Принцесса для Тёмных Земель
- Об отце ты знаешь. Проявил себя в сражениях с демонами, потом навлёк на наши земли войну и был убит своими же союзниками. Мне было около пятнадцати лет, когда это случилось. Близки мы не были, воспитывался я не Цаагалом, и его самого почти не помню. Мать была его женщиной. Так у нас говорят, — пояснил я, вспомнив, что порядки За-Рекой были другими, — вы не разрешаете иметь нескольких жён разом, но с моей матерью Цаагал был в то же время, что и с вашей принцессой. До этого он был близок с подобными себе — имеющими демоническую кровь, а... кхм... в браке, распробовал человеческих женщин. Мать, насколько я знаю, похитили откуда-то с ваших земель. Вскоре она утопилась. Меньше чем через год после моего рождения. Сначала я воспитывался у дружественных отцу друидов, затем в его военном лагере. Совсем недолго. Когда дела на фронте пошли плохо, я оказался у оборотней, до последнего оставшихся ему верными. Алтан был сыном главы клана, давшего мне приют. Он был старше меня на шесть лет, и ему поручили присматривать за мной. С тех пор мы и ладим. Пять лет назад меня нашла Талория. Несколько лет назад посадила править Калимором. Это то, что ты хотела узнать? — посмотрел я на Лилит.
Моя супруга сумрачно кивнула. Ещё минуту назад её настроение было заметно лучше, и я забеспокоился, не потому ли она расстроилась, что заметила ложь в моих словах.
- Почему грустим? — спросил я.
- Тебя жалко, — пояснила Лилит и прижалась ко мне теснее, — не представляю, как я жила бы без семьи. Это ужасно.
«Ты не знаешь, кого жалеешь», — мрачно подумалось мне, — «и я постараюсь, чтобы ты оставалась в неведении».
Сомнения — возможно ли это? — заглядывали ко мне в голову время от времени, но размышлять над ними я отказывался. Не сейчас. Потом. Когда-нибудь.
- Здесь много тех, чья судьба куда ужаснее, Лилит. Не надо меня жалеть. Давай просто поговорим о чём-нибудь приятном. Может, ты расскажешь мне о своих родителях и детстве?
Лилит заговорила с явным удовольствием. Я слушал её, всё больше и больше удивляясь тому, как странно живут люди, не отравленные демоническим присутствием.
Лилит не скрывала, что её не любили при дворе, но ограничивалась эта нелюбовь тонкими издёвками и лёгким пренебрежением. Она постоянно нарушала правила, но никогда не получала за это серьёзных наказаний. Ей не нравились многие люди, но даже мысли вредить им моей супруге в голову не приходило.
Какое милое создание. Я совершенно точно должен найти способ скрыть от неё наиболее неприглядные детали своей биографии. Она мне их не простит.
От подобных мыслей предстоящая встреча стала тревожить меня ещё больше. Показать себя диким зверем, сотрудничать с которым даже опаснее, чем воевать, я боялся в той же степени, что и произвести впечатления правителя, не заслуживающего того, чтобы с ним считались.
Интересно, Талория уже присмотрела следующего кандидата на случай, если со мной ничего не выйдет? Или она снова уйдёт вглубь лесов, оставив трон своим конкурентам? А что будет с Лилит, если она, конечно же, не погибнет во время делёжки власти? Заберёт Талория её с собой, сочтя ученицей? Или оставит следующему Властелину? Навряд ли мою супругу просто так отдадут родителям. Это слишком похоже на слабость.
Я много раз пожалел, что согласился на эту поездку.
Мы с Лилит пообедали у речного берега прежде, чем занять места в главной лодке. Следом за ней от берега оттолкнулся ещё десяток — король Блуокса согласился на отряд в сотню воинов. Недостаточно для вторжения, но хватит, чтобы довести нас с Лилит до границы в случае проблем.
