Трон из пепла

Глава

Предупреждение: данная книга содержит нецензурную брань, сцены насилия и жестокости, поэтому её не стоит читать никому.

Просьба: после прочтения автор просит делиться впечатлениями в отзывах и не стесняться в выражениях.

Напоминание: данная книга носит художественный характер. Все герои и события — вымышлены, совпадения — случайны. Все герои — 18+

ПЛЕЙЛИСТ:

1.Сжечь

Green Heart

2.Минута

Рубеж Веков, Аня из Питера

3.Душечка (Rock Version)

Рубеж Веков

4.Свобода

Bazlab

5.Гуляй

Рубеж Веков

Глава 1

— Валерина. Монвейр. Августа. Блэквел! — грозный голос доносился из суровой реальности, — Ваше Высочество!

Когда же голосовые попытки добудиться до будущей королевы не увенчались успехом, в дело пошли и руки, безжалостно расталкивающие заспавшуюся особу.

— Я щас… минутку, — невнятно донеслось из-под одеяла. — Пожалуйста, Бран. Ты мой тюремщик, а не палач.

— «Щас»… Что за словечки? Не приведи Создатель мне ещё одну такую подопечную в жизни, — пробурчала Бран. — И что же там такое может сниться на протяжении нескольких лет каждую ночь? Эльфы, принцы, балы? Мне бы хоть глазочком… — вздохнула она и упорхнула, погрузившись в любимые мечты.

У Бран был мягкий характер: эдакая мечтательница, настоящая фея-крёстная. Она была легка на подъём, и именно благодаря этому они с Валериной ещё не загрызли друг друга.

Потому как характер принцессы, в отличие от её камердинера, портился с каждым не то, что годом – днём.

Несмотря на свой уже совсем не юный возраст, Бран любила помечтать о молодых, упругих телах, томных вечерах и о том, о чём в приличном обществе вслух не рассуждают.

Вздохнув, Ри с сожалением подумала, что ночью ничего не снится. Сны не могут приходить к человеку, если тот не спит.

Снова зевнув, она сильнее зарылась в одеяло и спустя пару секунд уже крепко спала.

***

— Ваше, вашу мать, Высочество! Ри, ну сколько можно?! — звонкий голос вторгся в сознание, заставив подпрыгнуть. — Тебя любимая подруга не так часто осчастливливает своими визитами, а ты тут … спишь.

— Слушай, — пришлось отвечать сквозь зевоту, — у меня насыщенная жизнь особы королевского уровня. И что за выражения от герцогини, единственной дочери первого министра короля?

— Этот министр… — Подруга скрипнула зубами. Пройдя через спальню, она упала на её кровать, едва не отдавив ноги. — Замуж выдаёт… меня.

Она решила, что это шутка… Нимфэлль появилась на свет от удивительного союза герцога и чистокровной эльфийки родом из Бессмертных земель. Многие восхищались силой их любви, благодаря которой бесконечные запреты союза человека и эльфа не действовали на пару и не помешали им зачать ребёнка. Так что выглядела ситуация по меньшей мере странно… Герцог Грисволд, который души не чаял в любимой дочи – и насильно замуж?

«Неужели Нимфэлль настолькодостала папашу, что тот решил от неё избавиться таким удивительным способом?»

— Кто жених?

«Кто этот самоубийца?»

— Ри, мне не жить, — то ли пообещала, то ли пригрозила Нима поникшим голосом, свернулась калачиком на кровати и отчаянно заскулила.

— Нимочка, — Валерина, никогда не умевшая справляться со слезами подруги, неуклюже гладила ту по голове. — Мы что-нибудь обязательно придумаем, да?

— Отец уже всё придумал, — рыкнула она. — Конец моей жизни настанет завтра.

Ри фыркнула. Конец жизни? Смешно. Но вот то, как отец Нимы просто решил её судьбу, не спросив дочь, вызвало у неё глухую ярость.

Можно было обратиться к королю.

«Дядя… Нет, он не поможет».

Она закусила губу. Перебирать в уме варианты бесполезно – ни одного стоящего решения в голове пока не рождалось.

Погоревав на её плече минут десять, несчастная Нимфэлль стёрла слёзы и выпрямилась.

