Книга странных рассказов

Маленький управляющий

Это история о моем доме. Доме как доме, подъезде как подъезде. Как это часто бывает, по квартирам были распиханы, порой в казалось хаотичном порядке, люди всевозможных возрастов и характеров - веселые старички, сварливый молодняк, бойкие женщины самого секретного возраста, вздыхающие о чем-то безусловно важном девы и дети, конечно же, не с тем воспитанием как раньше и как надо.

В общем, стандартный, обыкновенный многоквартирный дом. Хотя для меня он никогда не был обыкновенным, потому что в этом доме жили когда-то мои дедушка и бабушка. Их квартира была для меня местом удивительных вещей и историй. Чего только стоила огромная матрешка: ее на потеху мне разбирали на много-много куколок, последняя из которых была размером с полмизинчика! А что значило для меня, еще девочки, когда мне разрешали не просто достать и посмотреть, а померить и поносить любые бабушкины туфли из обувного шкафа в коридоре! Нет, это была не просто квартира, а место чудесных детских воспоминаний... Я переехала сюда не так давно, после того, как мои дедушка и бабушка тихо, мирно и по очереди в силу таких непреодолимых факторов как жизнь и возраст покинули этот мир, оставив мне полки, ломящиеся от книг, чайник со свистком, любимую чашку дедушки, целые джунгли цветов в горшках, на которых уже сказывалась моя не такая легкая как у бабушки рука, и много-много прочих занятностей, которые могли на краткий миг перенести меня обратно в детство. О, а еще кота. Да, здоровенного дитяру дворового, то есть я хотела сказать, дворянского происхождения - весьма требовательного к соблюдению графика питания и наглаживаний, но по сути терпеливого добряка. Иногда мне казалось, что это он за мной присматривает, а не я за ним - видимо, исполняет последнюю волю дедушки с бабушкой.

Но в остальном и для остальных дом казался обычным и нормальным, понятным и привычным. Кроме одного. У него была самая необыкновенная управляющая компания на свете, и я не про тех людей, которые высылают вам платежки за электричество, воду и бесконечный капремонт, который по неведомым причинам постоянно необходим нашему дому. Нет, я про совсем другую управляющую скорее кампанию, потому что вы не найдете офис или официальных контактов, вы вообще, вероятнее всего, никогда с представителем таковой не повстречаетесь, но он ой как может повлиять на вашу жизнь. Откуда я это знаю? А я его видела, как и его за работой. Но позвольте я расскажу вам обо всем по порядку.

Как-то вечером, возвращаясь домой, я как всегда на автомате проверила почтовый ящик, когда мой взгляд упал на стоявшую неподалеку коробку для ненужных рекламных буклетов. Ну почему всегда найдется тот, кто свои бумажки раскидает по полу, выгрузит на чужие почтовые ящики или вообще небрежно швырнет в сторону этой самой коробки, промахнувшись львиной долей листков, в ожидании, что кто-нибудь другой за ним уберет?! Ворчливо вздохнув, я присела у картонки и стала собирать рекламные объявления о замене окон, подключении Интернета, услугах новой прачечной и прочем. Я, конечно, не была среди тех вдохновляющих подъездных активистов, которые разводили цветники у входа или старались украсить общий холл к празднику, но всячески ратовала за чистоту и порядок.

И вот сижу я на корточках с охапкой макулатуры и слышу тихий щелчок. Поднимаю глаза и вижу, как три почтовых ящика, сцепленные воедино, распахиваются на манер дверцы, открывая темный проем. Оттуда появляется сперва небольшая приставная лестница, а следом НЕКТО. Я тогда назвала его про себя гноблином: небольшого роста, коренастый, опрятно и практично одет, с тонкими, даже можно сказать заостренными чертами лица и очень внимательным и слегка колючим взглядом. Гноблин спустился по лесенке на пол, бесшумно протопал слегка вразвалочку в противоположном от меня направлении, что-то поднял с полу – что, когда он повернулся, оказалось письмом – приставил свою лесенку к почтовым ящикам и закинул конверт в один из них. Затем гноблин тем же путем удалился, прикрыв за собой дверку с таким же еле слышным щелчком.