Вернее, чтобы отвлечь внимание. Планы побега, придуманные Сарано, были изящнее.
С той стороны реки нас встречали. Я рассматривал яркие штандарты и ровные ряды солдат.
- К неожиданностям такого рода я готова, — уверила меня Сарано. Лилит смотрела на нас легкомысленно.
Плыть до другого берега было ещё больше часа, когда я заметил там какую-то суету. Солдаты перестроились, собравшись вокруг небольшого шатра. Подогнали карету, затем увели её обратно. Туда-сюда прогарцевал отряд всадников. Затем всё успокоилось.
Мы переглянулись с Сарано. Лилит, кажется, не сочла это важным.
Когда лодка причалила к берегу, нас уже встречали. На вежливом расстоянии — в трёх-четырёх десятках шагов по обе стороны от нас стояли солдаты. Двое мужчин, одетых не в порядок проще меня, ожидали нас у самого берега. За их спинами стояли телохранители. Я помнил, что среди телохранителей Блуокской знати всегда были один-два друида, замаскированных под обычных солдат.
- Дядя Иоман, дядя Габел, — поприветствовала моя супруга встречающих нас мужчин. Те ответили ей не в пример формальнее и сопроводили свои слова глубокими реверансами.
- Рад видеть вас, Ваше Величество.
Лилит словно бы смутилась на секунду и неловко улыбнулась следом.
- Да, точно. Я совсем забыла.
Мужчина постарше, названный Иоманом, обратился ко мне.
- Мы рады приветствовать вас на наших землях, Ваше Величество, — поклонился он мне чуть ниже, чем моей супруге. Его спутник сделал то же самое.
- Я надеюсь, что этот визит оставит хорошие впечатления у нас всех.
Из шатра, стоя́щего за спинами встречающих, вырвалась крупная собака.
- Весна! — вскрикнула Лилит. С забавным визгом собака кинулась к нам. Несколько десятков метров животное преодолело за считаные секунды. Я уже ожидал, что сейчас она прыгнет на Лилит и поваляет её в грязи, но в шаге от моей супруги собака затормозила и пронзительно заскулила. Лилит опустилась на корточки, восторженно обнимая Весну.
- Моя сладкая, моя милая, моя красавица, — бормотала Лилит, тиская полуволчицу.
Следом за зверем из шатра выбежала девочка лет одиннадцати-двенадцати.
- Лилит! — крикнула она, привлекая наше внимание.
- Сара! Ты что здесь делаешь? Как родители тебя отпустили?
- Кто сказал, — захихикала девочка, — что они меня отпустили?
Чтобы найти семейное сходство, мне пришлось очень сильно приглядеться. Один цвет глаз, одна форма носа — вот, пожалуй, и всё. Лицо младшей сестры было более вытянутым и смотрелось гармоничнее. Губы были полнее, глаза крупнее. Брови явно были подкрашены для большей выразительности взгляда.
На этой родственной встрече я чувствовал себя ужасно лишним. Дядя Лилит, словно вспомнив о моём присутствии, кашлянул негромко.
- Ваше Величество, давайте я покажу вам карету. Укажите, какие вещи вы хотите загрузить в неё. Ваша свита?
Я указал на Сарано и шестнадцать человек за неё спиной.
- Вам выдадут лошадей. Это подходит? — спросил Иоман.
- Я поеду в карете с Властелином, — ответила Сарано, — остальным — да.
Сара прошептала что-то на ухо Лилит, и та дёрнула меня за рукав.
- Я хочу, чтобы Сара ехала в карете с нами.
Не то чтобы я ожидал другого.
- Если хватит места.
- Четверым людям хватит, — пообещал Иоман, — а вот с волчицей вам будет тесно.
Лилит посмотрела на меня умоляюще. Я махнул рукой, соглашаясь с любым её решением.
Моя супруга залезла в карету первой. Следом, ни у кого не спрашивая разрешения, заскочила Весна. Я успел только ступить на подножку, как собака оскалилась и зарычала на меня, перегораживая вход.