— Ладно. Посмотрим, кто кого, — выпалила она, поднимаясь на ноги.

В глазах полуэльфийки Валерина чётко увидела лихорадочный блеск, обычно не предвещающий ничего хорошего никому, кто станет жертвой её временной одержимости. Как, впрочем, и ей самой.

«О, нет…»

— И что ты собралась, — она с большим трудом проглотила так и рвущееся наружу «вытворить», — предпринять, сама же сказала, что ситуация безвыходная?

— Это уже не имеет никакого значения, — Нима кокетливо передернула плечиками, но в глазах её отразилась вся присущая этой девушке кровожадность. — И, кстати, на свадьбу не приходи.

Торжественно вскинув указующий перст куда-то в область отягощенного лепниной потолка, ликующая Нима вихрем исчезла из спальни, оставив Валерину наедине с нервно дёргающимся глазом.

— Бедный мужик, — шепотом произнесла она. — Лучше бы ты отказался сам. Пока не поздно…

Не прошло и пары минут, как в спальню снова ворвалась Бран. Где-то за её спиной маячили служанки: одни расставляли на столе завтрак-обед, другие отправились в гардероб выбирать платье на сегодняшний день, третьи ждали, когда можно будет заняться развороченной кроватью. Она давно приучила их делать всю работу сразу, как только начинался её день. Ри едва хватало, чтобы выдерживать такую толпу посторонних людей раз в день, и она предпочитала делать это с утра, чтобы потом никто больше не вторгался в её пространство.

Близилось совершеннолетие. Двадцать один. И эти несколько месяцев должны были стать решающими. А после…

Коронация. Она станет королевой Ворнии – страны, не слишком большой на общемировом плане, но достаточно влиятельной, чтобы иметь больший вес, чем имела половина стран -союзников.

Как ни странно, подобная перспектива её не пугала, хотя должна была: учитывая всё, что она планирует сделать. Ри практически с рождения готовили занять место родителей.

История, политика, мировые отношения, немного артефакторики, законоведение, картоведение…

Этикет, танцы, история династий… Ей вбивали в голову всё, что могло пригодиться кукле на троне, но никто не научил тому, как выжить в реальном мире.

Не дал Создатель королю с королевой нормального наследника – в смысле, мальчика, – поэтому на Валерину подсели основательно, пытаясь вылепить достойную продолжательницу рода.

Пока же, до её совершеннолетия, трон занимал брат покойного короля, Велиал Хэтчетт Блэквел. Её дядя, опекун и временный король Ворнии. На взгляд Валерины, опекой это было сложно назвать.

Хэтчетт просто однажды запер её во дворце, надел на шею артефакт с иллюзией внешности и запретил посещать город, отпуская лишь изредка и после долгих уговоров со стороны принцессы. Но с годами и такой роскоши она была лишена. Забавно было то, что все эти действия приправлялись якобы заботой и переживаниями о безопасности Валерины.

Ри не верила в это, даже будучи ребёнком, а уж теперь – подавно.

— Ва-ле-ри-и-на? — От невесёлых размышлений отвлек голос единственной, после смерти родителей, женщины на её памяти, что искренне заботилась о ней и, возможно, даже любила.

— Бран? — Она перевела взгляд на неё, в который раз отметив, что морщин на некогда молодом и румяном лице становится больше с каждым городом.

«Ты тоже когда-то уйдёшь…»

Ей всегда было интересно, есть ли жизнь после смерти, и, если да, то существует ли тамсословное неравенство и соответствует ли оно неравенству при жизни? Было бы забавно, окажись, что в том месте бывшие королевских кровей будут прислуживать некогда простым смертным. Она усмехнулась.

«Справедливость».

И зажмурилась.

«Что за мысли с утра пораньше?»

Был уже полдень, но всё же.

— Тебя что-то заботит. И не юли, — взор Бран, как всегда, проникал в душу, вытаскивая на свет самую суть.

— Да, — призналась Ри, отводя взгляд. — Отец Нимфэлль замуж выдает. Насильно. И уже завтра. Она в панике, но, похоже, уже придумала план и сейчас охотно помчалась приводить его в действие.

— Эх, молодость! Страсти так и кипят, — она в ответ только рассмеялась, искусно выплетая из её волос очередной шедевр. — И что здесь плохого? В кровати все разногласия решаются. А раньше вообще не спрашивали. И недовольных не было.