Честно говоря, я не знаю, сколько так просидела, скрючившись у коробки с рекламными буклетами. Из ступора меня вывел вопрос вошедшей в подъезд соседки о том, все ли у меня хорошо. Наскоро свернув светскую беседу под предлогом тяжелого дня, я побрела на свой этаж пешком, периодически оглядываясь и всматриваясь в углы и закутки. Поездка на лифте предполагала наличие кампании, а мне требовались тишина и уединение, чтобы переварить увиденное. Может я действительно просто устала? Нет, ну в самом деле, привидится же такое! И все-таки я была рада, что на входе в квартиру меня ждал мой невозмутимый сожитель – в такие моменты даже скептику хочется иметь рядом не просто кого-то живого и родного, но и того, кто слывет защитником от всякой мистической непонятности.

Видела ли я гноблина еще? Пока больше нет, вернее, так открыто и явно нет. И все-таки, как бы да. Еле заметная тень, замеченная боковым взглядом, незначительные перемены то тут, то там в подъезде – из тех, на которые в ритме современной жизни даже не обратишь внимания типа переместившихся или исчезнувших в безлюдном помещении вещей. А еще это ощущение где-то в районе холки, что в этом пространстве ты не одна. Изменилась ли моя жизнь после увиденного? Да, пожалуй, нет. Хотя я стала внимательней к нашей подъездной рутине. Кто-то скажет, что это просто совпадения, но если ты допускаешь мысль чьего-то присутствия, то некоторые ситуации уже кажутся не такими случайными.

Скажем, есть у нас в подъезде парочка жильцов, которые постоянно выставляют мусор за дверь, предоставляя всем сопредельным квартирам и даже этажам наслаждаться ароматом чего-то скисшего и протухшего. И да, мне тоже порой не хочется идти к мусопроводу или уж тем более к бакам на улицу, но не так же – швырь за дверь и забыл! Так вот именно у этих жильцов, если вдруг подъезд пытаются захватить тараканы или мошки какие, они и обосновываются. Ненадолго, конечно, но так, чтобы эти конкретные жильцы как следует помаялись: воспользовались всеми возможными народными средствами типа мелков и замазок, вызвали специалистов по обработке помещений от вредителей, извелись в общем. Затем насекомые как волшебству в один день сами исчезают, словно кто-то взял и выставил их за порог со всей их многочисленной родней.

Всякие важные письма и посылки теряются вечно у тех, кто не следит за порядком у почтовых ящиков – они потом, конечно, находятся, но нервы-то такая ситуация может потрепать изрядно, и на время в этой зоне воцаряется практически образцовый порядок. И наоборот! Есть у нас одна очаровательная старушка, которая организовала что-то типа книжного уголка – каждый может оставить там ненужные ему книги и, соответственно, выбрать себе что-то из принесенного другими. Так вот к ней чудесным образом возвращаются даже те вещи, которые она случайно выбросила – некто (мы-то с вами знаем кто) оставляет их под ее дверью.

Ой-ой, и лифт! Как же можно забыть про лифт! Это удивительно, но на одних он вечно ломается или застревает, а другие с таким вообще не сталкиваются. И неприятности чаще всего происходят с теми, кто в лифте так или иначе вандалит, например, пачкает зеркало, ломает доску объявлений, пишет на стенках, лепит жвачки. А один жилец как-то пришел домой на таких рогах, что умудрился оставить лифт в состоянии худшем, чем общественный и очень загаженный туалет. Так вот он через пару дней застрял в том самом лифте аж на два часа, причем без возможности вызвать подмогу, потому что там по неведомым причинам полностью все заблокировалось и обесточилось.

А еще была у нас одно время проблема – кто-то регулярно выкручивал в подъезде лампочки. Причем все догадывались, чьих рук это дело, некоторые пытались проводить воспитательные беседы, но что сделаешь, если человек просто отмахивался, мол, ничего не знаю, и продолжал в том же духе. Так знаете, что стало происходить? Именно около входа в его квартиру стал регулярно перегорать свет, и ему приходилось умыкнутое туда и заряжать. И о чудо! В один из дней лампочки и пропадать, и перегорать перестали.