- Весна, — возмутилась Лилит и обняла собаку за шею, вынуждая посторониться. Я пролез в карету, но, не успел я сесть на лавку, как зубы полуволчицы клацнули рядом. Скалясь и утробно рыча, Весна отчаянно пыталась не подпустить меня к Лилит. На лице моей супруги отразилась растерянность.
Просочившись мимо меня, в карету забралась Сара. Уже вдвоём девушки зажали разозлённую волчицу в противоположной части кареты.
- Мне даже любопытно — с исключительной мрачностью кивнул я Сарано на подножке.
Советница остановилась на пороге и добрый десяток секунд молча глядела волчице в глаза. Рык перешёл в ворчание. Подумав ещё немного, Весна позволила Сарано сесть рядом с Лилит, хотя и смотрела на неё в высшей мере подозрительно.
Разумеется, эта шавка с первого взгляда возненавидела персонально меня.
- Она немного нервничает, — неловко протянула Лилит, глядя на меня, как мне показалось, с искренним раскаянием.
Я устал от этого цирка.
- Дайте мне лошадь, — приказал я Иоману. Тот, кинув неодобрительный взгляд на мою супругу, подогнал мне крупного чёрного жеребца.
Лилит вылезла следом, глядя на меня огорчённо и тревожно. Собака крутилась у её ног и смотрела на меня зло.
- Я с тобой.
- Сядь обратно в карету, — приказал я.
- Хорошо, тогда я выгоню Весну наружу, — предложила Лилит.
Взгляды окружающих становились все более и более настороженными, а чьи-то откровенно насмешливыми.
Хотелось кого-нибудь убить…
- Лилит, я поеду верхом, — сказал я твёрдо, — а ты поедешь в карете с сестрой. Уверен, вам есть что обсудить.
- У нас вся ночь впереди, — вставила Сара из-за её спины, — отец говорил, что Лилит постелят в моей комнате.
- Разговор окончен, вернись в карету, — отрезал я. Солнце уже клонилось к закату, плюс сказывалась бессонная ночь. Ещё немного, и я сам начну рычать на людей.
Особенно сильно почему-то задевало то, что Весна спокойно отнеслась к Сарано.
Карета тронулась. Впереди неё скакал десяток всадников. Родственники Лилит ехали чуть позади меня, и их взгляды я чувствовал затылком. Недружелюбные.
Всё с самого начала пошло наперекосяк.
За несколько часов пути Лилит ещё пару раз высовывалась ко мне, но я отмахивался, предлагая ей отдыхать.
Впереди показалась крепость.
- Местность здесь болотистая, Ваше Величество, — зачем-то пояснил подъехавший сзади Иоман, — провести армию по лесам — задача нетривиальная. Крепости стоят на единственных путях, где можно маршировать.
- Она остаётся такой же «нетривиальной» при поддержке друидов? — вежливо спросил я с весьма откровенным намёком.
- В зависимости от силы друидов, — пожал плечами Иоман.
- Буду знать.
Крепость стояла на холме, окружённая рвом воды. Стены поднимались на добрый десяток метров. Внутри стен легко могла поместиться небольшая армия.
Перед всадниками опустили подвесной мост.
Ширина стен, как оценил я, въезжая, была не менее трёх метров. Впечатляет, ничего не скажешь.
Внутренний двор был чистым, тщательно вымытым к нашему приезду. Король и королева ожидали на верхней ступеньке крыльца замка.
Как только карета остановилась, из неё вышла Сарано и встала рядом со мной, пока я спрыгивал с лошади. Лилит и её сестра вылезли следом. Весна мгновенно ощерилась на мою попытку встать рядом супругой. Уговорами и хватанием за шкирку Сара оттащила зверя немного назад. Собака рычала тревожно.
Лилит протянула мне покалеченную руку. Я взял её и повёл вперёд.