— Это верно. Девицы просто молча убивались, — пробурчала. Сколько слышала подобных историй, в которых причиной неслучайной смерти было это самое «стерпится». Не стерпится. Против воли — нет. Через отражение она спросила уже громче. — А любовь? Взаимные чувства… Да хотя бы симпатия?

— Глупости, — нахмурилась Бран. — Вам, молодым, всё о чувствах, да только крепкий брак строится на уважении. А любовь… может и нет её в мире?

— Скорее, на взаимовыгодном сотрудничестве, — она скривилась, вспоминая свою несостоявшуюся когда-то помолвку.

Мысли снова переключились. Она станет королевой. Но сделает ли корона свободной? Нет. Конечно, нет. Думать так – глупо и чревато последствиями. Корона не только не дарует ей полноценную свободу, но и отберёт те малые крохи, которыми Ри довольствовалась сейчас. Корона – рабство. И в её случае совершенно добровольное. Так должно быть.

Она родилась для этого.

Снова вздохнула и отвернулась от зеркала, не видя там ничего интересного.

— Вот скажи мне, — она с тоской посмотрела в окно, вид из которого открывался на королевский сад, — зачем каждый раз так усердно колдуешь над прической и выбором платья, если из дворца мне всё равно не выйти, а в саду появляться можно лишь когда он закрыт для посетителей?

— Опять об этом, — Бран нервно дернула прядь волос, так, что ей пришлось потянуться следом, чтобы эта самая прядь продолжала и дальше существовать на голове. — Ты же знаешь, Его Величество беспокоится. Особенно теперь, когда день коронации так близок… А принцесса всегда должна выглядеть безупречно, даже сидя в четырех стенах.

— И почему мне кажется, что скоро так и будет? — безнадежно отозвалась Ри. — Раньше он хотя бы выпускал меня к Ниме… Знаешь, мне кажется, это лицо скоро прирастет ко мне… Даже на балах мне не позволено появляться без иллюзии. Когда меня на них пускали, конечно. И даже здесь и сейчас… на мне словно слой грязи.

Снова глянула в зеркало и скривилась. Она ненавидела девушку в отражении уже даже больше, чем свою жизнь.

— Чего ты боишься? — как всегда, Бран догадалась о сути внутренних переживаний без особого труда.

— Потерять себя.

Она не солгала, поскольку действительно всегда боялась этого. Опасения, конечно, были вызваны будущим и тем бременем власти, что неподъемным грузом ляжет на её плечи и, вне всяких сомнений, переменит её характер. Но больше всего Валерина боялась не справиться с тем, что взвалила на себя сама – добровольно и с особым рвением – несколько лет назад.

К сожалению или к счастью, время бежит, и именно оно покажет, так ли правильны оказались в прошлом принятые решения и так ли целесообразно применять их последствия в будущем.

День прошёл привычно. Завтрак, прогулка, чтение, занятия, прогулка, апартаменты, ужин. Она всегда ела в одиночестве, у себя. С тех самых пор, как не стало родителей. Велиал никогда не делал попыток изменить это. Откровенно говоря, они никогда не были близки раньше и тем более не сблизились, когда родители умерли. Онне делал попыток. Валерина была этому только рада, она сама не хотела. По правде говоря, её воротило от дяди. Но откуда Велиалу было об этом знать, если он даже не пытался наладить отношения?

Она устало опустилась в кресло, наблюдая в окно, как ночь плавно опускалась на Ворциген. Укутывала прохладным покрывалом улицы, что стелились извилистыми узкими аллеями и широкими освещенными проспектами. Тянулась вдоль портового квартала, на века впитавшего запах свежей рыбы и просмоленных бочек; вдоль Парковой Аллеи на севере и Места Памяти на юге. Вдоль питейных заведений, вспыхивающих по всему городу яркими огнями с наступлением сумерек и жилых кварталов. И, наконец, как дикий зверь кралась по королевскому саду и дворцовым дорожкам, заставляя многочисленную стражу вдыхать ночную прохладу.

