Скандальное замужество попаданки
— Из России? — как у неё округлились глаза в этот момент. И мне ничего не осталось, как открыть крышку инструмента, сесть за него и спеть ей первый пришедший в голову романс на русском языке из фильма «Дни Турбиных» «Белой акации гроздья душистые». А потом прочитать все стихи Пушкина, что я помню наизусть, и ещё исполнить что-то из Чайковского и Рахманинова.
— Этого просто не может быть, дитя моё! Ты никуда не пойдёшь, мне очень нужна компаньонка, о, какое счастье, такая редкость образованные девицы в наше время. Как твоё имя, девочка моя?
— Марина Александровна Отрогова, госпожа.
— О, как это благородно звучит! Позволь представиться, леди баронесса Эмма Свон. Для тебя леди Эмма.
Я вытянула счастливый билет. Не просто счастливый, а счастливейший!
Каждый день ловлю себя на мысли, что этого не может быть! Я же невезучая. А тут так неслыханно повезло, постоянно благодарю леди Эмму за доброту. Помогаю ей всем чем могу. Её две слишком пожилые служанки с радостью позволили мне делать посильную работу и особенно всё, что связано с улицей: прогулки с Мишенькой, походы в лавку за сдобой, да мало ли дел по дому для девушки.
Леди Эмма купила мне два скромных платья, накидку, шляпку и перчатки.
Но не окружение меня удивляет, а я сама. Моё тело таит в себе столько загадок и секретов. Но сколько не пыталась, вспомнить так ничего и не получается. Может, она специально запутала следы, может, прячется?
На эти детективные мысли меня натолкнул «загар».
После нескольких тёплых ванн с солью, я неожиданно обнаружила, что с меня «смывается» бронзовый оттенок кожи. Готова поклясться, что светлею после каждой помывки. Я чуть темнее чем типичная англичанка, но всё же не настолько тёмная, какой была в первые дни.
Это заметила и леди Эмма, мне пришлось сказать, что долго приходилось гулять на улице и загорела. Наивная леди Эмма с воодушевлением верит всему.
Из-за чёрных волос я действительно, смотрюсь довольно экзотично, но лорд Аргайл несколько преувеличил, назвав меня цветной. Пусть глаза проверит.
Вспоминаю о нём, ведь надо как-то узнать, нет ли вестейо родных девушки, в чьё тело я попала, но боюсь. С таким трудом создала новую легенду, и ведь мне даже обманывать никого не пришлось, сказала правду о себе, даже имя назвала настоящее.
Так и не решилась отправить посыльного с запиской к герцогу.
Третий месяц живу счастливо, радуя леди Эмму и её друзей творческими вечерами.
Несколько раз в неделю к нам приходят соседи, а у меня начинается сольная концертная карьера.
Сама поразилась, насколько глубоким тембром теперь обладаю, как говорила педагог по вокалу: «мясистый» голос. Ещё не могу привыкнуть к его силе, а во время исполнения романсов, у самой мурашки по спине бегут.
«Белые акации» - фаворит наших вечеров.
Все уверовали, что я действительно гувернантка для детей до десяти лет, по музыке и вокалу, общему развитию и искусству. На большее амбиций не хватило, математика и другие точные науки — это не мой конёк.
Но для домашнего обучения знаний бы хватило. Всё же российская система образования лучшая. В один из вечеров мне неожиданно начала задавать вопросы о навыках и опыте леди Эриксон. Дородная дама лет пятидесяти, но такая же холёная и сведущая во многих делах светского общества.
Леди Эмма отвлеклась, провожая гостей, а когда вернулась и услышала суть допроса, вспыхнула негодованием:
— Вайлет, а в чём, собственно, дело? Ты решила забрать мою девочку к себе?
— Ах, дорогая Эмма, в королевском дворце сейчас проживают две маленькие племянницы королевы, третья вода – не родня, как говорится, но девочки сиротки, при коронованной тётке как приживалки, им уже второй месяц ищут бонну, гувернантку или наставницу. Но всё, что-то не подходит. Вот и думаю, а не попробовать ли нашей Марине удачу. Уж больно высокое жалование предлагают, ну что она с тобой всё время? Для незамужней девушки нужно общество. Непосредственно к королевской семье она отношения иметь не будет. Скромная должность в одном из милых флигелей дворцового комплекса. Но это очень почётно, после этой работы, Мари с лёгкостью найдёт себе любое престижное место!