Король Блуокса был крупным, широкоплечим человеком. В юности его фигура наверняка вызывала зависть мужчин и восхищение женщин, но сейчас богато украшенный сюртук предательски натягивался на животе. Впрочем, слабым король не выглядел. Не удивлюсь, если он всё ещё тратит время на упражнения с оружием. Волосы короля,распущенные и завитые, были рыжевато-русыми, почти без седины. Лицо мужественным, хотя и слегка испорченным лишним весом.
Королева уступала ему в росте примерно на полголовы. Высокая, статная женщина с тонкой шеей и идеальной осанкой. Тёмно-синее платье туго обтягивало и без того худую фигуру, высокая причёска слегка удлиняла лицо. Косметика подчёркивала глаза, губы и скулы. Пожалуй, королева была красива.
У Лилит с этой женщиной была общая линия подбородка, одна форма лица и одинаково тонкие губы. Крупный нос, тяжёлый костяк и глубоко посаженные глаза явно достались моей супруге от отца.
Телохранители Его Величества смотрели на меня, словно на дикого зверя.
Король и королева спустились с крыльца. Мать Лилит оказалась выше меня. Она смотрела на меня тревожно, но не зло. А вот отец моей супруги глядел так, словно готов был придушить меня на месте. Неприязнь, ненависть и откровенная кровожадность — такие вещи после заката я начинал чувствовать языком.
Вкус был солёным. Приятно-солёным.
Не завись мир между нашими странами — и целостность моей головы — от этого мужчины, и я рад был бы дать ему поединок, раз уж он так сильно его хотел.
«Утром станет лучше, — попробовал я себя успокоить, — нужно немного отдохнуть».
Иоман представил нас друг другу хорошо поставленным голосом.
- Рад видеть вас, — сухо поприветствовал меня король, стоя в трёх шагах. Королева выпустила руку мужа и прошла дальше, потянулась обнять Лилит. Я выпустил ладонь супруги, давая женщинам такую возможность.
- Я тоже рад познакомиться с родителями моей супруги, — не стал я изображать отсутствующее у меня расположение.
Они всё ещё раздражали меня.
И почему-то мне казалось, что мои чувства не растают к утру.
Лилит высвободилась из рук матери и решительно пошла к отцу. Когда моя супруга сжала его в объятиях, король, кажется, слегка отвлёкся от мыслей о моём жестоком убийстве.
- Насколько сильно вы устали с дороги? — заботливо поинтересовалась мать Лилит. Обняв мою супругу — словно бы убедившись, что та не фантом и не иллюзия, королева начала смотреть на меня немного благожелательнее, — поужинаете в главном зале или принести еду в ваши комнаты? Хотите послушать музыкантов?
Я покачал головой и постарался улыбнуться. Лилит стояла далеко, и возможности взять её за руку у меня не было. Сарано держалась за спиной, как ей и полагалось. Я чувствовал себя зверем, окружённым охотничьей сворой. До ужаса хотелось показать им всем, что они зря рассчитывают на лёгкую победу.
С моим лицом, видимо, было что-то не то — даже Лилит смотрела слегка тревожно. Супруга сделала шаг в мою сторону, но её удержал за локоть отец.
Мне ещё сильнее захотелось его ударить.
- Я предпочту отдохнуть, — сказал я.
- Тогда отложим знакомство до завтрака, — легко согласилась королева, — давайте я проведу вас в ваши комнаты. Я распорядилась, чтобы Лилит постелили вместе с её сестрой — девочки давно не виделись, и им будет о чём посекретничать. Вы не возражаете?
- Нет, — солгал я.
Лилит осталась с отцом. Уходя вместе с её матерью, я чувствовал себя до крайности паршиво.
Глава 13
Лилит
- Что с твоей рукой? — спросила Сара сразу же, как за нами захлопнулась дверь. При Сарано в карете сестра расспрашивать об этом стеснялась, а наедине сдерживаться перестала.
