Не триумфатор (Альфа-13)
Ори голубчик или не ори, мне уже почти всё равно. Взор Некроса в откате, но я запомнил, где проходят нити сигнальных контуров. Лишь одна из них сейчас несёт хоть какую-то угрозу, при её срабатывании со свода арки ворот падает сеть. Спорное средство охраны, но почему-то в империи используется нередко.
Через эту нить я попросту переступил, по памяти, а последующие проигнорировал. Это просто густо напичканные «сигналки», проскочить между ними нереально.
Ну разве что с навыком Рухвата. То самое умение, что позволило мерзавцу просочиться через железную решётку.
Сирена не загудела, и не зазвенели тревожные колокола. Но я не сомневался, что те, кому полагается, уже знают, что кто-то прошёл через ворота без управляющего амулета. Наверняка, такое время от времени случается. Даже самые дисциплинированные люди при здешнем спокойствии то и дело должны забывать, что артефакт следует вовремя активировать. Так что у меня есть минимум несколько секунд до того момента, когда враги начнут понимать, что по их крепости шастает чужак.
А мне больше и не требуется.
Я почти на месте.
Цель: объект не определён. Режим свободной охоты (снижена вероятность успеха).
Несколько решительных шагов и резко стоп. До голема отсюда далековато, а вот до магов в самый раз, и все они расселись спиной ко мне, посматривая на каменного великана.
Очень удачно.
Остановившись, я вытащил жезл.
Гнев грозовых небес
Активация навыка у меня даже по меркам сильных южных магов разогнана до неприличия. И это я не учитываю функционал апгрейдов, с ним вообще какая-то фантастика получается. Но всё равно мгновенно применить не получается, требуется несколько секунд.
За спиной послышались торопливые шаги нескольких человек. Они так спешили, что почти бежали.
— Господин Смайдо, что вы делаете?! — испуганно воскликнул кто-то сзади.
И почти тут же закричал второй:
— Это не он! Чужой! Тревога!
Все шестеро магов начали оборачиваться, и в этот же миг на них обрушились первые молнии.
А я, чуть развернувшись, навыком переместился назад и тут же порвал пластину «активатора».
Зигзаги молний поблекли на фоне яркого света, что вспыхнул в крепости, земля ударила по ногам, и тут же громыхнуло так, что я вмиг оглох и, оторвавшись от земли, полетел куда-то спиной вперёд. Так как Воздушный щит навесить на себя не успел, пришлось расплачиваться Игнорированиями. Одно сбило ударной волной, ещё два потерял, пока катился по земле.
Когда, наконец, остановился, с трудом заставил себя вскочить. Очень хотелось просто поваляться на спине, раскинув руки.
Увы, некогда отдыхать.
Дел по горло.
Снова вскинул жезл и подвесил над магами Чёрное солнце. Очень надеюсь, что кто-то из свидетелей побоища выживет и доложит об увиденном. Навык, типичный для Большого юга, наверняка наведёт расследование на определённые мысли.
И такие мысли мне выгодны, потому что наличие у меня Чёрного солнца пока что не стало достоянием широкой общественности. Я навык не очень-то афишировал и, если верить моим источникам, слухи о неуместной магии Кроу по империи пока что не распространились.
Со временем узнают все желающие — это неизбежно. Но для меня важно именно сейчас любыми способами откреститься от происходящего.
Что будет потом — другой вопрос.
И он не актуальный.
Возле голема на ногах лишь один маг остался. Точнее: проявлял признаки жизни, пытаясь подняться. Я успел увидеть, как последние молнии Гнева небес бьют по голубоватой сфере, что окружала его фигуру, после чего по ней начали прилететь чёрные жгуты Солнца юга. И уже после второго удара живучий волшебник распластался на земле.
Ну да, два навыка такой силы пережить при неожиданной атаке непросто. Не уверен, что у меня это получится. Даже если эти маги далеко нерядовые, их навыки и атрибуты неспособны долго защищать от столь мощных угроз.
При столь неожиданных и сокрушительных ударах солидные волшебники чуть дольше сопротивляются, только и всего.
Покосившись на крепость, я убедился, что она чуть ли не в сплошной костёр превратилась. Местами на стенах каким-то чудом уцелели часовые, но они падают один за другим под стрелами моих людей.