Человек более скептически настроенный и рациональный скажет: это случайности, совпадения. Люди более философского склада характера могут списать это на карму или судьбу. Я же, как человек с буйным воображением и допускающий существование чего-то неизведанного, верю, что в нашем доме живет самый настоящий, как я его стала постепенно называть, Маленький Управляющий. И мне нравится думать, что за нами кто-то присматривает – кто-то справедливый и заботливый. От этого я чувствую себя здесь, в этом доме, в моем необыкновенном доме, еще более родной и желанной.

А вы, между тем, не теряйте бдительность, потому что ну не может же быть на свете только один подъездный гноблин? Только не бросайтесь их агрессивно искать – ведь у дома должна быть загадка и душа, пусть и даже лучше что, такая неординарная.

Быть нами

Я стала видеть ЕЕ все чаще. Молодая женщина, каштановые волосы до плеч - блестящие и ухоженные локоны, легкий макияж, аккуратный маникюр, всегда одета с иголочки. Вот ОНА собрала продукты в свою элегантную плетеную сумку-шопер. Всегда приветлива и общительна, низкий бархатный голос и смех, такой приободряющий и искренний, что каждый, имевший удовольствие с НЕЙ с столкнуться, ощущал себя самой лучшей версией себя. Почему же, глядя на НЕЕ, я чувствовала себя худшей версией себя? У нас вроде бы все было одно на двоих - лицо, тело, только вот мой образ далек от совершенства: все те же заношенные джинсы, которые не подчеркивали худобу, присутствие которой уже давно не подтверждало зеркало, одна из безликих маек, куцый пучок на голове и одновременно потухший и загнанный взгляд. Почему я не могла быть ЕЮ? Почему я всегда видела ЕЕ словно на экране - вечно через стекло витрин или стеклянных дверей. Будто ОНА мое возможное, но не достижимое отражение, постоянное напоминание о недовольстве собой, которое я стала лишь недавно признавать. Все дело в НЕЙ! ОНА во всем виновата! ОНА пробудила эту тоску по лучшей жизни, а до этого было тихое болотце. Все, чего я теперь только желала, это поменяться с НЕЙ местами, забрать себе эту идеальную жизнь. Что будет с НЕЙ? Неважно! Пусть-ка попробует жить в моей шкуре!

Я возненавидела все отражающие поверхности. Мне стало казаться, что если пройду мимо зеркала, то увижу в нем не себя, а ЕЕ, с ЕЕ вечной безупречностью и безоблачным миром. Но оттуда неизменно глядела я сама - ставшая источником бесконечного разочарования и раздражения. И в то же время во мне поселилось страстное желания видеть ЕЁ - казалось, надо просто подгадать момент, протянуть руку, вырвать ЕЁ из отражения и встать на ЕЁ место… и тогда, именно тогда все будет так, как надо - я обрету жизнь, которую по-настоящему заслуживаю.

Взращивание добра требует бесконечного труда, часто довольно тяжелого, ибо строится на умении сочувствовать и жертвовать. Росток зла же вползает в душу, словно маленький змееныш - бесшумно и незаметно, и растет так, будто попал на самые плодородные почвы мира, обвивая плющом все светлые конструкции нашего внутреннего мира. И вот в один день ты просто уже живешь в другой, затемненной реальности и даже не подозреваешь, насколько окрепла и завладела тобой эта тьма.

Но сколько можно бороться с обстоятельствами и собой? Гораздо проще и приятней взять и отдаться этим приятным завистливым мыслям…

ОНА стояла в цветочном, когда к НЕЙ подошла семья - идеальная картинка: любящие дети и муж, все вместе они прямо-таки излучали счастье и благополучие. Я замерла, решение созрело: только дождаться, когда ОНА останется одна… И вот он миг, которого я, казалось, ждала вечность: я просто шагнула в разделявшую нас стеклянную стену… чего я ожидала? Водоворота, который как в сказке поменяет нас местами? Россыпи блесток, которая, окружив меня, преобразит или еще чего? Вместо этого раздался глухой стук, а следом последовала довольно острая боль во лбу, колене и локте, которые первыми соприкоснулись с поверхностью витрины. На мое счастье стекло выдержало мой напор и не разлетелось на осколки, грозившие превратить и так не устраивающую меня жизнь в изуродованный кошмар.