Она давно поймала себя на том, что каждый раз с нетерпением ждет наступления ночи. До учащённого сердцебиения, до нервной дрожи на кончиках пальцев, до приподнятого в улыбке уголка губ. Ри пила дарованную самой себе свободу большими и жадными глотками, отбросив страх подавиться.

Только там, на улицах – опасных улицах – ночного Ворцигена она и могла ощутить то подобие свободы, что никогда ей не достанется в стенах её роскошной клетки.

А уже стоя посреди своей спальни, криво усмехалась. Безупречно охраняемый дворец? В который раз она лично проверит это на деле. Но дворец покинет уже не принцесса, а адепт Гильдии наёмников Белой Розы…

Глава 2

Сердце замерло в нервном предвкушении, гоняя по венам уже не кровь, а жидкий огонь. Ри закусила губу. Проверив замки на двери, двинулась к тайнику и наскоро переоделась. Формой в Гильдии была чёрная облегающая одежда, состоящая из темной арафатки, плотных узких брюк, туники с рукавами и капюшоном, высоких ботинок на шнуровке до колена, а также объёмного плотного плаща.

И вот уже наёмница стояла посреди роскошных апартаментов принцессы Валерины.

Пройдя в гостиную, открыла проход между панелями стены – когда-то она обнаружила тайный коридор совершенно случайно и с тех пор удачно им пользовалась. Он вёл через весь этаж и выводил в коридор, всегда пустующий в это время – Ри отлично знала распорядок стражи, все их пересменки и график обходов. Затем она переходила в другой ход, который вёл прямо под землей в город, и уже по нему выбиралась за пределы дворцовой территории.

Спустя время она уже подпирала один из входов в Гильдию.

— Пароль! — Жутко прохрипели из-за стены.

Грубый голос, впрочем, не заставил её в ужасе отшатнуться или даже поморщиться.

— Привет, Стиви! — Ри весело поздоровалась, хоть и не видела в тот момент лица старика, находившегося за стеной. — Мы знакомы несколько лет, но ты каждый раз противишься. Рано или поздно тебе придется принять меня, — пропела она.

Стена на Главной площади столицы, отделяющая бедный район от богатого, являлась одним из способов попасть в Гильдию наёмников Белой Розы. Таких замаскированных входов-выходов в Ворцигене было предостаточно, но этот для неё оказался самым ближайшим.

Чтобы попасть внутрь, нужно было постучать в нужных местах, выстукивая не только правильный узор, но и темп и мотив. Она долго этому училась. Случайный прохожий никогда подобное не воспроизведёт, угадав с первого раза, поэтому на входе всегда дежурил всего лишь старый наёмник, давно отошедший от дел.

На первый взгляд Стив был весьма заносчив и вреден, но Ри никогда не обращала на это внимания. Попадая в город, она словно оживала и больше ничто не имело значения.

— Таковы правила, глупая девка, — пробурчал он. — Каждый должен назвать свой пароль.

— Тогда я назову твой.

По правилам Гильдии каждому адепту в процессе обучения присваивалось прозвище-пароль, служившее допуском в саму Гильдию, но на самом деле особой нужды в них не было. Здесь все знали друг друга в лицо, даже несмотря на то, что Гильдия насчитывала больше сотни наемников и адептов.

И уж тем более Стив, находившийся на вахте у входа круглыми сутками, знал всех поименно.

Ри отлично было известно, насколько он ненавидел свой пароль. Как и она ненавидела свой.

— Не посмеешь, нахалка, — почти прорычал старик. — Гони пароль!

— Принцесса.

Через два удара сердца стена медленно разошлась в разные стороны, открывая узкий проём и чрезмерно довольную сморщенную физиономию за ним.

— Так-то лучше, прынцесска, — широко улыбнулся он, сверкнув гнилыми зубами и пропуская её вперед.

— Благодарю… Грязный Глаз, — она отошла всего на пару шагов, чтобы лицезреть перекошенное бешенством лицо, развела руками и отправилась дальше.

Эта сцена повторялась из ночи в ночь – своеобразный якорь стабильности в её ночной жизни.

Грязным Стива прозвали за его вечный внешний вид, а Глазом – за один случай. Очень давно, когда он ещё являлся лишь адептом, его поймали за подглядыванием за одним из наставников Гильдии. И хоть то была женщина, насмешек от этого не убавилось.