- Пошла гулять в лес. Ночью. Одна, — дошла я до кровати и упала на неё прямо в дорожном платье, — там на меня напала какая-то тварь.
- Тебя же любят животные, — попыталась Сара поймать меня на лжи. Я уже заворачивалась в одеяло. Радостное предвкушение и связанная с ним нервозность помешали мне хорошо поспать вчера и позавчера. Сегодня я, наконец, чувствовала себя способной как следует выспаться.
Дома, где сама природа была ко мне благосклонна, даже дышалось проще.
- Там много тварей теней. Они не животные. И они меня не любят.
- Ты похудела, — села Сара на постель рядом, — осунулась. Выглядишь усталой.
- Да. Это потому, что я устала. Давай поговорим с утра?
- Я думала, мы будем болтать всю ночь, — заныла сестра.
Я натянула одеяло на голову. Не знаю, как скоро легла спать Сара, но я вырубилась меньше чем через минуту.
Едва ли не на рассвете меня растолкала мать. Спросонья я попыталась оттолкнуть её руки и спрятаться под одеялом, но постепенно до меня дошло, чей голос я слышу. Протирая глаза, я села на постели. В паре шагов за матерью стоял отец. Сара сидела на постели отвратительно бодрая.
Все трое смотрели на меня.
От столь пристального внимания мой сон как рукой сняло. Между лопаток зазудело неприятным ощущением.
- Эм... отец... разве это прилично? — неловко забормотала я.
Весна вскочила на лапы, внезапно осознав, что я проснулась. Спустя мгновение волчица была у меня на руках, а её слюни у меня на лице.
- Мы решили, — пояснила мать, — поговорить с тобой до встречи с Тёмным Властелином.
- Джарханом, — отстранила я морду Весны, чтобы перебить мать, — его так зовут.
Родители переглянулись.
- Заодно я приведу тебя в порядок, — решительно продолжила матушка.
Сегодня я решила не спорить. Моя участь оказалась далеко не настолько ужасной, как представлялось матери, и беспокоилась обо мне она напрасно. Почему-то я чувствовала себя виноватой в этом благополучии. Будто, если бы мне было плохо и опасения матери оправдались, кому-то стало бы лучше!
Тем не менее мне хотелось радовать маму всеми возможными способами.
- Отец не выйдет? — спросила я неловко. Присутствие мужчины при утреннем женском туалете было совершенно неприемлемым. Как правило, матушка больше всех беспокоилась о таких вещах.
Отец покачал головой.
- Что с твоей рукой? — спросил он.
Я вздохнула и начала рассказывать. По распоряжению матушки принесли воду, одежду и даже косметику. Твёрдо решив, что сегодня я не стану с ней спорить, я вытерпела даже нанесение макияжа.
Родителей интересовало решительно всё: как со мной разговаривали и как прислуживали, где разместили и чем кормили. Особенно, чем кормили.
- Ты так похудела,— тянула мать с жалостью.
- Ты всю жизнь хотела, чтобы я похудела, — закатила я глаза. Нося рубашки и свободные брюки, я даже не заметила изменения своих размеров.
- А ты нет. С тобой точно хорошо обращаются?
- Да, мам, со мной обращаются хорошо, — уверила я её, — я просто не бегаю больше на кухню в любое время дня и ночи. Там нет постоянных слуг. Если кухарка ушла, то кухня закрыта. Совсем. На амбарный замок.
Сара расхохоталась, и я сама невольно улыбнулась.
- И наш язык почти никто не знает, между прочим. А я пока ещё не настолько освоилась, чтобы гонять Сарано на пирожками. Подучу немного их язык и обязательно наберу всё обратно.
Мать я, похоже, не успокоила. Заговорил отец:
- Сегодня ты выглядишь уже лучше. Вчера мы испугались за тебя. Иссохшая, встрёпанная, с кругами под глазами и покалеченной рукой.