Как же убедительно говорит леди Эриксон, я сама поверила, что это место - единственный шанс поправить своё шаткое положение в новом мире.
— Я хочу попробовать! — выпалила быстрее, пока Эмма не нашла довод не пускать меня. И тут же понимаю, что документов-то нет. Сразу же отметаю эту идею, но Вайлет настойчиво предлагает завтра съездить вместе на прослушивание и объяснить ситуацию. Сделать карточку личности для дворцовой служащей ничего не стоит, резюмировала она.
Опечаленная Эмма назвала себя эгоисткой, потому что совершенно не хочет отпускать меня, пусть даже это самая престижная должность.
— Но меня могут и не взять, обычно более, всего любят француженок, они утончённые, женственные, так что я с удовольствием схожу, но не рассчитываю на успех, — сказала, встала со стула и осторожно закрыла крышку пианино, задула свечи, реверанс и бегом гулять с Мишей. Пусть госпожа Эриксон сама поговорит с дорогой Эммой, так проще для всех.
В этом районе, я уже местная знаменитость, и это так приятно, но тут меня не смогут защитить, почему-то появилось предчувствие, что ещё пару месяцев с маленькими салонными концертами, потом одна из дам решила устроить пышные крестины своему внуку и захотела, чтобы я пела гимны на торжестве.
— Ой, что же я делаю. Мне нельзя во дворец! Невеста герцога сестра королевы, — замираю на месте, закрыв рот рукой, чтобы муха не влетела, да мух и нет. А проблемы назревают. Я забылась и стала слишком заметной в местном обществе. Сама себе готовлю неприятности.
Не успеваю придумать, как отказаться, чтобы никого не обидеть, из нашей калитки вышла довольная собой леди Эриксон, громко крикнула, что завтра заедет за мной в десять утра, и что-то ещё про шанс…
Глава 17. Сам дьявол ему помогает
Стоим с Мишей, он обнюхивает куст, а я обнюхиваю обстановку, пока она не накалилась, но скоро рванёт, и окажется…
— Миша, а собственно, что окажется? Что герцог поступил некрасиво, обозвав меня вещью? Или откроется, что я обманщица, так я ничего не помню. Кто-то скажет, что я совратила белого и пушистого ангела, торгующего бриллиантами? Не смешите меня-я-я! Такой человек и чёрта обманет, никогда не поверю, что он невинная овечка. Он волк в овечьей шкуре. Матросы перед ним на цыпочках ходили. Ох, не так прост герцог Аргайл, но и я не деревенская дурочка!
— Ты сказала о герцоге из клана Аргайл, том самом, которого зовут Джозеф Вильгельм?
Вздрагиваю от неожиданности, не услышала, что леди Эмма вышла подышать вечерним воздухом.
Стою как истукан, потому что герцога в моей легенде быть не должно.
— А я по неосторожности видела его однажды, во время путешествия из России, и влюбилась. Но кто я, и кто он!
Решила умолчать про спасение, но оно вполне бы логично вписалось в шпионскую версию моего попадания в Англию и без документов. Но слишком уж фантастический сюжет. Так что я решила промолчать.
— Вот именно ты ангел, а он монстр! Да безумно красивый, но зачем тебе даже думать о нём, простая гувернантка и герцог.
— Да, я тоже так подумала, поэтому и не обратилась к нему за помощью, хотя он очень настаивал, чтобы я, как прибуду в Лондон, обязательно заехала к нему. Но это же абсурдно, поэтому не хочу лишний раз попасться ему на глаза, да меня бы и не пустили.
Стою перед леди Эммой. А у самой уши горят огнём. Так хочется спросить, почему он монстр, хотя зачем, я и так знаю.
Но она наклонилась поближе и прошептала:
— Он продал душу дьяволу. Поговаривают, что богатство само течёт к нему в руки нескончаемым потоком, всё, чего он касается – приносит ему баснословные прибыли. За это его люто ненавидит королева…
Я поперхнулась, словно несуществующая муха, таки влетела в мой открытый рот.
— А разве не сестра Её Величества его невеста? — мой глубокий «креольский» голос вдруг срезался на писк.
— Так это дело тёмное. Он с этой истеричкой расстался из-за какой-то мулатки! Сплетни такие любопытные, но их пресекают. Никакой информации, как всегда, самое интересное остаётся в тени, а нам простым обывателям только догадываться…
Она проворчала, наклонилась к дрожащему Мише, подняла на руки и пошла в дом, преисполненная досады, что про тайны герцога не печатают в газетах…
А я замерла на месте.