Её же превратили в принцессу не только потому, что в своей группе обучения она оказалась одной – единственной обладательницей прекрасного пола, но и за довольно скоро проявившийся вздорный характер.

Ри словно всю жизнь сдерживали стены дворца, а попав сюда, годами подавляемый нрав буквально прорвался через оболочку вечной сдержанности. Первые месяцы она часто ввязывалась в драки и потасовки с адептами, отбывала наказания за неподчинение, часто перебивала наставников, указывая на нелогичные, по её мнению, решения, грубила, была заносчива и горделива.

Пожалуй, от расправы и тяжелых увечий её спасал только закон Гильдии, запрещающий адептам убивать или серьезно калечить друг друга. А законы наёмники чтили.

Как бы там ни было, со временем она научилась выполнять приказы, слушать и держать язык за зубами. Не всегда, но когда очень надо…

Идя по тёмным коридорам, она вспоминала первые годы в качестве адепта. Тогда ей казалось, что это невозможно: приспособиться к ночному режиму; к силовым нагрузкам, казалось, убивающим тело и мышцы раз за разом; к новому обществу и иной манере держаться, вести себя, говорить; невыносимо было снова ощущать себя не такой как все, и только потому, что она – женщина, намного слабее окружающих её парней. Немало времени прошло прежде, чем она сумела добиться хоть какого-то уважения к себе, которое со временем стало даже большим, на что она могла рассчитывать.

Теперь, спустя четыре проведённых в Гильдии года мало кто смотрел на её пол – лишь на результат. Результат упорного труда и стремления длиной в несколько лет. Женщины здесь были и до неё, конечно, но большинство из них предпочитали роли больше искусительниц или шпионок, чем воинов.

Она же понимала, что освоить искусство ядов, хоть и весьма полезно, но в её случае – недостаточно.

— Готова к показательным?

Винслан появился, когда она подпирала стену одного из залов, наблюдая за суетой других адептов.

Обучение в Гильдии подходило к концу. Четыре года назад она забыла, что такое полноценный сон, личная жизнь (ну, почти), отдых. С упорством маньяка наращивала мышцы, силу воли и твёрдый характер, а также умения, которые собиралась задействовать сразу же, как только…

— Малышка, Ри-и-и, — подразнил он, не получив ответа.

Став адептом, Валерина сократила своё имя до короткого и ёмкого Рина, но в конце концов стала просто Ри.

— Разумеется… Лан.

Винслан являлся бывшим куратором её группы и еёбывшим, но об этом факте принцесса собиралась умалчивать до конца жизни.

С первого года обучения всех новобранцев делили на группы, но за полгода до выпуска группы распадались, чтобы будущие профи привыкли к работе в одиночку.

Теперь за несколько дней до выпуска адепты будут получать настоящие заказы, от выполнения которых и будет зависеть, примут учеников в Гильдию или нет. Сегодня была та самаяночь. Ночь её первого показательного задания.

На сей день она обладала достаточными знаниями и умениями в этом деле и могла уйти в любой момент, поскольку в реальной, «дневной» жизни не собиралась использовать то, что теперь умела, да и статус полноценной наёмницы её не интересовал.

Но найти в себе силы и отказаться от нескольких месяцев свободы она не могла. А также же силы признаться, что такая теневая жизнь ей нравилась куда больше, чем то, что происходило изо дня в день во дворце. А там ничего не происходило.

Гильдия с первого только взгляда предстала перед ней чем-то, наполненным тайной и глубиной. Чем-то настоящим, где жизнь бурлит и переливается, тогда как дворец виделся застоявшимся и словно застрявшим во времени. Именно поэтому, пока продолжалось обучение, Ри была намерена приходить сюда каждую ночь. Каждую ночь, что ещё у неё осталась.

— Гости пожаловали?

— Как видишь, — Лан криво усмехнулся, кивая на тёмный угол, в котором просматривалось несколько высоких фигур в плащах.

Обычно в ночь первых заданий в качестве наблюдателей присутствовали наставники Гильдии во главе с гильдмастером.

В этом году всё было иначе.

Раньше адепты готовились к этому событию самостоятельно, но благодаря сегодняшнему визиту, наставники озверели и месяц гоняли их так, что Ри всерьёз думала отдать душу Создателю и больше не мучиться.