- Извините, — непонятно в чём покаялась я, — я больше двух суток в дороге, нервничала, спала мало. Про руку уже рассказала. Меня правда не обижают.
- Почему ты не ответила на второе письмо?
- Забыла, — отвела я глаза.
Отец смотрел на меня строго и говорил ещё строже:
- Лилит, я вижу, когда ты врёшь.
Я почувствовала злость. Беспокойство беспокойством, но и я ведь уже не девочка. Как недавно напомнил мне Иомант я теперь тоже королева.
Ну или супруга правителя. Таких тонкостей родителям знать необязательно.
Я ответила холодно.
- Хорошо, тогда я буду честна. Я не хочу говорить об этом.
- Милая, — смягчил отец свой тон, — мы с матерью хотим помочь тебе.
- Спасибо, — перевела я глаза с одного родителя на другого, — но единственное, что мне нужно — это отсутствие войны с моей новой родиной. Пожалуйста, отец, — посмотрела я ему в глаза, — не усложняй.
Мать закончила укладывать мои волосы и приподняла подбородок, поворачивая лицо на свет.
- Лилит, мы хотим видеть тебя счастливой. Сейчас ты такой не кажешься.
- Мам, — закатила я глаза, — казалась ли я, хоть раз в жизни, счастливой с разрисованным лицом?
В дверь постучали. Спустя пару секунд раздался голос Джархана:
- Лилит, ты ещё не вышла?
- Нет, — крикнула я, — одно мгновение.
Я поднялась на ноги и обратилась к родителям:
- У нас всё хорошо. Пожалуйста, не относитесь к нему плохо.
Отец смотрел на меня неодобрительно. Мы с Сарой подошли к двери. Прежде чем распахнуть её сестра потянулась ко мне и прошептала на ухо:
- Ну, покажи родителям, как общаются любящие супруги.
Резко открыв дверь, она с хихиканьем толкнула меня на Джархана. Весна выскользнула следом и прижалась к моему бедру. Сара выскочила в коридор и тут же прикрыла за собой дверь.
Присев в реверансе, сестра невнятно поздоровалась и обхватила руками Весну:
- Пошли, милочка, дай им пообщаться.
Волчица, к моему удивлению, неохотно пошла за Сарой.
Я оглянулась на дверь в лёгкой нерешительности. Родители не спешили распахивать её.
«Матушка подслушивает за дверью», — не укладывалось в моей голове, — «моя матушка подслушивает за дверью. Кто-то из нас явно сошёл с ума”.
Сарано стояла позади в пяти шагах вместе с одним из адъютантов отца, вероятно, должным сопровождать моего супруга по замку. Ещё чуть дальше стояли телохранители.
- Кхм...— подал голос Джархан, — интересно выглядишь.
Я тяжело вздохнула. Платье, которое надела на меня мать, было верхом всего того, что я ненавидела. Высокий и жёсткий корсет, особенно сильно почему-то утягивающий грудь. Тесное болеро, в котором я едва могла поднять руки. Юбка, нелепо обтягивающая ноги до середины бедра и распадающаяся множеством складок ниже. Ужасно неудобно, да и красно-розовый цвет платья мне не шёл.
Выглядела я отвратительно.
Не знаю, кем были те безумные женщины, которые ввели этот ужас в моду.
- Ужасно ты хотел сказать? — кисло уточнила я.
Джархан посмотрел на меня с усмешкой и спросил тихо.
- Можно я совру?
- Нет, — сказала я безжалостно и мысленно сжалась.
Мне хотелось ему нравиться. Никому не хотелось, а ему да. Я утешала себя тем, что Джархан привык видеть меня в мужской одежде. Чего мне терять?
Но нравиться ему мне всё равно хотелось.
Он приобнял меня за талию и притянул к себе.
- Фасон не совсем твой, но причёска мне нравится. Ты решила накраситься?
