Неприкаянный. Меняющий реальность

Самолёты стоят в рядок, ни о какой маскировке тут пока и не задумываются, поэтому я накрываю их с первого захода, опустошив очередную кассету на шесть бомб. Один из самолётов разносит в клочья. Второй кренится, упёршись в землю подломившимися правыми плоскостями. Третьему отрывает хвост, но он загорается, и огонь перекидывается на подкосившегося собрата.

– И опыт, сын ошибок трудных… – не удержавшись, процитировал я строчку Пушкина.

Ничего, жизнь ещё научит и машины ставить в отдалении друг от друга, и маскировать их, и организовывать противовоздушную оборону. Иное дело, что за это нужно платить. И немцы именно этим сейчас и занимаются.

Я взмыл вверх, заложил вираж и прошёлся над складом ГСМ с множеством стальных бочек. Уже набирал высоту, когда позади грохнули разрывы, и появились огненные клубы, а в небо начал подниматься жирный столб чёрного дыма.

Ещё один вираж с набором высоты. Сделал круг над крепостью, засняв на камеру результат своего налёта. После чего, не найдя достойной цели, взял курс на железнодорожную станцию. ИЦ–13 способен взять девятнадцать пудов бомбовой нагрузки. С учётом установленной у меня радиостанции, мой тянет пятнадцать, и я израсходовал треть. Глупо возвращаться с такими гостинцами на борту. Да и опасно это, чего уж там.

В районе узловой станции Фридланд заметил скопление войск. Пехотный полк спешно готовил позиции, чтобы отбить наступление частей Первой армии. Вернее, задержать их продвижение, ни на что большее их не хватит. Но если даже замедлят, уже сделают большое дело, ведь именно в этот момент Гинденбург начал разгром Второй армии генерала Самсонова. Вернее, он так думает, хотя сам уже угодил в ловушку. И не только он.

Под эту мысль я разом вывалил все бомбы за один заход, сделал разворот, пока они летели к земле, и с ходу войдя в пологое пикирование, на этот раз заснял момент разрывов. Хорошая должна получиться картинка.

Многообещающе покачав немцам крыльями, взял курс на Палангу, где сейчас базируется авиация Балтийского флота и ваш покорный слуга. Эссен уже вышел в море, и начинается реализация второго этапа разработанного нами плана. В смысле, я только предложил некую многоходовочку, а уже их превосходительства трудились над реализацией. Себе же я оставил роль рядового охотника. Правда, пока всё как-то уж совсем легко, и никакого адреналина. Обидно, йолки.

Примечания