Он расстался из-за меня? Другая «мулатка» за такой короткий срок вряд ли могла появиться.
И леди Эмма даже не сопоставила факты, ведь я только что сказала, что встречала герцога Аргайла.
Ах, да! Я же русская!
Ну это всё объясняет, конечно!
Хмыкаю, еле сдерживая истерический смешок, чтобы не привлечь к себе внимание Эммы и быстрее прячусь в своей комнатке.
— Пора бежать и отсюда, скоро она что-то заподозрит и сдаст меня дьяволу. Так постойте, почему это дьяволу? Я же не принесла ему богатство, всего лишь нищая девица, почти утопленница, по этим слухам, я должна быть королевой, чтобы меня спас такой человек.
Вздыхаю, никакой он не дьявол, просто удачливый предприниматель, и такой красивый, недоступный, что лучше бы его забыть…
Глава 18. Шпионка?
Очень плохо спала ночью. Дважды просыпалась в холодном поту от страха, что меня ищут какие-то люди, а я преступница и всё в моей жизни пропитано ложью. И ужаснее всего, что герцог Аргайл показывает на меня пальцем и кричит: «Схватить её!»
В шесть утра тихонько приняла ванну, долго сушила волосы, тщательно оделась к завтраку, сделала укладку по последней моде, в стиле причёски «Помпадур».
Грубая и слишком белая пудра моему «загорелому» лицу совершенно не подходит, румяна тоже не нужны, из косметики на подобное собеседование допустим только блеск на губы. Осматриваю себя в большое зеркало в гостиной на втором этаже, вздыхаю и спешу вниз на кухню, приготовить завтрак себе и леди Эмме. Потом прогулка с Мишей и пугающая поездка во дворец.
— Так рано, а ты уже на ногах, дитя моё! Не переживай, даже если не примут, я буду только счастлива. Скажу по секрету, через несколько дней к тебе придёт свататься управляющий графского имения Локридж, довольно состоятельный, видный мистер Кейси, советую присмотреться, лучшей партии не найти, если ты не собралась вернуться в Россию, конечно.
— Я сирота, в России меня, к сожалению, никто не ждёт.
Подаю нам лёгкий завтрак, смущение захлёстывает, ведь ещё вчера об этом сватовстве и речи не было. И вот вам сюрприз.
Что-то за моей спиной происходит.
Видела я пару раз мистера Кейси, приятный, обычный, но не предел моих мечтаний, мне кажется, что он, как и большинство мужчин повёлся на красоту, но когда у нас родится чуть более смуглый малыш, то «муж» меня возненавидит.
Лишний раз убедилась, что работа во дворце лучший вариант развития событий. Даже успокоилась в ожидании собеседования.
Быстро прогулялась с Мишей, и через несколько минут за мной приехал солидный экипаж леди Эриксон.
— Садись скорее, дорогая, мы опаздываем. У меня аудиенция у премьер-министра, пока я в административном корпусе занимаюсь своими делами, ты успеешь пройти собеседование на должность. К тебе приставят сопровождающего, не пугайся.
А я в самом деле испугалась. Одна во дворце? Даже не представляю, как себя вести.
Сердце гулко отбивает ритм марша, в ушах звон, сжимаю перчатки в руках и понимаю, что всё это пустяки, ведь в моей жизни была акула. Что же ещё страшнее может случиться?
Дорогую, приметную карету караульные впустили без лишних вопросов, показалось, что нас и не будут спрашивать о цели визита. Но это только показалось.
— Мари, я написала письмо от своего имени и упомянула Эмму, коротко о тебе и твоих музыкальных способностях, это не то, чтобы рекомендательное письмо, но очень на него похоже. Мы не имеем такого веса в обществе, чтобы открывать все двери, но надеюсь, что тебе моя протекция окажется весьма кстати. А сейчас пройди вон в ту дверь, а мы поедем дальше. Через час я тебя встречу на этом месте.
— Слушаюсь, очень вам благодарна! — беру письмо и с почтением слегка склоняю голову. Но большим уважением будет, если я отпущу ее дальше по делам.
Быстро выпрыгиваю из кареты и пробегаю в тот вход, что мне показала Вайлет. Каблучки стучат по мостовой, успеваю осмотреться и ахнуть от восторга, ведь я в таком месте никогда не бывала. Это же королевский дворец.