Стрелы, кстати, самые обыкновенные, приобретённые моим агентом в обычной лавке далеко на юге. И луки приобретены так же. Ни то, ни другое не похоже на стандартное оружие и боеприпасы моей армии, так что и по этим уликам на Кроу не выйдут.
Я всё предусмотрел. Разве что, к примеру, мощнейшие взрывы могут связать с некоторыми моими привычками. Но, так-то, местные алхимики умеют создавать вполне эффективные бомбы. На меня в случившейся диверсии могут навести лишь некоторые улики, о наличии которых дознаватели должны как-то докопаться.
Вот откуда им знать, что именно мои взрывы оставляют после себя ореолы рассеянных драгоценных металлов? Они подобное даже искать не должны.
Надеюсь.
Ворота походили на развороченное жерло вулкана, и никто мне оттуда уже ничего не кричал. Однако это не означает, что можно превращаться в никуда не спешащего зрителя.
Надо поторапливаться.
Вытащил табличку и снова «нырнул» в ПОРЯДОК. Надеюсь, в случае чего мои лучники прикроют меня стрелами. Нет времени искать укрытие, да и нежелательно удаляться от голема в столь ответственный момент. Кто знает, какую роль при работе с ним играет расстояние.
Обнаружен активный ошейник Гранитного великана шести кровей. Непривязан. Текущий владелец: отсутствует.
Для привязки ошейника требуется функциональный участник ритуала. Для обращения к функциям ошейника постороннего лица необходимо разорвать связь с Гранитным великаном шести кровей у шести действующих управленцев из шести или получить у них временный допуск.
Всего действующих управленцев — 1
Временных допусков получено — 0
Выскочив в реальность, я выругался и вновь взялся за жезл. Не знаю, кто там такой живучий, поэтому придётся бить по площади.
Чёрное солнце юга
Не удержавшись, добавил Сгустком липкого пламени по ближайшему валяющемуся магу. Навык не сказать, что широко известный, но результат его применения выглядит не настолько характерно, как след от Лезвия. Для дознавателей, что станут изучать тела, может сойти за действие прокачанного Огненного копья или чего-то подобного.
Дождавшись, когда свистопляска молний затихнет, я снова забрался в ПОРЯДОК, торопливо уставившись на последние строки.
Всего действующих управленцев — 0
Временных допусков получено — 0
Ура!
Ну и что теперь? Что там дальше?
Для вас доступен функционал ошейника Гранитного великана шести кровей. Активировать доступ?
Да/нет
Естественно, я выбрал первый вариант, и, не дождавшись другого продолжения, вновь вернулся в реальность.
За время моего отсутствия здесь ничего не изменилось: всё такое же прекрасное, очень светло и шумно. Горят ворота крепости и дома в ней, где-то за стеной орут люди, часовые больше не маячат. Почти всё резко переменилось, лишь голем продолжает монотонно стучать по исполинской двери.
Стоп! Голем какой-то не такой. Он будто слегка светиться начал. Нет, ничего не излучает, просто ощущение именно такое... странное.
И, глядя на каменного великана, я начал ощущать и кое-что другое. Каким-то образом в голове моей из ниоткуда возникло знание. Я сейчас мог одним лишь усилием воли приказать голему стучать быстрее или прекратить. Мог посадить его, превратив в подобие тех куч камней, на которых сейчас тренируются мои арбалетчики. Мог заставить его сокрушить в крепости всё, что, осталось стоять после взрывов.
Последняя возможность, естественно, весьма меня заинтересовала. Но, изучив открывшееся знание, я понял, что голему придётся работать несколько часов даже при периодической энергетической подпитке, и всё это время мне придётся находиться где-нибудь неподалёку.
Нет, такие расклады категорически не устраивают.
Оставалась самоликвидация, и с ней не всё так просто. Громадный голем при создании столь сильно накачан энергией, что при активированном разрушении превратится в подобие бомбы. Каким-то непонятным образом я понимал, что рванёт она так мощно, что самые смелые мои опыты с порохом и платиной покажутся хлопками мыльных пузырей.
