяса, озона и чего-то, что пахло как носки, забытые во влажном шкафчике на полгода. Потом — звук. Гул сотен голосов, лязг металла, вой сирен, чей-то истеричный крик на непонятном языке.

— Мило, — пробормотала Зара, морща нос. — Прямо как дома.

— Ты росла в помойке? — уточнил Макс.

— На Титане. Почти то же самое.

Они стояли в шлюзовом отсеке «Сокола», глядя на причальную платформу. Станция кипела жизнью: существа самых невероятных форм сновали взад-вперёд, таща контейнеры, оружие, непонятные механизмы. Макс насчитал как минимум дюжину видов, о которых никогда не слышал.

Вот прошёл трёхметровый гуманоид с синей кожей и четырьмя руками, волоча ящик с надписью «ВЗРЫВЧАТКА — НЕ ТРЯСТИ». Вот проковыляло что-то похожее на гигантскую улитку в скафандре. Вот пролетел — буквально пролетел — шарообразный дрон, из которого торчали щупальца.

— КАРЛ, — тихо сказал Макс, — скажи мне, что у тебя есть переводчик для местного языка.

— У меня есть база данных на четыреста семьдесят три галактических языка, — ответил ИИ через наушник. — Из того, что я слышу снаружи, совпадений ноль.

— То есть мы не сможем ни с кем поговорить?

— Теоретически можем попробовать универсальный торговый. Это упрощённый пиджин, который используют контрабандисты. Словарный запас — триста слов. Грамматика отсутствует.

— Отлично, — Макс расправил плечи. — Зара, Бритва — со мной. Глок остаётся на корабле.

— Кхррр? — обиженно пискнул штурман.

— Ты видишь в ультрафиолете. Здесь освещение явно не для тебя — посмотри, как ты щуришься. Плюс кто-то должен охранять корабль.

— Кххрррр-тррр, — Глок скрестил верхние конечности на груди, но кивнул.

БР-7 шагнул вперёд, его массивный корпус заблокировал половину выхода.

— Макс, я должен предупредить: если начнётся драка, я не смогу применить силу.

— Знаю. Просто иди рядом и выгляди страшным.

— Я попробую, — робот втянул голову, напрягся. Сервоприводы зажужжали.

— Тыпо-прежнему похож на цыплёнка, — вздохнула Зара.

— Я работаю над этим.

Макс проверил бластер — заряд упал до шестидесяти процентов. Нужно будет найти зарядку. Или новый. Или вообще нормальное оружие, потому что эта модель была дешёвой подделкой с Фрипорта, и он до сих пор не был уверен, что она не взорвётся в руке.

— КАРЛ, если что — мы на связи. Следи за системами корабля.

— Буду. С огромным энтузиазмом, — ИИ выдержал паузу. — Это сарказм, если что.

— Спасибо, я заметил.

Они спустились по трапу.

Первое, что понял Макс, ступив на платформу: гравитация здесь была тяжелее земной. Процентов на двадцать. Каждый шаг давался с усилием.

Второе: на них смотрели.

Много.

Существо с головой, похожей на осьминога, замерло, таращась тремя глазами. Группа каких-то рептилоидов в потрёпанной броне перестала грузить контейнер и уставилась. Даже улитка в скафандре притормозила.

— Почему все смотрят? — прошептала Зара.

— Может, мы первые люди, которых они видят? — предположил Макс.

— Или последние, — добавил Бритва.

Макс игнорировал взгляды и направился к тому, что выглядело как информационный терминал — светящаяся панель на стене с мигающими символами. Он вгляделся. Символы были… почти знакомыми? Похожими на комбинацию китайских иероглифов и клинописи.

— КАРЛ, можешь это прочитать?

— Пробую. — Пауза. — Частичное совпадение с древнеземным санскритом. Что странно, учитывая, что мы в двадцати тысячах световых лет от Земли. Либо это совпадение, либо…

— Либо что?

— Либо кто-то отсюда уже был на Земле. Давным-давно.

Макс нахмурился, но решил не думать об этом сейчас. Проблем и так хватало.

Он ткнул пальцем в панель. Экран мигнул, переключился. Появилось изображение — схема станции с метками. КАРЛ зашуршал в наушнике:

— Вижу обозначения: «Доки», «Рынок», «Бар», «Ремонт»… Подожди. Здесь есть раздел «Доска заказов».

— Как в компьютерной игре? — усмехнулась Зара.

— Похоже, наёмники здесь обычное дело.

Макс выбрал «Доска заказов». Экран залился списком. Большинство было на непонятных языках, но несколько строк перевелись:

«ТРЕБУЕТСЯ: охрана конвоя, сектор Гамма-15. Оплата 5000 кредитов. Риск смерти высокий».

«ТРЕБУЕТСЯ: пилот для гонок на выживание. Оплата 10000 кредитов. Выживаемость 12%».

«ТРЕБУЕТСЯ: убрать мусор на уровне 47. Оплата 200 кредитов. Мусор кусается».

— Уютное место, — пробормотал Макс.

— Смотри, — Зара ткнула в одну запись. — «Лёгкая работа, минимальный риск, оплата 3000 кредитов. Обратиться в бар "У Слепого Грока"».

— «Лёгкая работа, минимальный риск», — повторил Макс. — Это ловушка.

— Определённо, — согласился Бритва.

— Но у нас выбор? — Зара скрестила руки. — Ремонт корабля будет стоить минимум десять тысяч. У нас в кассе — сколько, КАРЛ?

— Четыреста тридцать семь кредитов. И пачка жвачки с истёкшим сроком годности.

— Вот именно. — Зара посмотрела на Макса. — Идём в бар?

Макс вздохнул.

— Идём в бар.