Гильдия наёмников Белой Розы была одной из самых авторитетных организаций подобного рода. Даже законники нередко обращались к ним за услугами.

При этом, надо ли говорить, что данный род деятельности был под запретом и относился к теневому, преступному миру?

«Всем плевать».

Понадобилось по-тихому убить мужа, брата, любовника? Вы знаете, куда обращаться. Надо выследить, донести, сопроводить? Есть место, где этим займутся за определённую плату и без огласки.

Когда что-то было нужно, обращались в Гильдии. Но когда дело сделано, эти организации открыто порицали и преследовали те же самые лица, что пользовались их услугами.

Прадед и дед Ри положили свои жизни на борьбу с наёмниками, когда и близко не существовало Гильдий. Отца эта участь миновала, но Ри подозревала, что ему было просто не интересно. А, может он вовсе не был против их существования.

И вот, следующее поколение Валерины – и она сама примкнула к тем, с кем должна бороться.

В Ворнии существовало три Гильдии, и они делились на воров, убийц и обычных наёмников, чей профиль можно было назвать разноплановым. Гильдия наёмников Белой Розы относилась к последним, и в том числе потому Ри выбрала именно её.

— Предлагаешь устроить представление?

Она повернулась к Лану в пол оборота, из-под ресниц любуясь его мужественными чертами: квадратным подбородком с ямочкой, грубой линией губ, носом с горбинкой, короткой стрижкой. Она невольно опустила взгляд и прошлась по широким плечам, мускулистым рукам, сложенным на груди, крепкому торсу и ниже…

«О, нет. Этот этап пройден».

— В этот раз нужно показать мастерство без лишней мишуры, поэтому принимать участие будут не все. Но ты в числе избранных.

Наёмник хитро подмигнул, заметив её блуждающий взгляд, на что получил лишь усмешку.

— Счастлива слышать. — Ри вздохнула. Мысль, что кто-то отсидится в сторонке, тогда как ей придётся быть на виду, неприятно задевала. — Умеет Саэр поднять настроение.

Раньше она никогда бы не могла подумать, что и у Гильдий есть вышестоящий орган власти, но, вот он – Совет Гильдий, приславший на этот раз своих наблюдателей для подтверждения квалификации адептов.

Их задачей было убедиться, по-прежнему ли соответствует Гильдия своему статусу, а также проверка отчётностей и личная оценка умений адептов.

Власть постоянно меняется, как и меняются её мотивы, а Гильдия со своими законами и во многом благодаря их соблюдению процветает уже очень и очень долго – истина, которую знают все. К тому же, именно Гильдия кормит наёмников, обеспечивая заказами с самой верхушки аристократической цепочки, беря при этом, кстати, весьма щадящий процент.

Не было бы Гильдий, мало кому из наёмников удавалось бы заполучить и треть из тех заказов, какие возможно получить при их существовании.

— Саэр – это Саэр… Ну, ты знаешь, — поморщился Лан, отворачиваясь и наблюдая за снующими наёмниками и адептами.

Ри лишь закатила глаза. Она сомневалась, что хоть кто-то по-настоящему знал этого хитрого оборотня. Хотя многие почему-то думали, что именно она ходила у него в любимчиках и знала больше.

Саэр. Оборотень и легенда – именно он тридцать лет назад организовал Гильдию, собрал по кусочкам, установил законы и получил одну из самых мощных нелегальных организаций столицы.

Наёмники отсюда выходили настоящими профессионалами и могли достать кого угодно, что угодно и где угодно. Нередко заказы в поступали из других королевств, но Гильдия бралась за каждое стоящее дело, тем самым зарабатывая себе славу по всей Виории и дальше. Ри во многом гордилась тем, что ей удалось попасть сюда, хоть это и было совсем непросто. А ещё это было просто невероятно иронично, учитывая историю её жизни и то, кем она являлась.

— Так что ты уж не подведи, — мужчина вновь стрельнул глазами в её сторону.

Она не ответила, шагнув в собравшуюся толпу. Раньше раздачей и наставлениями занимались кураторы. Этой же ночью сам Саэр почтил небольшую группу из десяти отобранных учеников своим присутствием.