Но ведь при этом вовсе необязательно находиться рядом с каменным колоссом. Приказ элементарный, и при правильной подаче голем справится сам, без корректировок. Как бы сильно не рвануло, осколки вряд ли улетят дальше километра, так что надо рассчитать всё так, чтобы убраться на полтора-два.
Уставившись на голема, я отдал простой приказ.
Прекратить колотить по двери, развернуться, самым медленным шагом направиться в сторону крепости, добраться до её центра, остановиться.
И там уничтожить себя.
Каменный великан резко замер, опустил уже занесённую для удара лапу и начал разворачиваться.
Пожалуй, мне здесь больше делать нечего.
Припрятав ценную табличку в Скрытое вместилище, я помчался назад к своим людям.
* * *
Голем устроил суицид, когда мы отъехали километра на полтора. Увы, как ни торопились, быстрее не получилось.
Сила взрыва превзошла самые смелые мои ожидания.
Сначала позади чуть ли не по всему горизонту полыхнуло небо. Вспышка оказалась столь знатной, что подсветила даже те облака, что плыли далеко впереди нас. Затем перепугались лошади, когда земля под их копытами дрогнула.
Взрывная волна настигла нас спустя несколько секунд. Повезло, что в тот момент мы спускались с холма, и потому она не со всей дури грубо врезала, а, можно сказать, почти приласкала.
Но даже так ощутили мы её очень хорошо. Чуть-чуть сильнее, и некоторые могли свалиться.
Вместе с конями.
— Господин, это что такое было?! — потрясённо воскликнул Орнич.
— Голема видел? — невозмутимо спросил я в ответ.
Прилагая колоссальные усилия для поддержания этой самой невозмутимости.
— Ну да, господин, видел. А что?
— А то, что сломался тот голем.
— Как это сломался?
— Да вот так. И, как видишь, сломался он сильно. Ходу ребята, ходу. Мы тут всё живое на день пути переполошили.
Йохо и Майо своё дело знали, смертоносцы вели нас с такой уверенностью, будто всю жизнь здесь проводниками проработали. И хотя на территориях, прилегающих к запретным землям, с дорогами дела плохи, мы почти весь путь преодолели без помех и с такой быстротой, что чуть не загнали лошадей.
Увы, это далеко не те рысаки, которых мы одного к другому собирали из трофейных табунов. Коней смертоносцы где-то в Раве прикупили и держали в мелкой деревеньке, где делами заправлял жадный до денег мелкий арендатор. Те земли принадлежат небольшому клану, у которого с Ашши не самые дружелюбные отношения. Так что если кто-то и проболтается о странных людях, есть немалый шанс, что до моих врагов эта информация никогда не дойдёт.
Ведь вряд ли они сумеют повесить это дело на имперских следователей. Те если и сунут нос, то копать глубоко не станут или намертво вцепятся в очевидный след «диверсантов с юга». То, что южанам смысла нет забираться в такую даль ради какого-то мелкого посёлка, их вряд ли смутит. А вот Ашши — другое дело. Если делом займутся не клинические идиоты, вряд ли клюнут на такую версию, несмотря на все устроенные нами улики. Однако клановые ищейки на чужой территории никакой власти не имеют, что скверно сказывается на результативности их действий.
Доказать они ничего не смогут, а голословными обвинениями быстрее себе навредят, чем мне.
Бросив обессиленных лошадей перед спуском к каналу, мы направились вниз. Там, в старом затоне, почти полностью заросшем камышом, просматривались силуэты небрежно замаскированных лодок. Пара небольших скорлупок, но нас немного, а «багажа» и вовсе нет, так что свободно поместимся и привлекать ненужное внимание не будем. Такие узкие посудинки по водоёмам Равы тысячами ходят с пассажирами и грузами.
Мы уже почти дошли, когда из камышей начали появляться люди. Один, два, три, четыре... десять, пятнадцать, двадцать... Как то это не похоже на «пару криминальных личностей», что должны держать лодки наготове.
Хаос! Вот почему я не проверил местность Взором Некроса? Ведь понятно, что в таких зарослях можно запросто несколько сотен головорезов спрятать.
Хотя нет, тут далеко не сотни, тут всего-то неполные три десятка. И, оценив их внешний вид, я понял, что ругал себя напрасно.