Я не стала даже пытаться объяснить домашним, почему решила врезаться в витрину цветочного магазина - сказала лишь, что это вышло случайно, мол, не заметила. Разве они поймут? И так целый вечер потешались над моей рассеянностью и неловкостью - не хватало еще, чтобы они узнали, насколько наивной я была, раз до последнего верила в то, что сработает некая магия и жизнь моя изменится.

Ночью я лежала в кровати в сопровождении громоподобного храпа мужа, все усиливающейся головной боли от шишки на лбу и досадой на саму себя. Глупо, глупо, как же бесконечно глупо это все было! А может я чего-то не учла? Может, есть какой-то другой способ занять ЕЁ место? С этими почти приятными мыслями я уснула, и во сне меня несло бурным течением куда-то вдаль, а мимо проносились места и лица чего-то знакомого и родного, но будто утерянного навсегда.

Мне не хотелось торопить пробуждение, и я решила полежать еще немного просто с закрытыми газами, тем более, что меня обволакивала какая-то особенная и удивительно приятная нега после сна – даже постельное белье казалось нежнее и душистее, а подушка с одеялом мягче и уютнее, чем обычно. Но тут раздался звук, заставивший меня не просто распахнуть от удивления глаза, но сесть в постели – кто-то включил соковыжималку на кухне. Соковыжималку, которая была куплена нами лет десять назад в отчаянном порыве внедрить в жизнь полезные привычки, потом отправилась в бессрочный отпуск на балкон, а потом и вовсе где-то затерялась. И теперь кто-то ее включил и, судя по всему, использовал по назначению?

Мои мысли прервало появление в спальне мужа, вернее, его прокаченной, улучшенной версии, прямо муж версии 2.0. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга, пока, наконец, этот мужчина не нарушил тишину:

- Ничего себе! Ты еще в постели? Я думал, у тебя уже день в самом разгаре, иначе бы так не шумел на кухне. Все в порядке?

Я промямлила что-то в ответ и попыталась сменить тему, спросив, где дети.

- Дети? Отправились каждый на свои занятия. Где ж им еще быть?

- Так выходной же…

- Выходной?! – тут мой, видимо, муж, расхохотался в голос, но осекся, заметив мое растерянное выражение лица. – Когда ты последний раз брала выходной? Ты точно в порядке? Не заболела? Может врача вызвать?

- Я… Я просто еще не проснулась, думаю, просто нужен бодрящий душ и крепкий кофе, - я старалась придать своему голосу бодрости и уверенности, а у самой начинало прихватывать живот от происходящего. Я улизнула в ванную и добрых пять минут просто стояла и таращилась на себя в зеркало. Неужели это я? Даже после сна я сейчас выглядела гораздо лучше прежней себя при полном параде! Я боялась лишний раз моргать, чтобы не смахнуть ненароком ресницами исполнение моего желания. Я стала ЕЮ! Я СТАЛА ЕЮ! И теперь в моей жизни, наконец, все будет по-другому, все будет так, как надо.

Это было очень странное чувство: как будто ты с детства не катался на велосипеде, боишься, что у тебя не получится, но вот ты на него садишься, ставишь ноги на педали и через мгновение мчишься по дорожке, ловко и легко входя в повороты, словно и не было этих лет. Все – от устройства домашнего быта и расписания каждого из членов семьи и моего собственного до всех нюансов работы – ощущалось как попытка освоить квантовую механику по ускоренной программе при гуманитарном складе характера, и в то же время как будто некая мышечная память внутри меня всегда четко знала ответ даже на самый каверзный вопрос. Еще чуднее были воспоминания: новая жизнь выступала все больше на первый план яркими картинками событий, а прежняя ощущалась как вытащенный с дальних пыльных полок старый альбом с выцветшими фотографиями – смотришь и даже не веришь, что это было с тобой.