- Моя матушка потребовала.
- А тебе нравится?
Я помотала головой.
- Тогда смой и скажи матери, что Тёмный Властелин запретил, — сказал Джархан со смехом и добавил преувеличенно сердито, — я теперь не понимаю, куда тебя можно целовать.
- Тёмному Властелину, — рассмеялась я, — можно куда угодно. Но косметику ты не испортишь где-то в районе уха.
- Что же, — вздохнул он и прижался совсем тесно, — ухо у тебя тоже очень милое.
Я задрожала, когда он коснулся губами мочки уха. Мысль о родителях, подслушивающих нас, совершенно вылетела из головы. Когда дверь за моей спиной распахнулась, я рефлекторно дёрнулась, будто застигнутая на месте преступления.
Джархан отреагировал ещё более нервно. С силой, прижав меня к себе, он развернулся и корпусом отгородил меня от родителей. Моя голова мотнулась от резкого движения, и края болеро неприятно впились в кожу. Я болезненно охнула. Отцу это явно не понравилось.
- Отпусти мою дочь немедленно, — потребовал он, — и не смей таскать её, словно куклу.
- Со своей супругой, — холодно ответил Джархан, — я буду делать что угодно.
- Не в моём доме, — продолжал лезть в бутылку отец.
- О, так место — это единственное, что вас беспокоит? — съязвил мой супруг.
Я чувствительно сжала его руку и попыталась отстраниться. Джархан только сильнее прижал меня к себе.
- Отпусти, — твёрдо потребовала я.
Мужчины посмотрели на меня с таким видом, будто заговорила тумбочка. Поколебавшись мгновение, Джархан разжал руки. Где-то в глубине его глаз мне почудилась обида.
- Это мои родители, — хотела я сказать твёрдо, но вышло просяще.
«Я не знаю, что нашло на моего отца, — мысленно ныла я, — но на тебя-то я могу положиться?»
- Пойду в зал, — сказал Джархан, обведя взглядом всех присутствующих, — потом поговорим.
Тон был прохладным, словно осенний сквозняк. Я поёжилась. Контраст с недавней нежностью был ужасно неприятным.
Джархан ушёл вместе со всем своим сопровождением. Я обернулась к отцу и матери, скрестила на груди руки.
- Отец, ты ведёшь себя грубо.
Он ответил мне без тени раскаяния.
- Только так, как он заслуживает.
- Он не сделал тебе ничего дурного.
- Пока не сделал, Лилит. Я вижу его насквозь.
- Ничего ты не видишь, кроме своих фантазий, — неожиданно поняла я причину отцовской злости, — ты отправил меня на смерть, отдал тому, кого считал чудовищем. Теперь, когда он оказался лучше, чем ты ожидал, у тебя не выходит простить себе своей жестокости. Джархан здесь вообще ни при чём.
Отец покраснел от злости.
- Оказался лучше? Лили, то, что он забавляется тобой сейчас, вовсе не защищает тебя от жестокости в будущем. Я вижу дальше тебя.
- Ты просто выдумал себе кошмаров! — спорила я, — Почему своим злым фантазиям ты веришь больше, чем мне?
- Потому что мои глаза не застилает глупая влюблённость.
Я задохнулась от возмущения. Мать взяла отца за руку, но тот отмахнулся и от неё.
- В следующий раз, — зло процедила я, — когда ты захочешь меня увидеть, не смей обвинять Джархана в том, что он меня прячет. Я сама не поеду сюда больше. Ты меня слышишь? Это я отказываюсь появляться здесь. Это я не хочу вас видеть.
Я развернулась на месте и, поддерживая юбки, побежала вперёд. От обиды и злости в глазах выступили слёзы. Иллюзии, будто моё посещение дома будет сплошной сказкой, рушились с острой болью. Меня задела даже не грубость отца, а крушение тех надежд, которые я возлагала на эту встречу.