— Сударыня! По какому вопросу? — мой восторг охладил мужчина в деловом костюме. Его проницательный взгляд оценивающе сканирует, заставляя замереть в ощущении вины. Вот именно с этим чувством «вины» я и просыпалась сегодня несколько раз.
Этот джентльмен совсем не настроен на романтику и даже снисхождение.
И он, как и герцог Аргайл, уловил диссонанс в моём образе и наглостью заявиться сюда без приглашения.
— Вот! Это рекомендация на должность няни маленьким девочкам.
Протягиваю ему письмо, потому что ничего лучше не придумала.
— Назовитесь! — он, не спеша, встряхнул свёрнутый лист и пробежался взглядом по содержимому. А в моём сознании уже вспыхивают нервные всполохи, но с чего мне боятся-то, я же официально объявила себя русской гувернанткой.
— Марина Александровна Отрогова. Гувернантка по части музыки, — представилась и присела в реверансе, уж не понимаю, что делать-то.
— Пройдёмте, проверим ваши документы.
— А у меня нет, — шепчу, в ужасе невольно делаю шаг назад.
— Нет? А зачем вы приехали?
— Я думала, что если подойду, то подам на восстановление документов.
Он замер, смотрит на меня как на умалишённую. Скривил рот в пренебрежительной улыбке, как иногда инспекторы ДПС, когда нарушение очевидное…
Но он гораздо страшнее инспектора.
— Пойдёмте, сударыня Отрогова!
— Куда?
— На допрос! Вы или откровенная дура, или шпионка, или суфражистка? С такой внешностью назваться русской, заявиться во дворец, и просить место? Вас обыщут, может, вы бомбу принесли с собой.
— Вы с ума сошли? Я гувернантка!
— В любом случае до выяснения вашей личности, мне придётся посадить вас под арест, без документов иностранцам нельзя разгуливать по столице.
— Отпустите меня, пожалуйста, я буду сидеть тихо, как мышка у леди Эммы, пока вы подтвердите мою личность.
Я заскулила как наш Миша, когда просит вкусняшку со стола. Но на этого жестокого господина ничего не действует.
Остался последний козырь, назвать имя герцога, но мой язык не поворачивается, прям к нёбу прилипает, стоит только начать выдавливать из себя «Г….».
Незнакомец на улице вёл себя дипломатично, но стоило войти в закрытое помещение, как он довольно грубо втолкнул меня в серый кабинет и прорычал:
— Хью, она твоя, допроси на первый круг, всё запиши, потом я ещё раз уточню все детали, и готовь её в женскую тюрьму…
Глава 19. Допрос
Первый круг ада. Потом второй.
Я догадалась, что лучше говорить меньше, так, по крайней мере, не погорю на деталях. Но эти джентльмены не зря именно тут несут службу.
— Сударыня, вы понимаете, что сейчас произойдёт?
— Простите, нет! — снова шепчу, с виноватым видом, но без официального признания вины. Чем очень раздражаю дознавателя.
— Вас посадят в тюрьму, и вы вряд ли из неё выйдете. Если вы потеряли документы, то уйдут годы на запросы о вашей личности в Россию. Годы! Если вы шпионка, то нам ответят моментально, и сделают идеальные документы, но мы вас в любом случае не выпустим. Для шпионов у нас особые законы.
Ну вот я и дождалась, началось откровенное запугивание.
Слышала, что в это «заведение» уже заходила леди Эриксон, и мне подтвердили, что она за меня заступилась, но не так чтобы нанять адвоката, им такие проблемы не нужны.
Я осталась одна.
Последний шанс спастись – это назваться вещью герцога. Ведь у вещи нет документов, сказать, что я беглая рабыня…
— Значит, вы упорно не хотите признать себя шпионкой! Так и запишу, что подозревается в шпионаже на Россию, и вину не признаёт. С такой формулировкой вас действительно не выпустят.
— Я… я…
— Что вы?
— Я собственность лорда Аргайла, — прохрипела на выдохе он ахнул, откинулся в кресле и побледнел.
Почему все бледнеют, когда речь заходит о герцоге?
— Сударыня, вас проводят в гостиную, я сам съезжу в замок Его Сиятельства. Если он вас признает и пришлёт адвокатов, то инцидент закроют немедля. А пока вам предложат чай и лёгкие закуски.