Бар «У Слепого Грока» располагался на третьем уровне станции, в секторе, который, судя по всему, местные называли «Кишки». Стены здесь были ржавыми, освещение — тусклым, а из вентиляционных решёток тянуло чем-то протухшим.

— Мне здесь нравится, — заметил Бритва. — Очень атмосферно.

— Ты робот, у тебя нет обоняния, — огрызнулась Зара.

— Но есть эстетическое чувство.

Дверь бара оказалась круглой, металлической, с вмятинами. Макс толкнул её. Внутри было темно, дымно и шумно.

Бар представлял собой длинное помещение с низким потолком. Вдоль стен — кабинки. Посередине — стойка, за которой громоздилось существо, похожее на помесь медведя и краба. Три метра роста, панцирь, клешни размером с Макса. Один глаз был затянут шрамом.

— Слепой Грок, я полагаю? — пробормотал Макс.

Существо повернуло голову. Уставилось единственным глазом.

— КХХРРРАААК! — проревело оно.

— Э-э… — Макс поднял руки. — Мы по объявлению? Работа? Кредиты?

Грок замер. Потом издал звук, похожий на смех (или на работу мясорубки).

— А-а-а, — прохрипел он на ломаном, но понятном универсальном языке. — Люди. Давно не видел. Вы… наёмники?

— Типа того, — Макс оглядел бар. Существа в кабинках пялились на них. Одно выглядело как гигантский богомол. Другое — как куча щупалец в костюме. — Где заказчик?

Грок ткнул клешнёй в дальнюю кабинку.

— Там. Осторожнее. Она кусается.

— Она? — переспросила Зара.

— Ага.

Макс направился к кабинке. По пути мимо прошмыгнуло что-то маленькое, похожее на крысу с шестью лапами. Бритва едва не наступил на неё.

— Извини, — пробормотал робот крысе.

Зара закатила глаза.

В кабинке сидела женщина.

Человеческая женщина.

Макс остановился как вкопанный.

Она была лет двадцати пяти, с длинными рыжими волосами, собранными в небрежный хвост. Лицо — узкое, веснушки на носу. Одета в потёртую кожаную куртку, под которой виднелась броня. На поясе — два бластера, нож, какой-то непонятный гаджет.

Но главное — глаза. Ярко-зелёные, усталые, настороженные.

Она смотрела на Макса так, будто оценивала, сколько он стоит на чёрном рынке.

— Люди, — сказала она. Голос низкий, с хрипотцой. — Сколько вас тут?

— Трое, — ответил Макс. — Четверо, если считать робота.

— Я считаюсь, — обиженно буркнул Бритва.

Женщина оглядела их. Задержала взгляд на Максе.

— Ты капитан?

— Да.

— Корабль есть?

— Есть. Правда, он немного… побитый.

— Летает?

— Пока да.

Она кивнула, словно это был правильный ответ.

— Садитесь.

Они сели. Макс — напротив женщины. Зара — рядом. Бритва еле втиснулся на край скамьи.

— Меня зовут Рен, — представилась женщина. — Я охотник за головами.

— Макс Коваль. Это Зара, мой пилот. Бритва — боевая единица.

— Бывшая боевая единица, — поправил робот. — Теперь я пацифист.

Рен приподняла бровь.

— Боевой робот-пацифист. Интересно. — Она достала из кармана фляжку, отпила. — Слушайте, у меня есть работа. Простая. Вам нужно забрать груз с планеты Кхарис-4 и доставить сюда. Всё.

— И за это вы платите три тысячи? — недоверчиво спросила Зара.

— Три тысячи аванс. Ещё семь по завершении.

Макс нахмурился.

— Десять тысяч за доставку груза. Что не так с этим грузом?

Рен усмехнулась.

— Умный. Мне нравится. — Она наклонилась вперёд. — Груз — контейнер. Размер — два на два метра. Вес — триста кило. Содержимое… скажем так, ценное.

— Наркотики? — уточнил Макс.

— Нет.

— Оружие?

— Нет.

— Краденое?

Рен помолчала.

— Спорный вопрос.

— То есть да, — вздохнул Макс. — Кто будет за нами охотиться?

— Местная милиция. Пара наёмников. Может, ещё кто-то, я не в курсе.

— Замечательно, — пробормотала Зара. — Почему вы сами не заберёте?

— Потому что я здесь слишком известна. Меня засекут за километр. А вы — никто. Идеальные курьеры.

Макс посмотрел на Зару. Та пожала плечами.

— Нам нужны деньги, — сказала она тихо.

— Но это подстава, — так же тихо ответил Макс.

— Любая работа здесь — подстава. Выбирай: эта подстава или голодная смерть.

Макс оглянулся на Бритву.

— Твоё мнение?

— С моральной точки зрения это сомнительно, — ответил робот. — Но мы и правда умрём без денег. Так что… сомнительно, но неизбежно?

Макс развернулся к Рен.

— Ладно. Мы берём заказ. Но хочу половину аванса сейчас.

— Четверть, — отрезала Рен.

— Треть.

Она прищурилась. Потом усмехнулась.

— Ладно. Треть. — Рен достала кредитную карту, положила на стол. — Тысяча кредитов. Координаты планеты скину на ваш корабль. Контейнер охраняет мой… партнёр. Скажете кодовое слово — отдаст.

— Какое слово?

— «Банан».

Макс моргнул.

— Банан?

— Да.

— Почему «банан»?

— Потому что никто не угадает, — Рен встала. — Летите сейчас. Контейнер нужен через два дня. Опоздаете — сделка сгорает.

Макс взял карту.

— Ещё вопрос. Вы сказали, вы человек. Как вы здесь оказались? Мы думали, мы единственные в этом секторе.

Рен посмотрела на него долгим взглядом.