Меня затянуло в круговорот дел так стремительно, что через неделю уже казалось, что иной жизнью я и не жила. И как же я наслаждалась всем! Походами в салоны красоты, нарядными вещами, такими прекрасными детьми и мужем, работой, на которой меня все уважали и к моему мнению все прислушивались. Я была роскошной, деловой, уверенной – из тех, на кого смотрят и кому завидуют. Это по-настоящему МОЕ место. Я мало думала о НЕЙ, отгородившись мыслью, что уж ОНА, наверняка, так не ценила все это.

Время шло, и постепенно мой пыл стал угасать. Салоны и спортзал стали все чаще утомлять – часы, которые я могла бы потратить с гораздо большей пользой, да еще и эта светская болтовня, которую непременно нужно из вежливости поддерживать. Ну отрасли корни волос немного, ну облупились слегка кончики ногтей, ну пропущу пару тренировок - мир же от этого не рухнет, верно?

Работа, которая сперва так захватила меня своими новыми интересными проектами, теперь просто заваливала меня ими, не давая и головы поднять. Удивительно, как изначально мне вообще могло показаться увлекательным и интригующим то, что устраивая вечеринку дома или приходя к кому-то в гости, я проводила с друзьями максимум пятнадцать минут, а затем вновь уходила туда, где потише, на очередной созвон или видеоконференцию. А книги? Когда я их последний раз читала? Не то, чтобы я и до этого была таким большим книголюбом, но все-таки. Теперь у меня перед глазами бесконечная вереница документов и папок с графиками и таблицами.

Но больше всего разочаровывала моя семейная жизнь. Это была идеальная картинка – это и пугало, и отталкивало. Мои дети, ЕЕ дети, были образцовым, вот прямо как из рекламы – ухоженные, нарядные, учеба на отлично, бесконечные репетиторы, секции и занятия, всевозможное и всестороннее развитие. Но вот живыми, настоящими они были где-то с кем-то другим, но не со мной. Я была словно их боссом, перед которым нужно было благополучно отчитаться. А что было, когда я предложила устроить вечер попкорна-шоколада-мармелада под какую-нибудь киноновинку! Будто я застукала тарканов на кухне, резко включив свет, и они боком-боком и быстро-быстро постарались расползтись кто куда. Нет, я понимаю, подростки и все такое, но с МОИМИ детьми мы хоть и не всегда на сто процентов ладили, но посмотреть фильм с вкусняшками или побеситься на кровати, бросаясь подушками – это святое! Поругать и потом обнять за неудачно что-то сданное в школе, поспорить о вкусах современной молодежи и о том, что старшее поколение ничего не понимает… А тут все как-то стерильно что ли…

Муж 2.0… Он, по моим ощущениям, и жил на два фронта. Может я, конечно, пересмотрела сериалов, но все чаще у меня стали закрадываться подозрения, что его частые «поездки» выходили за рамки рабочих и касались возможной второй семьи. Нет, он был мил, внимателен и заботлив, и сторонний наблюдатель, особенно, женского пола, сказал бы, что мне невероятно повезло, но наши отношения казались мне фасадом. Мне было в них холодно и одиноко, потому что, оставаясь наедине, мы превращались словно в двух, нет, не незнакомцев, деловых партнеров, которым нужно был поддерживать в рабочем состоянии проект «дети», проект «дом», проект «семья», проект «муж-жена», ибо того требовали наше окружение и работа. Было ощущение, что мы были заперты в некой глянцевой и, безусловно притягательной для других, витрине и выкладывались так сильно для поддержания ее вида, что, когда исчезали последние зрители, мы расходились по своим углам просто отдохнуть друг от друга и исполняемых нами ролей.

В общем, жизнь-мечта меня изматывала – стремительным темпом, высоченными требованиями, отсутствием близости и нормальных отношений даже с самыми родными. Я была как загнанная лошадь в пустыне. Самое страшное, что все это тяготило, судя по всему, только меня – я боялась об этом даже заикнуться, чтобы не решили, будто я сошла с ума. Кто же жалуется на такую жизнь? У тебя идеальный муж, прекрасные дети, шикарная квартира, престижная работа, сама выглядишь как куколка – что еще для счастья надо? Мне нужна была моя прежняя жизнь…