— Вы не поняли, герцог считает меня своей вещью, меня можно приковать в конюшне, как животное, и не церемониться…
— Не шутите так, мы все прекрасно понимаем. Вы, должно быть, обижены, но это уже не наше дело.
Хьюго помог мне встать со стула и под руку проводил в приличный холл, распорядился, чтобы меня накормили.
— Госпожа назвала имя очень знатного господина, которой может поручиться за неё, поэтому я лично съезжу на беседу и опознание, а вы присмотрите за леди, не пугайте, но не отпускайте!
Выдал рекомендации своему адъютанту, тот крикнул: «Слушаюсь!» и встал у двери на страже.
Куда поехал дознаватель никто не узнал. Наверное, подобного рода дела так и утрясаются очень тихо. А меня Хьюго посчитал шлюхой герцога, экзотической игрушкой.
До замка путь неблизкий, сейчас уже обед, новости о моей дальнейшей судьбе поступят поздно ночью. Ну что же, он хотел, он получит.
В смятении не осмотрелась, холл вполне приличный, наверное, тут проходят приятные встречи сотрудников тайного отдела, ведь именно сюда угораздило меня влететь на всех парусах. Спряталась в кресле за огромным фикусом, листаю подшивки старых газет. Сбежать – себе дороже, моя миссия провалена.
Сижу час, второй, нервы начинают сдавать.
— Вы не имеете права! Когда Её Величество вернётся, вас четвертуют! — в коридоре раздался приглушённый рык. У меня неприятности подходят к неприятной развязке, а у кого-то только начинаются?
Вдруг стало очень интересно, у кого такой приятный голос и в чём этого господина обвиняют, и почему он так уверен в благосклонности королевы?
Какая-то заминка, кто-то куда-то пробежал, потом снова тяжёлые шаги и очень холодный голос произнёс неприятную речь, от которой даже у меня в животе спазм. Они не знают, что я тут? Мой охранник вышел, а я тихо сижу за огромным цветком, как невидимка и слушаю:
— Маркиз, вы сами вынудили премьер-министра отдать приказ относительно вас. Не стоило так откровенно лезть в политику. Ваше пагубное влияние на Её Величество сказывается на нашем государстве. Ещё немного и мы станем умолять французов о милости объединения? Послушайте, вы перешли все границы…
— Вздор, я близкий друг королевы, я развлекаю её, но Её Величество никогда не прислушивается к моим советам, они и не касаются политики. Это подлые наговоры врагов, кто желает занять моё место? Герцог, граф, вы сами знаете имена. Поймите, я не шпион, и не преследую никаких целей, никаких, кроме доставить удовольствие Её Величеству. Счастливая королева – счастье стране!
Упс! Любовник королевы тоже обвиняется в шпионаже? Да сегодня день шпионов!
Хочется скорее взглянуть на этого героя.
Его тут же и втолкнули в помещение, где я в одиночестве коротаю время.
Он замер, и с интересом уставился на меня, словно увидел привидение.
Глава 20. Казнить нельзя женить?
Молодой, довольно крепкий мужчина, высокий, и очень приятный на вид. Не красавец, не такой, как герцог. Тот красив невероятно, блондин, синие бездонные глаза, какие я до сих пор вспоминаю с трепетом, а может, и с ужасом, не разобралась пока.
А этот совсем иной.
К его внешности подходит слово: «свой».
Он типично привлекательный, а судя по широкой улыбке и весёлым глазам – душа любой компании.
Аниматор от бога.
И всё же есть в нём некая надменность, аристократизм. Уж одет он с иголочки, идеальный костюм, всё, чтобы подчеркнуть сильную мужскую фигуру.
Кажется, я не заметила, что моё присутствие раскрыто, пора бы опустить глаза и сделать вид, что я тут по важному делу, но я забылась. Невольно отвечаю на его улыбку.
— О! Мадам! Какая приятная встреча! — проговорил он с французским акцентом, а я вдруг решила подыграть и на французском же ответила:
— О, да месье! Учитывая место, то встреча, действительно приятная. Но разве мы знакомы?
Мой французский звучит в этой реальности значительно лучше, сама удивилась, слушая себя. А незнакомец окончательно включился в нашу игру, знал бы он, как это опасно. Ведь я тут числюсь шпионкой.
— Нет, вас я бы запомнил, даже если бы увидел на миг…
Наш милый флирт внезапно прервался громким окриком из коридора.