Эти жалкие оборванцы Взора Некроса не стоили.
— Ваши охранники? — с сомнением уточнил я.
— Не совсем, — ответил Йохо.
— Наших знакомых только двое, остальных мы не знаем, их здесь быть не должно, — добавил Майо.
Один из оборванцев, глумливо усмехаясь, выступил вперёд:
— Вечер добрый, уважаемые господа. Что ж вы так долго? Мы тут вас уже заждались, заскучали.
— Содик, это что за шантрапа с тобой? — хмуро спросил Йохо.
Тот покачал головой:
— Это не шантрапа, это уважаемые люди, и ты, уголёк, их, получается, оскорбил. За такие слова заплатить придётся. И да, мы тут подумали и решили, что работёнку ты подкинул тяжёлую, за такую полагается платить больше. Гораздо больше.
— Неужто так сложно просто возле лодки посидеть? — ухмыльнулся Йохо.
— Ты не представляешь, какая тут сырость, а комары за час могут всю кровь высосать. Так что да, сложно тут.
— У нас вообще-то договор был, — напомнил Майо.
— Да, был, — не стал отрицать Содик. — Но я тогда думал, что вы люди честные, а оказалось, что это не так. Хорошо помню ваши рожи, когда мы договаривались. Они тогда были какими-то странными, но белыми, а теперь почему-то стали чёрными. Честные люди не красятся, вы тут что-то незаконное мутите, а незаконным на нашей земле бесплатно заниматься нельзя. Так что придется заплатить. Хорошо заплатить. И не надо тянуться своими пальчиками к железякам. Посмотри вокруг, у нас своих железяк полно, и с нами пара настоящих альф из города, от наших друзей. Они ваши шаловливые пальчики мигом обрежут, если что. Хотите, по-доброму платите, а не хотите, поговорим по-плохому. Что так, что так заплатить придётся.
Сельский бандит радостно улыбался, совершенно не понимая, что вляпался так сильно, как никто и никогда в его убогой деревне не вляпывался. А мы смотрели на него с огромным интересом.
Ну а где ещё на такого недоумка полюбуешься?
Содик, улыбнувшись ещё шире, добавил:
— Я бы хотел, чтобы мы поговорили по-плохому. С детства терпеть не могу южан, а копчёных южан ненавижу тем более.
— Да мы тут все южан не очень-то любим, — усмехнулся Орнич и, обернувшись ко мне, вопросительно произнёс:
— Господин?
Я ничего не ответил, просто кивнул.
Радостно ухмыльнувшись, Йохо неспешно потянул из ножен тесаки:
— Содик, у тебя сегодня самый неудачный день в твоей поганой жизни.
— Потому что мы тоже хотим по-плохому, — добавил Майо.
Глава 14 Про нас забыли?
Глава 14
Про нас забыли?
Возвращение прошло без проблем (крайне болезненные неприятности Содика и его шайки неудачников таковыми считать нельзя). Сначала всем, включая меня, пришлось поработать на вёслах. Затем мы сожгли лодки уже в другом уединённом затоне, продолжив путь на лошадях, что ждали нас неподалёку. Потом нас снова приняло тайное убежище паченрави, где последовал второй переход через артефакт пути.
Дальше пришлось ждать. Амулеты связи в горах работали так же плохо, как и на большей части Мудавии, поэтому мы заранее условились, как подать о себе весть без них. Дожидаясь нашего возвращения, один из лагерных разведчиков постоянно следил за приметным местом. Оставив на нём ночью условленный знак, мы в укромном гроте просидели до момента, когда мой «двойник» отправится на очередную охоту, где и организовали «подмену наоборот».
Так что на этот раз в лагерь вернулся уже настоящий Гедар Хавир.
Камай, лучась радостью и сгорая от нетерпения, сообщил, что последний, самый неудачливый стрелок, получил долгожданный навык ещё вчера утром. И с тех пор наши солдаты, по сути дурака валяют. Сначала им велели израсходовать остаток учебных болтов, потом устроили обучение бою на мечах.
Так-то найти, чем бойцов загрузить, несложно. Но в отличие от охоты на каменных великанов эти занятия сложно выдать за убедительную причину продолжительной остановки. Поэтому Камай нервничал всё больше и больше.
Я тут же скомандовал готовиться к выходу, и наутро мы продолжили путь. Через чащобу котловины солдаты успели провести приемлемую дорогу, так что телеги преодолели этот самый непростой участок почти без заминок.
Дальше на пути стояли два невысоких хребта с лесистыми перевалами. Там тоже местами приходилось браться за топоры, пилы, ломы и лопаты, но в целом по местным меркам мы продвигались поразительно быстро. Сказывалось то, что обоз у нас небольшой и телеги в нём облегчённые, необычной конструкции.
Вот уж никогда бы раньше не подумал, что телега для армии — самое главное оружие. Даже за небольшим войском приходится тащить тонны и тонны еды, лекарств, овса, одежды, шанцевого инструмента, различных боеприпасов, посуды и многое-многое другое, включая даже передвижные мастерские шорников, кузнецов, плотников и прочих спецов, без которых не будет ремонта оружия, доспехов и конской упряжи. Нам столько всего требовалось, что я даже четверти списка по памяти перечислить не смогу. Да мне и не надо знать все детали, такими делами заведуют подчинённые.
В общем, добра у нас много, и на себе его всё не утащишь. Требуется множество повозок, к которым предъявляются особые требования, столь строгие, что даже кареты аристократов до них не дотягивают.
Ну а как иначе? Ведь стоит одной сломаться на узкой дороге, и весь обоз остановится.
Так что я им особое внимание уделил. Знал, что рано или поздно понадобятся, потому мастера с нуля их делали, перенимая самые удачные решения из лучших конструкций. В том числе использовали революционные по местным меркам технологии. Например, применяли качественный металл для колёс и стальные подшипники, аналогов которых здесь, скорее всего, нет. Те, что использовались в забытой древности, отличались, я тут применил исключительно земной опыт. Многое пришлось упростить, но в сравнении с тем, что здесь принято пускать в дело, всё равно революционный прорыв получился. На дороговизну материалов мы не смотрели, и потому повозка грузоподъёмностью всего лишь в семь центнеров обходилась нам по цене пяти стандартных для армии подвод, способных увезти до тонны.
Да, наши так сильно не загрузишь, зато они гораздо проходимее и способны долго двигаться по самой сложной дороге без ремонтов. Лошади, что их тянут, отборные, лучшие из трофейных тяжеловозов, они быстрее обычных и меньше утомляются, что тоже положительно сказывается и на скорости и на протяжённости дневных переходов.
Плохо лишь то, что припасов у нас немного. Я имею ввиду продовольствие и фураж. Так-то повозок немало, но загружены они другими вещами. Например, двадцать восемь заняты почти одними лишь болтами разных номеров. Да-да, двадцать восемь умножить на семьсот кило это без малого двадцать тонн боеприпасов для стрелков. И это с учётом того, что у нас всего-то тысяча арбалетчиков.
Думаете это какие-то нереальные цифры? Я бы тоже хотел так думать, но, увы, слишком информирован. Вы попробуйте перейти от учёта тонн к конкретным бойцам и их потребностям. С учётом таскаемого стрелками увеличенного боекомплекта на одного человека меньше ста пятидесяти болтов выходит. Согласитесь, звучит уже не чрезмерно. Это всё равно, что отправляться на продолжительную войну имея пять магазинов к автомату Калашникова. Да, скорострельность нашего оружия несопоставима, но учитывая то, что в бою наши арбалетчики способны выпускать до восьми штук в минуту, это немногим больше четверти часа ожесточённой перестрелки.
Несколько утрирую, конечно, но порядок цифр именно такой. То есть на повторение битвы Трёх королей боеприпасов должно хватить, но после неё их останется немного. А мы ведь не знаем, что именно нас ждёт на приморских равнинах. Вдруг кампания затянется на год, и придётся участвовать в десятке сражений. Также не факт, что после боёв нам позволят собирать уцелевшие болты.
Я говорю о простых, разумеется, ведь от артефактных лишь труха, пыль да выжженные пятна остаются.