А ведь я хотела по старой арестантской традиции уточнить у красавчика: «за что замели?», сама рассмеялась, но задать глупый вопрос не успела. В зал «ожидания» вбежал пожилой господин в длинной мантии, очень сурового вида. И «фаворит» королевы, его узнал, улыбка с лица маркиза слетела.
— А, сам граф Стэнфорд, а я думаю, кто же меня решил подсидеть!
— Закройте рот, де Круа, вас поймали с поличным. Рыться в личном бюро Её Величества, это преступление! Вы перешли все границы. Тюрьма, ссылка или, или, а мы вас женим. Королева в этом случае сама прикажет вас наказать со всей строгостью, на какую она способна, а она способна на всё.
— Граф, я искал своё амурное письмо, позволил себе фривольность в тексте, и пока Её Высочество на водах, её корреспонденция складывается секретарём в бюро, всё запечатанное, я ничего не…
— Вы охотились за письмом германского консула! — завизжал незнакомец в мантии.
Мне та-а-а-ак интересно, впервые лично вижу шпионские интриги. Про то, что сама могу пострадать из-за того, что услышала, у меня и мысли не возникло.
— Да там и не было этого письма! — проговорился маркиз, так и хотелось сказать, чтобы он закрыл рот и перестал сдавать себя с потрохами. Сейчас наболтает себе на эшафот, но он вывернулся, — у секретаря должен быть журнал учёта каждого письма, проверьте, все письма на месте, я ничего не брал! А то, что печать на одном вскрыта, так это ваш человек сделал намеренно. Вы всё это подстроили. Так что через три дня Виктория вернётся и потребует от вас объяснений!
Маркиз снова улыбнулся, он ликует, празднует победу. Видимо, это далеко не первый раз, как его пытаются подставить.
Немая сцена затянулась, граф Стэнфорд неожиданно заметил меня и густо покраснел от злости:
— Хьюго, Уолкер! Что тут делает эта женщина! Уведите!
— Она ждёт опознания, документов нет, говорят русская шпионка! — звонко, прокричал охранник, что выбегал покурить, и тут такое началось, что он не решился войти, а когда граф завопил, то и охраннику пришлось вопить в ответ.
На словах «русская шпионка» и маркиз, и граф, как старинные кассовые аппараты звякнули, челюсти отвисли, глаза выпучились.
— Да, что за день-то такой! — наконец опомнился граф, кашлянул и крикнул в коридор: «Капеллана сюда!»
— А капеллана зачем? — глядя то на меня, то на графа простонал маркиз де Круа.
— А я женю вас на русской, она красивая, загадочная, и шпионка. Королева вас сама прикажет оскопить и вышлет из страны в Сибирь, идеально. Лучшего даже мне не придумать!
Он не просто проговорил, он ещё и руки потёр самым злодейским образом.
Никто не спросил, хочу ли я выйти замуж за этого француза. Но, кажется, выбора у меня нет.
Нас оставили вдвоём, двери заперли, пока кто-то бегает за капелланом, дали шанс познакомиться жениху и невесте?
— Это же шутка? — шепчу неуверенно, — у меня нет документов, они же не смогут!
— Они могут всё, сейчас вам нарисуют паспорт, и поженят нас!
— Но вы же не хотите! Откажитесь, сударь, вас они послушают!
— Милая русская шпионка, если я сейчас не женюсь на вас, а потом мы не упадём в ноги королеве Виктории, умоляя простить нас, ибо этот брак нас вынудили заключить. Не согласился бы, враги повесят меня этой ночью и скажут, что я сам. Ну и кроме того, вы же невероятно красивая, такой шанс упускать – огромная глупость. Это прощальное письмо королеве получилось несколько злое, я испугался и решил его забрать. У Её Величества новый фаворит, она на водах сейчас отдыхает с ним, а я тут. И возможно это её приказ избавиться от меня. Так что, милая незнакомка, согласны ли вы, стать моей женой?
— А у меня есть выбор? — и тут я задумалась. На весах-то конкретные такие понятия!
Либо я вещь и игрушка герцога, он никогда не жениться на цветной.
Либо законная жена, пусть бывшего фаворита королевы, но он даст мне имя, легенду и документы! И он маркиз!
Выбор очевиден, что выбора-то и нет!
Да меня и не спросят, я для них пустое место! Вопрос маркиза, лишь дружеская формальность, не более того.
— Вы согласны? — он не поверил, что я так просто соглашусь стать его женой? Так, я и не собираюсь просто соглашаться.