Некоторое количество боеприпасов должен возобновлять «бывший подземный цех», для которого пришлось выделить ещё два десятка повозок и фургонов. Но надо учесть, что запас материалов у мастеров иных рас невелик. Также на другой стороне хребта у нас не будет доступа к нэллосам, следовательно, специалистам придётся переходить на другие, не такие эффективные заготовки. Но зато со сталью, полагаю, проблемы не возникнут. После всякого боя обломков оружия и битых доспехов много набирается.
Так что хотя бы обычные болты частично или в полной мере за счёт производства и сбора на полях сражений мы возобновлять сможем.
Надеюсь.
Несмотря на то, что дальнейший путь не показался сложным, расстояние, что в степи можно преодолеть за сутки, отняло у нас четыре дня. Преодолев последний перевал, вышли мы туда, куда я и планировал изначально — в долину, зажатую между короткими отрогами хребта. В ней, как и во многих местах по эту сторону гор, веками выращивали корабельный лес. Владельцы земель никого к ценным деревьям не подпускают, так что тут ни охотников не бывает, ни сборщиков природных даров. Да и на охрану сейчас нарваться шансов мало, скорее всего, все местные жители разбежались от нашествия. Ну а если она всё же бдит — не страшно.
Мы всё-таки армия их императора, а не порубщики нелегальные.
Пока обустраивали лагерь, разведчики направили своих птиц дальше, на предел действия навыков. И почти сразу же начали поступать неожиданно-тревожные известия.
Там и сям бойцы замечали разорённые деревни, разгромленные дорожные заставы, разрушенные мосты и сгоревшие посевы. Всё указывало на то, что нашествие уже не поблизости, а прямо здесь, но ведь этого быть не должно. Выступая в поход, я точно знал, что ближайшие вражеские отряды находятся юго-восточнее от долины, приблизительно в полутора дневных переходах. И никакого желания двигаться дальше они на тот момент не проявляли.
С точки зрения здешней тактики и стратегии остановка агрессоров — логичный шаг. В тылу у южан остался богатый Феороннис — осаждённый с суши и с моря, но не взятый. Огромный город сражается и ждёт помощи от империи. Я не знаю, какой у него гарнизон, но понятно, что очень и очень неслабый. Пока армия четырёх кланов с ним не разберётся, никуда не сдвинется.
Да и не факт, что после успешного окончания осады последует продолжение кампании. Очень может быть, что цель этой войны и заключается в захвате самой ценной «жемчужины» юго-восточной провинции. Это главный город на том участке ралийского побережья, что всё ещё контролируется Равой. Лишившись его, империя, фактически, окончательно потеряет и это море, ведь к северу от Феоронниса удобных портов нет.
Знатная победа Ассиопы получится. Достойная того, чтобы остановиться на достигнутом.
Временно остановиться, разумеется. Переварив обильную добычу, Большой юг пойдёт дальше.
Если верить летописям, он всегда так поступает. Война за войной откусывает кусок за куском. Империя пятится дальше и дальше на север, и уже почти позабылись те времена, когда она хотя бы пыталась всерьёз вернуть захваченное. Наша сторона исключительно защищается, вражеская атакует снова и снова.
Такие вот здесь дела.
И в эти дела никак не вписывается то, что перед нами расстилается разорённая земля. Врагов здесь быть не должно.
Тогда кто её разоряет? Свои? Увы, при всей нелепости этот вариант нельзя отбрасывать. Имперская клановая система весьма и весьма несовершенна, «семейные армии», оказавшись на чужой территории, нередко ведут себя на ней, как безжалостные завоеватели. И то, что владеют ею союзники, их не очень-то смущает.
Потому что союзником в текущей войне, например, может оказаться род, с которым они веками враждуют. В открытую воевать с ним в такие времена недопустимо, а вот так, гадить на его земле, как бы нельзя, но кто их за такое серьёзно накажет в столь непростое время?
Императору и его принцам проще закрыть глаза на разорение или даже гибель тысяч простолюдинов, чем реально их защитить, огорчив строгостями некоторых аристократов.
Так что да, могли свои поработать, это вполне себе вариант. Но картины, описываемые разведчиками, говорили, что для клановых распрей происходящее выглядит слишком уж жестоко. Массовые кровавые расправы над крестьянами на традиционные грабежи не похожи. Это тотальное опустошение, когда никого не щадят.